В-лимфоцит и темная башня (джен)

На ближайшем привале клетки устроили совещание.

— Мы знаем, что патоген движется к темной башне, — сказал дендроцит.

— Темная башня находится где-то за бесплодными землями, — подхватил клетка памяти.

— А где это? — спросил В-лимфоцит.

— Может быть, в коленной чашечке? — предположил дендроцит и посмотрел с сомнением на приятелей. Похоже, никто из них тоже не знал, где такое.

— По легенде, к темной башне ведут шесть путей, называемых лучами, — продолжил клетка памяти. — Их охраняют двенадцать стражей.

— Нам надо их всех победить! — догадался Т-киллер, воодушевленно хрустя костяшками пальцев, сжатых в кулаки.

— Полагаю, надо найти хотя бы одного и следовать по пути луча. Они же все пересекаются у темной башни, — возразил клетка памяти, остальные согласно покивали.

— Ну и где же мы будем искать этого стража? — спросил Т-киллер с явной досадой оттого, что в обозримом будущем вряд ли сможет подраться в свое удовольствие.

— Спросим у местных? — предложил дендроцит. Ничего лучшего в голову все равно не приходило.

И они направились вглубь материка, бредя по просторным ягодичным холмам, которые, казалось, и не думали кончаться. По дороге каждый из них хотя бы раз-другой задумался о том, а откуда вообще взялась эта темная башня, и какого базофила они вообще решили, что она где-то есть?

В пути им встретилась куча всякого клеточного народа, но никто не знал и слыхом не слыхивал ни о какой башне. Компания от такого приуныла. Клетка памяти почесал в затылке и предположил, что должно быть какое-то знамение. Остальные восприняли это с явной иронией, а зря. Знамение не заставило себя ждать. Клетка памяти вскоре успешно споткнулся, обдирая нос своего лакированного ботинка, и полетел кубарем под гору. Там, у тонюсенького, не слишком чистого потного ручейка, обнаружилась лачуга. В ней жил старый золотистый стафилококк, такой старый и немощный, что его даже убивать не стали — сам сдохнет.

Стафилококк сперва перепугался, завидев иммунные клетки, трясся, падал в обморок, надеясь сойти за дохлого, но потом осмелел, а учуяв в сумке варенье, облизнулся и просил его угостить — бактерии же так любят сладкое! — после поведал о том, что интересующий их страж обитает в ближайшем лесу, раскинувшемся в ягодичной расщелине. Там находится частное владение, именуемое «Попец волосатый», некогда принадлежавшее всеорганизменному центру клеткотроники. Располагается оно на стыке ягодиц, прямо у самого копчика. Вот там и следует искать стража, если он, конечно, еще цел.

При упоминании центра клеткотроники дендроцит и В-клетки встрепенулись. Кажется, они о нем что-то слышали. В-лимфоцит же вспомнил свое видение, где клетка памяти просил его остерегаться этого центра. Он не был уверен, но звучало похоже. В любом случае, надо было со всем этим разобраться. Они отвалили еще пару ложек варенья бактерии в качестве благодарности и поспешили в указанном направлении.

Лесное хозяйство «Попец волосатый» встретило их во всем великолепии полного запустения. Главное кирпичное здание и несколько деревянных корпусов, обнесенных покосившимся, полусгнившим забором, вызывали у них чувство глубокого уныния. Двери качались на оторванных петлях, окна были выбиты, крыша просела. Над главным входом красовалась почти стершаяся вывеска: «Добро пожаловать во всеорганизменный центр клеткотроники», выглядевшая как: «…бро …жало… во всеорга…зменный …ентр кл…тк…трон…ки».

Если где-то здесь когда-то и бегал страж луча, то теперь тут было тихо. От неимения других идей клетки разбрелись по строениям, с опаской поглядывая наверх и гадая, обвалится им на головы крыша или нет. Бродя по комнатам и разглядывая остатки чудной аппаратуры, которой отродясь не видали, приятели вскоре обнаружили командный пункт, из которого раньше, должно быть, управляли всем поместьем, а возможно, и не только им.

