Убийца будет убит (джен)

Шпилли и Дармандулли плутали по тёмному лесу уже чуть больше часа. Каждый раз им чудились очертания, но идя по ним, они лишь заходили всё глубже. Каждому было страшно, но они шли и шли, пока не встретили Зоррю, который как раз бежал от Айгуан.

— Привет, малец! — улыбнулся Дармандулли, останавливая его. — Куда прёшь, что случилось?

— Здравствуй. А вы что по лесу ходите? В такую темень вас волки заживо загрызут. — огрызнулся он и хотел было продолжить бежать, но решил остановиться и продолжить беседу. В темноте очень плохо различались лица, поэтому никто из них не понял, кто стоит перед ним.

— Ходим, потому что людей одних ищем. Ты тут такого рыжего не встречал случайно? — продолжил Дармандулли в таком же хорошем расположении духа.

— Рыжего? В темноте все кошки серы, люди тоже. А днём видел, вон, идите влево. А потом вперёд. — ответил он и пошёл дальше. Вы спросите, почему он выдал им местонахождение дома? Нет, не из-за обиды. Он думал, что возможно это новые члены Айгуан пришли на собеседование, и поэтому сказал им дорогу.

Шпилли и Дармандулли побежали по маршруту через лес. На удивление, их путь оказался коротким, потому что уже через три минуты они увидели очертания, знакомые глазу. Подойдя ближе, Дармандулли шепнул Шпилли:

— Смотри, берём дневник и уходим. Никаких вот этого "месть Пожарному", "приветствие союзников". Нас никто не должен услышать и увидеть тоже. Могут появиться неудобные вопросы. — и он пошёл к окну комнаты Манни. Так как она находилась на втором этаже, им нужно было найти способ залезть наверх, а потом разбить окно, тоже желательно бесшумно.

— Может, сначала на крышу залезть, а оттуда вниз? — предложил свою идею Шпилли.

— Вниз — это упасть? — усмехнулся Дармандулли. — Хотя у нас будет страховка... Можно. Только сначала нужно будет забраться на дерево и при этом не выколоть себе глаз веткой.

Шпилли подошёл к дубу и начал на него карабкаться. Хватаясь рукой за толстые ветки, он поднимался всё выше. Когда он поравнялся с крышей, он привязал один конец верёвки к дубу, а другой на пояс, чтобы спрыгнуть на крышу и в случае ошибки не разбиться насмерть, а повиснуть. После того, как он прыгнул на крышу, он начал подходить к тому краю здания, где находилась комната Манни. За ним лез Дармандулли и светил ему фонариком. После того, как они дошли до края крыши, Шпилли спрыгнул, повис на верёвке, срезал её складным ножиком и приземлился на край окна. Оставалось разбить, взять дневник и благополучно уйти.

Шпилли хотел попробовать открыть окно с внешней стороны, но там не было даже ручки. Тогда он начал сильно бить ногой в стекло, но оно было довольно прочное, и он лишь зря потратил драгоценные секунды.

— Дармандулли! Я окно разбить не могу. — сказал Шпилли максимально тихо. В ответ ему раздался голос погромче.

— Что, стекло крепкое? Не, удара ногой оно бы не выдержало. Может, они изнутри чем-нибудь подпёрли? Ой, ладно, сейчас к тебе спущусь. — сказал с ноткой усталости Дармандулли и элегантно спустился по верёвке к соратнику.

Они вместе начали дубасить ногами и руками стекло, и наконец, оно треснуло. Трещина разошлась по всему окну, и Дармандулли, увидев это, взял из кармана камень и со всей силы ударил им стекло. Теперь оно окончательно разбилось, и они аккуратно ступили внутрь, чтобы избежать порезов от осколков. Они шли бесшумно. Их путь освещал лишь свет фонаря, и поэтому, несмотря на осторожность, они заработали себе парочку новеньких порезов.

Когда они подошли к столу и посветили туда жёлтым фонарём, они не обнаружили там дневник. Он будто испарился. Скорее всего, его спрятал кто-то из Айгуан, предвидев то, что Шпилли вернётся. Эта догадка была обоснована тем, что в последний день пребывания Шпилли проявил к нему подозрительный интерес.

