Турнир Трёх Волшебников... и одного пони (джен)

Твайлайт вздохнула. Жеребята смотрели на неё с любопытством. Этот жеребёнок порой бывал таким глупым. С тех пор как он и Свити Белл научились телепортироваться, он то исчезал, то появлялся в самых неожиданных местах. К счастью, радиус действия у него был небольшим и едва охватывал комнату с Картой её замка.

Она оглядела площадь перед ратушей. Где он мог прятаться?

Не увидев его, Твайлайт закрыла глаза, произнесла заклинание обнаружения и стала ждать отклика. Но эха не последовало.

Странно. Его не было на площади. Может, Гарри убежал сразу после телепортации? Обычно он так не делал — всегда оставался, чтобы посмотреть на реакцию друзей.

Она встала, но тут же замерла.

— Гарри снова играет в прятки, — покачала головой Твайлайт. — У меня сейчас нет на это времени. Посмотрите, может, вы сможете его найти? Хорошо?

Аликорн посмотрела на жеребят. Те кивнули. Она быстро облетела площадь — на случай, если он всё-таки где-то виден, — но Гарри и правда исчез.

Этот жеребёнок…Она снова покачала головой и улыбнулась. Иногда он был таким милым. И всегда — вызовом.

Твайлайт зашла в ратушу, чтобы представить исполнителей следующего концерта.

Скуталу тревожно огляделась.

— Девочки… — сказала она. — Что-то не так. Он не доел мороженое. Он никогда так не делает.

Все трое посмотрели на миску на столе. Та была больше чем наполовину полной. Холодная погода мешала мороженому таять, но долго оно всё равно не продержалось бы.

Эппл Блум схватила миску и подбежала к проходившей мимо пони.

— Вот, — сказала она. — Наш сотабунник убежал и оставил это. Доешь, пожалуйста, чтобы не пропало.

— Спасибо, Эппл Блум, — сказала Петунья Палео, наряженная под Дэринг Ду. Она тут же села и принялась за угощение.

— Не за что.

Свити Белл посмотрела на неё, когда они пошли через площадь.

— Это было жестоко. Он может скоро вернуться.

Земнопони пожала плечами:

— Тогда не стоило уходить, ничего нам не сказав. К тому же он всегда может взять ещё, если захочет. — Она осмотрелась. — Нам лучше разделиться и встретиться здесь через полчаса. Я проверю домик на дереве.

Она развернулась и умчалась галопом. Бег для неё был быстрее полёта: у неё не было такого опыта, как у Гарри и Скуталу, которые много летали. К тому же она была земной пони и предпочитала держать копыта на земле — и напоминала об этом при каждом удобном случае.

— Я спрошу у стражи в замке, — сказала Скуталу и взмыла в воздух, исчезнув за крышами.

— А я, наверное, просто буду бегать кругами, — пробормотала Свити Белл.

Она наложила заклинание обнаружения на ближайший переулок.

Нет. Его там не было.

۸- ̰ -۸

Во время объяснений директора о прошлом Гарри Скиффи подавал напитки и закуски. Гарри предложили чай или тыквенный сок, и, как бывший британец, он выбрал чай. Когда остальные впервые отпили свои алкогольные напитки — те самые, которые они называли «огневиски», — а затем выдохнули пламя, это застало его врасплох. Он знал, что мама бы это не одобрила, но всё же невольно задумался, можно ли попробовать: выдыхать огонь, как Спайк, казалось довольно забавным.

Не особо поужинав, Гарри довольно быстро съел печенье. Заметив это, Скиффи принёс ему сэндвич. Пегакорн осторожно развернул его и с облегчением увидел знакомую начинку: арахисовую пасту и клубничный джем.

— Думаю, — сказал Дамблдор, — мы можем отложить расспросы о том, где ты был последние несколько лет, до завтра, когда будем бодрее. А пока нужно решить, где ты будешь спать. В Хогвартсе есть четыре факультета: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Каждый из них объединяет учеников по определённым качествам.

Он откинулся на спинку стула, сложив руки на животе.

— Гриффиндор ценит мужество, храбрость и рыцарство.

Гарри нахмурился: последнее слово было ему незнакомо.

