Тот, кто тоже выжил (джен)

Письмо Поттера ещё несколько дней лежало в верхнем ящике письменного стола. Снейп не перечитывал его намеренно, но всякий раз, когда открывал ящик за нужными бумагами, замечал знакомый почерк и невольно вспоминал содержание.

Мысль, высказанная Поттером, раздражала его своей простотой. Оставить прошлое позади. Будто это можно было сделать по собственному желанию, словно закрыть книгу и убрать её на полку.

Прошлое никуда не исчезало. Оно оставалось в памяти, в именах, в отдельных лицах, которые он не хотел видеть, и в событиях, о которых предпочёл бы никогда не вспоминать. Однако Снейп постепенно начинал понимать, что одно дело — помнить, и совсем другое — продолжать выстраивать вокруг этих воспоминаний всю свою жизнь.

Он не собирался искать старых знакомых, возобновлять отношения с бывшими коллегами или возвращаться в места, откуда когда-то ушёл. Но, возможно, за прошедшие годы что-то изменилось. Люди, желавшие ему смерти, могли по-прежнему существовать, однако едва ли все они продолжали ежедневно думать о нём. Проклятия, которыми когда-то сопровождались письма, тоже вряд ли поступали бы с прежней регулярностью.

В конце концов, он не узнает, пока не позволит почте снова доходить до дома.

Решение созрело без особой торжественности. Однажды утром Снейп спустился в прихожую, проверил защитные чары и снял запрет на доставку корреспонденции. Основные охранные заклинания он оставил нетронутыми, добавив лишь несколько новых фильтров: опасные предметы и письма с агрессивными чарами должны были уничтожаться прежде, чем достигнут двери.

Он не собирался повторять прежний опыт.

Первые дни ничего не происходило. Затем, спустя несколько дней, у порога появились два конверта.

Один был из Святого Мунго. Второй — из Хогвартса.

Снейп поднял их, внимательно осмотрел печати и занёс в дом.

Письмо из больницы он открыл первым. Оно было составлено официально, без лишних вступлений. Руководство одного из отделений сообщало о нехватке специалистов, способных изготовить несколько сложных зелий, необходимых для тяжелых пациентов. Время имело значение: промедление могло существенно ухудшить состояние больных, а в некоторых случаях — стоить им жизни.

К письму прилагался перечень составов с кратким описанием требований к приготовлению. Несколько рецептов Снейп знал, другие требовали предварительного изучения. Все они, однако, относились к тем областям зельеварения, в которых он имел достаточный опыт.

Святой Мунго предлагал обеспечить его всеми необходимыми ингредиентами, оборудованием и дополнительными материалами. Оплату гарантировали по договорённости, как частному специалисту, без оформления в штат больницы. Готовые составы можно было отправлять непосредственно в соответствующее отделение, а все вопросы по технологии и контролю качества решать письменно или через уполномоченного целителя.

Снейп перечитал последнюю часть письма.

Работа на Святой Мунго.

Не работа в Святом Мунго.

Разница была существенной. Ему не предлагали больничные коридоры, общение с пациентами, участие в обходах или присутствие на совещаниях. От него требовалось только то, что он умел делать лучше всего: готовить зелья.

Он отложил письмо и взял второе.

Почерк Минервы МакГонагалл он узнал сразу.

Директор Хогвартса писала сдержанно и по существу. Школьному лазарету требовалось существенное пополнение запасов ряда лекарственных составов. МакГонагалл узнала, что Снейп продолжает заниматься зельеварением, и хотела бы узнать, согласится ли он помочь школе.

«Я буду рада, если вы сочтёте это предложение приемлемым. В любом случае желаю вам здоровья и надеюсь, что вы нашли то спокойствие, которого так долго были лишены».

Снейп положил письмо рядом с первым.

Хогвартс.

Он не скучал по преподаванию. Не скучал по ученикам, коллегам, бесконечным школьным заботам и необходимости ежедневно находиться среди людей. Само здание вызывало слишком много воспоминаний, и далеко не все из них были приятными.

Но МакГонагалл не звала его обратно.

Она просила помочь с лекарствами.

Снейп поднялся и прошёл в лабораторию. На полках стояли запасы ингредиентов, рядом с рабочим столом лежали его записи, а в шкафу хранились готовые составы для местных жителей. Он осмотрел свободные места и прикинул, сколько дополнительного оборудования потребуется, если он согласится на оба предложения.

Это было вполне осуществимо.

Более того, работа могла оказаться интересной. В перечне Святого Мунго имелись составы, которые он давно не готовил, а некоторые рецепты требовали серьёзной адаптации под современные условия. Заказ Хогвартса был проще, но тоже предполагал регулярную работу и возможность поддерживать запасы школы в надлежащем состоянии.

