/«Продолжение первой главы…/«Эпизод второй…/«
/«Сандерс, мой агент, весело выхватила книгу у меня из рук и положила ее на вершину той стопки книг, которые я держала в руках. И она сделала это так, чтобы все видели и эту книгу, и мое фото на ней. О, и это тоже было безумием. Когда она посмотрела на меня, она приподняла бровь и я увидела, как от удивления в ее карих глазах заблестели и потом заплясали хитрые золотистые искорки. Она явно была в приподнятом настроении. И, вообще она была приятным человеком. Мне всегда нравилось, как она много улыбалась и улыбается, и от такой светлой и жизнерадостной улыбки у нее были небольшие ямочки на щеках и морщинки, которые говорили мне о том, как много она смеялась и продолжает смеяться за все свои сорок пять лет жизни. Уж точно, больше чем я. И мне ее поддержка всегда была необходима. Именно она меня и подтолкнула ко всему, сподвигла, можно сказать, на это дело и благодаря ей я вообще была здесь. Ее теплое и такое успокаивающие присутствие в этом безумном творческом мире с тех пор, как она ровно пять лет назад стала моим литературным агентом, почти полностью избавило меня от сомнений как писателя и мягко подтолкнуло к авторству и к написанию своих книг. И да, именно благодаря ей я и была злесь, сейчас. Именно ей я и была обязана своим успехов и не забывала об этом. Да, я еще по-прежнему была полна сомнений и осваивала эту территрию, но теперь я была не одна, у меня были ее собственное мастерство и поддержка, и я это знала. Я всегда буду благодарна ей за это и никогда не забуду этого и ее личного вклада в мой успех…/«
/«Повернувшись ко мне и с сияющей улыбкой на лице, она небрежно откинула со своего счасьливого лица коротко стриженные черные волосы и тогда несколько непослушных, гладких черных прядей снова упали на лоб и красиво обрамили ее левый висок.
/«-О, ты делаешь это каждый раз, когда видишь все это. И можешь мне поверить, что ты сияешь, потому что достигла заслуженного успеха. Ты молодец». Похвалила меня с какой-то гордостью Сандерс и тогда, от этой искренней похвалы, мне стало легко и уютно на душе. Мы находились в коридоре, и я бодро последовала за ней, когда она двинулась по коридору…В этот момент я чувствовала себя счастливой, ведь моя цель была достигнута…/«
/«Я последовала за ней, когда она двинулась по коридору. Мы вместе направлялись в зал, где должна была состояться презентация. И я испытывала непередаваемые ощущения. Меня переполняли самые разные эмоции в эти мгновения.
/«-Что я делаю? О, что же именно ты хочешь этим сказать? — в замешательстве, действительно не понимая, что она имеет в виду, спросила я и поправила свою модную персиковую блузку, которая была на мне и тогда она смогла ровно сидеть на плечах. Я была довольна своим внешним видом и тем, как я выглядела. Скоро меня увидят многие…/«
/«-О, можешь мне поверить, что ты всегда так смотришь на свою каждую книгу, как в первый раз. /«-И сейчас ничего не изменилось. — Я даже узнаю в тебе прежнюю. — Надо же, похоже ты до сих пор не можешь до конца осознать, что ты — автор», — призналась мне Сандерс, остановившись у входа в зал. И, похоже, это было правдой…/«
/«Внимательно прислушавшись, я услышала, что из-за угла доносился шум толпы, и это даже был рев, неистовый и громогласный. Я очень удивилась, услышав все это и не доумевала, как такое может быть. Тем более, со мной.
/«Я уже чувствовала то самое возбуждение, которое явно витало в воздухе и которому даже не было никакого обьяснения. И я четко понимала: это возбуждение шло прямо из той ревущей толпы и было осязаемым, наэлектризованным. И, о Боги, причиной его была я!»/«Завершение второго эпизода…/«Продолжение главы следует…/«

|
Это потрясающая глава! Она построена на идеальном контрасте: от ослепительного триумфа и "американской мечты" в начале до ледяного, парализующего ужаса в конце. Читатель проходит путь вместе с Лилианой — от боли в мышцах лица из-за счастливой улыбки до немого крика в ванной.
Показать полностью
Глава великолепно работает на разнице восприятия. 1. Сначала мы видим Лилиану на пике: блеск софитов, запах новых книг, шум толпы, который звучит как океанский рев. Автор очень тонко передает это состояние "неверия" в собственный успех — через дрожащие руки, через желание ущипнуть себя. Мы, те, ктотсами пишем, прекрасно понимаем это состояние и искренне радуемся за героиню, вилим тепло её агента Сандерс, и именно поэтому финал бьет так больно и резко. 2. Детализация и "эффект присутствия" Очень понравились живые, бытовые детали: Наушники с шумоподавлением и копилка с Бэтменом — это сразу рисует образ живого человека, который долго и трудно шел к цели, работая в тесноте и шуме. Описание жанра "сипанк" (русалочий стимпанк) — это звучит свежо и оригинально! Сразу хочется узнать больше о мире, который создала Лилиана. Физические ощущения: боль в челюсти от улыбки, неудобство каблуков. Это делает героиню очень близкой и понятной каждому. 3. Психологизм и самоирония Потрясающий момент с "позором и дерьмом" относительно первых черновиков. Это так знакомо любому творческому человеку! То, как Лилиана описывает свой путь от "столба позора" до признания, вызывает огромное уважение. Её внутренняя застенчивость и интровертность (желание выйти со слуховыми затычками) создают отличный конфликт с её новой ролью. 4. Финал — отличный клиффхэнгер Переход от напевания "Пиратской жизни" к мертвой тишине в ванной сделан мастерски. Сцена с зеркалом и помадой мгновенно разрушает ощущение безопасности. Особенно пугает то, что преследователь не просто угрожает, а насмехается над её творчеством и вкусами ("выбери песню повеселее"). Это превращает обычного сталкера в кого-то более личного и опасного, кто действительно наблюдал за ней в интимные моменты. Глава держит в напряжении и вызывает бурю эмоций. Мы видим Лилиану не просто как "успешного автора", а как уязвимую, талантливую и очень искреннюю девушку. И теперь за неё по-настоящему страшно. Жду продолжения, чтобы узнать, кто этот "невидимый критик" и как Лилиана будет защищать свою с трудом обретенную реальность! 1 |
|