Чемпионат мира по зельям (джен)

День первого испытания выдался таким хмурым и сырым, что сама природа, казалось, сочувствовала Гарри. Он шёл по лужайке к месту, известному как Зачарованный сад, с ощущением, что его ведут на эшафот.

— Гарри, подожди!

Он обернулся. Гермиона бежала к нему, так, что её волосы развевались на ветру. Она, не говоря ни слова, резко обняла его. На секунду мир перестал давить. Гарри почувствовал её быстрое сердцебиение и понял, что она волнуется не меньше.

— Ты всё помнишь, — выдохнула она ему в плечо. — Корень имбиря — тщательно очистить, личинки — не пережарить, и помешивай только по часовой стрелке после добавления порошка из толчёного рога единорога.

Он кивнул, не в силах вымолвить слова, и Гермиона отпустила его. Ощущение её объятий осталось с ним, как невидимый плащ, защищающий от всего на свете.

Гарри глубоко вдохнул и шагнул под арку, ведущую в Зачарованный сад. Здесь стояли ряды безупречно оборудованных рабочих столов с блестящими медными котлами. Трибуны выросли по периметру, как грибы после дождя, и ломились от народа. Яркие плакаты, кричащие мантии болельщиков всех четырёх школ, общий гул, напоминающий рой гигантских шершней. Где-то там сидели Рон и, если она успела занять место, Гермиона.

У своих столов уже стояли соперники. Елена Морозова из Колдовстворца сейчас напоминала скалу, готовую обрушиться на котёл. Всё в ней как бы кричало: «Я варила зелья, когда вы ещё ползали в пелёнках». Сакура Камикава из Махотокоро поглаживала свой котёл с такой нежностью, будто он был сделал из хрусталя. Джомо Окафор разминал пальцы с видом концертирующего пианиста. Даже Эдгар Лорни казался уверенным в себе. Все они выглядели так, будто вот-вот совершат революцию в зельеварении, а Гарри просто забыл, зачем вообще пришёл.

Людо Бэгмэн, сияя, появился в центре поля, его голос, усиленный Сонорусом, оглушил толпу:

— Добро пожаловать на первое испытание Чемпионата мира по зельям среди старшекурсников... и одного Гарри Поттера! Сегодня нашим чемпионам предстоит продемонстрировать хладнокровие, точность и чистое мастерство! Они должны будут сварить… Оборотное зелье!

В толпе пронёсся одобрительный гул. У Гарри отлегло от сердца, но ненадолго. Оборотное зелье. Сложнейшее, коварнейшее… Однако Бэгмэн не унимался.

— Но великое искусство зельеварения начинается с добычи ингредиентов! У каждого из вас под столом — лишь базовый набор. Ключевые же компоненты необходимо заслужить!

По краям сада с оглушительным рёвом возникли три силовых поля, и в каждом оказался горный тролль самого сурового вида. Каждый тупицообразно озирался, сжимая в руках дубину размером со школьную парту. Рядом с каждым троллем на земле лежал небольшой тёмно-синий ларец.

— Ваша цель — добыть свой ларец, не угодив в больничное крыло! — весело прокричал Бэгмэн. — Начинаем!

У Гарри похолодело внутри. Силовые поля разом исчезли, и соперники уже бросились к своим троллям. Елена, буркнув заклинание, попыталась оглушить своего, но тролль лишь рассерженно потряс головой. Эдгар использовал ослепляющее заклятье, заставив своего монстра мотать головой.

Гарри подбежал к своему троллю. Тот, увидев движение, радостно заурчал и занёс дубину. Мысли метались. Что делать? Что делать?! Оглушить? Это не так просто, ведь тролли довольно устойчивы к магии.

И тут его осенило. Первый курс. Тролль в женском туалете.

Тролль сделал мощный размах. Гарри отпрыгнул, крикнув первое, что пришло в голову:

— Вингариум Левиоса!

Дубина лишь дрогнула в руках тролля. Раздался ясный, будто школьный колокольчик, голос из памяти: «Правильно говорит ЛевиОсса, а не ЛевиоссА!»

Гарри вдохнул полной грудью, взмахнул палочкой и крикнул чётко и ясно:

— ВИНГАРДИУМ ЛЕВИОССА!

Заклинание сработало примерно на сто двадцать процентов. Тролль вдруг взлетел в воздух, бешено размахивая руками и ногами. Гарри не стал медлить — подскочил, схватил и откатился в сторону.

Раздался оглушительный СТУК и болезненный стон. Гарри обернулся. Ученик Уагаду, слишком увлекшись сложным заклинанием, не успел уклониться. Его собственный тролль, не мудрствуя лукаво, аккуратно, но сокрушительно треснул его дубиной по голове. Юноша рухнул, а мадам Помфри тут же бросилась к нему, яростно цыкая на ухмыляющегося тролля.

Гарри, сжимая ларец, побежал к своему столу. Теперь можно было варить. С этим чувством лёгкой победы и правильным «ЛевиОсса» на уме, даже оборотное зелье не казалось таким уж страшным.

К тому же, тут его осенило. Перед глазами вспыхнул не учебник, а образ второго курса. Пар из котла в кабинете туалете Плаксы Миртл, резкий запах, и Гермиона, которая проговаривала каждое своё действие…

Гарри двигался на автопилоте. Руки сами вспоминали движения. Нарезать водоросли и спорыш? Рука уверенно тянется к ножу. Добавить сушёные златоглазки? Он аккуратно, без брезгливости, высыпал их в кипящую воду. Помешивать по часовой? Он начал, и зелье под его палочкой начало менять цвет ровно так, как должно: от грязно-коричневого к лазурно-синему, а затем к прозрачному серебру.

Рядом, у стола Эдгара, дела шли не так гладко. Его зелье, которое должно было уже серебриться, упорно отливало ядовито-розовым и периодически выстреливало в воздух струйками едкого дыма. Юноша в панике сыпал в котёл всё подряд, только усугубляя ситуацию. В конце концов, его зелье с глухим хлопком превратилось в густую фиолетовую субстанцию, застывшую в виде укоризненной рожицы.

Когда время истекло, и судьи начали обходить столы чемпионов, Гарри всё ещё не верил в происходящее. Его зелье, налитое в склянку, переливалось чистым металлическим блеском.

Судьи совещались недолго. Бэгмэн снова взорвал «эфир»:

— Результаты! Третье место — Сакура Камикава! Второе место… — пауза показалась Гарри вечностью, — Гарри Поттер!

Гарри остолбенел. Второе? Он занял ВТОРОЕ место? Не последнее, не предпоследнее, его не выгнали с позором, плюнув ему в спину, а настоящее, честное второе! Его взгляд инстинктивно метнулся к трибунам.

И он увидел её. Гермиона прыгала на месте, отчаянно махая ему и крича что-то, потерявшееся в общем рёве. На её лице сияла такая гордая и радостная улыбка, что у Гарри на мгновение перехватило дыхание.

А потом, когда он уже думал, что день уже просто не может стать лучше, случилось это…

С трибуны для преподавателей, прямо из-за спины профессора Макгонагалл, покачнулась и рухнула в проход длинная чёрная фигура. Профессор Снейп, услышав итоги и увидев безупречное зелье Поттера, молча, но с полным осознанием трагизма момента, лишился чувств. Его мантия разметалась вокруг, как крылья поверженного ворона.

Гарри наблюдал, как мадам Помфри и Дамблдор спешно склонились над телом профессора, и на его лице появилась растянутая до ушей улыбка.

Возможно, зельеварение не так уж и плохо…