Всё смешалось в Малфой-мэноре, или Необыкновенный диван (гет)

Что же это был за хруст, который раздался, как только Люциус представил Нарциссе свою внебрачную дочь?

Чтобы получить ответ на этот вопрос, необходимо ознакомиться с ПППОДЭ, или с Программой Перераспределения и Повышения Образованности Домовых Эльфов.

Инициатором ПППОДЭ выступила, разумеется, молодая активистка мисс Грэйнджер. Поняв наконец, что идея освобождения всех эльфов слишком радикальна как для хозяев, так и для самих эльфов, она остановилась на промежуточном варианте: эльфы назначались в распоряжение другим хозяевам, что рушило их установку о привязанности к определённой семье, а также посещали еженедельные лекции, где сама мисс Грэйнджер знакомила их с понятиями независимости и личных прав.

Рабочий день эльфов теперь принудительно длился не более девяти часов при шестидневной и не более восьми часов — при семидневной рабочей неделе, с обязательными перерывами. Свободное время эльфам рекомендовалось посвящать собственным интересам, а при отсутствии оных — чтению.

Фифи и Шелла были из всех эльфов самыми начитанными. Их прежняя хозяйка содержала огромную библиотеку и не особенно нагружала служанок обязанностями, а потому поглощать страницы, главы и фолианты эта парочка начала задолго до возникновения ПППОДЭ. И когда мисс Грэйнджер узнала, что Фифи успела прочесть более двухсот книг, а Шелла — более сотни, то не раздумывая отправила их к Малфоям, надеясь, что такие образованные эльфы принесут немало мудрых мыслей в поместье, застрявшее в консервативных убеждениях.

Вот только мисс Грэйнджер не учла, что не из всякой книги можно почерпнуть умные мысли. И если бы ей довелось ознакомиться со списком чтения Фифи и Шеллы, то она наверняка пересмотрела бы своё поспешное решение. Там были бульварные романы, написанные по одному шаблону детективы и журналы со скандальными историями из жизни звёзд, которые Фифи и Шелла, не задумываясь, причисляли к книгам: страницы есть, обложка присутствует, чего же еще надо? И среди этой макулатуры — книга «О вкусной и здоровой пище», в которой эльфы прочитали, что морковка гораздо полезнее чипсов, сухариков и попкорна.

Причём здесь чипсы, сухарики и попкорн? Да притом, что любимым развлечением Фифи и Шеллы стало наблюдение за новыми хозяевами, которые переживали после войны такие драмы, что и телевизор не нужен, а если в это время ещё и что-нибудь жевать — сплошное удовольствие получается. Просвятившись на предмет здорового питания, Фифи и Шелла принялись в таких случаях грызть морковку. Зубы у обеих были крепкие, моркови в погребе у Малфоев было предостаточно — грызи сколько влезет.

— Нарцисса, позволь представить тебе мою внебрачную дочь, Александру Малфой.

«Хрум!» — одновременно захрустели морковкой Фифи и Шелла.

Канули в прошлое времена, когда эльфы тайком подсматривали за хозяевами в замочную скважину, дрожа от страха быть обнаруженными. Теперь можно было с удобством расположиться на антресоли⁽¹⁾, свесив ноги между мраморных балюстрад, и поглощать принесённые запасы под очередную серию местного реалити-шоу, тем более что на любые хозяйские придирки у них имеется безапелляционный ответ: «У нас перерыв, мы тоже живём в этом доме и в свободное время можем находиться там, где хотим и делать то, что нам вздумается.»

Сегодня, однако, хозяевам было не до слуг.

— Твою… кого? — леди Малфой пожелала убедиться, что не ослышалась.

Лорд Малфой прикрыл глаза и чётко повторил:

— Внебрачную дочь.

— Я так и знала! — торжествующе воскликнула леди Малфой.

(Хрум!)

— Нарцисса, я прошу тебя: прояви милосердие…

Леди Малфой едва не задохнулась от возмущения:

— Ты смеешь говорить мне о милосердии, когда я сделала всё, чтобы тебя и Драко оправдали на суде, а ты всё это время… Да ты всякий стыд потерял!

(Хрум!)

— Я начал новую жизнь и теперь не хочу ничего держать от тебя в тайне…

— Ах, какая откровенность… что же это ты только дочку сюда привёл? Притащил бы заодно и любовницу.

(Хрум!)

— Дорогая, Лариса умерла, — устало вздохнул лорд Малфой.

— Так Лариса для тебя — ещё и «дорогая»?

(Хрум!)

— Нет, это ты «дорогая». Не придирайся к словам, — в голосе лорда Малфоя впервые появилось раздражение. — Лучше пожалей девочку, которая меньше двух недель назад лишилась матери!

— Меньше двух недель назад? Так вы поддерживали с этой… Ларисой постоянную связь!

(Хрум!)

— Это неправда! — под гнётом несправедливого обвинения терпение Люциуса наконец лопнуло.

— Не кричи на меня!

