Мы авроры. Не герои (джен)

Первая неделя в Аврорате выдалась преступно заурядной. Пока его руководитель, Андрис Сандек, был в отъезде, Сириусу не могли дать доступ к значительной части дел. Чтобы занять его чем-то, Эдит загружала его чтением бесконечных регламентов, пока сама убегала по каким-то вопросам к Робардсу или главам других групп. Не желая в такие моменты сидеть в одиночестве, Сириус обычно перебирался к ребятам из группы разведки: Джону Долишу, Брайану Буту и Пенни Перкс.

Долиш при более близком знакомстве оказался приятным, хоть и простоватым парнем. Весь его угрожающий вид оставался на тренировочном поле, и сидя за маленьким для него рабочий столом и улыбаясь подколам Пенни, он больше походил на бульдога с добродушными маленькими глазками. Брайан Бут обладал талантом кратко и понятно рассказать о любой запутанной процедуре, чем сэкономил Сириусу несколько часов чтения толстенных регламентов. Пенни делилась с Сириусом сплетнями про другие отделы министерства и утаскивала его на прогулки за кофе, который она поглощала просто в невероятных объемах и видах.

— Тебе плохо не будет? — как-то спросил Сириус, наблюдая, как Пенни третий раз за день берет большой стакан «кофе», где сам кофе занимал лишь маленький объем на дне, а выше него шли слои молока, взбитых сливок и шоколадно-ягодной посыпки.

— Я же ведьма, — подмигнула она ему. — Все лишнее уйдет в сиськи.

Кит Скримджер взял за привычку увязываться вместе с ними. В такие моменты Сириус вживую наблюдал причудливую синхронизацию мозгов рейвенкловцев: когда каждый по отдельности представлял из себя в целом разумную личность с легким налетом придури, но стоило им собраться вместе, как оба одномоментно деградировали до самого нелепо-пошлого подросткового юмора. И возможно, эта зараза передавалась воздушно-капиллярным путем, потому как через некоторое время Сириус и сам начинал ржать конем с их писько-жопных подколов.

Единственным говном в пруду был Пий Толстоватый, который каждый раз при встрече демонстративно кривил презрительную мину, которая вызывала у Сириуса лишь усмешку. Где этот барсучок учился, Вальбурга Блэк преподавала.

Трижды в неделю Айзек собирал младших авроров на отработку техник ведения боя. Он ставил их в пары и заставлял раз за разом творить мощные атакующие заклятия так, чтобы они могли контролировать их силу и направленность. В качестве примера Айзек сначала с помощью Секо разрезал пролетающую муху, а затем Коньюктивитусом вызвал узкую вспышку света, которая ослепила исключительно Кита, не причинив вреда никому из стоящих неподалеку.

— В хаосе битвы одно из главных правил — не навреди своим. На одних оглушающих и парализующих вы недолго продержитесь, — объяснял инструктор. — Поэтому отточенное использование более мощных проклятий может стать тем, что выиграет вам еще немного времени до встречи с костлявой.

— Почему всегда я? — выл Кит, яростно протирая слезящиеся глаза. — Айзек, старина, за что ты меня так ненавидишь?

Инструктор расплылся в широкой улыбке, заставившей присутствующих передернуться.

— Наоборот, я так проявляю почтение. Кому как ни младшему брату нашего уважаемого капитана служить примером стойкости перед остальными.

— Стойкость я всем желающим лучше в постели продемонстрирую, — уже беззлобно фыркнул Кит, в миг вернувшись к своему дурашливому состоянию.

Приемы и новые заклятия Айзек задавал им на самостоятельную отработку и уже на следующей тренировке спрашивал с них результат. А Сириус надеялся, что домашняя работа навсегда осталась в прошлом. Но она продолжилась и за пределами тренировочного поля.

— Ты охренел?! — взревел Сириус, когда в душевой, где собрались парни после очередной тренировки, ему под лопатку прилетело болезненное жалящее заклинание.

— Извини-извини, — Долиш вскинул руки в примирительном жесте, быстро отступая от замахивающегося для удара Сириуса. — Ничего личного, это просто часть подготовки.

