Вика Ванина — Ванина ли? (гет)

Наша квартира… Ну, как сказать. Если бы у депрессии был адрес, она бы жила в этой однушке. Обои в цветочек, которые клеили еще при Брежневе, скрипучий пол и кран на кухне, который выдавал чечетку каждую ночь.

— Вик, ну не плачь, — Костя обнимал меня сзади, пока я пыталась отдраить плиту. — Получу подъемные, купим новый телик, шторы нормальные повесим. Зато мы вместе, понимаешь?

Я вздыхала, вытирая руки о фартук.

Днем, пока Костя пропадал на службе — все эти его построения, совещания — я пыталась навести уют. Познакомилась с соседкой Мариной, женой старлея. Она зашла за солью и осталась на три часа, рассказывая, как выживать в этом закрытом мирке.

— Ты, главное, Вик, в интриги не лезь, — поучала она, попивая мой чай. — У нас тут всё на виду. Кто с кем выпил, кто на кого посмотрел. Мужики-то наши все в одной каше варятся.

В субботу Костя пришел сияющий:

— Собирайся! Соседи — зовут в гости. Сказали, надо проставиться за приезд. Там все наши будут. Посидим, расслабимся.

Я полчаса выбирала, что надеть. Хотелось выглядеть городской штучкой, а не замученной домохозяйкой. Выбрала простое трикотажное платье и чуть-чуть подкрасила глаза.

Компания собралась у Паши, сослуживца Кости.

Девчонки обсуждали, где в Новосибирске купить нормальную косметику, парни — технику и косяки начальства. Костя сразу влился, смеялся, травил анекдоты. А я чувствовала себя немного не в своей тарелке.

— А Героев будет? — спросил кто-то из парней.

— Да должен подойти, он в наряде был, сменяется сейчас.

Минут через двадцать дверь открылась. Вошел парень. Высокий, какой-то непривычно спокойный для этой шумной компании. Без формы, в обычном темном свитере.

— Знакомьтесь, это Иван Героев, наш мозг и лучший стрелок — представил его Паша.

Иван обвел всех взглядом, и когда его глаза остановились на мне, я вдруг забыла, о чем только что говорила с Мариной.

У него были странные глаза — не то серые, не то стальные, и смотрел он как-то слишком внимательно. Не так, как Костя — с обожанием, а как будто сканировал.

— Иван, — коротко кивнул он и сел на свободный стул прямо напротив меня.

— А это Вика, невеста Кости Петрова.

— Приятно, — ответил Иван. Голос у него был низкий, с хрипотцой.

Иван, — повторил голос у меня в голове.

Я ведь всю жизнь была Викой Ваниной. В школе меня иногда дразнили Ванечкой, и я это терпеть не могла.

А тут — Иван. Ваня. Моя фамилия, ставшая его именем. В этом было что-то странное, почти смешное, если бы не его серьезный взгляд.

— Ванина и Ваня, — не удержалась я и тихонько хмыкнула, когда шум за столом стал громче.

Он приподнял бровь:

— Что?

— Да так, мысли вслух. У меня фамилия — Ванина. Просто забавно. Столько Вань в жизни встречала, а только сейчас кольнуло.

Иван посмотрел на меня как-то иначе. Не просто как на «девушку товарища», а как на человека, который сказал что-то важное.

— Редкое совпадение, — ответил он. — Обычно Ванины — это те, кто за Ванями как за каменной стеной.

Весь вечер я ловила себя на том, что смотрю на него. Не потому, что он мне понравился — нет, я же Костю люблю! — а потому, что он был каким-то другим. Все остальные галдели, перебивали друг друга, а Иван больше слушал. И иногда, когда он улыбался какой-то шутке, у него в уголках глаз появлялись мелкие морщинки.

— Вика, ты чего замолчала? — шепнул мне Костя на ухо. — Скучно? Хочешь, уйдем?

— Нет-нет, всё хорошо, — я натянуто улыбнулась.

В какой-то момент, когда Костя ушел курить на балкон с ребятами, я потянулась за соком. Пачка стояла далеко. Иван молча протянул руку, взял её и наполнил мой стакан.

— Давно в наших краях? — спросил он, не глядя на меня, а как бы в пространство.

— Неделю. Еще не привыкла.

— Привыкнешь, — он наконец посмотрел мне прямо в глаза. — Тут либо привыкаешь и врастаешь в землю, либо сбегаешь через месяц. Ты из каких?

— Я из упрямых, — ответила я и сама удивилась своей дерзости.

Он едва заметно усмехнулся.

— Посмотрим.

В ту ночь я долго не могла уснуть. Костя мирно сопел рядом, закинув на меня руку, а у меня перед глазами стоял этот взгляд. Иван Героев. Имя какое-то… плакатное. Но человек за ним явно стоял непростой. Я и представить не могла, что эта мимолетная встреча на тесной кухне станет началом конца моей спокойной жизни.