Семейные узы (джен)

Примечания:

Так, вот глава полностью готова. 4 будет писаться в субботу)))

На следующее утро Гарри проснулся раньше, чем обычно. Если для Гарри было нормальным просыпаться в половину седьмого, то в этот раз он проснулся ровно в пять часов утра. Гарри покручивал в голове все, что произошло вчера, и, чтобы убедится, что ему это не приснилось, он сунул руку в карман и достал пуговицу, которую ему дал Хайсе. Возможно, он просто где-то её оторвал и сунул в карман? Нет, бред. Тогда бы у него не болела голова от вчерашних криков.

Когда Гарри возвращался от Хайсе, обдумывая то, что с ним произошло, он был так погружён в свои мысли, что не сразу заметил, как дверь дома открылась, и там стоял рассерженный Вернон. Он был настолько зол, что стал похож на красного моржа, с маленькими, преисполненными ярости и жажды разрушения, глазками.

— Где ты шлялся?!

— Я гулял, дядя, — ответил Гарри, на удивление спокойно. Причиной тому была усталость — за прошедший день столько всего произошло, что у него не было сил даже боятся дядю.

— Не ври, мальчишка! — еще злее прорычал Вернон. — Ты был у кого-то в гостях, я знаю!

Усталый взгляд Гарри резко ожил. Как он мог догадаться?!

— Значит, это правда? — кулаки Вернона сжались и подрагивали от напряжения.

— Нет, дядя Вернон, я был на улице, ч-честное слово, — быстро пробормотал Гарри, но его удивлённая гримаса всё ещё его выдавала.

— Врешь! ДАДЛИ С ДРУЗЬЯМИ НЕ МОГЛИ ТЕБЯ НАЙТИ! — он перешёл на крик, но, внезапно, стал говорить почти нормальным тоном. На его перекошенном злобой лице возникла хищная улыбка.

— А как только я сказал про твой проступок, твое лицо сразу тебя выдало.

Он улыбнулся ещё шире, едва ли сдерживая желание рассмеяться. Сие зрелище вернуло Гарри чувства, парализовав его страхом. Он едва-едва бубнил:

— Н-но-о я-я...

Вернон сразу схватил мальчишку за ухо, закрыл входную дверь, и потащил к чулану.

— Значит, ты шлялся у кого-то в гостях, пытаясь нас опозорить?! — он шипел Гарри прямо в ухо. Мальчик попытался собраться с силами.

— Н-нет, дядя, я просто...

— Заткнись, мальчишка! — все попытки оправдаться были тщетными. Вернон ещё сильнее сжал ему ухо. — Если я хоть от кого-то узнаю, что ты, грязный выродок, пытался выставить нашу семью в плохом свете своими странностями, обещаю, ты об этом пожалеешь! Не дай Бог я снова узнаю, что ты был у кого-то в гостях! Чулан, — Вернон зловеще ухмыльнулся, швырнув Гарри за дверь под лестницей. Гарри закашлял от поднявшейся пыли, — покажется тебе раем.

Вернон с грохотом закрыл за собой дверь.

Так Гарри и лег в постель. Голодный, с чувством, что его ухо сейчас оторвётся, и звоном, раздающимся эхом в голове, словно от удара по ней молотом, который отдавал болью.

Гарри лежал на кровати, потирая ухо, и с нетерпением ждал двенадцати часов дня. Но для начала, надо было сделать все, чтобы быстрее уйти в безопасное место. Гарри лежал больше часа, смотря наверх, в диагональный потолок, который едва разделял чулан и лестницу, и перекручивал в голове всё, что он узнал, пытаясь сделать какие-то выводы.

«Так... Хайсе — приятный на вид человек. Он со своим домовым эльфом очень по-теплому ко мне отнеслись. Возможно, это все было спланировано? Но зачем? Нет, скорее всего он и вправду чувствует ко мне... Любовь?» — странное слово, о котором Гарри так мало знает, на секунду опустошило его голову.

