My way (гет)

Дом Юн Ми, утро.

Еле глаза продрал, только после усиленной зарядки и умывания ожил более-менее. Ролики вчера отправил вечером, а в Париже было как раз утро. Пока позавтракаю, посмотрю, заметил кто-то новые клипы или нет. Хотя чего кокетничать-то, заметили точно, а вот зашло ли французам — это вопрос, все же революция была двести лет тому, не на той неделе. Тэээкс, где мой кофе, булочки и сосиски в томатном соусе. О, яишенка, мама балует меня. Лопаю, смотрю новости по телеку, для разминки. Ничего про "Гимн Революции" нет, прям от сердца отлегло. Залезаю на французскую страничку своего сайта, а вот тут уже картина другая — скачивание идет потоком, уже больше шестидесяти тысяч. Качают и просто запись, и ролики, при чем с флагом в руках вдвое больше. Это за день всего. Ох, чет я подозреваю нехорошее! Ладно, работа сама себя не сделает, пойду пахать на пару с Коргом. Вечер покажет, что там за французы, может и успокоятся.

Вечер, дом семьи Ким.

Дружный женский коллектив в лице Му Ран, Хе Бин и мамы Чжу Вона смотрит новости и готовится к просмотру дорамы. В конце выпуска кратко упомянули Юн Ми с ее "Итальянцем", потом диктор сделал таинственное лицо, ну как сумел, и говорит: — А теперь новости из Франции. Во франкоязычном сегменте интернета набрали уже более трехсот тысяч просмотров ролики с так называемым "Гимном Великой Революции". Как нам удалось установить, автор и исполнитель этого произведения наша соотечественница школьница Юн Ми! Звучит начало ролика, Юн Ми с воодушевленным лицом размахивает флагом Франции, Хе Бин давится чаем, Ин Хе застыла в одной позе, вытаращив глаза на экран. Бабушка Му Ран бормочет: — Какая подвижная девочка...

То же время, дом Юн Ми.

Такое ощущение, что я в комплекте с телом Юн Ми стал каким-то неадекватом или поглупел резко. Все время косячу и часто знаю, что косяк, но не могу удержаться! Вот как с "Марсельезой", хотел же отложить, но не выдержал. Кто же знал-то, что во Франции назревал могучий такой кризис доверия к власти и "Марсельеза" тут же стала символом протеста. Ее по утрам стали включать уже радиостанции Марселя, Тулона и Нанта, в Париже само собой, а его мэрия объявила референдум о признании "Марсельезы" гимном Парижа. Референдум в интернете, с электронной подписью и уже завтра. Чую пятой точкой — это только начало неприятностей лично для меня! Последнее, что мне надо — это влезть в политические разборки, грохнут и памятник поставят, вот оно, щасте. Есть и плюсы — Кимы могут слинять от токсичного меня в результате. Но это не точно. А тут еще какой-то отмороженный зам.министра культуры Франции в интервью заявил, что не какой-то азиатке решать, каким будет гимн Парижа. Будто это я решал, ага. Прикольно то, что уже на выходе с телестудии его ждали и закидали яйцами, бананами и пакетиками с навозом. Ведущий также объявил, что нетрадиционный зам открытый гей, типа похвалил. Ох, чую, трудные времена настают во Франции для меньшинств.

15 октября, среда, утро. Дом Юн Ми.