— Пуффендуй ценит трудолюбие, терпение, справедливость и верность. Когтевран — ум, творчество, знания и остроумие. Слизерин — амбиции, хитрость, лидерство и находчивость.

Профессор Макгонагалл встала и взяла шляпу со стола директора, пока тот говорил.

— Распределяющая шляпа, — продолжил он, моргнув, — определит, какой из четырёх факультетов лучше всего подойдёт тебе и поддержит во время турнира.

Профессор подошла к Гарри и начала надевать ему Шляпу на голову.

Гарри отклонился.

— О, нет, вы не сделаете этого! — твёрдо заявил он, слегка запаниковав, и накрыл голову передней ногой. Напрягая крылья, он посмотрел в окно, чтобы убедиться, что ничто не мешает ему.

Минерва отступила на шаг.

— Уверяю вас, — строго сказала кобы... женщина... — это совершенно безвредно.

— Так же говорили и про амулет аликорна — пока ты его не наденешь! — возразил Гарри, настороженно глядя на шляпу и остальных. — Мисс Трикси рассказывала мне о таких вещах. Они выглядят безобидно, иногда даже полезно, а потом меняют тебя. Так что нет. Этого не будет.

Он тряхнул головой, усиливая эффект, и прижал к ней второе копыто.

Профессор Макгонагалл посмотрела на Дамблдора.

Бэгмен прочистил горло.

— Вообще-то, — сказал он примирительным тоном, — если официально зачислить мальчика в факультет Хогвартса, у Хогвартса будет два чемпиона. А он уже сказал, что учится в… — Бэгмен повернулся к Гарри, — Школе для одарённых единорогов принцессы Селестии?

Гарри кивнул, не сводя взгляда с Шляпы.

— Магия Кубка может снова вмешаться, если попробовать, — добавил Бэгмен. — Не говоря уже о том, что Максим и Каркаров будут резко против. И, подозреваю, весьма громко.

Судя по его виду, эта перспектива его скорее забавляла. К тому же он уже выпил третью рюмку огневиски.

Остальные трое посмотрели на него.

— Хм… да, пожалуй, ты прав, — тихо сказал директор, задумчиво глядя в окно. Он рассеянно махнул рукой Минерве. Та нахмурилась, ещё раз посмотрела на Гарри, убрала Шляпу обратно на стол и вернулась на место.

— Итак. Минерва, Северус, как вы считаете, куда нам поместить Гарри, — он бросил косой взгляд на Людо, — неофициально?

Вышеупомянутый поморщился.

— Гарри Спаркл, — сказал он, подчёркивая фамилию.

Волшебник дружелюбно кивнул.

— В Шармбатоне и Дурмстранге нет свободных мест в транспорте, — безразлично заметил профессор Снейп. — Учитывая их собственных чемпионов и тесные условия, они только сильнее возмутятся его присутствием.

Его взгляд задержался на Гарри так, что пегакорну стало не по себе.

— Учитывая соперничество факультетов, ученики Хогвартса не создадут проблем, если он не будет зачислен в Пуффендуй. У них итак один чемпион. Но Слизерин — плохой вариант, учитывая его внешность.

Гарри прищурился. Что не так с его внешностью? Многие кобылки говорили, что он весьма привлекателен.

Дамблдор погладил бороду и медленно кивнул.

— Скажи мне, Гарри, ты любишь читать и учиться? Считаешь себя остроумным?

Гарри тяжело вздохнул. Если все волшебники такие, а у него было ощущение, что это именно так, следующие восемь месяцев будут очень долгими.

— Во-первых, я не мальчик, я жеребчик. Во-вторых, я не человек, я пони. Точнее, единорог, — раздражённо сказал он.

Он сделал паузу, выдыхая.

— И нет, не совсем. Мне нравится учиться, но я не остроумен. И я предпочитаю использовать магию, которую выучил, а не просто читать о ней, как это делает моя мама.

Хотя её чтение привело к открытию нескольких интересных трюков, которые он с удовольствием выучил. Например, заклинание «крылья» или метод Хейскартса, который в настоящее время был в моде в школе Селестии — и сводил учителей с ума тем, как быстро улучшал понимание. Они всё ещё дорабатывали новые учебные планы после прошлогоднего разгрома экзаменов.

Ведьма посмотрела на него.

— Ты считаешь себя смелым? Ты считаешь себя отважным?