— Я не кричу, я разговариваю! — крикнул Люциус. — Я к тебе со всей душой, а ты… ты такая же лицемерка, как все те, кто голосовал на суде в мою пользу!

— Ах, ты дрянь!

(Фифи и Шелла разом прыснули, отчего кусочки пережёванной моркови оранжевым дождём осыпались с антресоли на паркет вестибюля, в то время как Дафна плюхнулась на ступеньку и привалилась к перилам с вытаращенными глазами: леди Малфой знает такие слова?)

— Привёл в благородный дом магловское отродье — и делает вид, что всё в порядке, ещё и жену оскорбляет! Я не собираюсь терпеть рядом с собой…

— А куда ты мне прикажешь девать Александру?

— Как будто у маглов нет сиротских приютов!

— Она моя дочь!

— Выбирай: или она, или я!

(Хрумканье затихло; затаив дыхание, зрители ждали, что же ответит жене лорд Малфой…)

— Прошу прощения, леди Малфой, — неожиданно подала голос Астория, выступая вперёд. — Мне кажется, что это недоразумение можно очень легко разрешить.

Нарцисса недовольно оторвалась от спора с мужем и перевела взгляд на младшую из сестёр Гринграсс.

— Сейчас, после свержения Сами-знаете-кого, многие волшебники, в том числе и волшебники вашего круга, поменяли своё отношение к чистоте крови. Я уверена, что найдётся не одна леди, готовая с радостью приютить у себя сироту-полукровку: ведь как хорошо будет её семья выглядеть в глазах общества!

— В твоих словах действительно есть толика здравого смысла, — задумчиво протянула Нарцисса.

— Если хотите, мы с Дафной можем написать нашей троюродной тётушке леди Булстроуд…

— Леди Булстроуд? Этой наглой… этой… — Нарцисса возмущённо засопела от мысли, что леди Булстроуд продемонстрирует обществу свою доброту и прогрессивное мышление относительно полукровок за счёт её, Нарциссы, падчерицы.

Не желая упускать такой замечательный шанс выставить семью в хорошем свете, Нарцисса окинула Сандру ещё одним взглядом — на этот раз не придирчивым, а скорее снисходительным. Люциус тайком подал дочери знак, и девочка смиренно опустила голову, будто снова кланяясь хозяйке.

— Пожалуй, Малфой-мэнор достаточно велик, чтобы в нём нашёлся уголок для… повтори, как тебя зовут, крошка? — пересилив отвращение, леди Малфой приблизилась к девочке и приподняла её подбородок.

— Александра. Можно просто Сандра, — пискнула Сандра ей в ответ.

Не то, чтобы Сандра действительно боялась холодную леди Малфой, но в её представлении при первой встрече падчерица должна была отвечать своей мачехе со всевозможной скромностью. Это потом, к финалу истории, их беседы будут пропитаны теплотой и лаской — совсем как у матери с дочерью.

— Сандра? Чудесно. Так вот, Сандра, я беру тебя под свою опеку.

— Благодарю вас, леди Малфой! Позвольте поцеловать вашу руку…

(— Фи. По-моему, она переигрывает, — шепнула Фифи Шелле.

— Эх, что за ерунду нам смотреть приходится! — согласилась подруга, вновь захрустев морковкой.)

Однако, припав губами к надушенному запястью мачехи, Сандра решила не откладывать дело в долгий ящик и тотчас же приступила к разрушению выстроенных в семье барьеров холодности, произнеся с самой непосредственной интонацией:

— Ну что, может, теперь покажете мне дом?

Нарцисса отдёрнула руку. (Фифи поперхнулась морковкой.)

* * *

— Я с удовольствием проведу Сандру по поместью, — вызвалась Астория.

— Нет-нет, милая, ты ведь должна готовиться к экзамену. Кстати, очень неразумно было с твоей стороны отрываться от столь важного занятия, чтобы отпереть дверь моему мужу. Хотя если бы он не являлся домой в самое неподходящее…

— Да, леди Малфой, — кивнула Астория, но с места не сдвинулась.

— Дафна!

— Да, леди Малфой? — Дафна поспешно поднялась на ноги, пытаясь незаметно отряхнуть мантию от лестничной пыли.

— Я поручаю Сандру тебе. Нам с Люциусом необходимо отбыть в Министерство; мы вернёмся к ужину. Фифи! Шелла!.. — затянувшаяся пауза была ей не по нраву: — Я желаю, чтобы мне отвечали на зов!

— Фэйфаф, тофко довуём… Да, вэди Вавфой! — проговорила Фифи с набитым ртом.

— Я надеюсь, ужин будет подан вовремя?

— Надежда умирает последней, — хмыкнула Шелла.

— И передайте Драко, что я желаю видеть его за столом.

— Ховофо, певедадив.

— Нет, это просто невозможно. Я обязательно напишу этой Грэйнджер… Люциус, идём!

— Да, дорогая.

Усталый лорд Малфой взял леди Малфой под руку и вывел на крыльцо. Дверь захлопнулась, и раздались два щелчка трансгрессии.