«Ладно. Из рассказа Хайсе я понял, что я — волшебник, и буду учиться в школе для волшебников. Только вот когда? И как я вообще узнаю что-либо про неё? Наверное, мне должно прийти письмо или что-то подобное. Эх, поскорее бы уйти подальше от Дурслей», — Гарри замечтался. Если Хайсе — правда тот, за кого себя выдаёт, как же было бы прекрасно, если бы он получил над ним опеку. Да с кем угодно будет лучше, чем с Дурслями.

Примерно на этом моменте Гарри наконец-то уснул. Он видел смутные видения лучшей жизни, но и те забылись с разбудившим его стуком в дверь.

— Вставай, время готовить завтрак!

Гарри тяжело вздохнул, стащил с себя грязную простыню и принялся искать свои очки. После завтрака Гарри убрал в доме, поухаживал за газоном и помог приготовить ланч для Дадли. Время шло быстро и незаметно: к тому моменту, как Гарри закончил с делами, он понял, что у него осталось не больше двух минут до того, как его телепортирует к Хайсе! Он выбежал на улицу в поисках укромного места и приметил недалеко от дома кусты, где он и появился в прошлый раз. В ту же секунду, как Гарри спрятался за куст, его перенесло обратно в дом Хайсе, причём сразу на кресло!

Ничего особо не изменилось, кроме того, что перед ним на столе лежала мантия. Его размер. Гарри не спеша встал с кресла и стал рассматривать мантию, как вдруг услышал знакомый голос.

— Нравится?

Это был Хайсе, одетый в почти такую же мантию, что и на столе. Только побольше.

— Да... она мне?

— Да, тебе придется сегодня ее надеть. У нас много дел. Но сначала...

Хайсе раскинул руки в стороны. В комнате воцарилась неловкая тишина — Гарри просто стоял на своём месте, непонимающе глядя на брата.

— А, точно, — грустно улыбнувшись, Хайсе подошел и обнял Гарри. Сначала мальчик дернулся от неожиданности, но спустя пару секунд, он почувствовал себя в безопасности и решился обнять брата в ответ.

Хайсе улыбнулся и сказал:

— Теперь, это обязательное действие каждый раз при нашей встрече. Ты понял?

Гарри смущённо улыбнулся и кивнул.

— Отлично. Пора тебе рассказать, что мы сейчас будем делать.

Гарри вернулся на кресло и стал слушать.

— В общем, после того, как ты ушел, я задумался. Все это очень странно — ты же наследник благородного рода, но живешь у маглов! Не пойми меня неправильно, я хорошо отношусь к маглам, с шестнадцати до восемнадцати лет я почти прожил в мире маглов, но это твоя ситуация действительно не совсем мне понятна. Я перебрал сотни причин, почему именно у маглов, и почему именно у Дурслей — возможно, твой опекун решил, что так будет безопаснее: никто не будет искать тебя у маглов, а с учетом того, что они — твои родственники, становится понятно, почему именно им. Только вот почему спустя столько лет твой дом охраняют волшебники, и за тобой присматривает сквиб? Хорошо, спишем на то, что им нужно проверять тебя: как ты себя чувствуешь и так далее. Только вот почему при этом они, зная, какая у тебя жизнь, ничего не делают? Почему твой магический опекун даже не попытался разобраться? Хотя-бы тебя проверить, — Гарри уже не понимал, говорит ли Хайсе с ним или с самим собой.

— В общем, я хочу, чтобы мы тайно отправились в банк "Гринготтс" и там узнали все, что можем об этой ситуации. Для этого я заколдовал эти мантии, — Хайсе указал рукой на мантию, что лежала на столе. — Они не покажут нашу внешность и позволят изменить голоса. Так нас не должны узнать.

Гарри кивнул и набросил на себя мантию, надев капюшон.

— Кики, нас не будет, думаю, примерно два часа. Приготовь еду к нашему приходу, пожалуйста.

— Как прикажете, хозяин, — эльф поклонилась и исчезла.

— Так-с, а нам с тобой пора. Возьми меня за руку, пожалуйста.