Гарри посмотрел на неё и пожал плечами.

— Опять же, не совсем. Я делаю то, что должен, когда это необходимо.

Взрослые обменялись оценивающими взглядами. Бэгмен потёр подбородок и сказал:

— Если точно не Пуффендуй и не Слизерин, то мой старый дом — Гриффиндор.

Дамблдор и Макгонагалл кивнули в знак согласия.

— А если Гар... — поправился Дамблдор. — Если мистер Поттер пожелает перейти позже, то мы можем попробовать Когтевран.

Гарри зарычал, а затем сказал:

— Спаркл! — и угрожающе посмотрел на директора. Судя по их удивлённым взглядам, они, похоже, никогда раньше не слышали, как рычит лошадь.

Бэгмен усмехнулся.

— Да. Определённо Гриффиндор.

Гарри заметил, как профессор Снейп незаметно закатил глаза.

Директор слегка хлопнул ладонями по столу и встал.

— Превосходно. Профессор Макгонагалл, не могли бы вы позаботиться о том, чтобы мистер... Спаркл устроился на ночь. — Он улыбнулся Гарри. — А завтра утром отведите его в Косой переулок, чтобы он купил палочку, одежду и школьные принадлежности. Я попрошу Скиффи достать ему книги. — Он посмотрел на двух других взрослых. — У нас с Людо есть несколько вещей, которые нужно обсудить.

Профессор Макгонагалл встала и подождала, пока Гарри присоединится к ней.

Они едва вернулись в коридор, как она остановилась и с любопытством посмотрела на него.

— Я слышала, как ты называл себя и единорогом, и пегакорном. Можешь объяснить?

Он пожал плечами.

— Крылья — это временная магия, созданная заклинанием моей мамы. Оно превращает меня в пегакорна — единорога с крыльями. Так что на время я обладаю способностями двух племён пони: единорогов и пегасов (хоть и на половину). Добавить к этому иллюзию окраски, иллюзию щелевидных глаз и фальшивую броню, и я получаю внешность Найтмер Мун. Она — аликорн, пони, обладающая магией всех трёх племён. — Он замолчал, задумавшись, а затем приземлился. — Мама сказала, что они продержатся недолго, вероятно, только до полуночи, — пояснил он. — Она могла бы продлить их действие на много дольше, на несколько недель, но сказала, что это было бы излишним. И сбило бы с толку пони, которые меня не знают. — Он осторожно встал на задние ноги и вздохнул с унынием. — Я не могу сам наложить заклинание на крылья, чтобы оно действовало час, не то что весь день, а повторное наложение заклинания измотало бы меня ещё до обеда.

Он стоял неподвижно несколько секунд.

— Поэтому мне остаётся ходить. Обычно это не проблема. Но если я действительно застряну здесь на следующие восемь месяцев, мне, наверное, стоит попрактиковаться в этом. — Он опустил взгляд. — Я не хочу всё это время видеть только чёрные мантии на уровне ваших бёдер.

Она посмотрела на него, нахмурив брови.

— Это не сложно?

— Да. Но со временем я привыкну. — «Вот бы ещё болей в спине не было.» — подумал Гарри, незаметно накладывая лёгкое обезболивающее заклинание.

Она снова зашагала.

— Ты не боишься упасть?

— Небольшие подталкивания с помощью магии очень помогают. И требуют гораздо меньше магии, чем заклинание крыльев. И с привыканием к двум копытам их количество будет уменьшаться. — Он вздохнул.

Она кивнула, показывая, что понимает.

— Какие у тебя пищевые предпочтения? Мне нужно знать, чтобы предупредить домовых эльфов.

— Домовых эльфов?

— Скиффи — домовой эльф.

— Ах. Я ем всё то же, что и вы, кроме мяса. — Он вздрогнул. — Почти все животные в Эквестрии могут говорить. Я отказываюсь есть то, что может попросить меня не есть его. Вы можете возразить что они неразумны. Ну, представьте свою реакцию, если бы вы попали в мир, где вам подали бы жареного человека. Независимо от того, как сильно они уверяли бы вас, что это было глупое животное, какова была бы ваша реакция?

Профессор долго смотрела на него с отвращением.

— Понимаю.

