Приглашение (гет)

Гермиону разбудили шепотки на кухне. Затем что-то упало и покатилось по полу. Шёпот стал громче — кто-то явно сердился.

Она умылась и привела себя в порядок. Заглянула в комнату к Регулусу — никого. Значит, он точно на кухне с Гимки. Взмахнула палочкой и проверила время. Слишком рано, что они там делают? Возня на кухне прекратилась. Стало подозрительно тихо.

Девушка спустилась по лестнице, и за углом её ждал сюрприз. Несколько фей запустили праздничный салют из конфетти. А Регулус и Гимки старательно левитировали перед ней красиво украшенный торт.

— С днём рождения! — гаркнули оба. Феи от страха кинулись врассыпную, пронзительно жужжа. Гермиона рассмеялась. Свечей на торте не было. Только кремовые розочки и тонкая надпись с поздравлением.

— Мы не знали, какие цветы ты любишь, — сказал Регулус. — Гимки предлагал малиновые. Я — белые. Сошлись на розовых.

— Вот что вы тут затеяли. Спасибо. Я и не думала праздновать.

— В этом мире и времени сегодня 19 сентября. Значит, где-то на свет появилась маленькая Гермиона Грейнджер. Так что это твой день, — юноша перенёс торт на стол. — Свечи зажигать будем? Я знаю, что магглы так делают.

— Нет, давайте хотя бы без свечей. Конфетти хватит, — она сняла со спинки стула бумажную завитушку. — И где вы их достали?

— Я ещё вчера отправил Гимки за ними в Дублин, там есть магазинчик с немагическими товарами, — Регулус очень по-джентльменски выдвинул ей стул. — Прошу, присаживайтесь, мисс.

Они сели за стол, и домовик принёс чайник с ароматным малиновым чаем.

— Знаешь, я подумала. Я не могу тренировать с тобой ментальную магию. Но я могу научить тому, что не умел почти ни один Пожиратель. Кроме одного — твоего друга, — девушка сидела перед тарелкой и выбирала какую кремовую розочку съесть первой.

— Догадываюсь, что речь о Северусе. Но что я буду учить?

— Как вызвать Патронуса, — она подцепила самое большое центральное украшение и быстро отправила в рот. — Ммм… Как вкусно. Гимки, ты такой молодец. Спасибо.

— Эй! Вообще-то розочки делал я и крем тоже я мешал, — Регулус недовольно посмотрел на домовика, перехватившего его славу.

— Ой, прости, — она хихикнула на его обиженный вид. — Тебе тоже спасибо. Большое спасибо. Вы оба молодцы. Но заклинание учить будем. И защиту сознания рекомендую тренировать. Хоть ты и должен проспать всё это время, но вдруг проснёшься от зова Метки. Ментальный блок должен помочь. Профессору Снейпу помогало. Кстати, потом у Бурке сможешь отточить ментальную магию. Они в этом сильны — контролируют маггловскую мафию.

— А Ант про меня ничего не говорил?

— Погоди-ка, — Гермиона потянулась к его лбу, потрогала ладонью. — Температуры вроде бы нет, а ты почему-то бредишь, — она села обратно. — Как ты себе представляешь? Ант подходит и говорит: «Привет, Гермиона. Помнишь Регулуса, брата Сириуса? Он передавал тебе привет». Так что ли? Ты вообще-то для нас в тот момент был героически погибшим.

— Хорошо, я понял, — буркнул юноша. — Когда начнём занятие?

— Да хоть после завтрака. Движение палочкой и формула простые. Самое сложное — найти то самое воспоминание. Самое счастливое для тебя. Так что можешь пока подумать над этим.

Гермиона была права — сама формула далась ему очень легко. А вот воспоминание не подходило ни одно. «Тебе нужно то воспоминание, в котором ты был абсолютно счастлив. Не важно, что было потом. Счастье в моменте», — девушка пыталась дать ему подсказки. Регулус перебирал: распределение на Слизерин, первая «П» по зельям, приглашение в Малфой-мэнор… Нет, всё не то, не срабатывает. Он вспомнил разговор с Сириусом про факультеты. Наконец-то с палочки сорвались несколько серебристых искр. Юноша повторил заклинание. Снова только искры. Нужно что-то ещё с Сириусом, но более счастливое. И он вспомнил.

