Времена Основателей (джен)

Той ночью в кабинете Дамблдора собралась, пожалуй, самая странная компания, которую только можно было себе представить. В одном углу сидели Гарри с Гермионой, которые до сих пор не могли поверить в то, что напротив них, на таком же диване расположились их более старшие версии.

Мадам Помфри уже успела отойти от первого потрясения и теперь вовсю занималась раной «взрослого» Гарри. На его боку сильно кровоточил глубокий порез, которая явно приносил немало боли, но Гарри стойко держался, не отрывая взгляда от другой версии себя.

— Итак… — задумчиво произнёс Дамблдор. — Значит, вы утверждаете, что перенеслись на два года назад?

— Всё верно, профессор, — кивнула «взрослая» Гермиона. — Я знаю, что по всем правилам Министерства мы не должны были показываться на глаза самим себе из прошлого, но это совершенно особенный случай.

— Могу себе представить, — кивнул директор.

По бокам от его кресла стояли встревоженные МакГонагалл и Снейп. Оба декана явно не могли скрыть своих эмоций, но по просьбе Дамблдора пока воздерживались от каких-либо замечаний.

— Я правильно понимаю, мисс Грейнджер, что и правило о неразглашении будущего в этой ситуации тоже неприменимо?

— К сожалению, это так…

— Тёмный лорд побеждён?

— Да, — на этот раз ответил «взрослый» Гарри. Голос его был хриплым, и он откашлялся. — Я убил Тома Реддла в Битве за Хогвартс 2 мая 1998 года.

Они с Дамблдором какое-то время обменивались взглядами, в которых посторонним невозможно было разобрать что-то конкретное. Наконец, директор отвёл взгляд и со свойственной ему проницательностью сказал:

— Но мир не наступил.

— Лишь на какое-то время. Мы успели похоронить павших. Успели поймать некоторых оставшихся на свободе Пожирателей смерти. Даже поверили, что худшее уже позади… — Он поморщился, когда мадам Помфри брызнула на его рану дымящуюся настойку, и Гермиона снова взяла его за руку. — Но потом пришёл он. Мелькор — так он себя называл. Я никогда не видел такого мага… Волан-де-Морт со всеми его крестражами — лишь мальчишка по сравнению с ним. Мы пытались его победить, но он смёл нас так легко, словно мы были лишь детьми против него.

Дамблдор нахмурился, и Гарри из этого времени понял, что он знает о ком идёт речь. Это же заметил и Снейп, после чего поспешил спросить об этом.

— Я всегда думал, что это лишь легенда, Северус. Волшебник запредельной силы, настолько продвинувшийся по пути познания наитемнейшей магии, что добровольно лишил себя тела. Его дух, по слухам, мог вселяться в других людей, но после этого они не могли долго жить. Их плоть разрушалась, как бы выгорая за считанные месяцы. Вы говорите об этом Мелькоре?

— Да, — снова заговорила Гермиона. — Он и верно, по сути, лишь дух. Но силы своей нисколько не утратил. И его нельзя убить. Никак. Нам удалось уничтожить две его временные оболочки, но это лишь ненадолго замедлило Мелькора. В конце концов, он и его подручные, набранные в основном из бывших Пожирателей, снова напали на Хогвартс. И эту битву мы проиграли. Пока немногие выжившие выигрывали для нас немного времени, мы с Гарри сумели переместиться в прошлое. Сюда…

Мадам Помфри уже закончила с перевязкой раны и теперь просто слушала этот рассказ, с открытым от удивления ртом. Дамблдор заметил это и негромко кашлянул.

— Я думаю, вы можете идти, отдыхать. Спасибо за то, что пришли так быстро. Я надеюсь, не нужно объяснять, что всё случившееся здесь, должно остаться в тайне?

— Разумеется. — Целительница явно не хотела уходить так рано и пропустить всё самое интересное, однако выбора у неё не было.

Когда дверь за ней закрылась, Дамблдор снова повернулся к Гермионе.

— Вы ведь не просто решили спастись в этом времени. Есть какая-то причина для вашего появления именно в этом году.

«Взрослый» Гарри посмотрел на младшую версию себя и кивнул.

— Как мы и сказали, убить Мелькора нельзя. Но он был заточён в особую… тюрьму, если её так можно назвать.

— Это что-то вроде подпространства, — вмешалась Гермиона. — Там его силы ничего не значат. Почти тысячу лет назад Мелькор был заключён туда, и все эти годы ритуал сдерживал его.

На этом терпение МакГонагалл, должно быть, окончательно истощилось. Позабыв обо всём, она тихо спросила:

— Но, что же тогда послужило причиной его освобождения?

Как ни странно, но ответил ей Дамблдор.

— Думаю, смерть Волан-де-Морта.

— Это был ритуал крови, — Гарри не без труда поднялся на ноги и его шатнуло. — Тысячу лет назад некий волшебник одним из ингредиентов добавил свою кровь. Заклинание сдерживания должно было работать до тех пор, пока жив хоть один его потомок. Том Реддл был последним…

— Слизерин! — выдохнула МакГонагалл. — Он потомок Салазара Слизерина! Но я и не знала…

— Никто не знал. Вся информация об этом ритуале была стёрта и забыта.

— И что вы предлагаете? — впервые за всё время подал голос Снейп. — Не убивать Тёмного лорда? В таком случае нас всё равно ждёт печальный конец, только от его руки…

Гермиона тоже вскочила с дивана, сделала несколько шагов вперёд и положила на стол маховик времени.

— Мы предлагаем это. Салазар Слизерин — единственный человек, который точно знает, как вернуть Мелькора в его темницу. Нужно лишь каким-то образом выведать у него эту информацию.

— Думаю, это будет непросто, мисс Грейнджер, — холодно отозвался Снейп. — Силой у волшебника его уровня ничего не узнать.

— А, кто говорит о силе, Северус? — Теперь уже и Дамблдор стоял на ногах. — Мы все знаем, каких людей уважал Слизерин и все его потомки. Решительных, находчивых и умеющих пренебрегать правилами ради достижения успеха.

Он посмотрел на Гарри из этого времени, и тот всё понял. В его голове тут же всплыл далёкий разговор в конце второго курса, когда директор уже так о нём отзывался.

— Но почему это должен быть именно Поттер?! — всплеснула руками МакГонагалл. — Это может быть кто угодно. Если нужно, я сама могу это сделать!

— Сожалею, профессор, но боюсь, не всё так просто, — пожал плечами «взрослый» Гарри. — Ко всему прочему, этот человек должен уметь говорить со змеями, это поможет быстрее войти в доверие к Слизерину. Я бы отправился в прошлое сразу и, не задумываясь, но… после некоторых событий я лишился способности к парселтангу. А он ещё нет.

Все, не сговариваясь, обернулись в сторону другого Гарри. Он ничуть не удивился, словно бы с самого начала точно зная, о чём его попросят. Оставалось лишь вздохнуть и, поднявшись со своего места, объявить:

— Я готов.