— Рыба — это хорошо. Пегасы любят рыбу и сено фри... чипсы. — Он замолчал, задумавшись о том, что ни разу не замечал, что это почти одинаковые блюда. — Э-э, копчёная сельдь с яйцами тоже была бы хороша, — сказал он, вспомнив своё любимое английское блюдо. — Выпечка, овощи, фрукты, сахар, сено и солома. В общем, всё, что можно подать пони или лошади. — Он улыбнулся. — Я люблю бутерброды с маргариткой и клубничным джемом.

Лестница между третьим и седьмым этажами была немного сложной, но с помощью магических подталкиваний и поручня для копыт он справился без проблем.

Она посмотрела на его «доспехи» и на копыта.

— Ты гораздо тише, чем я ожидала.

Он посмотрел вниз:

— О, я забыл. Заклинание затихания, чтобы никто не мог следовать за мной, когда я передвигался по этому большому залу. — Он нервно рассмеялся. Через мгновение рядом с тиканьем туфель профессора раздался знакомый стук его копыт и лёгкое скрежетание и скрип его «доспехов».

Она слегка улыбнулась.

— Завтра мы найдём тебе что-нибудь более удобное.

Он посмотрел на неё с недоумением.

— Почему? Я же пони. Мы обычно ничего не носим. Обычно мы наряжаемся только по особым случаям... например, на балы или в театр. Или, — он нахмурился, вспоминая слово — на Хэллоуин. Конечно, гвардейцы всегда носят доспехи, похожие на эти, но в них есть амортизация и руны комфорта. — Он посмотрел вниз. — В любом случае, я мог бы легко добавить их к этим.

Она снова остановилась и посмотрела на него с ног до головы.

— Ты был мальчиком, прежде чем отправился в эту Эквестрию. Наверняка ты помнишь?

Он фыркнул, а затем нахмурился.

— Чтобы скрыть интимные части тела и согреться зимой. — Он уставился на неё. — Пони не особо беспокоятся о первом, поскольку у нас четыре ноги и хвосты, которые решают эту проблему. А о втором — наша шерсть. Единороги, если действительно необходимо, могут использовать заклинания для согревания. Пегасы чрезвычайно устойчивы к холоду. Это благодаря полётам в облаках, где чаще всего бывает очень холодно. А земных пони согревает сила Земли.

Она уставилась на него.

— Если ты не собираешься носить доспехи постоянно, твой хвост не сможет скрыть твою интимную часть тела в твоей нынешней позе.

Он посмотрел на доспехи на животе.

— Ах, конечно. Да, — сказал он с раскаянием. Он намеревался носить картон с соответствующими укрепляющими заклинаниями, но не было необходимости афишировать этот факт.

— И это поможет тебе влиться в окружающую среду, — добавила она.

Они продолжили путь.

— Ты можешь снова превратиться в человека?

Он вздохнул.

— Я никогда не пробовал. Нет в этом смысла. — Он пожал плечами. — В любом случае, я не знаю, как это сделать.

Она остановилась и повернулась к нему.

— Чтобы превратиться из анимага обратно в человека, нужно немного попрактиковаться. Некоторые люди случайно застревают в своей форме и нуждаются в помощи. У нас есть заклинание, чтобы обратить анимага. Похоже, что это могло случиться с тобой. Хочешь, я его произнесу? Твоё пребывание здесь будет проще, если ты снова станешь человеком.

Он долго смотрел на неё. Мог ли он ей доверять?

— Покажите мне заклинание.

Он внимательно наблюдал, озадаченный, как она выполняла движения своей палочкой. Он был удивлён, когда она сказала, что есть заклинание.

— Оно не действует, если цель не является анимагом, — заверила она его. Она произнесла заклинание на ближайший доспех, чтобы продемонстрировать. — И как только вы вернётесь в человеческий облик, вы сможете легко вызвать свою форму анимага, вспомнив, как она выглядела, и приложив к ней усилия. После первых нескольких раз это станет почти инстинктивным. Смотрите.

Всё произошло слишком быстро, чтобы Гарри смог увидеть магию, как это делала его мама, но она внезапно начала уменьшаться, пока он не увидел перед собой маленькую кошку. Однако он определённо чувствовал различные элементы, использованные в магии. С большой практикой он мог бы приблизиться к мастерству своей мамы в этом деле. Пегакорн отступил на несколько шагов, нахмурившись.