Проснулся ни свет, ни заря, лежу и думаю. Так-то занятие полезное, но есть нюансы. Я же и месяц назад типа "думал", и план составил даже. Жаль, его в Небесной Канцелярии не подписали. Все мои планы сбываются частично, действия импульсивны, детство играет в пятой точке нехило. Еще у меня плохо с нормальным восприятием реальности и мало данных. Тех самых, кои местные даже не замечают, и не только в Корее или вообще в Азии. Что такого прям в "Бай Бай Бай"? Да ничего! А местным зашло на ура. С чего я уперся в США и Хот 100 Билборд? Я же хотел независимости, а это в первую очередь деньги. Заработай и дальше делай то, что нравится. Найди работу по душе — и ты не будешь работать ни одного дня в своей жизни, как сказал один мудрец. И с какого бока тут Билборд? Хороший шансон точно денег принесет, электронная классика поменьше, но надолго, вечных хитов полно, в цене настоящие чувства — за них платят всегда! Хватит заниматься ерундой, надо работать на Европу, для Азии, только если что вспомнится реально хорошее. Америку нафиг, время будет — сделаю по душе себе что нибудь типа "Отель Калифорния", но это не горит. Вон "Итальянец" как выстрелил, есть еще Дассен, Матье, Пиаф, для Южной Америки "Макарена" и "Ламбада". Сотрудничество с Сан Хеном сворачиваю — только наем его людей и студий, лицензии хрен ему. Ничего личного — интернет больше принесет. Вот с моими отягощенными гормонами мозгами сложнее, я парень, но и девичьи повадки проявляются — тело взбрыкивает. Надо его баловать, холить и лелеять, побеситься иногда, похулиганить, поплакать даже. Мне теперь можно, авось вытерплю. Оно и само заплачет легко, стоит чуть контроль отпустить. Буду троллить мажора — хрен он меня из армии достанет, покупать шмотки, ходить в СПА, придумывать моду новую — тот же "Гранж" тут отсутствует, напишу оперу или балет, сниму "Терминатора". Буду считать, что я в скафандре на чужой планете, и вообще, жить надо весело, один раз помер уже не наигравшись, терять нечего, вперед!

Тот же день, вечер.

Весь день записывал "Итальянца", выложил на сайт на итальянскую и французские странички. Поназаписывал треков коротких как напоминалки, вместо галочек в блокноте, ну и так, баловался. Теперь, наевшись жареного мяса, играю с Мульчой и делаю вид, что смотрю дораму, ибо нефиг! Нефиг отрываться от коллектива, то есть, от семьи. Мама Юн Ми не виновата, что ее дочь ушла, а я пришел, она меня любит, как и онни. Они — моя семья теперь, а я себя часто по-свински вел, надо исправляться. Это в том мире я отвечал только за себя, а в этом за семью отвечаю, я же мужик! Так и запишем...

16 октября. Дом Юн Ми, вечер.

Весь день то гонял классику, то на гитаре бренчал, уже почти хорошо получается. Танцы никак, помню все, чему учил Хен Ши, повторить не могу — клинит где-то. Все равно тренируюсь, только труд над собой ведет к успеху, это как с руками — тренировался и достиг, в результате руки есть!

18 октября, вечер, дом Юн Ми.

Два дня ничего не шло на ум, не писалось, не игралось. Пошел себя баловать, вчера шарился по "Лотте", купил всего ничего, зато перемерил кучу всего. Нашел джинсы под рваклю (или рванину?), короче, порезал я их. Рубашек пару на три размера больше, оторвал рукава, пришил карманы большие, ну очень большие, но внизу и сбоку. Нашел боты высокие на платформе, пару кепок и береток в клеточку, пару пиджаков безразмерных, тоже в клетку, замотался искать! Серьги еще одни висячие, серебро с сапфирами, недорогие. А сегодня по электронике прошелся, радио-гарнитуру купил студийную, дорогую, микрофон еще один крутой, "уши" тоже хорошие в запас, большой планшет и новый смартфон. Почти ничего не купил, так, на пять штукарей. Прям как девочка, полон гардероб, а носить нечего!

19 октября , утро воскресенья

Всю неделю работал не спеша и с удовольствием. Грустные мысли о Франции, Париже и всеобщей забастовке в зеленых жилетках неведомыми путями навели меня на балет "Щелкунчик" Чайковского. Как раз под настроение, мрак, безнадега и вдруг хэппи энд. Вот его и "сочиняю", расписываю партии всех инструментов, либретто, примерно костюмы. И про деньги забыл, благо они капают все увеличивающимся ручейком. Настроение как раз для "Щелкунчика", он совсем как я, только деревянный. И "праздники" были как раз, все одно к одному. Завтракаю, телек новости утренние показывает, я один, мама в кафе, онни усвистала пошопиться, получив от меня пару тысяч на карточку в честь выходного. Да, балую, да, привыкнет, да, сам знаю всё. Но даю, просто так, патамучта могу, вот! А это что такое??? Хватаю пульт и прибавляю звук. Донельзя серьезный ведущий объявляет экстренный выпуск.