Широкий пульт управления с кучей запылившихся и местами сломанных рычагов и кнопок смотрелся безжизненно. Любопытные посетители на всякий случай подергали те и эти рычаги, понажимали кнопки… Ню даже по ним попрыгала. Никакого эффекта. И тут дендроцит догадался проверить, а подключен ли тут где шнур питания. Похожий действительно обнаружился и вел от пульта в подсобное помещение, где на стене красовалась металлическая коробка с рубильниками. Дендроцит не смог удержаться и потянул за все…

Звук, с которым запустилось управление, перепугал их до полусмерти! Когда нарастающий гул с электрическим треском, писком и воем, наконец, стих, механический голос сказал: «Добро пожаловать во вспомогательное отделение всеорганизменного центра клеткотроники, ранчо «Попец волосатый»! Пристегните ремни и наслаждайтесь самыми продуманными и безопасными технологиями в мире… Пц… пц… все…м оргазм… пц… пц…» Кажется, что-то забарахлило в этих самых продуманных технологиях. А уж насчет их безопасности клетки и вовсе не были уверены.

Далее произошли две знаменательные вещи: система, несмотря на сбои в работе, высветила им на экране ту самую заветную тропу луча, и появился «проснувшийся» страж. Похож он был не пойми на что такое. В одних мирах бы сказали, что это, скорее, медведь, в других — пожалуй, что бык, в третьих приняли бы за чупакабру колченогую, а вот для В-лимфоцита и его друзей эта штука выглядела как вирус, только огромный и с длинным ногами, которые вирусу иметь вообще не положено. «Вирус», как и все вокруг, давно уже был неисправен. Более того, «вирус» болел компьютерным вирусом, и у него неслабо так ехала крыша.

Вынырнув из бурелома позади деревянного барака, страж на своих колченогих механических ходулях направился к главному корпусу, безумно вращая страшными глазищами, которые ему заменяли лампочки. Ими он прекрасно видел, где прячется противник. Ошарашенные его появлением клетки на мгновение застыли.

— Кажется, он идет сюда, — взволнованно сказал дендроцит, прижимая к себе задрожавшую Ню.

— Он вроде как механический, — оценил В-лимфоцит, быстро соображая, что бы такое ему противопоставить, не антитела же. — На вид не очень, — добавил он, глядя на шатающуюся тушку стража.

— На вид не очень, зато легендарный, — благоговейно выдохнул клетка памяти.

— И что же мы с ним будем де…

Дендроцит не успел договорить, как вперед выдвинулся Т-киллер и направился во двор «поговорить» по-мужски с этой жестянкой.

Далее приятели с восторгом наблюдали, как Т-киллер вступает в схватку с этим чучелом. При виде его страж сперва застыл словно бы в недоумении, оценивая обстановку, а потом разогнался и набросился первым. Т-киллер ловко увернулся и пнул его вдогонку, отбив об него ногу и издав дикий вопль пополам с отборной руганью.

Однако стражу тоже досталось: его механическая нога со скрипом и скрежетом отвалилась. На оставшейся одной ему явно было неудобно удерживать равновесие, и он повалился, смешно дергая металлической конечностью. Т-киллера это только раззадорило. То, что страж по виду напоминал вирус, придавало ему еще больше уверенности. Уж он-то знал, что с такими делать! И он рванул к стражу, раскручивая кулак для своей коронной атаки.

— Суперперфориновый удар! — заорал Т-киллер, вмазывая со всей дури кулаком прямо в маячок дистанционного управления. Страж был оглушен, сбит с толку. Он задергался и заискрил, кажется, у него закоротило что-то в голове. После глаза стража потухли, и он неуклюже осел, а потом завалился на бок. Тут на него сверху посыпались удары один за другим, вышибая из него винтики. Т-киллер дубасил его отчаянно и с удовольствием, пока тот не затих.

Т-киллер вернулся победителем, за ним тянулся шлейф из винтиков, шпунтиков и пружинок. Приятели праздновали победу и хвалили Т-киллера на все лады, дендроцит и вовсе смотрел на него с обожанием. Опомнились они когда вспомнили про изображение на экране. Тропа луча была изображена там схематично, а вместо объектов местности были лишь цифры координат.

