ПРОХОР И КОШКА: Тайна красной двери. (гет)

Ночь накрыла весь особняк с ног до головы… свет луны прокрался через закрытую штору в коридор первого этажа, достигая зелёной двери, которая в миг окрасилась кроваво-алый цвет…

Вика, связанная и брошенная в тёмную комнату, сидела и старалась сохранять спокойствие, пока Мендоса разбирал разные инструменты, в то время как она пыталась высвободить руки из пут.

— И что же будешь делать? — спросила она.

— Не бойся, больно не будет, — с сарказмом ответил он, надев чёрные перчатки и взял тонкую струну от музыкального инструмента. — Ты и не почувствуешь.

Она рассмеялась и откинулась спиной на стену, запрокинув голову кверху. Смех был звоним и без намёка на страх или отчаяние. Это был весёлый смех, будто она стоит не перед лицом смерти, а перед забавным лицом клоуна.

— Какой тебе прок пытаться меня убить? — захлебывалась она смехом. — Ведь только я бы смогла помочь тебе уехать отсюда и тебя бы никто не поймал…

Мендоса остановился. Его темный взгляд сузился.

— И почему ты думаешь, что я нуждаюсь в твоей помощи? — холодно ответил он, подошёл ближе и встал прямо перед ней. — Ты сама попала в мои руки. Ты никуда не денешься от меня… никуда.

— Как сказать, — хмыкнула Вика, скрестив ноги для удобной позы. — Ты мне толком скажи… Для чего ты убил Зубкова, его жену и свою бывшую невесту?

Мендоса ухмыльнулся, медленно качая головой.

— Вот это уже интересный вопрос… — ответил он и присел на корточки, теперь смотря Вике в глаза. — Уверена, что ты хочешь знать ответ?

— Безусловно, — ответила с ухмылкой на губах. — Ты же все равно меня грохнешь…

Мендоса молчал. Его взгляд скользил по её лицу: по чуть нахмуренным бровям, по прямому, аккуратному носу, по губам — тонкими линиями.

— Удивительно… — вдруг выдохнул он, касаясь кончиками пальцев её щеки. — Какая же ты упрямая. А ведь я мог бы и не убивать тебя, — Он встал, отошёл к окну. Тихий звук его шагов был единственным в комнате.

— Ты ведь ответишь на мой вопрос?

Мендоса медленно повернулся. Его тень легла на стену, будто превратилась в гигантскую руку, протянувшуюся к Вике.

— Я убил их… — прошептал он, — потому что они украли у меня нечто большее, чем жизнь, — Он сделал паузу. Потом добавил. — Они украли мою честь… и имя моей матери.

Вика прищурилась, пристально смотря на него.

— То есть, это была месть? — спросила она тихо.

Мендоса не ответил сразу. Он подошёл к столу, взял с него старую фотографию — выцветшую, помятую по краям. Развернул её перед Викой. На ней была женщина в чёрном платке, стоявшая у двери маленького дома в деревне. За её спиной — ребёнок лет пяти с большими глазами и испуганным взглядом.

— Это я… А это моя мать… Она была горничной у Зубковых пятнадцать лет… Работала как лошадь. Ни выходных, ни зарплаты как надо… — Он замолчал на секунду, потом добавил: — А когда она попросила документы на имя сына… они отказали. Сказали: «Ты — прислуга. Дети прислуги не имеют права на жизнь». — Через три дня она повесилась в их же кладовке… А меня выгнали за порог без единого гроша…

Вика перестала улыбаться. Мендоса резко швырнул фото на пол и снова поднял струну-гарроту:

— Так что да… Это месть. И ты теперь просто часть расчёта… — Он схватил её за волосы, чуть сильнее запрокидывая её голову кверху и прошептал. — И теперь мне осталось лишь избавиться от тебя и моей мести. И когда я убью тебя… Ты можешь передать одному человеку… моё личное послание.

Вика резко выдохнула воздух и резко спросила:

— Кому?..

Мендоса чуть ослабил хватку на волосах. Взгляд его не мигая смотрел на её лицо. Он приблизился ближе, наклонив голову к её уху, его голос тихим шёпотом:

— Полковнику… Прохорову.

Неожиданно дверь отлетела с петель и вбежала группа спецназа во главе с Прохоровым.

— Стоять! Полиция! — рявкнул Прохоров, резко вбегая в комнату с пистолетом наготове. Мендоса отпрыгнул назад, но не бросил гарроту. Его глаза метнулись к окну.

— Ты опоздал, полковник… — прошипел он.

— А ты слишком долго болтал, — ответил Прохоров и шагнул вперёд, целясь прямо в сердце Мендосы. Сзади Вика рванулась на полу, пытаясь освободить запястья из пут. Краем глаза увидела: кто-то бросил нож рядом с её ногой.

