Обращение крови (гет)

Глава 3. Теория боли

Отдел Тёмных Проклятий располагался в подвале Св. Мунго. Не потому, что это было удобно. А потому, что никто не хотел находиться с ним рядом.

Я спустилась на два уровня ниже основного этажа. Освещение здесь было тусклым — лампы мерцали, будто их кто-то проклял. Маггловские лампочки. Конечно, Малфой.

Коридор пах озоном, старой кровью и чем-то химическим. Я прошла мимо дверей с табличками: «Лаборатория № 3», «Архив проклятий», «Комната отдыха — вход только с разрешения заведующего».

На двери кабинета висела медная табличка:

Драко Малфой

Заведующий Отделом Тёмных Проклятий

Я не стала стучать. Просто вошла.

Кабинет был дорогим беспорядком. Стол завален свитками, чашками с остывшим кофе и артефактом, который пульсировал зелёным. На стене — диплом Медицинской академии и судебный приказ о снятии обвинений. В одинаковых рамках.

Сам Малфой сидел в кресле, задрав ноги на стол, и читал какой-то древний фолиант.

— Грейнджер, — сказал он, не поднимая головы. — Кого хороним?

— Здравствуй, Малфой.

— Здравствуй. У меня десять минут. У твоего пациента — сколько?

— Пока не знаю. Потому и пришла.

Он поднял глаза. Серые, холодные, оценивающие.

— Показывай.

-

Я выложила на его стол анализы. Все, что успела снять с Гарри. Результаты диагностики. Слепки магического поля. Образец крови в зачарованной пробирке.

Драко взял пробирку, поднёс к свету.

— Не красная, — сказал он. — Серебряная. Это уже интересно.

— Ты знаешь, что это?

— Я знаю, что это не нормально, — он поставил пробирку и взял первый пергамент. — А что это — понятия не имею. Дай мне время.

— Сколько?

— Столько, сколько нужно. Не дыши над ухом.

Я отошла к окну. За подвальным стеклом была только стена, но мне нужно было смотреть куда-то, кроме его лица.

Драко работал молча. Минуту. Пять. Десять. Он колдовал над анализами, шептал что-то на латыни, записывал что-то на полях. Потом встал, подошёл к стеллажу, достал три книги, открыл их одновременно.

— Чья кровь? — спросил он, не оборачиваясь.

— Пациента.

— Грейнджер. — Он повернулся. — Я не играю в угадайку. Мне нужно знать, кто носитель. У разных людей разная магическая история. Это влияет на проклятие.

Я помолчала.

— Гарри Поттер.

Драко замер. На несколько секунд в кабинете стало тихо, как в склепе.

— Поттер, — повторил он. — Конечно. Кто же ещё.

— Это проблема?

— Пока нет. — Он снова повернулся к книгам. — У Поттера тёмная метка была в детстве, потом кровь Волан-де-Морта, потом воскрешение. Его магическая история — это свалка древних проклятий. Я не могу отделить новое от старого за один день.

— Сколько дней тебе нужно?

— Неделю. Может, две. Я дам тебе ответ, когда буду уверен. А не раньше.

— Гарри может не быть двух недель.

— Ты врач или истеричка? — Драко даже не повысил голос. — Если бы он умирал за две недели, кровь была бы уже чёрной. Она серебряная. Это первая стадия. У него есть… — он задумался, постукивая пальцем по книге, — месяца три. Может, четыре. Я точно скажу после диагностики.

Три месяца. Я выдохнула. Это уже не гонка на выживание. Это марафон. Можно думать, искать, готовиться.

— Что тебе нужно для диагностики?

— Доступ ко всем его медицинским записям. За последние двадцать лет. Вплоть до детства. Всё, что есть в Мунго и в Министерстве.

— Я достану.

— И ещё. — Драко поднял пробирку с серебряной кровью. — Мне нужно взять новую пробу. Свежую. Сам возьму. В моём присутствии. Поттер придёт сюда.

— Он не захочет.

— А мне плевать, чего он хочет. Я не еду к нему домой, как фельдшер. Если он хочет жить, пусть явится ко мне. В моём кабинете. Завтра в десять утра.

Он говорил так, будто не Гарри Поттер к нему придёт, а какой-то рядовой пациент. И эта наглость… была именно тем, что нужно. Гарри не терпит, когда им командуют. Но если это часть лечения — он придёт.

— Передам, — сказала я.

— Передашь. — Драко уже снова уткнулся в книгу. — Всё? Я работаю.

— Спасибо, Малфой.

Он не ответил. Даже не поднял головы.

Я вышла в коридор, прислонилась к стене. Три месяца. Не семь дней, как я боялась. Три месяца.

Внутри что-то расслабилось. Но только чуть-чуть.

Впереди была диагностика. Потом — лечение. А пока — уговаривать Гарри прийти в подвал к Малфою.

— Он согласится, — сказала я вслух. — У него нет выбора.

Как и у меня.