— Какой еще подготовки? — прошипел Сириус, откидывая мокрые волосы со лба. Руки так и тянулись прикрыться, но он заставил себя стоять прямо. Толстоватый, Скримджер и Бут в открытую ухмылялись из-за спины Джона, который единственный выглядел пристыженным.

— Ты должен привыкнуть всегда держать при себе палочку. Чтобы это произошло быстрее, каждый будет насылать на тебя жалящие чары, когда заметят без нее. Например, если ты оставил ее в кабинете или как сейчас — вместе с одеждой, — Долиш кивком указал на корзину около душевой, куда Сириус сложил форму. — Мы все через это проходили, так что чем быстрее привыкнешь всегда держать палочку при себе, тем быстрее это прекратится.

На словах задача оказалась проще, чем на деле. В последующие дни Сириусу еще ни раз прилетали жалящие, вынуждая с матами разворачиваться и возвращаться за забытой палочкой. Пощады к нему не проявляла даже добродушная Пенни, которая, наоборот, с невиннейшей улыбкой целилась ему в самые мягкие и больные места. Поэтому в пятницу вечером на встрече мародеров Сириус без лишних слов трансфигурировал себе на стул мягкую подушку.

— Мерлинова срань, тебя что уже посвятили в крепкий аврорский коллектив? — заржал Джеймс. — Ты не стесняйся, Лили и Хвост тебе всегда свежесваренную обезболивающую мазь подгонят.

— Можем даже сделать ее со вкусом. Клубника, банан, шоколад — что предпочитаешь?

— Идите оба великану в очко.

— Не, мы с Лили за традиционный формат.

Воспользовавшись теплой августовской погодой, ребята расположились в летней беседке Поттеров. Лили и Джеймс полулежали в обнимку на широких качелях. Питер по праву первого пришедшего («я вообще-то с целую смену в Мунго на ногах отпахал!») занял плетеное кресло-качалку. Сириусу и Римусу достались цветастые пластиковые стулья, купленные миссис Поттер в каком-то хаотичном порыве на одной из маггловских распродаж.

— Римус, ты хорошо себя чувствуешь? — встрепенулась Лили, когда после очередной взрыва хохота Лунатик заметно скривился. Она лишь несколько недель назад была посвящена в его «пушистую проблему» и с тех пор проявляла повышенную чуткость к его состоянию.

— Я в порядке, — натянуто улыбнулся Римус. — Просто скоро полнолуние, да и навалилось… всякое.

— Ты о чем?

Римус мрачно глядел в чашку с чаем, помешивая сахар. Наконец он вздохнул и заговорил.

— Дамблдор хочет, чтобы я внедрился в одну из стай оборотней.

— Нет!

— Он надеется, что я смогу добыть какие-нибудь полезные сведения и, может, даже переманить часть из них на нашу сторону. Карадок пока собирает информацию о стаях и образе жизни «диких» оборотней, чтобы мне было проще внедриться и заслужить их доверие.

— Это абсурд! — воскликнула Лили. — Римус, ты учился в Хогвартсе, дружишь с волшебниками…

— Весь такой чистенький и культурный, — подхватил Джеймс.

— Ты не сможешь сойти за одного из них. Никогда. Уж поверь я знаю о чем говорю, я выросла в шахтерском городке, — щеки Лили раскраснелись от горячности. — И даже это общество пьянчуг в миг раскусило бы в тебе «мальчика из интеллигентной семьи». А мы говорим о стае оборотней. Римус, это самоубийство!

— И что ты мне предлагаешь сделать! — закричал Римус. Он вскочил так резко, что его стул отлетел к стене. Джеймс поднялся на ноги следом, инстинктивно загородив Лили защитным жестом.

— Отказать Дамблдору? Человеку, который рисковал отправиться в Азкабан, если бы его решение принять меня в школу стало кому-то известно? Я перед ним в долгу, и слежка за оборотнями — лучшее, что я могу сделать на благо Ордена.

— Это он тебе сказал? — спросил Джеймс напряженным голосом. — Дамблдор затребовал с тебя долг?

— Нет, но ему и не надо было этого говорить, я в состоянии сам понять ситуацию.

— Ты идиот, Лунатик. Пожалуйста, прекрати накручивать себя и додумывать за других, — взмолился Питер.