Он вернулся к столу и снова взял письма.

Встречаться с представителями больницы ему не требовалось. С МакГонагалл, если она не станет настаивать на личной встрече, тоже. Все договорённости можно было вести письменно.

Магический мир не обязательно должен был войти в его дом вместе с людьми.

Иногда достаточно было нескольких листов бумаги, перечня ингредиентов и чётко сформулированных требований.

Снейп взял перо и сначала ответил Святому Мунго. Он соглашался рассмотреть заказ и просил прислать полные рецептуры, спецификации ингредиентов и предполагаемые сроки. Отдельно указал, что не намерен принимать посетителей или обсуждать работу лично без предварительной договорённости. Все готовые составы должны были проходить проверку в больнице до применения.

Ответ получился деловым и недвусмысленным.

С письмом в Хогвартс он провозился дольше.

В ответе он оговорил, что поставки будут осуществляться по согласованному перечню, а сроки и объёмы необходимо определять заранее. Личных визитов в школу он не обещал, как и участия в каких-либо мероприятиях. Если возникнет необходимость обсудить составы, он предпочёл бы переписку.

Поставив подпись, Снейп запечатал оба конверта.

Он не испытывал ни воодушевления, ни особого удовлетворения. Просто принял два решения, которые казались ему разумными.

Работы оказалось больше, чем он предполагал.

Составы для больницы требовали тщательной подготовки: некоторые приходилось варить в несколько этапов, другие — проверять на устойчивость и совместимость с уже применявшимися лечебными средствами. Снейп изучал документацию, уточнял детали у целителей и составлял график приготовления. Для Хогвартса он подготовил отдельный перечень лекарств, которые следовало регулярно пополнять, и определил, какие из них можно изготавливать заранее, а какие лучше готовить небольшими партиями.

Гермиона узнала о новых заказах во время очередного визита. К тому времени её визиты уже давно перестали быть исключительно частью их совместной работы. Основное исследование завершилось, необходимость постоянно сверять расчёты и обсуждать результаты отпала, однако Грейнджер продолжала время от времени навещать Снейпа. Он неоднократно заверял её, что в этом нет никакой необходимости и что она вовсе не обязана тратить время на поездки в деревню без конкретного повода. Гермиона вежливо выслушивала его замечания, но от своих визитов не отказывалась.

Снейп, разумеется, не признавался, что уже привык к её появлению. Более того, вопреки собственным заявлениям, он был им рад. С Грейнджер можно было обсудить очередную научную публикацию, поспорить о чужих выводах, поделиться собственными наблюдениями и, что случалось нечасто, столкнуться с возражением, которое действительно заставляло пересмотреть первоначальную позицию. Её общество не требовало от него ни любезности, ни притворного радушия, а разговоры редко сводились к пустякам.

— Значит, теперь у вас постоянные заказчики, — улыбнулась она, просматривая список ингредиентов.

Она вернула ему лист и по старой привычке принялась проверять расчёты для очередного больничного состава, хотя теперь это уже не входило в её обязанности. Скорее, ей просто нравилось время от времени подключаться к его работе, а Снейп, несмотря на привычные замечания, не возражал.

Вскоре в его расписании появились новые обязательства. По утрам он по-прежнему принимал жителей деревни, если кому-то требовалась помощь. Иногда это занимало несколько минут, иногда — почти целый час. Затем следовали лабораторные работы: заказы Святого Мунго, школьные лекарства, собственные исследования и переписка с целителями. Гермиона продолжала приезжать.

Порой день оказывался настолько насыщенным, что к вечеру Снейп обнаруживал: он не успел даже открыть книгу, которую собирался прочесть за завтраком. Но это раздражало его куда меньше, чем прежде раздражала необходимость просто проживать очередной день.

Теперь у него были конкретные задачи, сроки, расчёты и результаты, которых следовало добиться. Его работа снова была востребована.

Он всё ещё не желал возвращаться в магическое общество. Не собирался появляться на приёмах, встречаться со старыми знакомыми или давать интервью.

Он не знал, изменились ли люди. Возможно, кто-то по-прежнему ненавидел его, кто-то не простил, а кто-то никогда не простит. Но теперь это перестало быть единственным, чего он ожидал от внешнего мира.

За окном темнело. Снейп дописал список ингредиентов, закрыл журнал и погасил свет в лаборатории.

Утром предстояло много работы. И впервые за долгое время это было вполне достаточной причиной с нетерпением ждать следующего дня.