Тень (джен)

Утро для Малфой началось рано и с настойчивой долбёжки в окно. Она резво вскочила с кровати и поспешила открыть окно, запуская знакомого филина. Однокурсницы не проснулись и когда блондинка это поняла, то выдохнула. Филин же, принёсший письмо, был птицей тёти Андромеды, что так же подтверждала чёрная печать с изображением серебристой птицы и кинжала на свёрнутом письме. Когда-то Дора, она же Нимфадора Тонкс, кузина, рассказывала младшей Малфой о значении символа и говорила, что птица означала свободу, а кинжал — борьбу. В принципе в этом был смысл, ведь Андромеда пошла против семьи и вышла по любви за маглорождённого волшебника. Поборолась и выбрала свободу.

Аврора забрала письмо и выдала важной серой птице кусочек вкусняшке, вытащив его из мешочка со стола. Девочка открыла письмо:

«Дорогая Аврора, мы не стали писать тебе вчера вечером, ведь ты наверняка была уставшей после долгой дороги. Я надеюсь, что всё прошло хорошо, особенно встреча с твоим братом. Я надеюсь, что Драко был не сильно груб.

Сегодня твой первый учебный день, я была бы рада получить вечером от тебя письмо с твоей реакцией. Удачи!

С любовью, тётушка Андромеда Тонкс!»

Блондинка улыбнулась, а потом погладила филина. Тот, поняв, что нести обратно ничего не нужно, довольно ухнул и спорхнул вниз с подоконника, улетая далеко, обратно к любимой семье домой. Она закрыла за ним окно, ещё какое-то время наблюдая за полётом почтового. На горизонте же медленно поднималось солнце. Кажется, было около шести часов утра. Ей подумалось, что больше не удастся уснуть, да и в целом чувствовалась бодрость. Малфой подошла к шкафу, вытянула оттуда свою форму, которая состояла из белой рубашки, длинных серых гольф, чёрной юбки до колена, серого свитера поверх рубашки, галстука, который принял красно-золотой цвет после распределения, и, конечно, чёрная мантия с символом факультета и красным воротничком. Не забыв надеть на ноги чёрные туфельки, причесавшись и заплетя свободную косу, девочка тихо вышла из спальни, не забыв, кстати, взять сумку с книгами, пергаментом и перьями, что понадобятся сегодня на первых уроках.

В гостиной тихо и никого. Пламя, которое вчера активно горело в камине, сейчас не горело и только угли тлели в золе. Аврора села на диван у камина и рискнула достать палочку. Тётя показывала ей некоторые простые заклинания. Уж огонь то она разведёт.

— Инсендио, — не сильно громко произнесла она, направляя свою палочку в сторону камина, сделав нужное движение.

Оставшиеся кусочки небольших поленьев слабо вспыхнули, но за счёт уже имеющихся углей и в целом температуры, огонь задержался и «прижился». Своему первому опробованному и удачному заклинанию девочка, конечно, улыбнулась. Всё же раньше пользоваться магией детям было нельзя, а сейчас уже можно, но только в школе, а до совершеннолетия запрет на магию вне Хогвартса остаётся в силе.

Аврора откинулась на спинку мягкого дивана, положив сумку под боком. Ноги закинула в позе лотоса и сверху положила подушку с изображением гиппогрифа. Выглядел он, словно на каком-то гербу. Рукой залезла в боковой кармашек, за книгой, которую она так и не дочитала в поезде, и вздрогнула. Книги не было. В памяти промелькнуло воспоминание, как тогда книга свалилась на пол, а она просто ушла. И если её братец не соизволил книгу подобрать, то дополнительная литература уехала обратно в Лондон и сейчас неизвестно где… может, валяется в том же купе, а может проводники её подобрали и куда-то отнесли или вообще продали. Всё же она надеялась, что книга у её брата.

Раз уж книга по зельям отсутствовала в её владении на неопределённый срок, девочка решила начать читать что-нибудь другое. Благо кроме дополнительной книги по зельям у неё имелась книга по фантастическим тварям от Ньюта Саламандра. Может и для такого рановато — УЗМС начнётся только с третьего курса, — Аврору интересовали животные. Пропустив первые страницы с введением и остальной информацией, по типу автора, места и даты издания, блондинка сразу открыла четвёртую страницу, на которой описывались болтрушайки — небольшие птички, которые всегда молчат, питаются насекомыми, а перед смертью выкрикивают всё, что слышали за свою жизнь, разве что, в обратном порядке. Лёгкие наброски существа от автора в половину странички весьма симпатичные. Голубое оперение и длинный хвост делал болтрушайку похожей на голубую сойку, обычную птицу из магловского мира.

Увлёкшись чтением уже про нюхлеров, младшая Малфой даже не обратила внимание, как по лестницы с мужского крыла спален спустился кто-то из старших.

— Малфой, верно? — из-за утренней тишины вопрос показался достаточно громким. Аврора чуть заметно вздрогнула от неожиданности, переложила закладку в книге, закрыла её и только потом посмотрела на пришедшего. Поттер.

— Да, Аврора, если точнее, — немного наклонив голову вбок ответила она.

Он поправил свои очки и, нахмурившись, изучал первокурсницу ничего не говоря. Малфой это напрягало.

— Ты что-то хотел? — спросила она немного несдержанно.

— Да, извини, — он пожал плечами и прекратил в открытую глазеть на неё — уставился на горящее в камине пламя. — Почему о тебе ничего никому не было известно?

Аврора закатила глаза, убрала книгу и спустила ноги в нормальное положение.

— Потому что так хотели… родители, — последнее слово она говорила с явным нежеланием, которое заметил и Гарри.

— Могу я узнать почему?

