Коширо и Афина: исправляя проблемы прошлого (гет)

— Я вернулся, — подходя к старому, но добротному дому, поздоровался про себя Коширо.

Этот небольшой двухэтажный дом перед ним видел многое в его жизни. Если бы дом был живым и мог говорить, что бы он ему рассказал?

Вначале поприветствовал бы хозяина и радушно открыл ему дверь? А потом рассказал, как он рад, что в его стены наконец вернулась жизнь? Или…

«Нет, это было в прошлом», — подумал про себя Коширо, отгоняя непрошеные мысли.

Если он позволит себе зацикливаться на прошлом, он ведь не сможет здесь жить.

— Коширо! — вдруг услышал он немного хрипловатый мужской голос.

Похоже, он так отвлёкся на мысли о доме, что совсем не заметил невысокого крепкого пожилого мужчину, который вышел навстречу к нему. Несмотря на свой почтенный возраст, он шёл навстречу довольно бодро. Подойдя к Коширо, мужчина тут же крепко-крепко обнял парня.

— Здравствуй, дядя Изао, — обняв мужчину в ответ, промолвил Коширо.

— Здравствуй, племянничек, — тепло ему улыбаясь, ответил тот, — я рад, что ты наконец-то приехал.

— Здесь мой дом, моя школа. Здесь я вырос, — начал перечислять Коширо, — и здесь вы… И мои старые друзья.

— Кстати, твоя последняя мысль — вернее, — заметил мужчина, — помни — дом там, где живут те, кто тебе близок.

— Да, это правда…

Неожиданно мысли на миг перенеслись немного назад во времени. Кровь прилила к щекам при воспоминании о директрисе и о детях в приюте. Да, и в большом городе были те, кто стал ему близок, но с ними он тоже должен был расстаться.

Правда, дядя сделал вид, будто не заметил его метаний и, так же мягко ему улыбаясь, продолжил:

— Коши, извини меня, старика, что не встретил тебя лично. Я попросил Селену, но, видимо, у неё что-то не получилось. Я, понимаешь, не успел у тебя с уборкой немного…

Парень просто кивнул на его слова и немного натянуто улыбнулся. Все так старались для него. Сель даже согласилась его встретить. А ведь хотела как лучше, но он попросту всё испортил. Поэтому ему и было стыдно признаться даже его добродушному дяде. Вряд дядя Изао поймёт то, как они с Сель расстались.

«Хоть легче, что старик не стал выспрашивать детали…» — подумал Коши.

— Так, хватит стоять в прострации, Коши, — продолжил дядя, — пошли, обустроим тебя побыстрее, покормим, согреем… Расскажешь, что тебе нужно ещё. Наверняка же вымотался в дороге.

— Это точно, — не мог не согласиться Коши, — я думал, что по дороге в автобусе из меня вытрясет все, что только можно…

— Да, бывало и меня по дороге к тебе в большой город посещали подобные мысли! — рассмеявшись, заметил дядя.

После этого он положил ему свою крепкую руку на плечо и повёл в родной дом.

Лишь попав внутрь, и оставив вещи в гостиной, Коширо начал осматриваться и прислушиваться к себе. Но отклик был каким-то… странным. Было чувство, будто он вернулся в родное, знакомое, но в то же время немного подзабытое место.

— Десять лет прошло, — вдруг услышал он голос дяди, — если честно, я боялся, что ты не захочешь вернуться в Танаку. Вдруг нашёл в том приюте невесту и решил обустроиться. Ты ведь не из робких, да, Коширо?

— Ошибаешься, дядя. На романтику у меня совсем не было времени. Но я очень рад, что у меня теперь есть свой дом.

— А я как рад, что ты будешь жить неподалёку от нас, — поделился мужчина и жестом пригласил Коширо следовать за ним.

Едва они спустились на кухню, умопомрачительный запах и многообразие блюд на столе тут же привлекли внимание Коширо. И как повара, конечно же, тоже.

— Не многовато для меня одного?

— Твоя тётя Мики очень постаралась и приготовила тебе всего понемногу, — широко улыбаясь, заметил дядя, — но прийти лично ей пока довольно сложно. Ноги у неё уже не те, а за готовкой, как всегда, за здоровьем не уследила.

— Я понял, — ответил парень, — я был бы рад её видеть… И как она сейчас? Не стало хуже?

— Всё относительно хорошо, Коши. Отдохнёт немного и всё пройдёт. Мики лишь ворчала, что не смогла встретить тебя лично. Но поверь, если ты не зайдёшь к нам в ближайшее время и не расскажешь больше о себе, она будет ворчать намного сильнее.

Коширо тут же сделал себе в уме важную пометку: «Наведаться к тёте Мики». Когда его матери не стало, старшая сестра его мамы опекала его вплоть десяти лет, и даже когда его отдали в приют, она всё так же пеклась о нём. Он хорошо помнил печёные сладости, которые тетя часто передавала ему через дядю в приют. Это нередко скрашивало его жизнь в приюте тогда…

Но привычки повара не позволили долго размышлять о родне.

«Пора попробовать новые блюда тёти Мики! А потом повторить что-то новенькое,» — загорелся парень.

Это было его самым любимым делом. И тётя прекрасно знала, что множество новых малознакомых блюд на столе будут будоражить воображение Коширо ещё долго и отвлекут от ненужных мыслей.

— Тётя Мики знает, как тебя впечатлить, да? — рассмеялся дядя.

* * *

Уже позже, почти засыпая в своей комнате, на втором этаже дома, он потихоньку погружался в воспоминания. Такой знакомый запах кедрового дерева и татами со смесью свежего морского воздуха укутывал и успокаивал. «Теперь я наконец-то начал чувствовать себя дома.» — промелькнула у Коши неожиданная мысль. Даже скрип ступеней деревянной лестницы, когда он поднимался сюда, напоминал ему о светлых и радужных временах.

«Это место наполнено памятью о событиях, когда я ещё не ощутил на себе всю несправедливость этого мира.»

Коши вспоминал, как здесь он нередко играл с друзьями, с двумя подругами, что жили в нескольких кварталах от него. И на кухне этого дома его в первый раз учили готовить.

Он достал из рюкзака драгоценную рамку и посмотрел на неё. На фото была его мама. И хотя уже тогда она болела и это было очень непросто для неё, мама всё равно учила его готовить.

«Да, готовить первые, до смешного простые блюда. Но именно в те самые годы я пообещал ей, что стану прекрасным поваром, который удивит даже её.»

На миг предательские слёзы наполнили глаза, но Коширо не позволил им пролиться и быстро вытер.

Он тут же переключился на другие воспоминания и вдруг вспомнил, как скривилась маленькая Сель, когда он предложил ей свой первый омлет. Та тут же заявила, что он попросту схалтурил. Коширо тогда очень разозлился на подругу. Впервые они едва не поссорились всерьёз.

Но Афина, младшая сестра Селены, тут же примирила их, предложив той доказать свою правоту и приготовить что-то лично своё. Хорошо, что тогда мама Коширо была дома и не позволила Селене взять в руки опасные взрослые ножи. Она выгнала детей во двор, запретив даже появляться на кухне без её ведома.

«Дом там, где живут те, кто стал тебе близок», — вспомнил он слова дяди. «Да, здесь, в Танаке, у меня есть те, о ком я не хотел бы забывать…»