— Сириус, поддержи нас! — Лили повернулась в молчавшему до того Бродяге.

Он поглаживал урчащую на его коленях миссис Бисквит, избегая взглядов ребят. Было непросто сформулировать мысль.

— Я понимаю Лунатика, — заговорил Сириус. — Дамблдор — не тот человек, от чьей просьбы можно легко отмахнуться. Я полагаю, разговор о твоем внедрении в круг оборотней не вчера случился. Директор уже давно предложил эту идею, и именно это взбесило твоего отца, не так ли?

Римус хмуро кивнул.

— Но Лили права, план — тупой. Дамблдор может быть сильнейшим магом, но он все еще человек и может ошибаться. Он не знает тебя, Лунатик, так, как мы. Да ты даже на нас с Джеймсом в школе не мог повлиять! Скорее стая тебе какие-то свои идеи навяжет, чем ты им.

— Вот сейчас обидно было, — буркнул Римус.

— Переживешь.

Джеймс взмахом палочки вернул отлетевший стул на место и, приобняв Римуса за плечи, усадил его обратно.

— Мы не сомневаемся в твоей храбрости, дружище, — мягко сказал он. — Но, когда она граничит с неминуемой угрозой, здесь мы проводим черту. Потяни сколько можешь с ответом Дамблдору, а мы подумаем над каким-нибудь не менее значимым делом для тебя в рамках Ордена.

* * *

— Я думал, что спецкорпус освобождают от рутинных задач Аврората.

— Так-то оно так, — Кит потянулся и начал массировать затекшее плечо. — Но ночные дежурства — это святое. Если бы нас и от них освободили, остальные авроры прокляли бы нас так, что мы бы месяц кактусами срали.

Сириус, Кит и Терри Макмиллан сидели в дежурной Аврората, куда поступали все вызовы о срочной помощи. В основном вызовы делились на четыре категории: агрессивное нападение; проникновение на охраняемый государственный объект; нападение магических существ; вспышка темномагической активности. Вопросы грабежа, домашнего насилия, разбоя, нарушений Статута о Секретности и бытовых конфликтов перенаправлялись в штаб волшебников-подавителей⁽¹⁾.

Была уже глубокая ночь и десятая по счету партия взрывных карт для Сириуса и Кита. Макмиллан, поджарый невысокий мужчина, дремал в кресле, которое он занял с самого начала дежурства, пообещав Сириусу и Киту «перегрызть их как курят», если будут ему мешать.

Сириус отчаянно зевал и уже подумывал принять зелье бодрости, когда слева от него раздался настойчивый звон. Трезвонили сразу два индикатора вызовов.

— Два нападения одновременно? — Сириус вскочил на ноги. Сердце бешено забилось в груди, разгоняя по телу адреналин. Наконец-то, его первое настоящее задание.

— Нет, одно, — мгновенно проснувшийся Макмиллан вгляделся в прибитые к стенам металлические таблички, на которых стали проявляться координаты. Он стремительно подошел к висящему на стене зеркалу и постучал по раме палочкой.

— Вызов по коду один и три. Оборотни. Выдвигаемся по координатам. Пришлите замену. Конец сообщения, — отрывисто произнес он, повторно коснулся палочкой рамы и развернулся на каблуках. — Чего встал, Блэк, бегом на выход!

Трансгрессировав по полученным координатам, они оказались перед трехэтажным коттеджем, скрытым в тени растущих рядом высоких деревьев. Слишком густой тени, даже для ночи. Сириус прищурил глаза, и действительно — на дом оказались наложены туманящие видимость чары.

Макмиллан глубоко втянул носом воздух.

— В доме девять, нет… шесть человек и трое оборотней. Кит, проверь верхний этаж.

— Да, сэр.

Наложив дезиллюминационные чары (мазью, блокирующей их запах, все трое смазались еще до трансгрессии), Макмиллан и следующий за ним Сириус быстро приблизились к распахнутой входной двери. Из гостиной дальше по коридору виделся приглушенный свет. Старший аврор жестом указал Сириусу обойти дом и прикрыть отход через окна.

Сириус кивнул и со всех ног бросился в обход дома. Он почти вплотную приблизился к распахнутому окну гостиной, но так и не слышал ни единого звука.