Конец июля. Ему скоро семь, Сириусу уже восемь. Непривычно жаркий, залитый солнцем день. Воздух пахнет нагретой травой, сухой землей и озерной водой. Они гуляли в парке с мисс Боунс, их гувернанткой. Им строго-настрого запретили убегать за пределы видимости нянечки. Но Сириус, разумеется, подбивает Регулуса на авантюру. Они пробираются к старому, заросшему пруду вглубь парка. Сириус, громко смеясь, забирается на толстую ветку старой ивы, свисающую над водой, и зовет его за собой.

Регулус, всегда более осторожный и послушный, жмется у корней. Он боится высоты, боится испачкать парадную мантию, боится гнева матери.

Тогда Сириус спускается чуть ниже, протягивает ему руку и говорит: «Да брось, Реджи, я держу тебя. Со мной ты не упадёшь».

Регулус хватается за теплую, перемазанную в древесной коре ладонь брата и карабкается вверх. Секундный страх сменяется чистым восторгом. Они сидят вдвоем на ветке, солнце пробивается сквозь листву, оставляя золотые блики на их лицах. Сириус достает из кармана горсть украденных у домовиков сладостей, делится с ним, прижимает локтем к себе и заговорщически шепчет, что они всегда будут командой и станут великими волшебниками.

В этот миг семилетний Регулус чувствует себя в абсолютной, безусловной безопасности. Рядом с ним его сильный, бесстрашный старший брат. Весь мир кажется огромным, солнечным и добрым, а впереди — только бесконечное лето.

— Экспекто Патронум! — с палочки срывается облако серебристого дыма. Оно пока без чёткой формы, но в его очертаниях угадывается силуэт большой собаки. Поражённый Регулус замирает. Моргает, и магия тает.

— Ты скучаешь по нему, — тихий голос Гермионы совсем рядом.

— Да, — его голос хриплый. От невыступивших слёз.

— Отдохни пока. Позже попробуем снова. Ему нужно обрести форму, а затем мы научим его говорить.

Регулус не хотел отдыхать. Не сейчас. Он очистил сознание, оставил только воспоминание в парке. Прокрутил в голове его несколько раз, наслаждаясь каждой деталью. Он почти забыл этот день. А теперь пересматривал его с какой-то щемящей радостью. С привкусом горечи. Но смотрел снова и снова. Позволил себе наконец-то отпустить свои страхи, наполняясь счастьем. Ещё чуть-чуть, ещё немного…

— Экспекто патронум, — тихо, почти невербально, только бы не расплескать собранное чувство.

Тонкий дымок с конца палочки завитками сгущается в большую собаку. Она такая чёткая, что даже видны торчащие волоски на ушах. Регулус смотрит на неё. Серебристая, как и должен быть Патронус. Но юноша знает, что пёс на самом деле чёрный. Он точно такой же, как был в воспоминаниях Гермионы. Девушка рядом еле слышно ахает и тоже замирает. Она ведь тоже его узнала? Серебристая собака осматривается, смешно дёргает ушами, принюхивается. Затем припадает к полу, что-то ища. Поднимает голову и начинает бегать по кухне. Гимки с испугу роняет половник — по комнате разносится грохот. Но это никак не мешает Регулусу удерживать созданную форму. Он поймал это ощущение счастья, и его Патронус послушен и стабилен. Юношу наблюдал за ним ещё немного и отпустил призрачного пса.

— Он так похож, просто точная копия, — в её глазах восхищение и гордость — за него.

— Да, таким я его видел.

— Я так рада за тебя, ты справился, — она слегка хлопает в ладошки и очень широко улыбается. Просто ослепительно. — Ну всё, теперь точно нужен отдых. Как раз время обеда. Думаю, после отдыха сможем продолжить. Нам ещё нужно научиться передавать через него сообщения.