— Не такие уж они глупые... — проворчал Дармвндулли себе под нос. Ему совершенно не хотелось попасть в какую-нибудь хитроумную ловушку, и поэтому он думал лишь об одном — как быстрее взять дневник, скрыть свои следы и грызть огурчики дома, читая записи Манни.

Но, на удивление наших героев, дневник оказался не на столе, а под столом. Судя по всему, он упал. Не мешкая, они подняли дневник и сдули с него мелкие осколки. Когда Шпилли уже подходил к окну, чтобы выбраться и благополучно уйти домой, они с Дармандулли услышали крики под окном. Они поняли, что их скоро поймают.

Кричал один из членов Айгуан, который заметил верёвку, привязанную к дубу, и само собой, заподозрил неладное. Он начал кричать под окном нечто вроде "кто вы" или "уходите". Шпилли и Дармандулли поняли, что через окно лезть нельзя — заметят и будет погода. Выходить из комнаты и, пройдя через весь дом, выйти через главный выход, тоже было плохой идеей.

Между тем, крики всё продолжались. Они доносились до уже спящих айгуацев, и они вставали со своих кроваток, чтобы посмотреть, что за чужаки к ним пробрались. Шпилли и Дармандулли оказались в ловушке.

Наши герои, приложив немалые усилия, придвинули к двери тяжёлый стол в надежде, что это поможет им на некоторое время. В этот момент большинство, включая Пожарного, начали долбиться в деревянную дверь. Некоторые выбивали её плечом, некоторые ногами, некоторые просто кричали, а двое встали под окном.

— Выход один, Шпилли — драться.  — сказал Дармандулли. — Когда они придут, конечно. А пока читай мне дневник.

— А куда бить то? — закричал Шпилли с ноткой отчаяния в голосе. Дармандулли закатил глаза, явно недовольный.

— Вот не ходил бы по утрам цветочки собирать, а слушал бы товарищей из Стойса, знал бы. Ладно, рассказываю. Наша задача — отразить атаку, а не нанести серьёзные увечья, верно? В общем, бей в плечо и ногу. Выше колена. Если не попадаешь — бей в бок. Тоже больно. — сказал Дармандулли, параллельно показывая на себе. — А теперь читай запись от дня убийства.

Шпилли открыл дневник.

Пятнадцатое августа.

И снова здравствуй, дневник. Сегодня мы с Пожарным пойдём на ярмарку, продавать сшитую одежду. Кстати о Пожарном. Я давно хотела тебе рассказать своё отношение к нему, ведь уже озвучила отношение и к Зорри, и Селти, и Ганти. А к самому главному не озвучила — боялась, что кто-нибудь прочитает дневник, что вполне вероятно.

Так вот. Когда я только пришла сюда, в Айгуан, пару лет назад, я относилась к нему весьма спокойно, хоть и настороженно — имени у него нет, все его Рыжим зовут или Пожарным. Прозвище самое что ни на есть дурацкое. Ещё бы Врачом называли или Строителем. Хотя, как я поняла позже, его прозвище было вполне оправданно.

Изначально я считала, будто это и правда благотворительная организация, но Пожарный сразу ввёл меня в курс дела. Я уяснила, что большие деньги мы получаем либо убивая, либо кражей, и это меня ничуть не смутило — на тот момент мне крайне нужны были деньги, и мне не было важно, каким способом они будут добываться.

Относительно недавно (около полугода назад) я начала замечать, что он оказывает мне мало-мальские знаки внимания. То чай сварит, то назойливого Селти, мешающего работать, отгонит, то поможет с чем-нибудь. Мне, конечно же, очень это приятно, но откуда я знаю, возможно это влюблённость и я к этому пока что не готова...

Я не отрицаю факт отсутствия влюблённости и лишь желания помочь, но большинство его действий указывают на первое. В общем, за последнее время мы сильно сблизились в прямом и переносном смысле. Вместе мы ходили в лес на прогулку, на всякие делишки, да куда угодно. И я этому очень рада, ведь мне также доставляет удовольствие находиться рядом с ним.