— Как известно, следующий год объявлен годом Франции в Корее и годом Кореи во Франции, поэтому новостям из Франции мы уделяем особое внимание. Однако со вчерашнего дня информация о происходящем в этой стране была сильно ограничена. Напомню телезрителям, еще в среду бастующие Марселя объявили марш на Париж, к ним присоединились фермеры и сезонные рабочие. Так же свои колонны сформировали жители еще четырех городов Франции. Попытки заблокировать протестующих провалились, как и попытки правительства с президентом использовать созданную в прошлом году Национальную Гвардию. Гвардейцы примкнули к протестующим и стали называть себя народной милицией, они поддерживают в колоннах порядок и закон, как они утверждают. Вчера колонны должны были дойти до Дворца Президента Франции и вручить ему петицию со своими требованиями, общее число подписей под которой превысило два миллиона. И вот сейчас мы получили эксклюзивные кадры из Парижа, также вы увидите заявление главы правительства Франции и краткие интервью с жителями Парижа.

На экране появляется снятая с квадрокоптера уходящая в бесконечность колонна людей в зеленых жилетах, множество флагов Франции, много тракторов, в прицепах тоже толпы людей. В первых рядах колонны едет открытый пикап, в нем огромные колонки и девушка в уланской форме начала 19в. с микрофоном в руке. Из колонок ревет "Гимн Великой Революции", иногда он прерывается и девушка, пританцовывая, выкрикивает лозунги. Ее лицо светится радостью и отвагой, толпа ее поддерживает и подпевает "Гимну". Сквозь рев крики и музыку слышен голос комментатора: — Эта колонна идет по проспекту Гранд Арме в сторону Триумфальной Арки и уже совсем рядом с ней.

Показывают, как колонна подходит к арке, перед которой выстроены полицейские, за спинами которых стоят водометы. Полиция оснащена щитами и дубинками, у некоторых в руках ружья. Комментатор сообщает, что президент приказал полиции использовать только травматическое оружие. Начинаются агрессивные переговоры между протестующими и офицером полиции, показывают его надменное лицо, после очередной фразы в полицию летят уже традиционные яйца, гнилые бананы и пакетики с навозом. Тут-то и происходит та случайность, которая иногда меняет историю! В бойца с ружьем в руках попадает пакетик, он пытается закрыться ружьем, выстрел! Толпа замирает, медленно оседает девушка в пикапе, у нее на лице кровь, ее подхватывает парень сзади. Тишина... Потом девушка выпрямляется, подносит микрофон к губам и над проспектом разносится

Allons enfants de la Patrie,

Le jour de gloire est arrive !

Contre nous de la tyrannie...

Взревевшая толпа за минуту смяла заслон, снесла машины-водометы и рванула в сторону Дворца Президента. Камера успела показать лицо героини, вся правая щека в крови, слезы текут, но она с решимостью на лице гордо поет "Гимн Великой Революции"!

Показывают нашу студию, ведущий продолжает: — По информации из Парижа, "Зеленые жилеты" взяли штурмом Дворец Президента, эвакуация президента не удалась, вертолет не смог приземлиться, президент арестован восставшими и по заявлению лидера Правой Партии Жозефин Ле Пен — низложен. Арестованы также премьер-министр, министры внутренних дел, культуры и образования. Армия поддержала народ, многие части спецназа полиции и целые участки перешли на сторону восставших. Всю полноту власти до внеочередных выборов принял на себя мэр Парижа. Внеочередное заседание Национального Собрания Франции назначено на завтра. Посол Франции в Корее от комментариев уклонился.

Еще бы посол комментарии давал, ему еще указания не пришли от нового правительства. Да и посол ли он ещё — не факт, могут заменить. Короче, полный песец, полярная лисичка. А я чё — я ничё, я только написал гимн и всё. Ой, спрячьте меня!!!

https://yandex.ru/video/preview/246579567004053385

Следующий день. Утро, дом Юн Ми.

Боюсь уже новости смотреть, но как те мыши и кактус — не могу удержаться. Вчера то слонялся по дому, как неприкаянный, то что-то наигрывал на "Корге", играл с Мульчой, помогал маме в кафе, пока не выгнала, и рано лег спать. Перенервничал, короче. Не спеша ем, смотрю блок новостей из-за рубежа. Ведущая под кадры ликующего Парижа и включения других городов республики рассказывает про одну из самых бескровных революций в истории. Пара сотен раненых и пять погибших — это совсем немного на самом деле. Показывают заседание Национального Собрания, вот там шум, гам, и даже несколько драк случилось. Заседания будут идти всю неделю, но несколько решений принято почти единогласно, благо депутаты от "нетрадиционных" и "зеленых" не явились почти в полном составе. Назначены даты выборов президента и депутатов в тех округах, где местные собрания своих отозвали.

