Лилии так чисты (гет)

Раннее утро разбудило Ривенделл солнечными поцелуями. Князь приказал всем собираться на охоту. В радостной тревоге все начали проверять луки, стрелы и седлать лошадей.

Но это утро было особенно тревожным для княжны и дворецкого.

Стая гончих псов погнала молодого оленя вглубь чащи. Князь Элронд и свита устремились за ними. Вскоре хруст ломаемых веток и лай собак затихли.

Арвен и Линдир, воспользовавшись моментом, свернули на тропинку около орешника, перевязанного белой лентой, и поехали по ней. Сначала Арвен сомневалась, не напрасно ли её сердце так доверяло дворецкому. Они ехали на лошадях почти час. И вот, перед ними раскинулся Линдон — «Прекрасная Земля» — край певцов и чародеев. Проехав ещё немного, они увидели реку. Это значило, что они подъехали к границе Белерианда. Как ни странно, её спутник не остановился, а, приветливо кивнув молчаливым стражникам, двинулся через мост на лужайку, а затем свернул в цветущий липовый лес. Арвен и Линдир наслаждались нежным сладким ароматом цветущих деревьев. Арвен была здесь впервые, но дворецкий всё ей объяснял, поэтому Арвен чувствовала себя спокойно. Золотистые лучи солнца пробивались сквозь листву. Княжна поинтересовалась:

— Где мы?

— Белерианд — свадебный дар отца для моей матери. Эта земля моего рода. И, если, я буду бездетным, то род Амакиир исчезнет навсегда.

Что? Она не ослышалась? Род Амакиир? Он же идёт от самого Финголфина! Так вот почему те стражники так низко ему поклонились! Арвен знала об этих землях только из книг. В них говорилось, что королевство давно забыто и разграблено, а эльфы-нолдор бежали за море. Их король, хоть и прожил долгую жизнь, но умер бездетным. Если верить древним текстам, в большинстве своём нолдор были боязливыми и слишком доверчивыми.

Но её спутник развеял мифы. Оказалось, что его дед Элбранд I Огненноглазый был настолько искусным в магии, что был назначен наставником юного Мерлина. Его сын — Элбранд II — успешно пользовался магией как в бою, так и в быту. Помимо прочего, к своему удивлению, княжна узнала, что у нолдор, как и у других эльфийских рас, принято иметь в семье не менее трёх детей. Бабушка рассказывала ей, что нандор и нолдор — низшие расы, только и делавшие, что тщетно стремившиеся постигнуть вершины знаний. Им не было дано. Теперь же Арвен понимала, что, напротив, это ей следует поучиться у Эльфов Запада.

Всё ещё недоумевая от свалившейся на неё информации, она спросила:

— Но для чего Вы рассказываете мне это?

Линдир подъехал ближе и взял её ладонь в свою.

— Всё потому, что я влюблён в Вас, Ваша светлость. С самого детства. Помните ли Вы, когда мы были детьми…

Неожиданно Арвен почуяла запах волчьей шерсти и железа. Сомнений не оставалось: где-то неподалёку была засада. Орки — давние враги княжества — степенно, словно уверенные в своей правоте, выехали на дорогу на огромных волках.

Княжна схватилась за рукоять сабли, что висела на её поясе, но Линдир зачем-то остановил её.

Сойдя с коня, он, не чувствуя страха, подошёл к предводителю орков. Он был одет намного богаче, и ехал на белоснежном волке. Арвен не поверила своим ушам, когда услышала из уст Линдира Наречие Тьмы. Она не знала, о чём они говорят, но вот её спутник показал на неё и на себя. Орк глянул на княжну, затем на Линдира, ухмыльнулся и понимающе кивнул. Затем орк достал из сумки стеклянный флакончик и передал эльфу. Линдир с поклоном принял флакон, орк снова улыбнулся и велел своему отряду идти дальше.

Шокированная Арвен спросила, когда они снова тронулись в путь:

— Почему они не напали на нас? И ты никогда не говорил мне, что понимаешь Наречие Тьмы. Для чего ты его выучил?

Дворецкий молчал. Вздохнув, он начал размышлять: рассказать или нет? Лучше будет рассказать. Тем более, княжна рано или поздно всё равно узнала бы это. Арвен снова задала вопрос:

— Но ты говорил с ними так, как будто это твой родной язык. Невозможно

постичь их диалект…

Неожиданно Линдир произнёс простыми и слегка прохладными словами, как будто хотел, чтобы ему больше не задавали вопросов:

— Просто моя мать была ирчи.