Прохоров это заметил — но не шелохнулся. Он знал: она справится сама. В этот момент всё зависело от секунды… и решимости одного человека. Мендоса метнулся назад и схватил Вику за горло, обвивая её шею струной. Прохоров вскинул пистолет, глаза стали ледяными.

— Отпусти её! — рявкнул он. — Это твой последний шанс!

Мендоса лишь усмехнулся, сильнее натягивая струну. Вика задохнулась, ногти впились в его руку. Но в этот миг она резко опустила плечо — и зацепила ногой тот самый нож у пола. Удалось дотянуться кончиками пальцев.

Прохоров видел это. Он знал: ещё секунда… и всё решится.

— Не двигайся! — крикнул он Мендосе, хотя уже понимал: выстрел может задеть Вику.

В комнате повисла тишина… только хрип Вики да скрип половиц под ногами спецназовцев по краям дверного проёма. Мендоса замешкался всего на долю секунды, но этого хватило. Прохоров резко шагнул вперёд — и рванул гарроту из руки Мендосы. Раздался звук тянущейся до предела струны. Крик Вики… и грохот двух выстрелов.

Тихо… только тяжёлое дыхание.

Мендоса лежал на полу, неподвижный, как камень. Струна у его руки порвалась пополам. Вика упала на колени рядом с трупом, держась за горло и задыхаясь, она кашляла, пытаясь набрать воздуха… Прохоров тут же бросился к ней, схватив Вики за плечо. Он резко развернул её спиной ко ему, а другой рукой убрал волосы назад, чтобы осмотреть её горло.

— Ты в порядке?.. — хрипло спросил он, наклоняясь.

— Почему так долго? — прохрипела она, вытирая кровь с губ. Прохоров прищурился к её горлу, стараясь разглядеть любые следы синяков или сильного давления. Её кожа была нетронута — только несколько мелких ран.

— Мы как могли, — ответил он и нахмурился, резко выпрямляясь. — Можешь встать?

— Ага… — кивнула и, опираясь на его плечо, поднялась на ноги. — Я вообще удивлена, что ты нашёл меня и додумался, что я здесь…

Прохоров хмыкнул и положил ей ладонь на талию, помогая удержать равновесие.

— Ты не так уж трудно читаема, — ответил он с небольшой улыбкой, оглядывая её. Вика взглянула на него, и глаза их на миг встретились.

— Я полагаю, дело закрыто? — сглотнула Вика. Прохоров кивнул, оглянувшись на тело Мендосы.

— Закрыто, — сказал он тихо, он снова посмотрел на неё, сжав губы. — Но цена… слишком высока. Больше не шляйся одна за живцом. Следующий раз я могу опоздать… или ты не выживешь.

Она в ответ на его слова рассмеялась, приложив руку к левому боку, где красовалась рана от пули, которую она получила в парке после звонка Мендосы. Прохоров нахмурился, увидев кровь.

— Ты ранена, — резко сказал он, шагнув к ней ближе, — Дай посмотреть.

— Это пустяк, но меня спас пенопласт, — пожала она плечами, снимая пальто и пиджак. Прохоров скептически посмотрел на её бок — на самом деле, пуля задела её лишь слегка.

— Ты везучая, — с сарказмом ответил он, рассматривая рану.

— В этом деле везение не редкость, — хмыкнула Вика в ответ.

Прохоров покачал головой, нахмурившись.

— Только ты одна умеешь находить себе неприятности каждые пару минут, — сухо произнёс он, осторожно проводя пальцами по её боку.

— Я знаю… — смеясь ответила Кошкина.

Прохоров чуть усмехнулся уголком рта, стараясь не смотреть ей в глаза. По крайней мере, она не изменила своим привычкам — даже когда её почти задушили до смерти.

— Хватит смеяться, — сказал он с лёгкой строгостью, — Тебе лучше посидеть, — отстраняясь, он вдруг добавил серьёзно. — Дура.

— Сам дурак.

Глава 15

Всё закончилось тем, что по решению суда было принято решение разобрать особняк Зубкова и распродать всё имущество, а что-то отправить в музей. Генерал лично контролировал весь процесс на пару с полковником Прохоровым.

Прохоров тихо бродил по комнате, осматривая каждый угол, каждую деталь. Он всё ещё помнил, как ходил здесь вместе с Викой в день гибели Зубкова… и его взгляд остановился, когда внимание к нему привлекла небольшая дверь в углу комнаты.

Он подошёл ближе и потянул ручку на себя. Дверь была не заперта.

