Контрабанда (гет)

— Почему мы просто не могли переместиться камином? — стонала Софи, мучаясь от быстрой езды «Ночного рыцаря». — Мне плохо!

— Нам нужно обдумать обстоятельства дела, — Гарри и Гермиона вдвоём гладили её по голове. — Остался всего час пути.

— Прежде всего, — говорил детектив, — нужно понять, каким образом партии попадают в школу. Вы пытались поймать контрабандиста?

— Да, мистер Холмс. Учителя обыскивали все лазы, все ниши, что только находили, призраки следили за теми из учеников, кто мог такое делать, а домовики обыскали каждый сантиметр тайных ходов.

— Последние — ненадёжный источник, — заметил Поттер. — Если им дан приказ, они могут умалчивать или искажать правду. Кстати, о каком объёме контрабанды идёт речь?

— В последний раз мы изымали её сегодня утром... — МакГонагалл достала из внутреннего кармана мантии блокнот. — Огненный виски — общая сумма восемнадцать литров, медовухи — полтора литра. Журналов набралось на три с четвертью коробки. Это те, что удалось обнаружить.

— Такие объёмы школьникам не пронести. Если у них нет смекалки близнецов Уизли. За всем и правда стоит взрослый.

— Второе. Нам нужно просмотреть конфискат, — продолжил сквиб. — Вы осматривали лишь этикетки, но есть и другие признаки иностранного производства, которые обычный человек не заметит.

— И какие же это признаки? — спросила его директриса, подняв бровь, но ответа не получила. Холмс замолчал и погрузился в раздумья. Тогда она переключила своё внимание на сидящих рядом с ней бывших учеников. Гермиона и Гарри тихо обсуждали между собой обстоятельства дела, удерживая подругу от выпадания с сиденья.

При взгляде на лицо девушки, о которой она знала так непозволительно мало для той, кто учил её, что-то в сердце защемило. Историю Софи Корнелл Минерва знала в основном из газет и рассказа портрета Альбуса, поведавшего ей о неизвестных журналистам деталях. От него она узнала, как эта несчастная желала вывести Гарри из дома людей, которых сама МакГонагалл считала ужасными, проявив при этом похвальное упорство; и как, узнав о вине Снейпа в исчезновении и страданиях бывшей слизеринки, Избранный и его подруга при содействии Фоукса и Аберфорта вынесли портрет зельевара и сожгли его...

— Профессор! — Гермиона защёлкала пальцами перед её лицом, чем вывела из транса. — Вы нас слышите?

— Да, а что случилось?

— Мистеру Поттеру и мне одновременно пришла в голову схожая идея, — ответил Холмс. — Среди ваших домовиков есть те, что служат семьям учеников? Они могут ставить в приоритет приказ хозяина и телепортировать товары в замок, прятать их.

— Из семейных эльфов у нас только слуга мистера Поттера.

— Что-то подобное я предполагал... Тогда остаётся несколько вариантов. Первый: лаборатория находится в самом Хогвартсе.

— Исключено, мистер Холмс. Мы обыскивали весь замок и нашли бы её.

— Прямо-таки весь? Включая огромное количество заброшенных классов и кабинетов, каморок для мётел, столетиями пустующих коридоров? Или же ограничились лишь обитаемой частью замка и Выручай-комнатой? — не удержалась от колкости Софи, немного пришедшая в норму.

По тому, как Минерва смутилась, стало ясно, что слизеринка была права.

— Мисс Корнелл, нас мало, — женщина покачала головой. — Собрать же всех я не в силах: у преподавателей и эльфов есть работа, отвлечься от которой они не могут. В конце концов, они же люди, а не машины, у старост тоже много обязанностей. Должны же мы спать?

Автобус резко затормозил, и пассажиры вцепились в подлокотники своих кресел, чтобы не слететь на пол.

* * *

— С чего планируете начать? — спросила директриса, ведя сыщика и его учеников по тёмным коридорам школы.

— Во-первых, профессор МакГонагалл, — Холмс поправил сбившиеся рукава, — я бы хотел попросить вас никому не говорить, кто мы и чем конкретно призваны сюда заниматься, это может создать расследованию много проблем. Во-вторых, прошу вас выделить нам достаточно просторную аудиторию и создать в ней хорошее освещение, а затем перенести туда все изъятые предметы контрабанды. Нужно их проанализировать как можно скорее.

Женщина кивнула и провела всю группу на второй этаж, впустив гостей в одну из аудиторий, где сразу же создала яркий источник света.

— Здесь вёл свои уроки профессор Дамблдор, пока не стал директором, — сказала она. — Ждите, скоро вам всё принесут.

Бывший декан Гриффиндора закрыла дверь. В коридоре послышались её удаляющиеся шаги.