Она вернулась в человеческий облик.

— Вот, видите? — Она поправила мантию. — Обычно освоение этой трансфигурации — долгий и трудный процесс. Мы учим этому только тех учеников, которые заинтересованы в этом, после того как они сдадут СОВ, то есть в шестом классе, и обычно они осваивают это прямо перед выпуском в седьмом классе.

Он стоял молча, думая. Гарри думал о магии в своём роге и медленно проследил линии до их начала. Он думал о своём ненавистном детстве. О том, что он чувствовал, как он выглядел. Он... потянул за этот образ.

Ничего не произошло.

Он попробовал ещё раз.

Снова ничего не произошло. Даже намёка на магию.

Тогда ему пришла в голову мысль. А что, если он не сможет вернуться в прежнее состояние? Он не знал, как он вообще изменился.

Он обратился к профессору.

— Покажите мне, пожалуйста, матрицу заклинания.

— Матрицу заклинания?

Он нахмурился.

— Как вы описываете заклинания в книгах, если не с помощью матрицы заклинания?

Она моргнула:

— А, вы имеете в виду арифмантику. — профессор сделала паузу. — Я принесу вам арифмантическое описание завтра, но не думаю, что вы его поймёте. У вас нет ни подготовки, ни опыта.

— Возможно, — сухо ответил он. — Но мы не узнаем, пока я его не увижу. И если вы сможете его объяснить, может быть, это даст мне ответ на мой вопрос.

Если у неё не было заклинания, которое могло бы снова превратить его в единорога, он не позволил бы ей произнести заклинание, чтобы изменить его.

В конце коридора на седьмом этаже они остановились перед большим портретом очень толстой леди в розовом платье.

— Добрый вечер, профессор Макгонагалл, — сказала женщина на портрете, улыбаясь и кивая головой. Она прямо смотрела на Гарри.

— Это принц Гарри Джеймс Спаркл-Поттер, — сказала профессор Макгонагалл, обращаясь к портрету. — В ближайшем будущем он будет проживать в башне Гриффиндора.

Толстая дама кивнула.

— Вход в башню Гриффиндора и общий зал защищён паролем, мистер Спаркл, — строго сказала профессор, обращаясь к нему. — Запомните его. Если забудете, вам придётся ждать здесь, пока кто-нибудь, кто знает пароль, не войдёт. На данный момент пароль — «Капут Драконис».

Толстая дама всё ещё улыбалась, когда портрет открылся перед ними, обнажив круглое отверстие. Гарри уставился на него. Правда? У них был портрет, доходивший до пола, а вход за ним имел ступеньку, в два раза выше обычной лестницы? И он был круглым? Он покачал головой, поднимаясь вверх и входя внутрь по настоянию профессора.

Это была круглая комната диаметром около пятнадцати метров, с множеством окон, мягкими креслами, большим камином и полностью оформленная в оттенках красного с вкраплениями золотого. Несмотря на свои размеры — почти такие же, как у ныне разрешенного его дома, Золотого Дуба — она всё же создавала ощущение уютной гостеприимности. На противоположных концах комнаты были две широкие двери.

К сожалению, общий зал не был пуст. Почти сразу же он привлёк внимание почти всех, десятков гриффиндорцев. Пегакорн увидел, как один человек открыл дверь в дальнем левом углу и закричал вверх по лестнице, которая открылась. Ведьма у двери в дальнем правом углу повторила его действие. Гарри рефлекторно поднял перед собой щит, чтобы защититься от всего этого внимания. Дома он бы так не поступил, но волшебники заставляли его нервничать. У него просто было такое... ощущение, что кто-то собирается на него напасть. Может быть, потому-что они хищники, а он травоядный?

Профессор Макгонагалл последовала за ним и прочистила горло. Все посмотрели на неё, даже когда ещё больше студентов сбежались по лестнице.

— Я хотела бы представить вам мистера Гарри Спаркл-Поттера. — Она бросила на него взгляд.

Он огляделся на множество любопытных морд. Было много и озадаченных. И небольшое количество тех, кто по какой-то причине выглядел расстроенным.