— О чем-то думаешь? — обратился Фурманов Иван Сергеевич. Прохоров резко отвлёкся от своих мыслей и обернулся к Фурманову.

— Нет, — ответил он ровно, — Просто смотрел тут по сторонам.

Генерал похлопал полковника по плечу, идя с ним по коридору, слегка прихрамывая. Он был калекой на одну ногу после войны и ходил с шестом

— Ловко ты это прокрутил, — прокашлялся Иван Сергеевич, выйдя на крыльцо с полковником, и резко заулыбался генерал, забираясь в свою машину. — Разберитесь с остальными бумажками, а насчет дела я улажу сам… И да, полковник?..

Прохоров оторвал взгляд от заднего окна его машины, чтобы посмотреть на него.

— Да, товарищ генерал? — спросил он.

* * *

— Так… э-э-э…. Мы куда едем? — недоверчиво интересовалась Вика, иногда поглядывая то по сторонам, то на заднее сиденье, где сидели Маша и Даша. Прохоров, не отрывая глаз от дороги, слегка нахмурился.

— Ты скоро увидишь, — ответил он сухо, но в голосе сквозило лёгкое раздражение. — И перестань ёрзать. Ты как ребёнок.

Маша и Даша сзади хихикали, глядя на Вику.

— А вдруг это страшный подвал? — шепотом предположила Даша.

— Или замок с привидениями! — добавила Маша, закатывая глаза.

Прохоров вздохнул и нажал на газ.

— О Господи, — прикрыла Вика глаза, откинув голову на сиденье. — Опять насмотрелись ваших… Чипа и Дейла?

Маша и Даша весело защебетали вместе, а Прохоров слегка скептически улыбнулся в ответ на слова Вики.

— Скорее наоборот. Ты же всё время ведешь себя так, словно попала в приключенческий боевик, — ответил он ровно, бросив взгляд на неё. — Думаю, тебе даже нравится быть в опасности.

Маша и Даша, сидящие на заднем сидении, зашептались ещё сильнее, пытаясь не засмеяться.

— Не смешно.

Маша и Даша наконец не выдержали и с грохотом расхохоталась. Прохоров даже чуть повернул голову, чтобы посмотреть на них.

— Что тут такого смешного? — спросил он сухо.

— Ты! — весело ответила Маша, указывая на него.

Даша, тяжело дыша, добавила:

— Ты разговариваешь с ней, как с маленькой девочкой!

— Не потому ли, что она ведёт себя как маленькая девочка? — ответил Прохоров с лёгкой усмешкой.

Маша и Даша снова захихикали, а Вика громко фыркнула от возмущения. Прохоров снова взглянул на неё. Теперь его глаза чуть сверкнули веселью.

— Не позорь меня перед моими детьми.

Прохоров чуть усмехнулся её смущённому лицу.

— По-моему, ты и сама неплохо справляешься в этом плане, — ответил он тихо.

Маша и Даша за его спиной с новой силой хихикнули в кулаки от его слов.

— Что?! — она резко посмотрела на него.

— Простая констатация факта, — ответил он с ухмылкой.

Даша и Маша стали ещё громче хихикать, пряча лица в руках.

Прохоров бросил на них взгляд с лёгким неодобрением, потом посмотрел обратно на Вику, которая выглядела просто сердитой.

Маша и Даша резко затихли в ответ на это, выглядывая из-за спинки его сидения, как будто ожидали драмы. В воздухе повисла напряжённая тишина.

Прохоров продолжил следить за дорогой, а Вика смотрела куда-то в окно. Маша и Даша время от времени с любопытством переглядывались, не понимая, что происходит между взрослыми. Прохоров тихо хмыкнул и сказал:

— Мы приехали.

Машина остановилась около большого дома, окруженного небольшим садом. Прохоров выключил зажигание, а затем повернулся к Вике.

— Ты можешь вылезать, — резко сказал он, с лёгкой долей насмешки добавив: — Кошка.

Глава 16

— Это… Блестяще… — с немалым шоком и оцепенением произнесла Вика, когда они стояли около двухэтажного дома с садом и рядом с парком и недалеко от многоквартирных зданий. Сам дом был ухоженный, недавно покрашен в свежий цвет, посажены цветы под окном нижнего этажа, небольшой дворик, свои качели и лавочки…

Прохоров стоял рядом с машиной, скрещивая руки на груди и наблюдая за её реакцией, которая вызывала в нем большое удовольствие.

— Ну что, нравится? — спросил он с лёгкой усмешкой.

Маша и Даша уже выскочили из машины и бегали вокруг дома, крича от восторга. Вика медленно обернулась к нему.

— Это… мой новый дом? — спросила она, не веря своим глазам.

