Глупый кролик (гет)

— Ты просто обязана там быть! — воскликнула Заря, тряся перед носом Джуди куском глянцевой бумаги. Крольчиха, только вернувшаяся с прогулки с Уайлдом, в которую неожиданно превратилась конфронтация в столовой, чувствовала, что голова у нее кипит от новой информации. Громкие причитания Барашкис резали ее слух, точно нож режет стекло. Она вымученно улыбнулась соседке, оторвавшись от ленивой распаковки вещей.

— Я не уверена, что мне хватит энергии, понимаешь? Столько нового происходит со мной за каждым углом, что я просто не успеваю осознать и половину, — Джуди аккуратно извлекла из чемодана плотную коробочку: в ней оказался кактус, который она тут же поселила на прикроватной тумбе. — К тому же, завтра уже начнутся занятия, и разумно будет выспаться.

Барашкис удивилась ее словам, точно чему-то невообразимому, и даже перестала мельтешить — так и замерла на месте с ярким флаером. Затем вздох, почти наигранный, сорвался с ее губ, и она понуро шагнула к Джуди, чтобы оставить листовку на аккуратно заправленной постели.

— Ну, я давить не стану, Джуди. Но я все равно считаю, что это огромное упущение. Вечеринка по случаю окончания лета — это эксклюзив! — овечка заискивающе взглянула на новую соседку, наблюдая за ее реакцией. — Я просто хочу помочь тебе освоиться, ведь таким, как мы, стоит держаться друг друга. Ты бы знала, как тяжело было раздобыть еще одну пригласительную!

Джуди не знала, что именно имеет в виду Заря, говоря «таким, как мы», учитывая, что они были знакомы меньше суток, но все же слова соседки кольнули ее чем-то, похожим на вину. Эта девушка старалась ради нее из самых лучших побуждений, — стоит ли отмахиваться от подвернувшегося шанса повеселиться и познакомиться с другими учениками?

Хоппс тяжело вздохнула, точно приняв решение, способное изменить ее жизнь. Возможно, Заря права, и эта вечеринка станет для нее судьбоносной?

— Ну ладно, давай сюда свою пригласительную!

Овечка тут же изменилась в лице и радостно запрыгала на месте, стуча копытцами по паркету.

— Твою пригласительную, моя дорогая, — поправила она Джуди и бросилась к брендовой сумке, что лежала на подоконнике, точно элемент декора. Вскоре она вернулась с билетом, напечатанным на плотной бумаге. Сам он был темно-фиалкового цвета, но по левому краю, в отрывной части, бумага пестрела яркими красками, имитирующими всполохи света. Серебристые буквы оказались выпуклыми: крольчиха ощутила это подушечками лап, когда взяла билет и начала его изучать.

На лицевой стороне лаконично обозначалось название события, время начала и «секретное место» вместо точного указания локации. По другую же сторону листа текст был менее крупным, но более будоражащим:

Привет, счастливчик!

В этом году ты стал обладателем билета на самую значимую вечеринку года!

Готовься окунуться в мир веселья и роскоши, прыгнуть с разбега в бассейн, опьянеть от нереального диджейского сета и танцевать до самого утра в компании лучших из лучших! И помни: если мы выбрали тебя, ты уже на правильном пути!

С нетерпением ждем встречи с тобой,

твои Эмма, Люк и компания.

Тон пригласительной Джуди не понравился: текст звучал высокомерно и слащаво, буквально кричал в притворном восторге обилием восклицательных знаков. Незнакомые имена в самом конце наверняка принадлежали детям сливок общества — это бы объясняло общий пафос. Крольчиха инстинктивно сжала билет в лапах, слегка сминая плотную бумагу, пахнущую свежими чернилами, точно этот экземпляр напечатали запоздало, в спешке. И когда вообще Барашкис успела его раздобыть? Бегала за билетом вместо того, чтобы позавтракать и спокойно начать день? Сомнительная жертвенность ради кого-то, с кем познакомился прошлым вечером.

