Тысячи последствий одного выбора. (гет)

— Время прибытия — тридцать минут, — раздалось по кораблю.

Рекс открыл глаза. Он не спал — лишь дремал, пристёгнутый в тесном пассажирском отсеке корабля «Тишина». Дробовик покоился на его коленях, привычно тяжёлый, надёжный. Старая «Лавина» пережила больше схваток, чем большинство наёмников в Терминусе. Этот дробовик разбирали и собирали десятки раз: металл был исцарапан, покрыт микротрещинами и следами перегрева, но механизм всё ещё работал безотказно.

Рекс доверял оружию больше, чем большинству разумных существ в галактике. Особенно на таком корабле.

Хотя называть это судно кораблём было бы слишком щедрым комплиментом. Небольшой, грубо переделанный транспортник турианского производства — один из тех, что обычно таскают грузы или перевозят отчаявшихся колонистов между забытыми системами. Где Шепард его откопала — загадка. Возможно, вытащила с кладбища списанных судов. Возможно, отобрала у кого-то, кто уже не нуждался в транспорте.

Но надо признать — поработали над ним основательно.

Большую часть внутренностей выдрали подчистую. Грузовые рельсы, контейнерные крепления, секции вспомогательной брони — всё пошло под демонтаж. Корпус облегчён до предела, силовой каркас усилен на скорую руку, местами — даже слишком грубо. Судно стало заметно быстрее, манёвреннее… и куда более уязвимым.

Но скорость здесь значила больше, чем толстая обшивка. Особенно если не планируешь вступать в честный бой.

Взамен Шепард вложилась в то, что действительно имело значение.

В корпусе были спрятаны две рельсовые пушки с ускорителем массы малого калибра — не для лобовых дуэлей с фрегатами, но вполне способные прошить щиты пиратского корыта. По бортам — улучшенные турели для ближней обороны, снятые с военного челнока Альянса и перепрошитые так, чтобы стрелять без долгого ожидания при перегрузке.

Рекс медленно выдохнул, ощущая, как вибрация двигателей проходит через корпус и отзывается в его костях.

«Хотя… нет», — подумал он.

Этого всё равно было недостаточно.

Рядом сидел Кейдзи — человек, напичканный техникой до зубов. Винтовка лежала у него наготове, аккуратно, почти бережно — так держат оружие те, кто действительно знает, как им пользоваться. Забавный контраст его серьёзного вида с нелепой полоской волос на подбородке. Люди — странные существа.

Говорили, что раньше он работал на разведку Альянса. Таким Рекс не доверял.

И Шепард… девчонка по его, кроганским, меркам. Но крови она не боялась — это он почувствовал сразу. Хороший биотик, мощный, с жёстким контролем. Он видел её Сингулярность.

Но её любовь к пистолетам он не разделял. Слишком уж неэффективно. Хотя, возможно, именно на это и рассчитывала девчонка с металлическими глазами: чтобы враги недооценили её до того момента, как пространство вокруг них сомнётся в смертельный узел.

Рекс присоединился к её команде недавно, но Шепард умела располагать к себе. Он даже продал ей информацию — о том, как сумел выбраться из мутного дела и остаться в живых. Причиной его беспокойства был турианский Спектр Сарен Артериус.

Рекс успел исчезнуть прежде, чем тот убил всех наёмников, которых нанял для миссии.

Информация оказалась ценной, а Шепард платила хорошо. Поэтому Рекс передумал продавать её Церберу, как планировал изначально.

В целом Шепард казалась ему неплохим командиром. Но сейчас она была явно не в форме.

Постоянно прикусывала губы, слишком часто проверяла что-то на своём омни-туле, словно ждала важного сообщения. Но к текущей миссии это не имело никакого отношения. Это было как-то связано с Сареном.

Так продолжалось последние пару месяцев.

Рексу оставалось лишь быть внимательнее. Никогда не знаешь, когда слабость напарника обернётся пробитием щитов и пулей в спину.

— Сет, — прозвучал голос Шепард. — Сколько ещё?

И ещё этот маленький кварианец-пилот. Видимо, недавно отправившийся в паломничество. Рекс так и не понял, чем тот успел провиниться перед Шепард. Парню явно не нравилось то, чем они занимались, но уходить он не собирался.

— Ш-шепард? — неуверенно отозвался динамик. — Через десять минут будем на одной траектории с противником.

— Отлично, — девушка отстегнула ремни. — Кейдзи, проверь ещё раз коды доступа. Мы должны попасть на их корабль без проблем.

За последние два часа он проверил их уже три раза, но послушно снова выполнил приказ.

— Сет, — снова обратилась она, вставая, — Запрашивай связь. Я уже иду.

Рекс кровожадно ухмыльнулся.

Вот сейчас и начнётся то, за что ему действительно хорошо платили. Насилие.

* * *

Шепард и её команда преследовали батарианский контрабандистский корабль уже довольно долго. Пираты должны были что-то заподозрить, но Рекс их переоценили: они разделились с парой других транспортников. Получить коды доступа тоже оказалось несложно.