В сейфе командного пункта управления главного здания нашлась карта, взглянув на которую приятели испытали радость, ибо их, наконец-то, постиг первый успех. На карте был обозначен путь до бесплодных земель, за которыми находилась башня. Сверив обозначения на карте с координатами на экране, клетки ощутили, как радости у них резко поубавилось. Чего-то такого они, честно говоря, и ожидали. Глядя с тоскою на тропу найденного луча, они теперь отчетливо понимали, что им предстояло отправиться в самую задницу мира, то есть просто в задницу, причем буквально.

Красной линией вдоль да около тропы луча была проложена железная дорога. Ветка начиналась от Клетколада и шла до Клеткотопики, между которыми некоторые остановки были помечены пустым прямоугольником, а некоторые — заштрихованным. Возможно, это были остановки по требованию, но кто их знает.

— Отлично! Прокатимся на поезде с ветерком! — радовался дендроцит. Ню тоже радовалась за компанию с ним.

— Если поезд там еще ходит, — сказал В-лимфоцит, все еще не веря подобному счастью.

— Про этот поезд есть легенда, — тут же начал седлать любимого конька клетка памяти.

— Какая еще легенда? — угрюмо спросил Т-киллер.

— Ню? — спросила Ню.

— Страшная! — округлив глаза, ответил клетка памяти.

— О! — сказали остальные.

— Говорят, что много лет назад в этих краях ходил умный поезд, который сам умел в пути рулить, сам подкладывал угли в топку и сам развлекал пассажиров шутками, прибаутками, загадками.

— Ишь ты!

— А потом случилась с ним беда. Начал умный поезд с ума сходить. Говорят, у него раздвоение личности началось. И начал он требовать, чтобы пассажиры его развлекали, а не наоборот. А кто развлекал плохо, того поезд тот сам с себя и сбрасывал, — клетка памяти таинственно сверкал глазами и понижал голос, доходя до шепота.

— Откуда ты все это знаешь? — спросил В-лимфоцит, всем своим видом показывая, где он видал эти детские баечки.

— Здесь так написано, — ответил клетка памяти, протягивая ему книжку, которую подобрал при входе. Называлась она «Клеткопоезд Чух-Чух».

— Ерунда какая-то, — В-лимфоцит взял у него книжку, повертел, рассматривая картинки, и вернул клетке памяти, от которого та вновь пошла по рукам.

— Вряд ли это простое совпадение, — заключил дендроцит.

— Да плевать, — махнул рукой Т-киллер. — Ездит поезд — прокатимся, нет, значит, потопаем пешком.

Поскольку лучшего варианта все равно не было, приятели решили выдвигаться в Клетколад немедленно, вот только сперва еще полазить по остаткам лесного хозяйства, возможно, здесь найдется еще что-то полезное.

Книгу клетка памяти наотрез отказался выкидывать и взял с собой, почему-то будучи уверен, что та им еще пригодится. Т-киллер хотел взять сломанный бластер, но передумал: он и так был нереально крут. Остальные, полазав тут и там, не нашли ничего ценного, только Ню облюбовала какую-то железяку и притащила ее дендроциту. Железяка напоминала ключ, только чересчур большой, кривой и уродливый. Однако дендроцит, доверявшей своей любимице, выбрасывать тот не стал, а сунул понадежнее в сумку, после чего вся компания рванула в Клетколад на первой клеточной скорости, даже не подозревая, что может их там поджидать.

* * *

Клетколад открылся во всей своей красе внезапно с самой верхушки копчика. Он представлял из себя заброшенный город, полный руин и ужасного выхлопа, пропускаемого анальным сфинктером. Испарения метана внизу были настолько невыносимы, что можно было сразу окочуриться. Железнодорожная станция там действительно имелась, но до нее следовало ползти через весь грязный и убогий городишко, сперва миновав мост, который был в столь ужасном состоянии, что даже один быстрый взгляд на него уже вызывал большие опасения.

— Ну и ну… — протянул дендроцит, к ноге которого жалась притихшая Ню.

