Обеспокоенные родители (гет)

Вскоре после завтрака Гермиона вывела любимого в сад, чтобы показать ему, как цветёт посаженная её отцом яблоня. Гарри, не раз видевший цветение и яблонь, и вишен, и других деревьев, не нашёл, тем не менее, в себе сил отказать девушке. Она так улыбалась, в её глазах плясали такие искорки, что юноша готов был пойти, куда она скажет, и смотреть на всё, что ей будет угодно, лишь бы подруга оставалась такой же счастливой.

— Что такого спрашивала у тебя моя мама? — поинтересовалась она, пока они шли по тропе. — Когда я вернулась, выражение твоего лица было такое странное.

— О наших с тобой отношениях, — ответил Поттер, сжимая её руку в своей. — Как и когда мы с тобой сошлись в пару, когда я понял, что люблю тебя. Примерно так.

— Не переживай, рано или поздно мама и папа смогут смириться с нашими отношениями. Дай им время. Смотри!

Они остановились около старого дерева, на ветвях которого распускались белые бутоны, источавшие сильный, сладкий аромат. Гарри приобнял Гермиону за талию, прижав к себе. Она же в ответ опустила голову на его плечо.

Но постоять спокойно в романтичной обстановке им не позволили. За спиной раздались шаги, а за ними — покашливание.

Обернувшись, подростки увидели мистера Грейнджера, смотрящего на них странным взглядом.

— Гермиона, — сказал он ровным спокойным голосом. — Сегодня обед будем готовить мы с тобой.

— А Гарри присоединиться может? — спросила девушка. — Он...

— Нет. Для него есть иная работа. Упал навес над скамейкой в дальней части сада, и твоя мама просит его помочь ей водрузить его на законное место. Идёмте.

Гермиона вздохнула, торопливо провела Гарри в нужном направлении и, чмокнув парня в щёку, отправилась за отцом.

Едва приблизившись на расстояние нескольких метров, Поттер на мгновение впал в ступор: Эмма Грейнджер была всё в той же юбке и той же блузке. Однако несколько пуговиц последней было расстёгнуто, создавая декольте, открывающее приличный обзор на выдающуюся грудь.

— Гарри, что с тобой? — спросила женщина сочувственным голосом.

— Ничего особенного, — выдавил из себя юноша. — Куда его вешать?

— Встань-ка... Нет, давай, я покажу, как.

Миссис Грейнджер взяла его за плечи, встав так, что Поттер поневоле прижался к ней, а глаза, если их отвести в сторону, смотрели на её бюст.

— Вон там. Видишь?

Гарри кивнул, с трудом удерживаясь от искушения посмотреть на будущую тёщу. Кое-как он проследил за направлением изящной руки, после чего вырвался, встал по одну сторону навеса и стал ждать указаний.

Следующие несколько минут были полны, помимо работы, неловкости. Ужасной неловкости. Юноша пытался смотреть куда угодно, лишь бы не в сторону Эммы. С учётом того, что она постоянно расспрашивала его о чём-то, выходило плохо. Потому, когда работа была завершена, бывший гриффиндорец вздохнул с облегчением и хотел уже пойти в сторону дома, чтобы присоединиться к любимой в её кулинарных начинаниях, когда миссис Грейнджер заключила его в объятия, прижала к себе и зашептала:

— Спасибо, Гарри. Ты мне очень помог! Ты такой сильный. Ты уже носил Гермиону на руках?

Поттер едва не выругался. Он совершенно не понимал, что нужно этой женщине: неужели она решила поставить его в двусмысленную ситуацию и устроить блиц-опрос? Иного объяснения мозг Избранного, занятый поиском выхода из ситуации, не видел.

— Приходилось, — выдавил он.

— Тогда, может, донесёшь меня до дома?

Эмма выпустила его и начала обходить. Воспользовавшись этим, Гарри побежал к дому. Он слышал какие-то крики, но не оборачивался. В голове звучала одна мысль: поскорее оказаться рядом с Гермионой. От неё подобных странностей ждать не приходилось.