«Нельзя быть такой подозрительной! Возможно, Заря искренне хочет помочь, а я отвечаю ей скептицизмом и недоверием», — пристыдив себя, Джуди тепло улыбнулась соседке. Та буквально светилась, радуясь, что ее уговоры возымели эффект.

— Ты ни за что не пожалеешь! Эмма обожает новые знакомства! Ты обязательно всем понравишься, — Барашкис потянула крольчиху за запястья к своему шкафу. — По-моему, наши с тобой параметры почти совпадают. На вечеринке строгий дресс-код, нужно будет подобрать тебе что-то подходящее. Что-нибудь… элегантное.

Джуди сконфуженно свела лапы на груди, скрывая наполовину выцветший принт на толстовке. Брошенный овечкой комментарий заставил ее еще раз усомниться: а стоит ли идти? Стоит ли строить из себя богатую девочку в люксовой одежде с чужого плеча? Барашкис, точно услышав ее метания, торопливо извлекла из шкафа глубокого синего цвета платье, вспыхнувшее множеством блесток от робкого прикосновения солнечных лучей.

— Выше нос, дорогая! Ну-ка, попробуй его! Мне не терпится увидеть, как оно сядет на твою фигуру.

Очередной вздох сорвался с губ Джуди. Она подхватила лапами край толстовки и потянула вверх.

* * *

Ник поднес ко рту то, что осталось от сигареты, в последний раз, коротко затянулся и лениво затушил окурок о ступеньку, на которой сидел. Общежитие мальчиков возвышалось за его спиной, солнце мягко припекало макушку. Лис отхлебнул сладкую, но все еще прохладную жидкость, из стоявшей рядом жестяной банки, и расслабленно прикрыл глаза. Здание позади него шумело множеством веселых голосов и звенело смехом, снаружи же было почти медитативно спокойно. Уайлд цеплялся за эти последние мгновения спокойствия с жадностью: вот-вот должен был начаться учебный год, что чревато рядом новых проблем. Еще и эта новенькая свалилась на голову.

Крольчиха показалась Нику очень занятной. В ее голосе при каждой фразе звучал протест, в нем был огонь. Несмотря на безобидный внешний вид и правильный образ, в Джуди Хоппс разрасталось пламя подросткового бунта, о котором она сама, возможно, и не подозревала. Уайлд был готов помочь, показать, как направить силы в нужное русло. Но, вспоминая упрямый смелый взгляд новенькой, понимал, что с ней может быть трудно. И все-таки ему было интересно.

Телефон в его кармане завибрировал. Ник лениво достал устройство, взглянул на экран и так и замер. В голове пронеслись одно за другим ругательства. Мысли о занятности новой знакомой сменились негодованием, пока он смотрел сториз пользователя @brsh.kiss. На экране была Джуди в дурацком дорогом платье. Она крутилась около зеркала, пока Барашкис с телефоном в руках снимала ее с разных ракурсов. Хоппс неуверенно улыбалась, явно чувствуя себя неуютно в вещи, принадлежащей гламурно-богатому миру, а овечка кидала ободряющие комментарии. Надпись в углу экрана гласила: «@thesocalledhopps, добро пожаловать в стадо» с кучей зеленых сердечек в завершении.

Ник стиснул зубы и сжал телефон так крепко, что от давления на лапу стало больно. Он поспешно перешел на аккаунт Джуди, открыл диалог и так и замер в растерянности. Что ей написать? Сказать напрямую, что ей не стоит идти на эту вечеринку? Предупредить, чем это может обернуться? Нет, слишком опасно, если допустить, что она вовсе не такая, как показалось лису на первый взгляд. Быть может, вот она, Джуди Хоппс — в поношенных брендовых вещах, стремлении угодить «авторитетам» и попытках дотянуться до звезд. Только вот звезды — ненастоящие.