«Неужели мы опоздали», пронеслась в голове мысль, когда уши пронзил отчаянный женский крик. Значит, он пересек границу звукоподавляющего барьера. Он аккуратно заглянул внутрь.

Сильно израненный мужчина в домашнем халате лежал на полу, под прицелом одного из пожирателей смерти. Другой держал на волосы женщину, все тело которой била дрожь. Трое частично трансформировавшихся оборотней стояли на подобии телохранителей рядом с двумя детьми: маленьким мальчиком, сотрясающимся от беззвучных рыданий, девочкой-подростком, смотрящей перед собой с отрешенным и застывшим словно у статуи лицом.

Горло Сириуса сжалось. Он понятия не имел, что делать! Одно дело — просто драться с плохими парнями, и совсем другое — когда у них в руках заложники.

— Все это — полностью твоя вина, старик, — насмешливо проговорил один из пожирателей. — Тебя предупреждали о последствиях, но ты все равно решил жениться на любовнице-грязнокровке, еще и признал ее бастардов. Так порочить древний род Фоули — ужасная, постыдная неосмотрительность. Но тебе повезло — наш Лорд милостив. Он дарует тебе шанс исправиться. Что же касается этих грязных отребьев, — он кивнул в сторону женщины и детей. — Мы заберем их с собой. А то, что от них останется вернем тебе посылкой после ближайшего полнолуния.

— Нет! — закричала женщина, забившись в хватке своего мучителя. — Умоляю, не трогайте детей. Они полукровки, полукровки! Делайте со мной, что угодно, но пощадите их!

— Закрой рот, дрянь. Думаешь, можешь указывать, что делать, мне? Мне?!

Вспышка, и лицо женщины опалил огонь.

— Мама! Мама!

— Мириам! Прошу вас, любые деньги, я заплачу, сколько скажете.

Сириус, уже готов был ринуться в атаку через окно, и будь что будет, когда ему на плечо спланировал бумажный журавлик. Развернув записку, он прочитал:

«По сигналу призови детей Акцио».

И тут все пришло в движение.

По комнате разнесся пронзительный высокий звук. Оборотни инстинктивно зажали уши руками, выпустив заложников.

«Пора», — Сириус взмахнул палочкой в сторону детей. Заклятие рвануло их через окно с такой силой, что оба кубарем прокатились на траве. Вспышка режущего заклятия прошлась по волосам женщины, оставив их часть в руке пожирателя. Появившийся в дверях Кит притянул в себе супругов. Пожиратели попытались достать их проклятиями, но на их пути встал щит, наколдованный Макмилланом.

— Инкарцеро дуо! — крикнул он, выпуская веревки в сторону противников. Один пожиратель рухнул, крепко связанный, а второй укрылся за креслом.

Сириус послал в оборотней серию обездвиживающих заклятий. Один свалился со склеенными ногами, двое других — увернулись.

— КОНЬЮКТИВИТУС!

Комнату залила алая вспышка, и через миг раздался громкий хлопок. Находящегося на улице Сириуса задело в меньшей степени и проморгавшись, он первым смог оценить картину случившегося.

Первое — пожиратели трансгрессировали.

Второе — Макмиллан, даже ослепленный, достаточно прицельно посылал в одного из оборотней оглушающие заклинания.

Третье — второй оборотень, ослепленный, но не утративший нюх, бросился к окну. Хотел ли он удрать или разорвать Сириуса и детей было не особо важно.

«Оборотни накануне полнолуния невосприимчивы в большинству оглушающих и наносящих физический урон чар за счет усиленной выносливости и низкого болевого порога», — пронесся в голове Сириуса текст из учебника.

Когти оборотня почти коснулись Сириуса, когда ему пришло решение.

— Левикорпус!

Тварь резко крутанулась в воздухе, приложившись головой о подоконник, и повисла вверх ногами.

— Инкарцеро феррум!

Это Кит дополнительно опутал подвешенного оборотня железными путами. Сириус уже собирался выдохнуть, когда…

— Ах ты сучий щенок, ты на кого тявколку разинул!