Гарри послушно сделал то, о чем его попросили, и спустя пару секунд почувствовал, будто его затягивает, словно в водоворот! Если бы он позавтракал, его бы точно стошнило, но, только он успел об этом подумать, как они оказались на месте. Это была большая длинная улица, со множеством магазином, в которых были котлы, то какие-то метлы, но и обычные вещи, вроде как, тоже продавались — был магазин одежды, магазин книг. Если не учитывать пару мелочей, то это был почти обычный магловский квартал. Пока Гарри рассматривал Косой переулок, они уже остановились возле внушительного, официально выглядящего здания с надписью "Гринготтс".

— Мы пришли. Помни — веди себя вежливо и делай точно так же, как я, хорошо?

Гарри молча кивнул.

— Храни Мерлин Англию.

С этой фразой они вошли в здание. Хорошо, что на нём была магическая мантия, ведь иначе все бы увидели, как челюсть Гарри упала на пол от удивления и восхищения от того места, куда он попал. Хайсе и Гарри вошли в гигантский изящный зал, где работали странные маленькие человечки. Они были чем-то похожи на домовых эльфов, но более грозных, но по их взглядам было видно, что существа эти очень умны. «Грозные эльфы» сосредоточенно занимались своими делами. В помещении было довольно тихо — обстановка внушала серьёзность. Братья подошли к одному из тех человечков, которые стояли за стойкой, и Хайсе заговорил.

— Простите, сэр.

Гоблин посмотрел на юношу с интересом и спросил своим грубым голосом:

— Да, вы чего-то хотели?

— У меня назначена встреча с главой гоблинов Англии, — Хайсе показал работнику свой палец — на нём был перстень. Пока гоблин рассматривал его, Хайсе аккуратно снял украшение с пальца и протянул ему.

— Одну минутку, — гоблин взял перстень и ушел в соседнюю комнату.

Спустя пару минут он вернулся и отдал перстень владельцу, после чего сказал:

— Добро пожаловать, мистер Тодоров. Глава готов вас принять, но прежде вам надо будет пройти проверку крови, просим прощения за неудобство, — гоблин слегка наклонил голову.

— Ну что вы, мистер Кричмер. Все в порядке, мы его пройдем, спасибо вам за вашу службу, — Хайсе поклонился, и Гарри последовал его примеру. На лице маленького гоблина было легкое удивление. Люди редко с таким уважением относились к гоблинам.

— Прошу за мной, — гоблин пошел в соседнюю комнату, а ребята отправились вслед за ним. Они пришли к вагонеткам, сели в одну из них и поехали вниз, ещё глубже спускаясь под землю. Спускались они примерно минут пять, при этом постоянно петляя и поворачивая в разные стороны, и всё это под леденящий ветер пещеры и грохот колёс.

Как только они добрались до нужного места, перед ними оказалась большая мраморная дверь с золотыми выступами и узорами. Возле двери стояло два охранника с алебардами в руках. При виде их, Гарри напрягся

— Пожалуйста, подождите здесь, — сказал гоблин, вылезая из вагонетки. — Перед тем, как войдете, снимите, пожалуйста, капюшоны. Вы и ваш спутник пройдете проверку. Не переживайте — кроме меня и пары охранников никого не будет в комнате, и мы принесем клятву магии, что не собираемся разглашать, кто вы и с кем вы говорили, — гоблин почтительно поклонился, а Хайсе снял капюшон. Гарри повторил за ним.

— Не стоит, мне будет достаточно ваших слов чести, — Хайсе поклонился в ответ.

Гоблин в который раз поразился. Волшебник не попросил клятву магией, да и ещё был в курсе про слово чести?! Этот чужак явно знаком с обычаями гоблинов. Гоблин невольно почувствовал уважение к Хайсе.

Дверь открылась, словно бы приглашая в неё войти. Гоблин повёл их за собой.

После того, как они все прошли, дверь закрылась. В этой комнате было еще два охранника, такие же грозные, но только теперь с мечами. Комната была большая, мраморная и очень, очень чистая. Гоблины — раса чистоплотная. В целом, это место было похоже на дорогую приемную. Та дверь, которую охраняли стражи с мечами, вела к директору.