— В силу неизвестных обстоятельств, — продолжила она, — Кубок Огня выбрал мистера Спаркла для участия в Турнире Трёх Волшебников, где он будет представлять Школу для одарённых единорогов принцессы Селестии. — Это вызвало ещё больше любопытных взглядов, прежде чем все снова повернулись к своему профессору. — Однако, в отличие от других участников, у него нет жилья. В духе сотрудничества мы проявляем любезность и разрешаем мистеру Спарклу оставаться здесь, в замке, до дальнейших действий.

— Он не прошёл сортировку, так как это сделало бы его учеником Хогвартса. Мы не знаем, как на это отреагирует Кубок огня. На данный момент мы помещаем его в башню Гриффиндора. В зависимости от того, как он здесь приживётся, он может перевестись в Когтевран.

Гарри показалось, что она не хочет, чтобы это произошло, поскольку профессор ещё раз оглядела комнату и нахмурилась.

— Это было бы прискорбно, — строго сказала она. Он заметил, что Макгонагалл остановилась и пристально посмотрела на нескольких учеников.

— Мы пока не знаем, насколько мистер Спаркл владеет магией, поэтому временно поместим его в группу его возраста, в четвёртый класс. — Она строго посмотрела на учеников в комнате. — Я надеюсь, что вы будете относиться к нему с той же вежливостью и уважением, что и ко всем другим ученикам Гриффиндора.

На мгновение Гарри был уверен, что она просто уйдёт, оставив его на произвол судьбы, образно говоря.

— Мистер Уизли, — строго сказала профессор. — Пожалуйста, проводите мистера Спаркла в общежитие четвёртого курса.

Рыжегривый жере…мальчик, самый младший из четверых, которых он мог видеть, пробился вперёд. Он посмотрел на Гарри, протянул руку и сказал:

— Привет, я Рон Уизли.

Пегакорн протянул правое копыто и прижал его к руке мальчика.

— Здравствуйте, — сказал он формально, пожимая их совместную рука/копыто, как он делал, когда встречался с другими людьми, будучи человеком. — Как вы слышали, я Гарри Спаркл-Поттер.

— Ого! — сказал мальчик, удивлённо глядя на свою руку. — Как ты это сделал? — Он поднял глаза, на его мор…лице было выражение изумления. — Ты взял меня за руку!

Несколько других, которые были достаточно близко, чтобы услышать его слова, удивлённо посмотрели на них.

Гарри просто посмотрел на него и слегка пожал плечами.

— Так пони поднимают вещи, — объяснил он.

Профессор Макгонагалл прочистила горло.

Рон виновато посмотрел на неё.

— Ладно. Иди за мной, — сказал он Гарри, повернувшись и направляясь к левой лестнице. Перед ними образовался проход, и все смотрели, как двое пересекли комнату. Гарри заметил, что за ними последовали ещё пять мальчиков. Трое были примерно одного возраста. Один был одет в потрёпанную и неаккуратную форму, имел белый цвет лица и песочную гри… волосы. Второй был темноволосым и смуглым. Благодаря длинной шее он был немного выше Рона Уизли. Третий был невысоким, пухлым и блондином. Двое других были явно родственниками Рона, так как оба были высокими, рыжими и веснушчатыми.

То, что за ним следовали волшебники, которых он не знал и которым не доверял, нервировало его, и он не мог перестать оглядываться по сторонам. К счастью, его большие глаза были расположены более сбоку, чем у человека, и поэтому ему не нужно было поворачивать голову так сильно, чтобы видеть, что происходит позади него. Ах, преимущества обладания зрением более чем на 275 градусов, как у животных-жертв!

Кто-то поспешил открыть им дверь, и через несколько минут они оказались на вершине длинной винтовой лестницы — они явно были в башне. Гарри сглотнул, увидев что лестница занимала семь(!) этажей. Выше был только чердак.

Там стояли пять кроватей с балдахинами, занавешенных тёмно-красными бархатными занавесками. Аккуратно застеленная кровать, ближайшая к двери, без сундука у изножья и без беспорядка из одежды и хлама, должна была быть для Гарри. Он присел на корточки, прыгнул на неё, затем повернулся и сел. Он наблюдал, как остальные шестеро собрались у изножья его кровати.