— Полный раскосец, — констатировал В-лимфоцит и посмотрел на приятелей. Клетка памяти, как с ним часто бывало, пребывал в глубокой задумчивости, Т-киллер хмурился. Никому из них явно не хотелось туда идти.

— Место тут подозрительное во всех отношениях, — добавил Т-киллер серьезно. У него было какое-то нехорошее предчувствие. Даже не предчувствие, а работающая профессиональная интуиция.

Клетка памяти в это время пристально вглядывался вдаль, разглядывая изрытые, неоднородные земли, руины строений, явно нездорового вида ткани, усеянные пятнами и бугорками, возможно, с уплотнениями, с бурыми и серыми вкраплениями, создающими весьма отталкивающий вид. Все это ему что-то сильно напоминало, но он, как и всегда, не мог вспомнить, а что, собственно…

Пока он так стоял, вспоминая и рефлексируя, его приятели рванули вниз с холма и поспешили к мосту. Глазастый В-лимфоцит первым увидел, что, несмотря на обрушение части конструкции, его вполне можно перейти по левой стороне. Уже через каких-то пять минут они начали переправу, растянувшись цепочкой, возглавлял которую В-лимфоцит, а замыкал клетка памяти. Дендроцит с Ню и Т-киллером шли посередине. Первые трое удачно миновали самый сложный участок: провал, который следовало перейти по оставшимся торчать балкам. Клетка памяти долго смотрел на них и неуверенно мялся, остальные его всячески подбадривали, совершенно забыв про Ню, которую дендроцит уже перетащил на себе, и с которой все уже совершенно точно должно было быть в порядке. Но стоило клетке памяти ступить на опасную балку, та выскочила перед ним, возможно, тоже желая подбодрить, а возможно…

— О нет, Ню! — воскликнул дендроцит. — Осторожнее! Возвращайся! Ко мне!

— Ню! Ню! — пищала Ню, вертясь на опасной балке.

Клетка памяти хотел ее ухватить, но для этого ему не хватило ловкости, и он сам едва не сорвался. Дендроцит хотел было броситься им на помощь, но поскользнулся и шлепнулся, больно отбив зад. В-лимфоцит не успел ничего предпринять, мысленно сетуя на то, что они не обвязались веревкой на всякий случай.

Вперед рванул Т-киллер. Мост внезапно тряхнуло, и он вместе с Ню и клеткой памяти полетел вниз, прямо в бурный поток, не отличавшийся чистотой воды. В-лимфоцит невольно зажмурился, дендроцит попытался упасть в обморок, но как-то не вышло. Взяв себя в руки, они кинулись к провалу моста, где перед их удивленными взорами сперва вылетела оттуда Ню, а следом за ней и клетка памяти, посланные в полет могучей рукою Т-киллера. Самому ему почти удалось удержаться на трех пальцах другой руки, но мост снова тряхнуло. Тщетно пытавшиеся ухватить его приятели с ужасом увидели, как его поглощает поток.

В надежде, что Т-киллер выплывет, они поспешили на другой берег, зорко вглядываясь в несущиеся воды. Наконец, им повезло: они засекли темное пятно его униформы и побежали за ним вдоль берега, не обращая внимания на сгущающуюся там вонь. Недалеко от моста было нечто напоминающее маленькую искусственную бухту, куда прибило тело Т-киллера, как они все надеялись, еще живого. Там их ждал сюрприз.

Когда приятели добежали до места прибития волнами тела, они увидели, как Т-киллера деловито вытаскивает на сушу очень знакомого вида клетка. Даже клетка памяти сразу вспомнил, кто же она такая. Это была NK — натуральная киллерша, которой, в отличие от тех же Т-клеток, не требовалось никакого разрешения на убийство в случае, если ей захочется кого-то убить. Была эта дамочка слегка жутковатой, не говоря уже о скверном характере. Чего греха таить, даже начальник Т-киллера Т-хелпер ее немного побаивался. Но сейчас приятели так радовались спасению Т-киллера, что готовы были благодарить за него хоть самого клеточного дьявола.

Однако не успели они даже сказать ей спасибо, как были ошарашены заявлением о том, что Т-киллера она забирает с собой, то есть себе, то есть… Разумеется, никаких возражений она не принимала, и ничего так и не успевшим толком возразить ей клеткам, только и оставалось беспомощно наблюдать за тем, как она его похищает.