— Так, господа, — Кричмер повернулся к Хайсе и Гарри, — дайте ваши руки, я возьму немного крови и использую её, чтобы проверить ваш род. Если вы передумали, мы готовы принести клятву магии.

— Не стоит, я уже говорил, хватит вашего слова чести.

Гоблин немного помедлил, после чего преклонился перед братьями и начал речь:

— Клянусь своей честью, что информация обо всём, что произойдёт тут, останется тут же.

— Клянусь, — сказали два охранника позади его. Кричмер достал из кармана небольшой, изящный кинжал и аккуратно надрезал по очереди сначала ладонь Хайсе, а потом Гарри. У мальчика пробежала лёгкая дрожь по коже, и ему пришлось немного стиснуть зубы, чтобы перетерпеть боль пореза. Гоблин достал из того же кармана два небольших стеклянных флакона, в которые аккуратно собрал кровь каждого, после чего подошел к столу, что был недалеко от двери, из которой Гарри и Хайсе сюда пришли. Кричмер капнул кровь из одного флакона на какой-то пергамент, потом — кровью из второго на другой, точно такой же пергамент. Оба пергамента внезапно ярко засветились разными цветами, и гоблин, мягко улыбнувшись, взял пергаменты, положил их в карман и повернулся к ребятам.

— Мистер Поттер и Мистер Тодоров, директор готов вас принять. Вы подтвердили свои личности.

Хайсе и Гарри поклонились и пошли в кабинет директора.

— Только одна проверка? — шёпотом спросил Гарри.

— Нет. Дверь, через которую мы сюда вошли, заколдована. Если бы мы были самозванцами, она бы запищала. Заклинание на двери проверяет, действуют ли на проходящих через неё людей эффекты разных зелий, артефактов и прочего. Если бы мы зашли с капюшонами, она бы запищала, так как мантия начинает работать лишь тогда, когда надет капюшон.

Парни прошли дальше, в комнату директора. Она была чуть меньше приемной, но гораздо старательнее украшена: драгоценности, трофеи, оружие и награды — всё, о чём только можно было подумать. Тут был ковер из драконьей чешуи, а также много дорогой мебели и книжных шкафов. В центре комнаты стоял дорого выглядящий круглый стол, окружённый креслами. На кресле, что было напротив входа, сидел очень старый гоблин — весь в морщинах и седой. Его взгляд выглядел усталым, но при этом самым мудрым из всех, что когда-либо видел Гарри. Гоблин кивнул в знак приветствия.

— Мистер Тодоров, Мистер Поттер, рад встрече, — гоблин жестом предложил сесть.

Хайсе и Гарри по очереди пожали руку гоблину и сели за стол.

— Я — Ревин Гриффиндор пятнадцатый, директор банка "Гринготтс" и лидер гоблинов в Англии. Мистер Тодоров, мне сообщили что вы прибыли по делу о "сокрытии писем" отчетов о состоянии счета благородной семьи Поттеров.

— Это так. Но я не виню в этом ни вас, ни банк Гринготтс. Я считаю, что в этом виноват опекун моего брата.

— Это серьезное обвинение, мистер Тодоров. Нам придется использовать сыворотку правды. Обычно нужен официальный опекун, но раз вы утверждаете, что это дело рук самого опекуна, обойдемся без него.

— Я и мой младший брат, наследник семьи Поттеров, готовы к этому.

Гарри глубоко вдохнул, посмотрел сначала на директора, а потом на брата и, стараясь оставаться спокойным, произнес:

— Я, Гарри Джеймс Поттер, согласен принять сыворотку правды.

Гоблин кивнул и достал из ящика стола четыре маленькие бутылочки. Как подумал Хайсе, первые две были сыворотками, остальные — антидотами.

— Думаю, начнем с вас, мистер Тодоров. Я готов дать клятву магии, что все, что я узнаю, не будет использоваться против вас, если вы подтвердите свои слова.