Возможно, стоит спровоцировать ее? Вывести на эмоции, показав, как именно выглядит ее нынешнее поведение? Спустя еще минуту колебаний Ник сделал большой глоток шипучей жидкости из банки (она вдруг показалась ему до отвратительного приторной), соседствующей ему на нагретых ступеньках, и принялся энергично печатать текст.

31 августа, 14:51

Мои поздравления, Морковка. Не хватает только бантика на макушке: выглядишь как идеальный подарочный набор. Надеюсь, богатенькие ублюдки оценят твои старания. Может, даже допустят к объедкам с их царского стола, кто знает (:

Он смотрел на отправленное сообщение, точно загипнотизированный, не понимая, почему его так сильно задел вид Джуди в синем платье. Конечно, вся эта история с ежегодной вечеринкой и ролью новеньких из бедных семей на ней всегда поднимала в нем волну возмущения, но никогда прежде ему не хотелось вмешаться так сильно. Сейчас же он чувствовал, что не может оставить крольчихе и шанса встрять в неприятности. Ему хотелось вытащить ее, пока не стало поздно. Это было… странно?

— Эй, ты пытаешься прожечь экран взглядом или что? — из подобия транса Ника вырвал знакомый голос. Он поднял привычно-насмешливый взгляд на Хлои, но ничего не ответил. Рысь стояла возле перил, одной ногой придерживая повидавший жизнь скейтборд, и часто дышала. Должно быть, поездка до корпуса мальчиков была энергичной. — О, я поняла! Сегодня с нами загадочный Ник Уайлд. Щепотка меланхолии, горсть тайны во взгляде, стакан скептицизма… — она, не спрашивая разрешения, потянулась к жестяной банке и, попробовав ее содержимое, скривилась. — Ну и гадость! Нагрелась и теперь совсем невкусная.

— Ну извини, я вроде как не просил тебя подворовывать мое топливо, — лис выхватил напиток из лап приятельницы, хмурясь. Ее шутливый тон и открытость совсем его не подзарядили, как то обычно бывало, а вызвали лишь зуд раздражения где-то глубоко внутри. — Привет, Брукс. Учти, я не в духе, так что с шутками давай поаккуратнее.

— Оно и видно, — хмыкнула рысь, провожая взглядом банку. Ник и сам удивился этому порыву: вроде бы никогда не был собственником. Да и жалкая выдохшаяся газировка не тянет на завязку конфликта, пусть и крошечного, даже с натяжкой. — О, «богатенькие ублюдки»… Достаточно цивильно для тебя. И достаточно лояльно — для них. Тебя что, снова так парит эта вечеринка?

Ник развернул телефон экраном вниз и с трудом преодолел порыв вскочить с места.

— Про личные границы не слышала? — его взгляд был почти злобным. Хлои это не обидело: по правде говоря, ее вообще мало что обижало. Наверное, в том была ее маленькая суперспособность: она часто ходила по грани, но делала это умело. Они едва ли не регулярно огрызались друг на друга, но в настоящую ссору это никогда не перерастало. — Я познакомился в столовой с твоей соседкой. Она не глупа. И у нее очень острое чувство справедливости. Понимаешь, к чему я клоню?

— Не совсем… Погоди, сообщение адресовано ей? — Хлои, заинтересовавшись окончательно, тут же подсела к приятелю и пихнула его в плечо, точно приближая тем самым ожидаемый ответ. Уайлд в ответ лишь утвердительно кивнул, понимая, что теперь не сможет быстро увести диалог в другое русло. — Черт, я так и знала, что Барашкис попытается ее втянуть! Ты бы видел, как она на нее смотрела после подселения. С ног до головы всю взглядом облизала.

— Если знала, то почему не предупредила ее?

— Потому что не лезу, как и всегда. Как и ты. Мы ведь давно решили, что не будем встревать, разве нет? Навлечь на себя неприятности ради кого-то, кого мы знать не знаем, ты вроде как никогда не горел желанием, — рысь постаралась вглядеться в эмоции Ника, хитро ухмыльнувшись. И, кажется, без труда увидела что-то любопытное, потому что глаза старшеклассницы расширились в искреннем удивлении. — Не-еет, Уайлд, да быть не может! Она тебе понравилась, что ли?