Рон стоял у изножья. Он огляделся на мгновение, а затем сказал:

— Ну, э-э, эти двое — мои братья, Фред и Джордж Уизли. — Он указал на двух высоких рыжеволосых парней, одного за другим. — Они близнецы.

Тот, кого он назвал Фредом, тут же сказал:

— Эй! Я Джордж!

А другой сказал:

— Я Фред!

Оба широко улыбнулись и протянули руки.

Гарри моргнул и сдержал вздох, который хотел выдохнуть. Он наклонился к ним, протянул копыто и пожал руку сначала одному, потом другому. Он пробормотал «приятно познакомиться» каждому из них формальным тоном.

Оба посмотрели на свои руки и комично нахмурились.

Рон продолжил, не обращая внимания на их выходки.

— Это Невилл Лонгботтом, — сказал он, указывая на блондина. — Это Дин Томас, — и указал на смуглого мальчика. — А это Симус Финниган, — это был песочный мальчик.

Гарри пожал им руки и поздоровался с каждым.

Затем они уставились друг на друга. Было ясно, что у них есть вопросы. Было также ясно, что они не уверены, как он отреагирует. Позже, как он обнаружил, у них возникли противоречивые чувства.

Во-первых, чёрный как смоль, крылатый, рогатый пони, почти полностью покрытый доспехами, выглядел более чем устрашающе и опасно. Во-вторых, то, что они могли видеть из пони, выглядело мило и симпатично.

Он вздохнул. Ему хотелось только одного — лечь спать. Было уже поздно, и он устал.

Но доспехи были важнее.

Он посмотрел на мальчиков, собравшихся перед ним.

— У кого-нибудь из вас есть перо и чернила, которые я мог бы одолжить?

Они переглянулись в недоумении.

— Да, — сказал Симус, подошёл к своему столу, порылся в вещах и через мгновение вернулся с двумя предметами.

Гарри взял их своей магией и снял шлем. Он покачал головой и взъерошил гриву своей магией. Пегакорн перевернул шлем и затем на мгновение изучил перо. Это должно было сработать. Он аккуратно начертил магические руны, чтобы превратить картон с металлической краской в нечто достаточно прочное, чтобы выдержать прямой удар алебарды, занесённого Биг Маком или Балком Бицепсом, и превратить его в нечто вроде дружеского похлопывания по боку.

Гарри начал добавлять нужные заклинания. Он надеялся, что точно запомнил заклинания укрепления и комфорта. Их было довольно сложно заставить работать вместе. Если одно из них не сработает, он надеялся, что это будут руны комфорта. Он предпочитал, чтобы броня была не такой гибкой, как ткань, а не такой прочной, как бумага.

Пока он это делал, остальные смотрели и задавали вопросы.

— Хм? — отвлечённо ответил он. — О, это не настоящая броня. Это просто костюм. Сейчас я исправляю эту ошибку.

Близнецы были особенно заинтересованы рунами, и один из них побежал и вернулся с пером и чернилами и начал делать заметки.

— Я был на фестивале Ночь кошмаров в Понивилле, — продолжил он.

Мальчики рассмеялись.

— Понивилль? Это глупо! Ты нас разыгрываешь, да? — сказал Рон. — Как тупо назвать город в честь себя? — Он посмотрел на остальных, улыбаясь.

Гарри не поднял головы.

— Ну, а насколько глупее назвать целый остров в честь себя — остров Мэн? Я полагаю, если поискать, то где-нибудь найдётся даже остров или город с названием Волшебник или Ведьма⁽¹⁾

В ответ последовало неловкое молчание.

— Так, э-э... — сказал Симус, — все... э-э... пони... откуда ты родом, чёрные и имеют крылья и рог?

Гарри, сосредоточившись на рунах, рассеянно объяснил, что такое три племени и чем каждое из них занимается. Он также рассказал об аликорнах и о том, как принцесса Селестия правит солнцем, а её сестра, принцесса Луна, — Луной (тем что в небе). Он заметил, но не прокомментировал их недоверчивые выражения лиц по поводу аликорнов. И далее объяснил, что он не аликорн, а просто единорог, использующий заклинание крыльев, которое временно превращает его в пегакорна.

— Покажи нам, — сказал Фред, который утверждал, что он Джордж.

Гарри взглянул на рыжего.