— Не стоит, мне будет достаточно вашего слова чести, — гоблин удивился, но не подал вида. Он, конечно, слышал разговор, который происходил ранее, но видеть такое уважение к своей культуре от волшебника в живую? Такого давно с ним не происходило. Гоблин спокойно кивнул.

— Я, Ревин Гриффиндор пятнадцатый, даю слово чести, что все, что будет тут сказано, останется тут и будет рассказано только то, что пожелаете рассказать вы и мистер Поттер.

"Значит уже "останется здесь"? Отличное начало", — подумал Хайсе, улыбнулся и взял склянку.

Он залпом выпил зелье, в голове сразу помутнело. Удовольствие и блаженство пробежало волной по его телу.

— Назовитесь.

— Я Хайсе Ричард Тодоров Поттер.

— Какие у вас есть доказательства того, что вы являетесь Поттером?

— Я готов заплатить за обряд родовой крови если нужно.

— Хорошо, вы подтверждаете все слова, что скажет ваш младший брат?

— Да, я полностью ему доверяю. Я лично убедился, что никаких писем с отчетами до него не доходили, и я уверен, что в этом виноват его опекун.

— Достаточно, — гоблин протянул Хайсе противоядие. Гарри помог брату выпить его. Спустя пару секунд он пришел в себя и, как только очнулся, сразу серьёзно сказал:

— Сэр, не хочу проявить к вам неуважение, но вы не проверили, принимал ли я антидот от зелья правды.

Тут уже старый гоблин удивился заметно. Гоблин впервые за свои 246 лет жизни видел такого юношу.

— Помните, как вы проехали сквозь водопад? — Хайсе кивнул. — Так вот, если бы вы использовали зелья, он тут же бы вас облил и смыл все эффекты. Но вы пришли ко мне сухие, — улыбнулся старый гоблин. — Теперь вы, мистер Поттер.

Гарри кивнул, взял склянку и выпил зелье. Стало как-то легко, всё словно потеряло свою серьёзность.

— Назовитесь.

— Гарри Джеймс Поттер.

— Вы подтверждаете, что за все десять лет не получали ни одного письма о состоянии вашего финансового счёта?

— Да, сэр. Если бы не мой старший брат, я бы и не знал, что у меня есть счет.

— Достаточно.

Хайсе взял антидот из руки гоблина и помог брату выпить зелье, как и Гарри помог ему раньше.

— Так. Значит, Гринтготтс сделал большую ошибку... Как глава банка и глава делегации гоблинов Англии, прошу прощения и прошу принять компенсацию в размере 1000 галеонов.

— Сэр, как я уже сказал, вина лежит не на вас, а на опекуне моего брата.

— Мистер Тодоров, вы очень вежливы, но все таки прошу принять эти деньги, ведь мы не проверили, получал ли мистер Поттер письма.

— Хорошо, сэр, тогда можно продолжить?

Хайсе понял, что спорить нет смысла. Ему кивнули в ответ.

— Также, я бы хотел сказать, что за десять лет моему младшему брату ни разу не рассказывали про завещание его родителей, и, смею предположить, что оно было нарушено.

Тут гоблин покраснел. Один промах — ещё куда не шло, но второй промах! И всё по одной семье!

— Если надо, мы готовы снова принять-

— Нет, прошу прощения, что я вас перебил, мистер Тодоров, не нужно. Я вам верю.

И тут уже свое удивление не скрывал Хайсе. Он хотел, чтобы гоблин верил ему, но все же не хотел оскорблять его. Придётся сделать по-другому. Он сглотнул.

— Тогда... Я, Хайсе Ричард Тодоров Поттер, клянусь своей магией, что всё, что скажет мой брат про завещание, будет чистой правдой.

Вокруг Хайсе засветилась магия. Клятва в действии. Ревин и Гарри был очень впечатлены — волшебник пошёл на такое! Он настолько сильно доверяет Гарри... Мальчик решил содействовать.

— Я, Гарри Джеймс Поттер, клянусь своей магией, что все, что я скажу про завещание — чистая правда, — вокруг Гарри также быстро пробежала волна света.