Княжна не поверила своим ушам, и, поражённая до глубины души, замолчала. Её ответные слова (а их было множество) попросту застряли в горле. Наконец, княжна справилась с собой и произнесла, слегка заикаясь:

— Но…но они же отвратительны. Это звери, они даже не понимают друг друга…

Линдир вскинул на неё глаза. Словно горящие угли, они прожигали её белые, как бумага щёки, заставляя залиться пунцовым стыдом. Да, теперь она поверила, что это потомок Элбранда Огненноглазого! Но спутник неожиданно стал разговорчивее.

— Смею заметить, но ирчи вовсе не отвратительны. Отец женился на мордорской принцессе — Азре, а она была сестрой самого Азога. Как любящий брат, он хотел спрятать её, спасти от опытов Сарумана, от которых не мог спастись сам. И, может быть, поэтому на Линдон и на его окрестности никогда не было набегов.

Теперь Арвен была согласна с ним. Действительно, если верить древним книгам, орки никогда не трогали эту землю. Всё оставшееся время они ехали молча. Княжна любовалась золотистыми деревьями, которые начали образовывать упорядоченную аллею.

И только тут Арвен заметила, что её спутник куда-то пропал, а она в полном одиночестве въезжает во двор неизвестного храма.

* * *

Въехав во двор, она увидела, что Красавица — лошадь Линдира — мирно пасётся, пощипывая траву. Арвен оставила коня и зашла в церковь.

Вместо привычного витого обруча его длинные волосы теперь сдерживала корона. Эльфийка ахнула: двенадцать изумрудов, держащихся на тонких серебряных веточках, были выточены в форме листьев. Нигде от Средиземья до Лихолесья она не видела подобного. Даже у них, в Ривенделле, самоцветы всегда загоняли в золотые рамки или обматывали золотыми нитями. Элбранд улыбнулся, заметив восхищённый взгляд княжны:

— Как Вы могли заметить, кузнецы ирчи создают не только оружие. Прошу принять это в знак нашей помолвки.

Арвен услышала шаги и обернулась. К ней приближался седовласый эльф с короной в руках.

— Приветствую Вас, Ваша светлость, княжна Арвен!

Арвен не могла и слова выговорить от счастья. Старец покрыл голову княжны лёгкой тканью и поверх неё надел серебряную корону с точно такими же листьями-изумрудами. Но их было семь.

— Ваше Величество, всё готово.

— Пора. — шепнул ей Элбранд.

Арвен шла, как во сне. Свет серебряных свечей озарял лица. За прекрасным алтарём стоял всё тот же старый мудрый эльф, а несколько слуг бросали лепестки роз на ковёр, по которому Элбранд вёл её. Старец велел им надеть кольца. Княжна Арвен ахнула от удивления, когда увидела лежащие на подушечке кольца. Золотые ветви тонкой работы обхватывали и придерживали чудесные квадратные изумруды. Если верить древним фолиантам, это и были те самые парные кольца Белерианда! И одно из них теперь принадлежало ей.

— Ваше Величество, Элбранд III Амакиир, согласны ли Вы взять в жёны Их светлость Арвен Ундомиэль, дочь Элронда и Келебриан?

Элбранд ответил с лёгкой улыбкой на губах:

— Согласен.

— А Вы, Ваша светлость, Арвен Ундомиэль, согласны взять в мужья Их Величество Элбранда III Амакиира и принять фамилию мужа?

И княжна ответила:

— Да, я согласна.

Она почувствовала, как в мгновение, пока длился поцелуй, её щёки покрываются румянцем стыда, как осенью на деревьях бледные яблоки постепенно краснеют.

Они вышли из церкви и отправились в замок. Древний, забытый, но всё ещё величественный.

Княжна Арвен была очень удивлена, увидев, как множество слуг носят блюда и напитки в золотой посуде, как запросто на пол у камина брошены медвежьи шкуры…

Больше всего её поразило, что в большом зале на стене висел старинный орочий щит, обтянутый белым волчьим мехом и украшенный по четырём углам бронзовыми накладками. На одной из накладок была надпись «Азог». Элбранд объяснил княжне:

— Это подарок Азога моему отцу. Он был благодарен за спасение сестры.

Арвен не смела поднять глаза на своего мужа вплоть до того момента, когда они оказались в спальне.

Ночь между ними была полна нежности и шёпота клятв, которые должны были привязать их друг к другу навсегда.