— О да, — лис фыркнул. — Такое точно в моем вкусе. Подопытные кролики из провинции — определенно мой типаж, — взгляд Хлои все еще оставался многозначительным, что заставило его закатить глаза. — Нет, разумеется. Просто мне показалось, что в будущем она может быть полезна, понятно?

Рысь пожала плечами, обозначив тем самым свое дальнейшее нежелание копаться в причинах заинтересованности. Но вопрос, пусть и заданный некорректно, был действительно уместен. И правда — почему его так зацепил этот конкретный случай? Неужели Джуди Хоппс заинтересовала его настолько, чтобы ради нее идти против собственных правил? Чепуха какая-то.

«Да я просто ненавижу, когда невинных зверей используют. Тем более — такие, как Люк. Устал за этим наблюдать раз за разом, вот и все».

Телефон вновь встрепенулся в его лапах, возвращая себе украденное рысью внимание. Ник тут же нажал на уведомление, и любопытная Хлои без всякого стыда тоже уставилась в экран чужого телефона. Лис лишь страдальчески вздохнул и открыл диалог, позволяя собеседнице увидеть его диалог с крольчихой.

31 августа, 15:01

Откуда в тебе столько желчи, Уайлд? Я просто хочу повеселиться и в твоем одобрении не нуждаюсь.

— Ну, в общем-то она права. Ты же буквально оскорбил ее без причины, — Ник сердито пихнул рысь в бок. — Да что? Сам посуди — у нее нет причин сомневаться в благих намерениях Зари. Она крольчихе уже наверняка в красках рассказала, какое веселье ее ждет. Почему твои колкие комментарии, которые от тебя вполне ожидаемы, должны вызвать в ней что-то, кроме негатива?

Хлои говорила правильные вещи, и это злило Ника куда сильнее, чем чувство собственного бессилия. Он не мог напрямую написать Хоппс про койота из неблагополучной семьи, которого после вечеринки нашли без сознания в прошлом году. Или про новенькую-отличницу с позапрошлого года, которую едва не исключили после все того же мероприятия: она попала в медпункт с передозировкой. Уайлд не был на хорошем счету у администрации, практически на волоске держался. Поэтому стоило поддерживать иллюзию доброжелательных отношений с теми школьниками, кому ничего не стоило испортить ему жизнь. И в список этих зверей входила, увы, не новенькая крольчиха.

И все-таки лис чувствовал: он не может не попытаться ей помочь.

* * *

Ткань платья в который раз собралась складками на ее бедрах. Джуди вновь одернула подол, чувствуя себя нелепо в чужой одежде, издевательски облизывающей ее фигуру, подчеркивать которую крольчихе всегда было неловко. Заметив ее смущение, Заря тут же подхватила соседку под локоть, ускоряя шаг. Они приближались к зданию бассейна, со стороны которого доносились звуки музыки и шум голосов.

— Ты напрасно беспокоишься, это будет весело! — заверила Барашкис, немного нервно улыбаясь. Казалось, она тоже была чем-то взволнована, но причины ее переживаний не были известны Джуди. Не желая становиться очередной головной болью для той, кто всеми силами старалась помочь ей влиться, Хоппс дала себе команду не думать о том, как она выглядит. Да и вообще, каких друзей она собралась заводить, если вместо приветливой улыбки тревожно хмурит брови?

Когда они были совсем близко, Джуди почувствовала, что от волнения у нее дрожат колени, но то уже было из-за предвкушения. Что ждало ее на вечеринке? И какая она вообще — эта вечеринка студентов престижной академии?