Некоторое время назад на Омеге Шепард столкнулась со старым знакомым из Кровавой стаи, у которого — совершенно удивительно — нашлась нужная информация. Батарианцы могли бы обновить коды безопасности, но, разумеется, не сделали этого.

Это позволило «Тишине» выдать себя за пиратский корабль и провести экипаж на борт батарианцев. Группа оказалась небольшой — ровно такой, как и рассчитывал Кейдзи.

Две батарианские головы отделились от тел почти сразу. Для Шепард это было чем-то вроде предупредительного выстрела из пистолета. Рекс по достоинству оценил эффективность такого подхода. Особенно если следом он прострелит дробовиком очередного четырёхглазого и расчистит проход.

— Сколько живых нам нужно для задумки? — спросила девушка, стирая кровь с лица.

— Один точно, — отозвался Кейдзи, перегружая щиты какому-то бедолаге за ближайшим укрытием.

— Тогда…

— Понял, — прокряхтел Рекс.

Один из батарианцев успел дать несколько выстрелов из дробовика, но наткнулся на барьер Шепард. Взрывная волна едва не смела её, но девушка удержалась и удержала биотику.

Взрывчатые патроны.

Рекс неодобрительно покачал массивной головой. Использовать такое на корабле, на котором ты летишь… Что ж, они явно не ожидали нападения.

Шепард подняла несчастного в воздух, и Рекс мощным выстрелом пробил ему череп.

Постепенно они продвигались по кораблю — от кабины пилота всё глубже внутрь. Пираты пытались использовать импровизированные укрытия, но это мало им помогало.

Кейдзи перегрел очередную «Катану», обезоружив двух оставшихся. Рекс приложил одного биотикой о стену. Второго взяла на мушку Шепард. Тот попытался достать что-то похожее на гранату, но наёмница неодобрительно покачала головой.

Пираты взяли за привычку ставить самоуничтожающиеся программы на свои омни-тулы — чтобы скрыть маршруты, сделки или незаконные перевозки. В худшем случае враг не получал ничего. В лучшем — сам носитель информации мог откупиться, став информатором.

Этот уничтожить свой омни-тул не успел.

Пока Шепард удерживала на прицеле последнего выжившего, Рекс с Кейдзи быстро прочесали корабль.

Взломщик вскрыл дверь в грузовой отсек — панель доступа сменила цвет с тревожно-красного на зелёный, раздался глухой щелчок сервоприводов, и створки разъехались, впуская их внутрь.

Из отсека ударил запах — застоявшийся, кислый, с примесью испражнений и ржавого металла.

Чего и следовало ожидать от батарианского судна.

— Шепард, — повысил голос старый кроган, — Тут трое. Дети.

За сотни лет наёмничества он видел многое. Но к такому привыкнуть не удавалось. Никогда.

Рекс опустил оружие.

В центре отсека стояла большая металлическая клетка, грубо приваренная к палубе. Внутри — трое детей. Человеческих. Лохматых, грязных, слишком худых для своего возраста. Они сидели, прижавшись друг к другу в углу, насколько позволяли кандалы и наручники, врезавшиеся в тонкие запястья. Биомониторы, закреплённые на стенке клетки, мигали тусклым жёлтым — живы, но на грани.

Кейдзи бросился к клетке сразу. Его пальцы мелькали над замками и интерфейсами слишком быстро даже для опытного Рекса — чистая, отточенная работа. Омни-инструмент издавал короткие импульсные щелчки, отключая одну систему фиксации за другой.

В этот момент в отсек вошла Шепард, на ходу снимая шлем. Серые глаза казались почти чёрными — словно в них собралась вся тьма, что жила в ней последние месяцы. Губы были плотно сжаты, челюсть напряжена.

— А как же наш последний недожмурик? — спросил Рекс, бросив взгляд в коридор позади неё.

Шепард ничего не ответила. Она сделала короткое резкое движение рукой — почти отмахнулась — и сразу подошла к клетке, помогая Кейдзи освобождать детей.

Рекс опустил взгляд на свою ладонь. В ней было что-то маленькое, скользкое от крови.

Он медленно разжал пальцы — и неверяще ухмыльнулся. Чип омни-тула. Вырезанный прямо из руки последнего батарианца.

Пока Рекс убирал чип, в эфире снова раздался голос Сета.

— Ш-шепард… — пролепетал он.

— Слушаю, — она прижала пальцы к микронаушнику, одновременно помогая выводить детей из отсека, закрывая их собой от тел и пятен крови на палубе.

— Тут н-новости. Странные.

— Сет, — раздражённо сказала она, не сбавляя шага, — Говори уже чётко. Что произошло?

Рекс, проживший слишком долго, уже знал, что хороших новостей ждать не стоит. В голове невольно всплыл образ Сарена. Корабль волусов.

— Поступила и-информация, — снова начал пилот, голос дрогнул, — Найлус Крайк… пишут, мёртв.