Что и говорить, это все было так невовремя! В-лимфоцит покраснел от злости: у них поход к темной башне горит, а тут такое.

— Думаете, его надо спасать? — спросил дендроцит, не знающий, что и думать.

— Можем продолжить путь без него, — предложил В-лимфоцит, ловя на себе неодобрительные взгляды. Даже Ню сердито на него зыркнула, мол, нехорошо так, друзей бросать.

— Не думаю, что он в опасности вместе с NK, но и обратного утверждать не могу, — глубокомысленно изрек клетка памяти и добавил: — На моей памяти случались разные инциденты между сотрудниками иммунной системы, которые не всегда хорошо кончались.

Он не успел уточнить, какие именно, как Ню сорвалась с места и понеслась, уверенно взяв след Т-киллера. Остальным ничего не оставалось, как поспешить за ней.

Т-киллер в это же время очухался и активно начал сопротивляться. NK хорошенько его приложила по голове и потащила в открытый канализационный люк, туда, в глубокие слои эпидермиса, где она временно устроила себе тайное логово. Было тут у нее одно интересное дельце, и как же удачно ей подвернулся этот болван, на которого можно свалить самую грязную и неблагодарную работу, а заодно и славно поразвлечься с ним… всякими разными способами. При мысли о последних NK довольно облизнулась, полная предвкушения ни с чем несравнимого удовольствия доминировать.

* * *

Ню остановилась у открытого канализационного люка и грустно посмотрела вниз, в непроглядную темноту. От одной только мысли, что надо туда лезть, клетки едва не застонали. Там было темно, сыро и наверняка небезопасно. А еще они сильно подозревали, что там ничего не стоит заблудиться и сгинуть на веки вечные. Нетрудно догадаться, что одна только попытка спуститься туда едва не кончилась тем, что вся компания едва не свернула себе шеи.

Но ни В-лимфоцит, ни клетка памяти, ни даже искушенный в подглядывании дендроцит не представляли того, что их там ожидало. Мало того, что проблукали они по канализации до самого рассвета, зеленея от царящих там запахов, так еще и след потеряли. Чудом выбравшись наружу, стали снова гадать, куда все же NK потащила Т-киллера. В-лимфоцит заметил, что эта ветка канализации очевидно тянется к старому заводу, вернее, от него. Остальные пожали плечами, почему бы не добавить в качестве пункта путешествия заброшенный завод.

На подходе к пустующему контрольно-пропускному пункту Ню оживилась, снова взяла след и рванула. Влетевшие вслед за ней через проходную и далее, далее в цех приятели добежали до конца, свернули, миновав подсобные помещения и, вынырнув в цех поменьше, застыли от удивления. Картина, которую те увидели, должно быть останется в их памяти навсегда. Там на цепях и в наручниках висел Т-киллер в чем мать стволовая клеточка родила, а подле него ходила NK, размахивая плеткой и хохоча. Т-киллер был так измучен, что не имел даже сил огрызаться. Впрочем, он бы и не смог этого сделать: его рот был заткнут кляпом.

— К такому меня жизнь не готовила, — сказал В-лимфоцит. Клетка памяти согласно ему покивал, а дендроцит полез за фотоаппаратом, с ужасом думая о том, что мог его где-то оставить.

NK, недовольная тем, что ее прервали, тут же полезла в драку. Т-киллер, видя, что та отвлеклась, попытался собраться с силами и высвободиться, но не тут-то было: цепи держали его крепко. В-клетки были в недоумении, ведь им еще ни разу не приходилось драться со своими, если не считать зараженных вирусом клеток. NK к тому же выглядела весьма угрожающе, и чем ее бить, было совсем непонятно.

Однако управа на своевольную клетку нашлась и у них. Пока В-клетки по указанию дендроцита отвлекали ее, тот успел нащелкать компрометирующих фото с целью отправить их вышестоящему начальству в самый головной мозг. NK это привело в полную ярость, и та попыталась убить их всех, заставляя лишний раз подумать о том, что неспроста в организме этих натуральных киллеров не более двадцати процентов от всех лимфоцитов: никак задурят все дружно, и конец тогда организму, будь их хоть немного больше.