Двери открылись перед ними. Барашкис, в миг оживившись, ринулась вперед и нырнула в самый центр веселья и шума, утягивая за собой и Джуди, которая едва успевала смотреть по сторонам. Помещение с высокими потолками было невероятно просторным. Оно переливалось разноцветными пятнами света, которые плясали на стенах и блеском отражались от окон и водной глади огромного бассейна в центре. Музыка ревела, казалось, со всех сторон, мешалась с голосами, подпевавшими текстам, визгом и болтовней. Это едва не дезориентировало Джуди, которая с трудом поспевала за Зарей.

Подростки веселились, общались, пили что-то дымящееся из одноразовых стаканчиков. «Обычные школьники», — пронеслось в голове крольчихи. Она и сама не понимала, почему пытается себя в чем-то убедить. Быть может, это сообщение Уайлда никак не шло из головы. Она сердито стиснула кулаки, заставляя себя очистить голову и веселиться.

В одном Ник был прав — звери вокруг действительно казались богатыми. Было что-то непривычное и отталкивающее даже в манере их веселья. Вечеринка казалась слишком шумной, слишком яркой, слишком идеальной. Точно попытка доказать свой статус всему миру, точно крик превосходства. Практически все были изысканно одеты, даже если чей-то стиль казался на первый взгляд повседневным. Внезапно в толпе мелькнули потертые джинсы и рыжий хвост, показавшиеся неуместными и до странного знакомыми. Джуди попыталась уцепиться взглядом за эту деталь, но ей не удалось.

— Это был Уайлд? — выпалила она, не останавливаясь. Ей вдруг отчаянно захотелось, чтобы это был он: несмотря на то, что лис нагрубил ей, его вызывающий в своей небрежности вид стал бы глотком свежего воздуха там, где каждый новый образ кричал о куче потраченных купюр.

— Где? Я не видела. Но почти наверняка — да, он. Не понимаю, почему он до сих пор получает приглашения на вечеринки. Должно быть, его просто терпят из вежливости. Или зовут, чтобы скандал не закатил. Это он отлично умеет, — Барашкис замедлилась, когда они вырвались из душных объятий толпы. — Мы почти пришли. Хочу познакомить тебя с виновниками торжества, — она снова потянула ее за лапу и через пару метров резко остановилась, заставив Хоппс поспешно и несколько неловко замереть позади, едва не впечатавшись в спину своей проводницы. — Знакомься, это Люк и Эмма.

Эмма, белоснежная пантера, только что смеявшаяся над шуткой Люка (который оказался широкоплечим волком в расстегнутой белоснежной рубашке), неспешно повернула голову в сторону пришедших, и ее улыбка из искренней превратилась в напряженную, едва ли не снисходительную. Джуди почувствовала, как сжалась под взглядом хищницы Барашкис, прежде чем та отпустила ее лапу. Она и сама ощутила предательскую дрожь в коленях: эти звери давили не столько своими габаритами, сколько неоспоримым авторитетом, что заметил бы даже непосвященный.

— Заря! Моя любимая овечка, рада тебя видеть, — Эмма старательно улыбнулась шире, обнажая белоснежные клыки. — А с тобой та самая новая подруга, о которой ты столько говорила? Как мило. На ней, кажется, платье, которое я тебе подарила? Сразу видно, что ее купил зверь с хорошим вкусом. Только посмотри, на ее фигуру оно село даже лучше, чем на твою. Зайка, ты сногсшибательна! Наверное, планируешь стать звездой этого вечера?

Пантера имела удивительную способность обидеть даже комплиментом, вот что решила Джуди, которой после слов Эммы стало еще более некомфортно под изучающими взглядами новых знакомых. Звездой вечера она становиться никак не собиралась, а то, как хмыкнул Люк, скользнув взглядом вдоль изгиба ее бедер, вызвало приступ омерзения. Должно быть, выражение ее морды было весьма выразительным, потому что Заря сердито пихнула ее в бок:

— Ну же, скажи спасибо, — от этих слов соседки ком подкатил к горлу. Опешив, Джуди смогла лишь ответить ей мимолетным полным горечи взглядом. Образ новой подруги, которая о ней заботится, помогает влиться в местное общество, пошел тонкими трещинами. Разве так общаются с… друзьями? Обида, жгучий стыд за собственную доверчивость и внешний вид накрыли ее жаром. Но Джуди была бы кем угодно, но не собой, если бы сыграла по этим правилам.