Хайсе смотрел на Гарри с... Обожанием? Он очень гордился братом, но также очень волновался.

— Думаю, кхм... — в голосе гоблина была неуверенность — он был очень впечатлён. — Давайте продолжим. Мистер Поттер, это правда, что вы никогда не слышали про завещание ваших родителей, о котором вам должны были рассказать за год до поступление в Хогвартса?

— Это так, сэр. Если бы не мой старший брат, я бы и про магию не знал.

Хайсе достал палочку и направил её на писчее перо, которое лежало на столе:

— Вингардиум левиоса!

Перо плавно подлетело. Магия никуда не исчезла.

Гоблин лишь удовлетворительно кивнул.

— Хорошо, мистер Поттер, я обещаю с эти разобраться, — гоблин помассировал виски, представляя, сколько же работы его ждет. — Если раса гоблинов может что-то для вас сделать, только скажите.

— На самом деле, вы можете, сэр, — Хайсе резко встал с кресла, при этом специально оставив палочку на столе, чтобы не напугать собеседника.

— Я бы хотел заключить наши дома в союз, как это принято у благородных семьей.

У старика чуть челюсть не отвисла. Если молодой человек старается вызвать у него сердечный приступ, то у него хорошо получается! Что-то подобное происходит впервые в истории!

— И, если вам будет несложно, в суде, когда я буду восстанавливать свои права как наследник, прошу вас прийти в суд в качестве моего союзника и свидетеля, — Хайсе достал из кармана крошечную парадную мантию, чуть ли не для куклы.

— Это мантия рода, — он взял палочку со стола, вернул мантии нормальный размер и надел.

— Я, Хайсе Ричард Тодоров Поттер, объявляю дом Ревина Гриффиндора пятнадцатого союзным домом.

Старик был в шоке, но всё же встал из-за стола и произнёс:

— Я Ревин Гриффиндор пятнадцатый, согласен быть в союзе с домом Тодоров. Я, как глава делегации гоблинов в Англии, согласен быть свидетелем в суде по праву опеки мистера Поттера, а также по другим судам, если это потребуется.

На парадной мантии Хайсе появился ещё один герб — герб семьи Ревина, а справа от него — маленький значок делегации гоблинов. Юноша и гоблин пожали друг другу руки.

— А, и еще, мистер Гриффиндор.

— Прошу, Ревин, для друзей и союзников.

Хайсе поклонился в знак принятия чести.

— Тогда называйте меня просто Хайсе, Ревин. Я бы хотел сделать кошелек мне и Гарри, пожалуйста, с полным доступом, а Гарри пусть каждую неделю с моего счета капает по галеону.

— Хайсе, не стоит! — засмущался и начал сопротивляться Гарри. — Ты мой старший брат, мне будет спокойней, зная, что я не доставляю тебе проблем!

Но Хайсе даже не дёрнулся.

— Хорошо, будет сделано.

— Есть еще дела. Мы можем уединиться в специальной комнате? Я хочу пройти обряд рода и поговорить с вами про некоторые вещи, которые мне понадобится.

— Как вам будет удобно, Хайсе, — гоблин встал и последовал к выходу, Хайсе за ним. Прежде чем Гарри успел встать, Хайсе остановил его, сказав:

— Гарри, подожди нас тут, пожалуйста, мы скоро придем.

Гарри неохотно, но кивнул.

Прошло больше двадцати минут, когда Хайсе вернулся с мокрыми волосами и с довольным директором банка, шедшим рядом. Они пожали друг другу руки перед дверью.

— Я думал, вы с Гарри на сегодня меня перестали удивлять, но, после того, что случилось, буду рад видеть тебя и твоего брата у нас в гостях в любое время. Всё, что ты попросил, придет в нужный срок, обещаю.

— Спасибо огромное, Ревин. Как только мы построим наш дом, жду тебя и твою семью.

— Она не только моя, молодой человек, — гоблин улыбнулся.