Ведущая как-то подобралась и объявила, что Национальное Собрание назначило референдум о принятии "Гимна Великой Революции" государственным гимном Франции. Вот те раз! В истории моего мира "Марсельеза" стала гимном Франции после революции и тут станет, это сто процентов. От судьбы не уйдешь! Так, а это про что сейчас? Автор гимна, гражданка Республики Корея Пак Юн Ми, решением Собрания объявлена "Дочерью Франции" и почетным гражданином? Собрание приглашает ее(меня что ли?) на праздник по поводу создания Шестой Республики! Празднование пройдет в Париже и всех крупных городах через месяц. Как-то комната вокруг закружилась и я вырубился. Очнулся я сам, не успел маму напугать, и сразу понял — это тело шалит девичье. Гормоны, резкий рост, все дела. Пойду-ка я работать, балет писать. Или оперу какую начну, буду оперу писать. Опер велел про всех написать, ага. Пока только четверть готова от "Щелкунчика", работы еще — начать да кончить.

Тот же день, дом семьи Ким.

Госпожа Му Ран читает папку с документами, поданную ей главой СБ Сан У. Иногда ее губы шепчут: — Какая подвижная девочка!

— Хорошая работа, Сан У, я довольна тобой, ты можешь идти. — говорит Муран безопаснику и задумывается. "Дочь Франции", надо же. Попробуй тронь теперь, персона международного масштаба. Как она сказала Хе Бин? Чжу Вон ей не ровня? И ведь не поспоришь теперь — и принудить к браку не выйдет, и отменить липовые "отношения" нельзя. Кстати, пора бы молодым на свидание сходить, даже интересно, что скажет внук.

Тот же день, часть, где служит Чжу Вон, вечер.

Вернувшиеся только перед ужином с учений "драконы" смотрят новости. Чжу Вон прочитал сообщения от сестры и бабушки по поводу договора с семьей Пак, на учениях телефонов не было. Новости те еще, теперь придется вместо отдыха в увольнении проводить время с этой чусан-пуридой. Как бы не прибить ее, на редкость легко ей удается выводить его из себя. Звук телевизора прибавляет кто-то из морпехов и слышен восторженный голос ведущей: — Впервые в истории гражданка Республики Корея объявлена "Дочерью Франции". Это известная автор композиции "Бай-Бай-Бай", композитор, поэтесса и певица Пак Юн Ми!

Следует показ отрывка из ролика, в котором Юн Ми поет гимн и размахивает флагом, потом сразу исторические кадры с проспекта Гранд Арме. Чжу Вон вскакивает с криком: — Холль! — и показывает рукой на экран. Все морпехи с удивлением смотрят на него. Окружившим сослуживцам пришлось рассказать, что это та самая чусан-пурида, исполнившая дикий марш на его проводах в армию. Кто-то вспоминает и оговорку президента о девушке, провожающей жениха. Сразу видно — морпехи завидуют Чжу Вону, девушка весьма мила, особенно в уланской форме, талантлива и вообще "Дочь Франции". Потом ему пришлось много врать про знакомство с такой красавицей и их "отношения".

Ну хоть на свиданки ходить открыто можно, сослуживцы в курсе уже — с тоской думал "жених".

Дом Юн Ми, день.

Сижу за Коргом, записываю отдельные партии из "Щелкунчика", иногда отвлекаюсь на бездумную игру, настроение неплохое. С утра позвонили из НИС, вежливо попросили о встрече, вечером приедут. Даже и знать не хочу, чего им надо, но точно знаю — мне не понравится. Звонили из министерства культуры, какой-то второй зам третьего зама нагло приказал явиться пред светлые очи первого зама министра немедленно. Ответил, что с телефонными мошенниками не разговариваю, и занес козла в черный список. Пока больше не звонили. Выбесил меня и он, и его начальство. В утренних новостях сам министр культурки минут десять распинался о своих и министерства успехах в деле культуры в целом и Халлю в частности, вон благодаря им Пак Юн Ми даже "Дочерью Франции" назначили. Козлина какая, а? Звонила и бабушка мажора, уговорила меня на свидание с Чжу Воном в субботу, в эту. Мажор заедет за мной в пять вечера. Разговаривала ласково так, как сапер около мины-лягушки. Предложила называть ее хальмони, бабушкой то есть, спросила, как я ел и как какал. Еле сдержался, блин. Но договор есть договор, надеюсь, мажор меня хотя бы накормит, не жлоб вроде. Пока Кимы все обещания выполняют, тут какой-то местный типа "композитор" обнаружил какие-то свои ноты в "Пил, курил", так юристы Сиа Групп его моментально в асфальт закатали встречными исками, пропал — как и не было! И регистрировать свои композиции я уже не езжу — высылаю им почтой файлы, они регистрируют, мне курьером и на почту присылают документы. Удобно. Так что буду и я выполнять договор, слово есть слово.