— Ну, мои юные друзья, что вы об этом думаете, об этом деле? — спросил детектив своих спутников.

— У преступника есть сообщник в замке, — ответили хором Гарри и Гермиона, посмотрели друг на друга, рассмеялись, а после продолжили по очереди. — Объёмы изъятых... запрещённых предметов таковы, что пронести их незаметно, не зная досконально замка, невозможно. Полностью изучить замок нельзя, этого не смог даже Дамблдор.

— Хорошо, что ещё?

— Замок, пусть и не весь, обыскивали множество раз, — подала голос Софи. — Что-нибудь всё равно бы нашли, кого-то бы поймали. Из этого выходит, что злоумышленнику помогают внутри этих стен.

— Браво, мисс, а говорили, что у вас нет дедукции. От себя добавлю, что артефакты-переводчики появились после того, как первый чистокровный перевёл своего отпрыска в иностранную школу. Я не могу точно утверждать, но полагаю, что администрациям Шармбатона и Дурмстранга стали известны обстоятельства перевода. Они просчитали, что остальные чистокровные поступят так же, благо большинство таких людей мыслят более-менее одинаково, и решили ускорить процесс, подстрелив двух зайцев: уничтожив конкурента в образовании и набрав новых спонсоров для себя.

— Но зачем им это, дядя?

— Ты прекрасно знаешь, Гермиона, что образование влияет на мышление. В Шармбатоне и Дурмстранге чистокровных, которые всё ещё составляют костяк британской магической элиты, научат думать на французском, немецком, болгарском, испанском. И проводить более дружественную политику в будущем.

— А всё-таки, кто эти сообщники?

— Ещё несколько участников отряда Дамблдора не выпустилось, — ответила Гермиона. — Кое-кто мог получить значок старосты, Гарри, и иметь возможность срывать обыски и облавы.

— Я бы на вашем месте не сбрасывала со счетов персонал, — ответила Корнелл. — Многие были преданы Дамблдору, а вот шотландскую кошку могут и не любить. А тут такой удар по карьере. И совмещение приятного с полезным никто не отменял: Трелони любит выпить, а Синистру не раз ловили с выпускниками и совершеннолетними учениками.

Раздался громкий хлопок. Появившиеся домовики поставили на пол несколько коробок с полными бутылками и журналами.

— Это всё? — удивился Гарри. — Я думал, будет больше.

— Остальные напитки и срамные журналы директриса спрятала в сейфе, в своём кабинете. Она посчитала, что для анализа вам этого хватит.

— Ну что ж, приступим к анализу, — произнёс Холмс, когда эльфы исчезли.

Гарри и Гермиона подошли к коробкам, взяли по журналу, краснея до ушей, потянулись к бутылкам, Но подошедшая Софи преградила им путь своей изящной рукой.

— Куда? — спросила она весёлым, но грозным голосом. Села на парту, расположила трость на коленях и вынула один сосуд. — Вам двадцати нет.

— Тебе двадцать четыре.

— Вот и не спорьте со старшей. У меня душевная травма. Имею право.

— И правда, дети, — вмешался Холмс. — Просмотрите лучше журналы. Запомните: шведская бумага для такого чтива обычно крепкая, гладкая и острая. Магические чернила имеют медовый запах. Шрифт, даже на иностранном языке, будет иметь острые навершия в буквах «А», «Д» и «И». Французская бумага тонкая. Чернила без запаха, а буквы, особенно начальные и гласные, имеют вид орнамента.

Гриффиндорцы, понимая, что последнее слово сказано, обиженно уткнулись в глянец, слушая комментарии старика:

— Этикетка английская. Бутылка тоже... Хотя что смотреть на бутылку? Наши торговцы их у маглов покупают.

Раздался хлопок. Краем глаза Поттер и Грейнджер заметили, как экс-квиддичистка вытащила из волос заколку, превратила её в стакан и наполнила до краёв. Затем на мгновение о чём-то задумалась и выпила половину.

— Что вы чувствуете, мисс Софи?

— Горло будто огнём палит! И одновременно такой холод.

— Значит, произведено в Британии, — сыщик понюхал напиток. — Да, в Сассексе. Только там используют сусло, перемешанное с яблочным соком. В Шармбатоне в огневиски добавляют грушевый или виноградный сок, а ещё любят приправы. А в Дурмстранге его делают больше похожим на медовуху и пиво, чтобы сохранить согревающие свойства.

После второго бокала Софи заулыбалась и засмеялась, после третьего её потянуло петь песни, после четвёртого она что-то закричала на итальянском, качаясь, подошла к гриффиндорцам, присела рядом с ними и полезла обниматься, а потом...