— Крольчиха, — прохладно отозвалась она. Эмма удивленно вскинула брови, и в ее глазах вспыхнул недобрый огонек, а Люк задорно хохотнул, чем еще сильнее распалил подругу.

— Что, прости?

— Я не зайка, — несмотря на уверенность в том, что поступила правильно, не проглотив обиду, Джуди все равно почувствовала себя смущенно и жалко. Все трое смотрели на нее так, словно она не отстаивала свою индивидуальность, а собиралась рассказать кульминацию затянувшегося анекдота. — Таким статусным зверям, как вы, должны быть известны отличия.

— Джуди, ты сама не своя. Не хочешь выйти, подышать и прийти в…

Люк махнул Барашкис, призывая ее замолчать, и она покорно стихла, опустив взгляд на усыпанный блестками пол. Он шагнул к Джуди, из-за чего ей вмиг захотелось отступить, но пятиться уже было некуда: толпа позади, шумная, веселая, точно нарочно наседала, отрезав путь к спасению. Волк поднял лапу над ушастой головой новенькой, и Хоппс зажмурилась, ожидая чего угодно от хищника, но он лишь взял бокал с подноса, который принесла бесшумно появившаяся рядом газель.

— Поправляешь Эмму? Выходит, у тебя есть характер. Возможно, ты все же достойна настоящего приветствия, — бокал с розовой пузырящейся жидкостью оказался перед самым носом Джуди. — Выпьешь с нами? — голос Люка был спокойным, почти дружелюбным, но что-то подсказывало, что сказанное им — на деле вовсе не вопрос. Эмма, прежде нарочито оскорбленная, с интересом наблюдала за разворачивающимся представлением. Пробежавшись взглядом по ученикам, крольчиха заметила, что на нее смотрят не только эти двое и их шерстяная сошка. Точно по намеченному сценарию, к ним стали подтягиваться заинтересованные ребята из толпы. Из простого предложения, которое можно отвергнуть, бокал превратился в вызов. В условия, которые необходимо принять, чтобы избежать публичного позора.

Джуди медленно взяла бокал, проклиная себя за то, что не послушала внутренний голос, кричавший еще утром, что все это — не ее. Не послушала Уайлда, который предупреждал ее, пусть и в своеобразной манере, что идти на вечеринку не стоит. Внимание толпы было тяжелым, почти осязаемым, но лапы крольчихи не дрожали. От розовой жидкости тянуло сладостью, спиртом и чем-то химическим, приторным. Джуди, не пробовавшая алкоголь прежде, ощутила тошноту от этого чуждого ей запаха. Может, стоит разбить бокал и сбежать, воспользовавшись эффектом неожиданности? «И смешать свою репутацию с грязью в самом начале», — подсказал издевательски внутренний голос. От отвращения к ловушке, в которую крольчиха попала по собственной недальновидности, хотелось кричать. «Ну не отравить же они тебя решили на глазах у всех! Это просто проверка».

Она подняла глаза на Люка: во взгляде, должно быть, без труда читался холод ее немого бешенства. Но губы растянулись в том, что должно было сойти за улыбку.

— За новые знакомства? — хрусталь коснулся ее губ прохладой. Жидкость обожгла гортань. Зажмурившись, она скорее проглотила алкоголь. Перед тем, как Хоппс успела сделать второй большой глоток, она почувствовала толчок в спину, и бокал выскользнул из ее лап, окропив содержимым ткань платья. Раздался звон бьющегося хрусталя. Губы Эммы изогнулись в отвращении, и Джуди решила было, что ее испепеляющий взгляд был адресован ей, но пантера смотрела на кого-то за ее спиной.