Оборотень, которому Сириус ранее связал ноги, смог незамеченным подползти к Терри и сейчас старательно вгрызался ему в ногу заострившимися зубами и пытался расцарапать бедро так высоко, как мог дотянуться. Сердце Сириуса ухнуло вниз. Он отчаянно соображал, возможно ли заражение при частичной трансформации, тогда как старший аврор смотрел на пытающегося погрызть его оборотня как на досаждающего щенка.

«Морганова срань», — осознание молнией пронзило Сириуса и сложило воедино все кусочки странного поведения Макмиллана.

Уже в Аврорате, куда они доставили пострадавших для оказания первой помощи и записи показаний, у Сириуса получилось выкроить момент, когда они с Макмилланом были одни.

— Прошу прощения, сэр, но мне важно знать. Вы оборотень? — выпалил Сириуса на одном выходе.

Старший аврор усмехнулся, притворно расширил глаза и клацнул зубами.

— А что такого, парниша? Брезгуешь или боишься заразиться через общий толчок?

Его насмешливое выражение вмиг сменилось озадаченным, когда лицо Сириуса расцвело искренней улыбкой.

— Вовсе нет. Я лишь хотел узнать, можно ли в спецкорпус еще одного оборотня принять?

* * *

Время едва перевалило за шесть утра, но экстренно вызванные по инициативе Макмиллана старшие авторы выглядели поразительно собранными и бодрыми. Сириус сделал себе заметку, разузнать на каких зельях они сидят, потому что сам он продолжал функционировать на чистой силе воли.

— Это был исключительно гипотетический вопрос.

— Будь добр, прояви хоть каплю уважения, и не держи нас за идиотов.

— И мысли такой не было, мадам Боунс.

— Тогда расскажи нам о своих связях со стаями.

— Уверяю вас, что у меня нет и не было никаких контактов со стаями, бандами, шайками — или какими-либо еще группами — оборотней.

Амелия Боунс и Гавейн Робардс расспрашивали Сириуса на предмет связи с оборотнями, а капитан Скримджер, Макмиллан и инструктор Айзек лишь молча наблюдали. Собрались все в кабинете капитана. Стены были увешаны множеством карт, схем и записок, но при попытке разглядеть их, изображения и слова начинали плыть перед глазами. Удобно. Кто угодно мог войти в кабинет, но без особого допуска не смог бы вынести оттуда ни крохи информации.

— Довольно этого балагана, — Робардс угрожающе навис над Сириусом. — Или ты прямо сейчас выкладываешь о своих делах с оборотнями, или я запру тебя в камере с только что пойманными.

Айзек что-то прошептал капитану на ухо. Тот кивнул и прервал Робардса.

— Я склонен верить словам Сириуса, раз он говорит, что у него нет никаких связей с группами оборотней. Однако, если говорить про знакомство с каким-нибудь одним оборотнем… — Скримджер сделал паузу и испытующе посмотрел Сириусу в глаза. Тот не отвел взгляд и приложил все силы, чтобы не позволить дрогнуть ни одному мускулу.

Губы капитана изогнула тонкая улыбка.

— … то такой сценарий был бы крайне маловероятен. Британские оборотни держатся группами или «стаями», как некоторые из них предпочитают себя называть. Практически невозможно встретить оборотня-одиночку на подобии нашего Терри. Не так ли, Сириус?

— Поверю вам на слово, сэр, — ровным голосом ответил он. — Прежде не интересовался социальными связями среди оборотней.

— Чудно. Раз уж мы во всем разобрались, то не вижу причин отказать в удовлетворении простого любопытства.

— Руфус… — предупреждающе зашипел Робардс, но Скримджер лишь махнул рукой.

— Каким я был бы рейвенкловцем, если бы стал препятствовать пытливым юношеским изысканиям. Рассуждая сугубо гипотетически, Сириус, то если некий оборотень обладает достаточными знаниями по основным магическим дисциплинам на уровне ЖАБА, может доказать свою законопослушность, и чтобы за него — или нее — поручились надежные люди, то гипотетически я мог бы принять его на службу. Я удовлетворил твой интерес?