Прохоров кивнул.

— Да. Только не устраивай тут бардак.

Она посмотрела на него с удивлением, а потом вдруг рассмеялась.

— Ты же знаешь, что я не смогу.

Прохоров вздохнул.

— Я знаю, — и вдруг улыбнулся.

Маша и Даша в это время уже подбежали к Вике с радостными криками.

— Смотри, смотри, мам, там сад с прудом и качелями! — воскликнула Маша.

— И большой дом, и много комнат! Давай быстрее внутри посмотрим! — добавила Даша, дёргая её за рукав.

Прохоров наблюдал за ними с лёгкой улыбкой. Вика взъерошила голову Маши и улыбнулась.

— Конечно посмотрим, малыш, только погодите минутку, — она снова посмотрела на Прохорова, всё ещё не веря и наконец спросила она. — Ты серьёзно купил этот дом?

Прохоров пожал плечами.

— У него была выгодная цена.

— Мы могли бы и обычной квартирой обойтись! — она резко со всей силы ударила полковника в плечо кулаком.

Прохоров лишь громко фыркнул, потирая плечо и всё ещё смотря на неё с ухмылкой.

— Признай: тебе нравится.

Вика сердито надулась.

— Не говори глупостей. Я бы предпочла обычную квартиру.

Прохоров тихо хохотнул.

— И где бы ты поставила свою библиотеку?

— Какую ещё библиотеку? — она удивлённо и широко раскрыла глаза. Прохоров медленно поднял брови и указал пальцем на второй этаж.

— Ту, что уже стоит в кабинете.

Вика резко обернулась к дому, а потом снова посмотрела на него.

— Ты… ты собрал мои книги?

Прохоров лишь пожал плечами.

— Кто-то должен был это сделать.

Она снова ударила его по плечу, но на этот раз слабее.

— Ты невыносим.

Он усмехнулся.

— Зато ты теперь моя головная боль.

Маша и Даша в этот момент уже бежали к дому, крича:

— Мам, тут целая библиотека!

Вика закрыла лицо руками, а Прохоров рассмеялся.

— Значит, вы сговорились? Но почему ты выбрал жилой дом, а не квартиру, подобную твоей? — возмутилась она.

— Квартиры слишком маленькие, — ответил он просто, отмахнувшись от её вопроса.

Вскоре Маша и Даша уже кричали из окна:

— Мама, иди скорее сюда! Здесь потрясающий кабинет для тебя! Он просто огромный!

Вика бросила ещё один недовольный взгляд на Прохорова, потом вздохнула.

— Хорошо, хорошо, сейчас посмотрим, что вы там такого прекрасного нашли…

Прохоров тихо рассмеялся от ее реакции, пока она направлялась к дому вместе с Машей и Дашей. Он стоял снаружи и наблюдал, как они исчезают внутри дома. Прохоров прикурил сигарету и сделал затяг. В последнее время его жизнь стала довольно интересной… все из-за одной слишком смелой девушки.

Через пару минут девочки нашли себе увлечение, а Вика подошла к полковнику, стоящему в проходе от двери их дома, протягивая ему руку.

— Ну что ж, думаю… Пора прощаться, да? — она тяжело вздохнула, будто понимает новый смысл идти вперед. Прохоров медленно выдохнул дым, глядя на её протянутую руку.

— Прощаться? — переспросил он с лёгкой усмешкой. — Ты что, думаешь, я купил этот дом просто так?

Вика нахмурилась.

— Что ты имеешь в виду?

Прохоров бросил сигарету и раздавил её каблуком.

— Я имею в виду, что теперь ты официально прикреплена к моему отделу. И живёшь здесь, — он сделал паузу, потом добавил: — Так что никаких прощаний.

Вика замерла.

— Ты… серьёзно?

Прохоров кивнул.

— Генерал уже подписал бумаги.

Она снова ударила его по плечу.

— Ты невыносим!

Он рассмеялся.

— Ты это говоришь во второй раз!

Прохоров вдруг резко схватил её за руку, прежде чем она успела отдернуть её после удара. Вика замерла, чувствуя, как её щёки вспыхивают. Маша и Даша в этот момент выбежали на крыльцо с криками:

— Мам, тут есть чердак! Там столько старых книг!

Прохоров не отпускал её руку, глядя ей прямо в глаза.

— Ну что, идём смотреть твой новый дом, партнёрша?

Вика попыталась нахмуриться, но уголки её губ предательски дрогнули.

— Чёртов полковник…

Он рассмеялся и потянул её за собой, пока девочки уже бежали вперёд, обследуя каждый угол их нового дома. Где-то вдалеке запела птица, а солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в золотые тона.

Конец…