Казалось, даже толпа стихла, и оттого музыка лишь сильнее била по ушам. Но голос того, кто стоял за спиной Джуди, звучал для нее громче и отчетливее навязчивых басов. Звучал отрезвляюще.

— Упс! Неловко получилось. Морковка, ты в порядке? — те самые потертые джинсы, что она увидела в толпе. Тот же нахальный взгляд изумрудных глаз, что зацепился за нее в столовой. Насмешливый тон, гримаса преувеличенного сожаления и вместе с тем — вызов в глазах, взгляд которых был прикован к Люку.

— Ник Уайлд! Какая неожиданность. Решил поиграть в героя? Совсем на тебя не похоже, — голос Эммы стал высоким, взвинченным. — Посмотри, что ты наделал! Я одолжила крольчихе это платье на вечер, ведь ей было так тяжело влиться. А теперь мое платье испорчено. Кто же будет за него расплачиваться?

— Так и быть, я одолжу пару монет на прачечную, — Ник перевел взгляд на намокший предмет гардероба, затем — на пантеру, и улыбнулся в притворном сочувствии. — Возможно, для тебя это новое слово, Эмма, ведь я не помню, чтобы видел тебя в одном наряде дважды. Думал, что это признак твоего статуса, но твой драматизм заставляет меня предположить, что ты просто не слышала о том, что нормальные звери одежду стирают.

Люк приблизился к лису, успевшему ненавязчиво отгородить Хоппс от сливок школьного общества, и угрожающе навис над ним, явно собираясь сказать пару ласковых за нанесенное его девушке оскорбление. Барашкис услужливо поднесла стакан воды Эмме, готовой захлебнуться в собственном негодовании, — пантера выбила его из копытцев впавшей в немилость прислужницы, провоцируя очередной звон бьющейся посуды. Напряжение нарастало, натягивалось, готовое лопнуть и разлететься осколками, провоцируя больший хаос, но за мгновение до того, как все окончательно пошло наперекосяк, раздались усталые одиночные хлопки из толпы зевак.

— Браво! Самое скандальное шоу сезона! Рейтинги будут зашкаливать! — распихивая любопытных учеников, из толпы появилась Хлои. В лапах у нее был телефон, и она явно играла в оператора, наводя объектив поочередно на участников действа. У Джуди голова пошла кругом: хотелось верить, что от абсурдности происходящего, но все окружающее стало до странного мягким и бликующим. Голос Хлои, только что резавший слух, внезапно зазвучал точно из-под воды. — А давайте пригласим Златогрива? Уверена, он оценит ваши актерские старания! Пантера-истеричка, тупой качок волк и героический лис, — песня, старая, как и традиции этой заунывной вечеринки.

Слова перестали иметь смысл: в голове крольчихи они разбивались на буквы, превращались в бессмысленную бегущую строку из символов. Ей захотелось опуститься на колени, потому что лапы стали ватными и не могли больше ее держать, но Уайлд услужливо подставил ей плечо и придержал лапой за талию.

— Брукс, прекращай стримить. Надо выводить ее, — рысь среагировала на слова друга моментально: телефон тут же скользнул в карман, и она подхватила совсем обмякшую крольчиху с другой стороны. Притихшая толпа наблюдала за развязкой с негромким шушуканьем. Кто-то расступился, создавая проход для крольчихи и ее спасателей. Бросив опасливый взгляд на Люка, Ник вытянул вперед лапу, как бы создавая невидимую стену между собой и организаторами вечеринки. — Остыньте! Мы уходим, ясно? — он чуть склонил голову и произнес тише в ухо крольчихи слова, которые, вопреки сопротивлению отключающегося мозга, все же сложились в связное предложение:

«Все будет в порядке».

Среди лицемерных улыбок и тайн, сокрытых на дне бокалов, среди обманчиво праздничного убранства эти слова стали единственным, чему Джуди поверила, прежде чем лживый мир погрузился во тьму.