— Да, сэр, — Сириус кивнул и перевел взгляд на Макмиллан. — Но если мне позволено спросить…

— Терри укусили полтора года назад, — понял его вопрос капитан. — Но особое положение корпуса и согласие Крауча позволили оставить его на службе. И обращаю внимание, что эта информация попадает под действие Соглашения о неразглашении, которое ты подписывал при трудоустройстве. Айзек же объяснил тебе, как оно действует?

— В общих чертах, сэр. Если я прямо или намеками в любой форме сообщу кому-либо не из членов корпуса внутреннюю информацию… например, о «мохнатой проблеме» одного из глав групп, — Сириус ухмыльнулся. — То об этом тут же станет известно, и Айзек мне задницу наизнанку вывернет.

— На счет последнего я бы еще перепроверил в регламенте, но суть верна, — кивнул капитан. — На этом ты свободен. У тебя есть еще несколько свободных часов до начала рабочего дня.

Сириус кивнул всем присутствующим и направился к выходу. Уже закрывая за собой дверь, он услышал обращенные к нему слова капитана.

— И поздравляю с успешным первым вызовом.

Через четверть часа Сириус уже был в Уэльсе и колотил в дверь дома Люпинов.

— Это я, Сириус! — громко крикнул он. — Бродяга. Знаю про пушистую проблему, и что у тебя, Римус, на бедре родимое пятно похожее на слизняка. Открывай, у меня есть план, как не дать Дамблдору отправить тебя в стаю.

* * *

— И какой безумный план у тебя на этот раз? — устало выдохнул Гавейн, когда за мальчишкой закрылась дверь.

Руфус взмахнул палочку в сторону портьеры, развеивая иллюзию, скрывающую небольшую нишу.

— Утро доброе всем, кого не видел, — помахал Кит и занял стул, на котором еще минуту назад сидел Сириус.

— Блэк не соврал, когда сказал, что не имеет связей со стаями, — проговорил Айзек по-хозяйски открыв шкаф с чаем и перебирая баночки. — И он всегда подчеркнуто говорил только про оборотней во множественном числе.

— Потому что в его окружении только один знакомый-оборотень. Мы это тоже поняли, — Амелия заправила за ухо выбившуюся прядь темных волос и поправила очки. — И мне трудно представить благопристойный сценарий, при котором могло произойти такое примечательное знакомство. Мальчик только из школы выпустился, не сказать, что у него было много времени на шастанье по злачным местам.

— Очевидно, что это знакомство произошло, когда его назначали на пожирательско-шпионские задачи, — буркнул Гавейн.

— И одновременно с этим, видимо, провели лоботомию, — фыркнула Амелия, принимая чашку чая из рук Айзека. Натолкнувшись на удивленные взгляды присутствующих, она пояснила. — Приложили Конфундусом. Иначе как объяснить то, как открыто Блэк сначала пришел в Аврорат, а спустя неделю заявил о знакомстве с оборотнями.

— Это может быть приемом реверсивной психологии. Он специально ведет себя как благодушный идиот, чтобы мы даже не заподозрили, что подобный кретин может быть шпионом, — Робардс упорно не желал отступать.

— А что, если Блэк познакомился со своим приятелем-оборотнем в Хогвартсе?

Все перевели изумленные взгляды на капитана, быстро пролистывавшего бумаги.

— Нашел, — удовлетворенно кивнул он. — Амелия, это твой отчет по экстракту женьшеня. Посмотри на это место в таблице.

Амелия и Гавейн подошли к столу капитана и, склонив головы, принялись изучать отчет.

— Не может быть! — через миг воскликнули оба.

— А можно немного конкретики для непосвященных, — вскинул руку Кит.

— Этот отчет я и Джеремия готовили еще до твоего зачисления в корпус, — принялась объяснять Амелия. — Экстракт женьшеня — основной компонент зелья, которое применяют для заживления ран, нанесенных существами пятого класса опасности. В том числе и ран, нанесенных существами друг другу. Уже не было секретом, что Волдеморт привлекает на свою сторону и обучает оборотней. По нашему предположению, если набираешь армию, то логично озаботиться вопросом ее выживания. Поэтому мы собирали информацию о поставках и совершенных закупках экстракта женьшеня за период 1986-1975 годов, чтобы попытаться выявить какие-либо аномалии.

— Увы, этот след оказался пустым. Все, что мы обнаружили, лишь небольшую группу контрабандистов.

