Кладбище эонов (джен)

В лобби-баре царила атмосфера легкой утренней сонливости и приятного пробуждения без спешки.

Завтрак Равенны Кир, директора Отдела стратегических инвестиций, состоял из ристретто и стакана воды. Она поднесла чашку к губам, но вместо кофе в ней оказался песок. Она резко отшвырнула чашку. Фарфор разбился о мраморный пол, рассыпав содержимое.

Мартин Голдбейн, директор Отдела анализа рынка и конкуренции, сидевший напротив нее, перегнулся через столик, чтобы понять, в чем дело. Двое официантов с перепуганными лицами подошли узнать, что случилось.

— Стоять! — жестом госпожа Кир остановила охранников и официантов.

Песок на полу сложился в картинку. Равенна Кир узнала свой собственный профиль в съезжающей на бок короне, которую она пыталась удержать обеими руками. Она резко встала и обвела взглядом лобби, пытаясь понять, что происходит. Ее лицо побелело от ярости.

— Там голова! — воскликнул Голдбейн, пододвигаясь поближе и вытягивая шею. — Голова рыцаря! В шлеме!

Кир посмотрела на него как на полного идиота.

«Зачем он только поехал вместе со мной на Пенаконию? — было отчетливо написано на ее лице. — Зачем его послали на заключение договора об открытии кредитной линии с правом второй подписи? Какое отношение он имеет к кредитованию? Он даже не видит, что…» Легчайшее движение воздуха разрушило узор из песка.

— Это была женская голова в короне, — отрезала она тоном, не допускающим возражений.

— Ха, говорите что хотите, я своими глазами видел…

— Кто это сделал? — Голос Равенны Кир звучал низко и опасно. — Это чья-то остроумная шутка?

Голдбейн механически поправил очки. Его рука инстинктивно потянулась к кейсу с документами.

Прямоугольные стекла с золотистым отливом сканировали окружение на наличие угроз. Весь мир Голдбейн чувствовал как враждебное поле. Каждый незнакомый взгляд, резкий звук, неожиданное движение кололи его психику, как иголки. Он не боялся угроз — он их постоянно ощущал.

— Не шутка, — пробормотал он. — Здесь слишком много неизвестных. Система безопасности отеля скомпрометирована. Здесь что-то происходит. Надо уходить!

— Ваша паранойя уже достала, Голдбейн! — выпалила Равенна, переводя свой гнев на него. — Из-за ваших вечных подозрений мы выглядим нелепо! Перегруженные охранной и электроникой, от которых нет толку! Словно преступники в бегах. А результат все равно нулевой! — Ее сложенные кольцом пальцы показывали Голдбейну, что настоящая пустышка здесь он сам.

— А ваша слепая самоуверенность, Кир, делает вас идеальной мишенью! — парировал Голдбейн, тоже поднимаясь. — Вы не видите угроз, даже когда они плюют вам в кофе! — Слова были тихими, но острыми, как лезвия.

Они стояли в двух шагах друг от друга, и пространство между ними буквально трещало от напряженности.

— Это был песок из вашей чашки…

— Так, значит, это вы все подстроили? — пришла к неожиданному выводу директор Кир. — Очень, очень зря.

— О чем вы, Равенна? Я понятия не имею, что это значит…

— У вас нет смелости даже просто признать…

Подбежавшая секретарь директора Голдбейна застыла в ужасе, увидев, как узкая ладонь директора Кир приближается к уху ее шефа.