Дом Юн Ми, вечер.

Сидим с мамой в гостинной, напротив двое из ларца, одинаковы с лица, НИС-овцы прибыли. Один постарше, но сразу видно, главный как раз молодой. Пьем чай. Предложение у них простое, я во Франции должен буду просто наблюдать, все запоминать и потом им рассказать. Когда, с кем и о чем общался, с кем ел, где пел. Ну, это не сложно и не опасно, так что соглашаюсь. Подарили телефон второй, с экстренным каналом связи с посольством Кореи, на всякий случай, как они говорят. И откланялись. Подозреваю, в телефоне всяческие маячки и прослушки, ну да мне-то что? Пусть фигней страдают, я не против, а был бы против — мог и не попасть во Францию, легко. НИС у нас тут организация почти всесильная, объявят агентом КНДР и привет! Ну их...

Вторник, дом Юн Ми, утро.

Сегодня провел усиленную зарядку, с растяжками и небольшими гантелями, потом душ — и настроение поднялось. Успокоился я как-то, что будет — то и будет, не в первый раз. Новости посмотрел за завтраком, Франция притихла, арабы с израильтянами увлеченно стреляют друг в друга, все как всегда. Вчера большой планшет заказал, чтобы ноут не таскать с собой, привезли утром, настроил и вот сижу, по своему сайту шарюсь. Интересненько, у меня на главной страничке и на всех остальных есть ссылка для донатов, привязанная к отдельной карточке. Называется — подарок Крейзи Кэт, мне то есть. Ну-ка, есть там что? Захожу на сайт банка, и выпадаю в осадок. Благодарные французы мне надонатили аж за сто шестьдесят тысяч долларов. Сто шестьдесят одна тысяча, Карл! А благотворительные акции выгоднее продаж-то иногда, как оказалось. Все, занимаюсь классикой пока, балет ждет! Как же хорошо, когда не надо думать о деньгах, жилье и что поесть. Надо будет маме похвастать, закрыть кредиты и вечером отметить. Кстати, а что с налогами? Звоню прикрепленному юристу от Сиа Групп и он через пять минут мне сообщает, что с добровольных пожертвований от граждан Кореи я должен заплатить десять процентов от полученного, а от донатов из-за границы — и вовсе ничего. Видимо, получение корейским гражданином таковых налоговики расценивали как фантастику. Тем хуже для них — донатов из Кореи и тысячи долларов нет, остальное заграничное. Со спокойным сердцем приступаю к балету, что там у нас на очереди? Битва мышей и игрушек? Поехали!

Вторник, дом Юн Ми, вечер.

Ужинаем всей семьей, мама наготовила всего и много, они с Сун Ок махнули соджу по паре рюмок, мне не налили! Ну да и ладно, тельце это на алкоголь слабовато, лучше воздерживаться, особенно в компании с мальчиками если, ага. Это сейчас мне смешно, а тогда... Чертов Хен Ши! Да и кумихо с ним, они отомстили себе сами, продавшись ФАН в трейни. Так, что там говорит ведущий про министра культуры? Ага, его спрашивают, наградят ли "Дочь Франции" в Корее? Министр не говорит ни бе, ни ме, ни кукареку. Дескать, рассмотрим, посоветуемся, как только, так и сразу. Корреспонденты понимающе кивают, все верно, еще и самого министра не наградили, при чем тут какая-то школьница? Перед ужином отправил запись "Вальса цветов" из "Щелкунчика" на почту Кёнсабук-До, давно им ничего готового не посылал. Написал, что это отрывок из балета и спросил, хотят ли они его поставить первыми, вместе с Корейским Национальным Балетом. Пока не ответили. Работы мне еще недели на три минимум, за вычетом поездки во Францию, надеюсь ничего больше не случится, а то напряженная жизнь какая-то последнее время, только вроде одно наладилось, как другое вылезает, и так постоянно. А что главное в жизни Большой Звезды Мирового Балета? Хорошее питание, режим и спокойствие, правда, Мульча? Ты моя же радость, иди, я тебя пожамкаю.