— Что примечательно, — продолжила Амелия. — В перечне покупателей с 1971 года появляется Хогвартс. Школа закупала совсем незначительные объемы, поэтому мы не придали этому значения…

— Скажи, Кит, у вас как-либо менялась программа ухода за магическими существами, пока ты учился, что могло бы объяснить необходимость готовить зелье для лечения таких ран? — спросил Руфус.

Парень отрицательно помотал головой.

— Существ пятого класса опасности мы проходили лишь в теории.

— Закупаемых объемов хватит, чтобы варить небольшой объем свежей мази ежемесячно, — пробормотал Гавейн. — Но это безумие, даже нет — преступление! Дамблдор не мог…

— Директор всегда славился своим большим сердцем и достаточно вольным отношением к закону, — Скримджер сделал глоток ароматного чая и довольно прикрыл глаза. — Я легко могу представить ситуацию, что, узнав об укушенном ребенке, Дамблдор предложил свою помощь и пообещал скрывать секрет во время обучения. Имея административный ресурс и большой лес на территории, это достаточно легко организовать. Кит, есть предположение, кто из твоих сверстников и знакомых Блэка мог бы оказаться оборотнем?

Скримджер-младший помолчал, обдумывая вопрос, и кивнул своим мыслям.

— Римус Люпин. Однокурсник Сириуса, был старостой гриффиндора. В целом абсолютно обычный парень, но я вспоминаю, что он частенько пропускал дежурства из-за плохого самочувствия. И это точно не было симуляцией, так как по итогу он всегда оказывался в больничном крыле. У меня должен был остаться журнал со времен префектства. Если надо, могу найти все записи, где мне приходилось искать ему замену, и сверить их с лунным календарем.

— Так и сделай.

— Сын Лайелла? — потрясенно проговорил Гавейн. — Если догадка верна, то это ужасно трагичный выверт судьбы.

— Остается еще один вопрос, — Руфус повернулся к молчавшему все это время Макмиллану. — Есть ли смысл заиметь еще одного оборотня в корпус?

— Лишним не будет. Я смогу обучить его использовать звериные чувства подобно мне, что даст нам плюс одного бойца для обнаружения врагов на расстоянии. И если говорить про ночную разведку…

— Стоп, Руфус, ты это серьезно? — взорвался Гавейн. — Сначала Блэк, теперь мальчишка, который наверняка чувствует себя обязанным Дамблдору! Решил собрать полный набор из потенциальных шпионов?!

— Так мы станем совладельцами секрета, который Дамблдор скрывал годами, — возразил Руфус. — Все же, одно дело — оборотень в аврорской мантии, но совсем другое — в школьной, рядом с сотней невинных детишек. В случае раскрытия тайны мы пострадаем в меньшей степени.

— Только не говори, что собрался шантажировать Дамблдора, — Амелия бросила на него предостерегающий взгляд.

— Я не самоубийца, — мягко улыбнулся капитан и откинулся в кресле. — Этого шага директор бы от меня ожидал, учитывая его паранойю по поводу нашей деятельности. Поэтому давайте его разочаруем. Если Блэк и в самом деле приведет к нам друга-оборотня, мы примем его с распростертыми объятиями. Дадим ему работу и шанс на жизнь, а не на существование. Это будет наш сигнал Дамблдору, что мы не враги ни ему, ни его идеям. А дальше уже ход будет за ним.

Примечание:

Новый упомянутый, но пока не введенный в сюжет член спецкорпуса — Джеремия (ОМЖ).

1) Hit-wizards в оригинале. Упоминается, что именно они (а не авроры) арестовывали Сириуса. Явно в книгах разница между «подавителями» и аврорами не обозначалась. Но есть понимание, что Авроры считаются более элитным подразделением с более высокими входными требованиями. Чтобы стать «подавителем», достаточно результатов СОВ. В рамках этого фанфика считаем, что подавители занимаются более простыми случаями и привлекаются для решения задач обеспечения общественного порядка и обеспечения безопасности на массовых мероприятиях (как раз находим обоснуй, почему на Чемпионате мира по квиддичу в 1994г. пожиратели могли так вольготно буянить и затем слинять).

Вернуться к тексту