На антресоли возобновился хруст.

* * *

— Эх, сработало! — торжествующе воскликнула Астория. — Все видели, как лихо я убедила леди Малфой оставить Сандру у нас? А она ещё думает, что это было её собственное решение!

— Ты с ума сошла? — напустилась Дафна на сестру. — Я чуть не умерла от стыда, тебя слушая! Мы и сами здесь на птичьих правах, а ты навязала хозяевам ещё одну нахлебницу!

— Во-первых, не я привела сюда Сандру, — Астория невозмутимо принялась загибать пальцы. — Во-вторых, я только что мастерски остановила супружескую ссору — признай, это было красиво. А в-третьих, Сандра здесь не на птичьих правах. Она, на секундочку, Малфой!

— Я не уверена, что леди Малфой одобряет подобное родство, — покачала головой Дафна.

— Ещё бы! Вы видели, как она смотрела на Сандру? — Фифи осмелела настолько, что бесцеремонно ввязалась в разговор господ.

— Как будто Сандра — вещичка, что плохо вписывается в аристократический интерьер мэнора, — усмехнулась Шелла. — Ну конечно, чего же ещё ждать от этой великосветской особы…

Дафна набрала воздух, чтобы защитить свою благодетельницу леди Малфой от недостойных оскорблений, но её опередила вдруг Сандра:

— Эм-м… так вы покажете мне дом?

— Ой, и хороши же мы, в самом деле! — спохватилась Астория. — Про тебя разговариваем, а ты здесь стоишь. Не стесняйся! Я понимаю, что ты, наверное, чувствуешь себя здесь не в своей тарелке…

— Да я привыкла, — махнула рукой Сандра. — Привыкла чувствовать себя не в своей тарелке. Я ведь с рождения белая ворона: когда в городе жила, была русской среди британцев; когда на ферму переехала, то все меня городской звали. Так что непривычная обстановка совершенно меня не смущает.

— Не смущает? Тогда что ж ты молчала всё это время? — сощурилась Фифи.

— Она потому молчала, что в отличии от вас имеет некоторые понятия о приличии, — обрушилась Дафна на эльфа.

— Да нет, я просто занята была: мечтала. В этом прекрасном поместье ведь наверняка устраивают балы! И вот я представляла, как стою на верхней ступеньке этой широкой мраморной лестницы и встречаю гостей. На мне нежно-голубое платье, тонкие атласные перчатки, а в волосах — ниспадающие на плечи ленточки. А потом папа берёт меня за руку — и мы открываем бал, кружась в вальсе по залу, и играет красивая такая песня… — Сандра промычала что-то отдалённо напоминающее «Once Upon a December» из мультика, на который они ходили с Алли и Ксан, ещё двумя Александрами с фермы.

— Ничего себе, освоилась сиротка, — протянула Шелла.

— Так! Хватит! — рявкнула Дафна. — Сандра, я, так и быть, устрою для тебя небольшую экскурсию, а заодно объясню некоторые правила поведения в этом доме. Астория, иди готовиться к экзамену, как тебе велела леди Малфой! Фифи и Шелла…

— Вообще-то у нас перерыв, — с напором сказала Фифи и, достав из-за пазухи очередную морковку, демонстративно её укусила.

— Раскомандовалась тут. Прямо вторая леди Малфой, — проворчала Шелла.

— В её отсутствие я за старшую! — объяснила Дафна.

— Это по какому же праву? — возмутилась Фифи.

— А по такому, что если я не буду всех организовывать, то в поместье будет твориться настоящий бардак!

— Да у нас и так не то, чтобы особенный порядок, — заметила Шелла.

Последнее замечание окончательно вывело Дафну из себя:

— Вот поэтому! Фифи и Шелла! Займутся! Наведением! Порядка! Веник и совок — в чулане! И чтобы к приходу хозяев всё сверкало тут! Астория, ты почему до сих пор здесь? Марш наверх, у тебя экзамен! Сандра, за мной!

* * *

Люциус с Нарциссой вернулись ровно в восемь. А в две минуты девятого Нарцисса разразилась гневной тирадой по поводу отсутствия на столе заказанного ужина.

— Да мы не виноваты! — развела руками Фифи. — Понимаете, мы собирались идти готовить еду. Уже почти ставили кастрюлю на печь. И тут Дафна на нас накричала, чтобы мы срочно навели в вестибюле чистоту. Какое уж тут было успеть с ужином…

Дафна рыдала от несправедливости. Астория её успокаивала. Нарцисса обвиняла в произосшедшем мужа. А Сандра, узнавшая благодаря экскурсии Дафны, где в особняке находится ближайший чулан, отправилась туда за совком и веником. Ибо судя по слою пыли на паркете и лестнице, местами украшенному морковными ошмётками, до уборки в вестибюле Фифи и Шелла тоже не дошли.

1) Это не та антресоль, что над потолком в квартире, а та антресоль, что вроде внутреннего балкона в старинных особняках.

Вернуться к тексту