Среда, дом Юн Ми, обед.

Все утро занимался физо и танцами, как я это называю. Надо что-то делать с этим, тело нормальное, координация отличная, а не танцуется, в чем дело-то? В голове, сто пудов. Причем что интересно, прогнал танцевалку на "Корге", упрощенную версию "Ламбады", и пританцовывал — никаких проблем. Попробовал именно танцевать — не выходит. После обеда займусь балетом, обожаю эту музыку, и почему я так не могу писать? Только играть или аранжировки делать. Переделать — эт мы могём, а вот свое... Так, сцена битвы игрушек и Щелкунчика с мышиной армией, погнали.

Четверг, дом Юн Ми, день.

С утра еще повозился с балетом, после зарядки и завтрака дело туго, но идет. Не Чайковский я ни разу, обычный любитель. Хотя... Уже не тот полу-мажор, что в общаге погиб. Тот хотел денег и теплого места, впахивая строго ради этой цели, а для меня теперь деньги — лишь инструмент. Эх, хорошо сказал, жалко умный я не "до", а "после", как все, то-есть.

Потом с мамой пошли готовиться к встрече с мажором, я пошел, а маму просто отдохнуть и приодеть прихватил, вот. Навроде мне ее советы нужны, что чистая правда. Сам я свою девочку ТАК одену — Чжу Вона Кондратий хватит.

Четверг, дом мамы Юн Ми, вечер.

Едим, по традиции смотрим новости. Во Франции все ровно, их спецура метет всех подряд, кого поймает. Этакий 37-й год по французски. Объявили о моем будущем прилете, о записи Гимна и двух концертах. Они объявили, а мне паши, как папа Карло, песен еще не написанных... Сколько, скажи кукушка, пропой... Онни, чего тебе? Что пела? Да так, пришло вот в голову. Язык какой? Русский это, по корейски тоже могу. Спеть? Все завтра, спать я пошла, устала.

Пятница, дом Юн Ми, вечер.

Ужинаем, смотрим новости и казалось бы — ничто не предвещало. И тут наша ведущая культурного блока радостно сообщает: — "Американская Национальная академия искусства и науки звукозаписи" объявила об окончании составления списков номинантов на вручение премии "Грэмми". В категории "Открытие года" выдвинута корейская композитор школьница Пак Юн Ми за композицию группы "Фристайл" "Бай-Бай-Бай". Онни очень вовремя давится соком и забрызгивает нас с мамой. Она по очереди тычет в меня, потом в экран, потом опять в меня, мычит и угукает. Детский сад, штаны на лямках. Но молодец — пафос момента уничтожен!

— Премия будет вручаться в "Стэйплс-Центре" города Лос-Анджелес 8 февраля следующего, две тысячи пятнадцатого года. Это величайшее достижение нашей великой... Бла-бла-бла, тра-ля-ля...

Во-о-от! А мне чеши репу теперь, как бы мне половчее попасть на вручение, куда "Фристайл" потянут, и не устроить там с ними небольшую войнушку. Или они со мной? Это я им даже благодарен, что соскочили, а то тащил бы на своей тонкой шейке пять нахлебников, как они ко мне относятся — даже не знаю.

Пока я раздумывал, мама с онни уже накатили на радостях по писят под кимчи и довольные погрузились в дораму. Оторвать их от экрана нереально — красивая, но глупая главная героиня убежала от злого старого жениха в лес прямо из повозки. Специально для нее в деревне, где они с женихом обедали, трактирщик сообщил, что в лесу обосновалась большая банда хунхузов. Самое время по лесу прогуливаться, решила эта смелая идиотка, и побежала в лес подальше от охраны. Пойду-ка я спать, ну их, эти дорамы... Пока поднимаюсь в спальню, думаю, как ехать в Лос-Анджелес, с онни или с мамой.

— Мульча? А ты поедешь со мной "Грэмми" получать? Конечно, поедешь? Ах ты же моя прелесть...