— Оперативность их действий в борьбе с вирусами и раковыми клетками незаменима, — сказал клетка памяти, чудом уворачиваясь от очередной атаки.

— Но уж больно много своеволия, — усмехнулся дендроцит, щелкая затвором фотоаппарата снова и снова.

— Такое до добра не доводит, — соглашался В-лимфоцит, прыская ей в глаза антителами, чисто чтобы отвлечь.

Кипя от бешенства, NK принялась протирать глаза. Дендроцит поднырнул той под руку и сделал подножку. NK, костеря трехэтажно всю его родню до самой стволовой клетки, распласталась на потемневшем от грязи полу малого цеха. В-клетки вместе с Ню кинулись освобождать Т-киллера. Дендроцит тем временем сказал NK, раз она так хочет повеселиться, то он готов посодействовать: попотчевать ее своими особыми цитокинами, а пока она будет от них колбаситься, отправит компромат, куда следует. Это предложение NK почему-то приняла безо всякого восторга, хотя дендроцит уверял, что идея просто отличная.

Попытки NK в ответ укокошить его вместе с его паршивым фотоаппаратиком мало того, что не увенчались успехом, так еще до ее сведения было донесено, что полученные только что снимки не единственные, и что в случае чего, обнародовано будет еще кое-что интересное, что лично ей не понравится. В доказательство того, что не блефует, дендроцит нашептал ей на ушко всякие подробности тех обстоятельств, при которых были сделаны те, ранние снимки. NK в ответ побагровела и закричала не своим голосом. Схватив саблю и пообещав достать их всех в другой раз, она резко вскочила и взметнулась к окну, свершив столь стремительный побег, что аж мурашки мембраны продрали.

* * *

Чуть позже, удобно разместившись в комнате управления, они устроили перекус и с любопытством выспрашивали у Т-киллера, что же с ним случилось, пока они плутали в канализации. Как оказалось, пленившая его NK прибыла сюда пару дней назад для изучения подозрительных образований. В них были в изрядном количестве замечены уродливые клетки, очевидно ставшие жертвой вируса папилломы человека. NK не видела в них чего-то прямо таки опасного, но проверять одной весь этот занюханный городишко ей не улыбалось. Заметив знакомого Т-киллера, очень обрадовалась и, недолго сомневаясь, решила его припахать поработать, а после и знатно с ним поразвлечься. В плане последнего NK часто не знала меры, переходя грань добра и зла. Так что о том, чем эти развлечения могли закончиться для Т-киллера, не приди на выручку ему друзья, лучше было не думать.

Спасенный от NK Т-киллер был изрядно помят, но, в общем-то, цел. Он признался, что после того, что вытворяла с ним NK, опасается стать отцом. На вопрос, что ему удалось выяснить о местных проблемах, ответил, что папилломы, точнее кондиломы, оказались незлокачественными, и что на это уродство он насмотрелся уже вдоволь. И вообще, не пора ли седлать клетковозик и двигать скорее к этой темной башне или как ее там?

В самом деле, давно была пора. Здание вокзала, такое же запущенное как и все здесь, уже возвышалось впереди. По мере приближения к нему все больше и больше озадачивало отсутствие звуков, так характерных для вокзала железной дороги: ни звуков суетящейся на перроне толпы, ни гудков поезда, ни стука колес… ничего. Было похоже на то, что из затеи поездки на поезде ничего не выйдет. Наверняка железная дорога здесь давно уже не работала.

Мертвая тишина, закрытые пыльные окна касс, покрытые толстым слоем пыли скамейки, кругом грязь и ни одной живой души — вот что предстало пред их взорами. Пути, местами цветущие пятнами ржавчины, и ни единого намека на наличие какого-либо поезда завершали картину. Клетки в растерянности переглянулись.

— Похоже, придется топать пешком до самой башни, — озвучил общую мысль Т-киллер.

Да уж, похоже, что иного выбора не было. Приятели вздохнули и поплелись, заранее не представляя, как проделают столь долгий путь на своих двоих.