Мечта на скорости 17 (гет)

Мне четырнадцать. Два года я живу с этой мечтой — и два года слышу за спиной смех.

Но теперь я не просто девочка с журналами айдолов под кроватью. Теперь у меня есть план, жестяная коробка с деньгами и… работа.

Да, я устроилась раздавать листовки у торгового центра. Платят копейки, но каждая купюра — ещё один шаг к Сеулу.

Утро начинается не с будильника, а с мысли: «Сколько сегодня заработаю?». После школы бегу к ТЦ, надеваю яркий жилет и стою на ветру, протягивая прохожим бумажки с рекламой распродаж.

— Эй, айдол, — окликает меня Ваня, мой бывший одноклассник (в этом году мы перешли в разные школы). — Всё ещё мечтаешь о Корее?

Он стоит с друзьями, жуёт бургер и ухмыляется.

— Ага, — отвечаю, не отрываясь от дела. — И как раз репетирую новый танец — вот эти движения при раздаче листовок. Очень ритмично получается.

Ребята хохочут, но я вижу — Ваня на секунду теряется. Не ожидал, что отвечу без дрожи в голосе.

Дома мама снова за своё:

— Невея, ну посмотри на себя — усталая, худая, всё время в своих мыслях. Может, хватит уже? Подумай о реальном будущем.

— Мама, — я сажусь напротив, достаю блокнот и открываю на странице с расчётами. — Смотри: билет стоит 90 000 рублей. Сейчас у меня 32 450. Я зарабатываю в среднем 1 500 в неделю. Если буду откладывать всё до копейки, через год смогу купить билет.

Мама вздыхает:

— А язык? А конкуренция? А…

— Я учу корейский каждый день. И английский тоже. И танцую. И пою. Да, я знаю, что шансов мало. Но если не попробую — буду жалеть всю жизнь.

Она молчит долго. Потом просто кивает:

— Ладно. Делай как знаешь.

Это не благословение, но и не запрет. Для меня сейчас и этого достаточно.

После разговора с мамой я иду в свою комнату, достаю диктофон и включаю запись.

— День 738, — говорю в микрофон. — +1 500 рублей за неделю. Осталось 57 550. Выучила 20 новых корейских слов. Три раза споткнулась на хореографии, но связки уже получаются лучше.

Ставлю трек и начинаю танцевать. Движения пока неидеальны, но ритм чувствую чётко. В какой‑то момент забываю, что это тренировка — просто отдаюсь музыке, закрываю глаза, двигаюсь так, как велит тело.

Когда песня заканчивается, слышу хлопок. Резко оборачиваюсь — в дверях стоит папа.

— Неплохо, — говорит он. — Реально неплохо.

Я краснею. От папы редко услышишь похвалу.

— Правда?

— Да. Есть энергия. И характер. Если в Корее такое ценят — может, и правда у тебя получится.

Он уходит, а я стою, сжимая кулаки от восторга.

«Папа верит. Хоть чуть‑чуть, но верит».

На следующий день в торговом центре происходит неожиданное.

Ко мне подходит женщина лет сорока, берёт листовку, но не уходит — смотрит внимательно.

— Ты так серьёзно относишься к этой работе, — замечает она. — Большинство подростков просто стоят, а ты… улыбаешься, предлагаешь, даже шутишь.

— Ну… — я пожимаю плечами. — Мне нужны деньги.

— На что?

И я, сама не знаю почему, рассказываю ей всё. Про мечту, про насмешки, про блокнот с расчётами, про жестяную коробку под кроватью.

Женщина слушает, не перебивая. А потом говорит:

— У меня кафе неподалёку. Ищу официантку на неполный день. Плачу больше, чем здесь. Если хочешь — приходи завтра на собеседование.

У меня перехватывает дыхание.

— Правда?!

— Правда. Но учти: работа тяжёлая. И я не буду делать поблажек из‑за возраста.

— Меня это не пугает!

— Хорошо. Тогда завтра в 16:00.

Она уходит, а я стою и не могу поверить.

«Больше денег. Больше шансов. Больше шагов к мечте».

Вечером я обновляю блокнот:

День 739.

Завтра собеседование в кафе. Если возьмут — буду зарабатывать в два раза больше!

+1 500 рублей (неделя раздачи листовок).

Выучила фразу на корейском: «저는 꿈을 좇고 있습니다» ⁽¹⁾

Осталось 57 550.

Закрываю блокнот и смотрю в окно. За стеклом — огни города, где никто не верит в мою мечту.

Но я верю.

И этого достаточно.

1) «저는 꿈을 좇고 있습니다» (кор.) — я следую за мечтой

Вернуться к тексту