— Зачем тебе? — она нахмурилась. Семейные тайны на то и семейные, чтобы никто другой о них не знал. Максимум — приближённые и друзья. Поттер никуда из этих пунктов не входил, слава Мерлину. А то появится ненужное внимание к её персоне да и в целом у "Ежедневного пророка" случится передозировка информацией.

— Я не настроен к тебе враждебно, — запротестовал он, выставив ладони на уровне груди в качестве «доказательства».

— Уж прости, но я не заметила, — она поднялась с дивана, повесив сумку через плечо. — Я не Драко. И уж тем более не его… не наш отец, если тебя это так волнует. Если ты в чём-то меня подозреваешь, то это странно. Потому что ты видишь меня в первый раз и у тебя даже повода быть не должно. Фамилия? Это не повод.

Состроив недовольное и несколько обиженное лицо, она развернулась и покинула гостиную гриффиндора. Маршрут до Большого зала она запомнила, а завтрак будет первым в их расписании, так что проблем возникнуть не должно.

В коридорах было тихо и только звуки от её шагов эхом разлетались от стен. Вчера же тут было невероятно шумно. Портреты на картинах вели себя тоже вяленько. Наверное, ещё не проснулись до конца, в отличии от юной ученицы. Она в какой-то момент остановилась возле окна. Там был слабый туман из-за вчерашнего дождя. И дементоров, о которых предупреждал Дамблдор, не было видно.

— Странно, — пробубнила под нос она и положила руки на подоконник.

— Мисс… Малфой, — раздался скрипучий и прохладный голос прямо позади. Девчонка вздрогнула и резко обернулась. Северус Снейп собственной персоной. Как он так незаметно подкрался? У Авроры волосы едва дыбом не встали.

— П-профессор… Доброе утро, — она замялась и от волнения пригладила волосы рукой. Гриффиндорка заметила, как взгляд старшего быстро прошёлся по ней, ненадолго задержавшись на волосах. Судя по всему чёрная прядь интересовала его больше того, почему она в такую рань шастает по коридорам.

— Да, — ответил он. Мерлин, даже не удосужился пожелать доброго утра в ответ. Аврора едва сдержалась от того, чтобы не закатить глаза. — Что вы забыли в такую рань здесь?

— Решила прогуляться, — сконфуженно произнесла она, схватившись одной рукой за лямку своей сумки на плече. — Нам не сказали, что до завтрака нельзя покидать гостиных.

— Логично, потому что такого запрета нет, — Снейп смотрел на неё, будто ожидал развития её фразы в нечто более информативное.

— Я просто рано проснулась и решила пройтись, профессор…

Зельевар приподнял бровь и чуть вздёрнул подбородок.

— В гостиной вам, судя по всему, не понравилось?

— Вовсе нет, там уютно и всё такое, — пожав плечами сказала Аврора, а потом ещё раз добавила: — Просто решила погулять.

Неизвестно откуда появившийся Снейп со своими странными вопросами уже потихоньку начинал бесить. Малфой уже начинала подумывать план отступления, одним из вариантов которого было сказать, что она забыла кое-что важное в своей гостиной и хотела бы это забрать, пока не проснулось подавляющее большинство гриффиндорцев и не забрало её вещь. Но зельевар, видимо, прочухал нежелание идти на контакт, во всяком случае сейчас, и спокойно повернул влево, продолжая свой путь куда-то по коридору. Хотя какой путь? Аврора так и не поняла откуда он взялся, да и ещё так тихо.

Сама же девочка тоже пошла куда собиралась. Люди с портретов уже начали к этому моменту более активно себя вести, перехаживая с одной картины на другую, желая друг другу доброго утра. Некоторые кивали юной волшебнице, некоторые игнорировали. Малфой шла не спеша. До завтрака ещё вагон времени. Пройдя длинный коридор, первокурсница вышла к лестницам, сразу недовольно сведя брови — нужная ей лестница отсутствовала и внизу был чуть ли не обрыв. Потрясающе! Но уже когда она собралась развернуться и уйти, лестница неторопливо соизволила подъехать к нужному проёму. Девочка поспешила по ней спуститься на нужный этаж, возле спуска к Большому залу. Бегло оглянувшись, Аврора поняла, что в гостиную она вернётся не с большой вероятностью — лестница вновь уехала.

— Не сильно то и хотелось, — пробубнила она себе под нос, провела ладонью по волосам, перекинув косу через левое плечо вперёд, Малфой пошла вниз. Там же, рядом, был выход на улицу и девочка планировала провести некоторое время там, за чтением книги, например.

По прошествию некоторого времени, которого прошло достаточно много, чего гриффиндорка благополучно не заметила, погрузившись полностью в изучение работы Ньюта, звук колокола вернул её в реальность. Как предупреждал Перси — часы бьют четыре раза в день: в восемь утра, в час дня, в шесть часов вечера и в десять вечера, оповещая о начале приёмов пищи и комендантского часа. Значит уже было восемь. Завтрак был как раз в это время. Аврора поднялась с лавочки, которая удачно нашлась, и вернулась в замок. В целом она не сильно далеко ушла, сидела почти рядом, возле забора. Отсюда был, к слову, весьма потрясающий вид на озеро, почти такой же, как и из башни, только ниже. Но всё равно красиво.

За столом, как и на вчерашнем пиру, она уселась рядом с Алисией. Напротив сидели Оливер и Майкл. Агуэро выглядела весьма сонно, а видимо именно поэтому не заметила отсутствие однокурсницы в гостиной. А Ромильда же недоверчиво на неё прищурилась, когда блондинка пришла в зал с другой стороны и одна. Но это не важно, ведь новый день только начался.