— Ну что же, пойдём, Гарри, у нас еще есть дела, — Хайсе повернулся и качнул головой в сторону выхода. Они попрощались с Ревином, надели капюшоны и вышли из банка.

— И что это было? — Гарри этот вопрос мучал уже больше пятнадцати минут.

— Ты о чем? — игриво спросил Хайсе.

— Я про то, что вы стали называть друг друга по именам и про "не только моя семья".

— О, это просто. Мы перешли на имена, потому что стали союзниками. Союзники очень нужны, чтобы выжить в Англии, и я только что получил самых сильных союзников, которых мог бы получить за такое короткое время. Гоблины это раса чести, пусть их и считают хитрыми ублюдками- Упс, прости.

Гарри хихикнул.

— Но да, они существа чести, так что им можно доверять. А насчет нашей семьи... Ты знал, что Годрик Гриффиндор был наполовину гоблин?

— Нет, а какое это имеет зна... Подожди, он его родственник?

Хайсе кивнул

— И, мне кажется, ты не просто так назвал именно его.

Снова кивок.

— Так, ты прошел обряд рода... Получается, что... — Гарри широко открыл глаза и уставился на брата, хоть и никто, даже Хайсе этого не мог увидеть. — Ты — его наследник?!

— Не только его, — гордо поднял нос Хайсе, хоть и, опять же, незаметно. — Еще Салазара Слизерина, Кандиды Когтевран, и, напоследок, Пенелопы Пуффендуй.

— Но как? — не мог поверить Гарри.

— В общем, Годрика, и Кандиды, потому что они поженились, это по линии нашего дедушки. А вот Салазар по бабушке — наверное, потому я и говорю со змеями. И Пенелопа по маме, ее фамилия до свадьбы была Кфел — эту фамилию внучка Пенелопы взяла от мужа. Гоблины очень дорожат семейными генами, поэтому мы для них — дальние родственники.

— И что тебе это наследство дает, кроме престижа?...

— Я думаю, с замком у меня будет особая связь, но мне больше интересно, от кого ты владеешь парселтангом. У нас с тобой разные бабушки.

Гарри пожал плечами.

— О, мы пришли!

Гарри даже не заметил, что они куда-то шли. Оглядевшись, он увидел темную копию Косого переулка, только намного уже, и теперь они стояли перед магазином "Палочки от Филягина". Хайсе открыл дверь, и Гарри последовал за ним. Они вошли в темное помещение, где у прилавка стоял человек с грязными волосами и с улыбкой, в которой не хватало зубов двенадцать.

— О, чего желаете? — спросил мужчина за стойкой.

— Моему ребенку бы палочку, и такую, за которой не следит министерство.

— Обижаете, сэр, все мои палочки такие! Прошу, подойдите, мы подберем вашему сыну палочку.

Они подошли ближе к прилавку, и неприятный тип начал измерять Гарри. Как только он закончил, он начал подбирать палочки, пока, по его мнению, одна из них не подошла.

— О, отличный выбор, она вам нравится?

Гарри подумал минуту.

— Эм... Не знаю.

— Если вам не нравится, можем выбрать другую — вы можете выбрать любую палочку.

— Простите, но разве не палочка выбирает волшебника? — Хайсе прищурился.

— О, может у Оливандера они и избалованы, но мои не ведут себя как стервозные жены! — пустил смешок продавец. — Но, могу сказать, что это палочка подходит вашему сыну. Она сделана из сердцевины вейлы, хороша для чар и трансфигурации.

— Не знал, что из сердец вейл делают палочки, — удивился Хайсе.

— Настоящие мастера — да, а всякие выскочки, конечно, нет, — почти прошипел эти слова продавец.

— Это, конечно, прекрасно, но можно ли палочку, рассчитанную на боевые заклятия и высшую магию?

— О, есть одна такая, правда, она еще никого не выбрала. Она — единственная которая выбирает.

— Что такое, дорогой мастер, не справились с одной из своих женушек? — Хайсе усмехнулся. Гарри ели подавил смешок.

— Есть такое, сэр, — продавец протянул Гарри черную палочку с белой рукояткой. Как только Гарри её коснулся, по ней пробежала волна сильной магии. Все в комнате почувствовали тепло.