— Нет. — Увидев их выражения лиц, он добавил: — Не сейчас. Это утомительно, и я хочу закончить доспехи сегодня вечером. Кроме того, вам будет очень неудобно в них под одеждой. И вы не сможете летать.

— А что, если мы поможем? — сказал Джордж.

— Ты закончишь в три раза быстрее! — сказал Фред.

Гарри посмотрел на них с сомнением. Может ли он довериться им? Он снял накопытники и часть бард и показал им последовательность рун, которую они должны были повторить. Он будет проверять каждую отдельную серию рун, пока не убедится, что они могут это сделать. Даже если они испортят пару, он всё равно будет впереди, чем если бы делал всё сам.

Это занимало много времени. Нужно было наложить заклинания для уменьшения веса, согревания, охлаждения, отвода пота, маскировки, самовосстановления, изменения размера и защиты от погодных условий. Не говоря уже о заклинании магического щита, которое их покрывало. Затем заклинания расширения брони, которые распространяли эти заклинания на области между частями брони, должны были быть нанесены непрерывным потоком по краям. Даже с использованием магии для немедленного высыхания чернил это всё равно занимало много времени. Если он правильно нанёс руны, броня прослужит веками. Она не будет такой прочной, как профессионально разработанная и отлитая броня, но будет намного лучше, чем просто тонкий картон!

Он колебался, использовать ли руны «не замечай меня». Руны, не будучи заклинаниями, не имели встроенного исключения для заклинателя. Он не был уверен в рунах исключения владельца, которые не позволили бы ему потерять шлем или другую броню сразу после того, как он отпустил бы их.

Придётся довольствоваться камуфляжем. Ему хотелось бы использовать набор иллюзий, но он хотел Найтмер Мун, а не стандартного белого Стража-Жеребца. А не зная точных рун для этого, достичь этого было практически невозможно. Гарри отложил шлем в сторону. Пегакорн напишет непроницаемую руну, чтобы защитить картон и другие руны, позже, после того как он успеет надеть доспехи и проверить, что руны правильные и что он не хочет добавлять никаких других.

В надежде на крылья на короткое время даже остальные решили помочь. Четверо четверокурсников работали вместе с двумя шестикурсниками, проверяя их точность. Гарри пришлось исправить только одну или две небольшие ошибки.

С шестью работающими над этим, они закончили гораздо раньше, чем он ожидал. Вскоре оба близнеца стояли у печи, одетые только в нижнее бельё.

— Эти крылья прослужат недолго, может быть, пятнадцать минут, максимум полчаса, — предупредил их Гарри, надевая доспехи. Разница между тем, что было раньше, и тем, что было сейчас, была легко ощутима. Определённо, они были не такими жесткими. — Я уже устал.

— Ты можешь повторить их позже, пока мы сами не выучим заклинание.

Гарри пожал плечами и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Как только он твёрдо запомнил заклинание, он посмотрел на Фреда и произнёс его. Он сразу почувствовал, как силы покидают его.

Остальные ахнули от удивления, увидев крылья, появившиеся у волшебника.

— Класс, — сказал Фред, глядя через плечо на широко расправленные крылья с красными перьями. Он осторожно взмахнул ими и поднялся на пару сантиметров. Остальные толпились вокруг него, гладя перья и любуясь игрой оттенков.

— Моя очередь, — сказал Джордж, резко повернувшись к Гарри.

Гарри глубоко вздохнул и произнёс заклинание во второй раз. Он покачивался на месте, всё ещё сидя на кровати, и широко зевнул. Он сонно наблюдал, как два близнеца летали по комнате. Он посмотрел на остальных четверых, которые тоже смотрели на них с широкими улыбками и широко раскрытыми глазами.

— Простите, я слишком устал, чтобы продолжать сегодня. Завтра, хорошо? — Он чувствовал, как его речь становится невнятной.

Гарри даже не дождался их согласия, а просто свернулся калачиком на кровати и заснул, едва помня о том, что нужно снять очки.

Позже они рассказали ему, как летали в общий зал и обратно в свои комнаты, вызывая удивление и зависть всех, кто их видел.

1) A.N. В Канаде есть остров Wizard Islet, в Южном Бристоле, штат Мэн, — остров Witch Island, а в Миссури — город Humansville (последние два находятся в США)

Вернуться к тексту