— Удивительно... это очень мощная палочка для боевой магии, прекрасно подходит для темной и хороша в высшей. Никогда не думал, что она кого-то выберет. Я даже хотел ее уничтожить. В ней находится слеза русалки и шерсть фестрала.

— Два компонента?! — удивленно спросил Хайсе.

— Да, редко такое бывает, чтобы два компонента, особенно разные, могли так сочетаться. Благодаря русалке, палочка сильна ещё и в стихийной магии.

— Сколько с нас?

— 80 галеонов, — улыбнулся продавец.

— 40 галеонов!

— Сэр, 40 это слишком большая скидка, — возмутился продавец.

— Уважаемый, вы сами сказали, что эта палочка ещё никого не выбирала. Смею предположить, что ее пробовали многие, так ещё и вы сами сказали, что вы собирались её уничтожить.

Хайсе очень ехидно улыбнулся.

— Вы правы, но давайте хотя бы 70 или 60!

— Сэр, вы меня не поняли. 40 за палочку, 5 за то, что мы тут не были, и еще 5 за то, что вы её уничтожили.

— Эх, черт с вами, по рукам, — после того, как они пожали руки, мужчина пересчитал деньги, и Хайсе с Гарри поспешно покинули Лютный переулок.

— Ты меня не перестаешь удивлять, — весело сказал Гарри.

— Рад стараться. Пошли домой, надо бы тебе кое-что рассказать.

Гарри взял Хайсе за руку, и они трансгрессировали домой. Дома их уже ждал стол с едой. Кики поклонилась как только заметила их. Хайсе отдал ей свою мантию, и Гарри повторил за ним. Хайсе отдал ей и свою парадную, с гербами, после чего Кики исчезла. Они сели за стол и приступили к еде. Гарри не смог сдержаться и начал спрашивать.

— Что это за гербы на мантии? Что это за мантия?

— Это обычная мантия, которую я сделал парадной. На ней, благодаря заклятию, показываются гербы союзных семьей. Чем их больше, тем лучше.

— Понятно... а самый большой герб, тот, что у сердца, это твой?

Хайсе кивнул.

— А их положения и размеры на что-то влияют?

— Да. Чем больше и ближе к сердцу, тем прочнее союз. Те, что близко — друзья. Те, что далеко от сердца — обычно деловые союзники или те, кому объявлена кровная вражда.

— Кровная что?

— Это когда одна семья объявляет вендетту другой. Обычно в таких случаях уничтожают весь род. Твои союзники и партнеры будут тебе помогать в ней, но, чтобы получить добро, ты должен получить разрешение от совета магов.

— Понятно... значит, в том переулке ты купил не просто палочку?

— А, точно, совсем забыл. Кики! Принеси кобуру, — через пару секунд появился эльф и подал кобуру, после чего исчез.

— На, надень её на руку и туда спрячь палочку. Придумай слова или жест руками, с помощью которого палочка скользнёт тебе в руку, советую на левую, ибо ты у нас правша, а про эту палочку не должны узнать. — Гарри надел кобуру на левую руку, она тут же исчезла. Он придумал пароль — "искры" и мысленно пожелал спрятать палочку, и, словно бы он уже делал так миллион раз, это мгновенно сработало.

— Я ее купил, потому что считаю, что у настоящего волшебника должно быть две палочки. Мы специально пошли туда, где можно взять палочку, которую не отслеживают. Тут ты сможешь практиковаться в магии.

— Спасибо тебе огромное! — Гарри встал и за стола и обнял брата. Хайсе потрепал его по волосам и сказал:

— Это за все твои дни рождения, что я пропустил.

— Я обязательно верну деньги! — и тут Гарри получил щелбан.

— Никогда не говори такое! Это подарок, за него не надо платить, болван, — Хайсе усмехнулся. — А, и ещё, Гарри. Я узнал, кто твой опекун.

Гарри сел на место и уставился на брата.

— Правда? Кто?

— Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор.