Сказки для Идуны (гет)

— Может, нам стоит поспорить, чтобы дело пошло быстрее? Давай поспорим, кого из нас она увидит первым!

— На что? На интерес?

— Нееее!.. На интерес — не интересно! Давай на… Когда выиграю я, ты поцелуешь снежного человека!

— Зачем это?

— Во-первых, ради хохмы! Разве этого мало? А во-вторых, думаю, это отвлечёт его, и я смогу-таки пробраться в мастерскую Северянина!

— Ха! Мальчишечья чепуха! Я не намерена сдаваться! Когда я выиграю, ты наконец-то позволишь мне переодеть тебя!

— Как будто твои девчачьи прихоти — не чепуха! Язык мой — враг мой… По рукам! Но тапки я не надену, даже не проси.

Джек и Блум незримо преследовали Идуну вторую половину августа и всю осень, пытаясь привлечь её внимание чудесами. Или, лучше сказать, проказами…

То морозом посреди августовского тёплого денька. То вдруг резко вспыхнувшим пламенем в очаге. То авантюрным желанием сходить на другую сторону леса в поисках каменных троллей… или разбойничьего трактира. То невесть откуда взявшимся весельем, помогающим Идуне пережить тёмную ночь в погребе, когда Готель наказывала падчерицу за непослушание.

И вера в Идуне день ото дня росла. Её подпитывали и рассказы Елены. И подозрительное поведение Готель, которая постоянно озиралась и ворчала на пустоту. В деревне поговаривали, что Готель — самая настоящая ведьма. Если это так, почему бы ей не мочь видеть магических существ?

Как бы то ни было, Идуна сама не заметила, как начала разговаривать с пламенем свечи, когда ей было одиноко, и играть в догонялки с морозным ветром, задыхаясь от смеха. Как же это было глупо! Но до чего же забавно! А потом...

Идуна не могла ошибиться! Прямо на её глазах берёза покрылась ледяным кружевом! А потом ещё одна и ещё одна! По кругу! Идуна закружилась, стараясь поймать взглядом невидимого художника, а потом рухнула в груду опавших листьев, потому что ей в голову что-то прилетело...

Идуна залилась смехом! Перед глазами маячили голубые и оранжевые искры.

— Эй! Кто это надо мной потешается! Каменный тролль? Подземный гном? Или... Неужели это ты, Морозко?

— Меня и так зовут, — согласился озорной голос за спиной. Идуна застыла. — Но называй меня лучше Джеком!

— Джек... Мороз? — ошарашенно произнесла Идуна. — Белый, как снеговик! Снежный человек!

— Ты слышишь меня? Видишь меня? — осторожно спросил Джек.

В ответ девочка медленно кивнула.

—Тебя и… маленькую сиртю на твоём плече.

— Аха! — торжествующе воскликнул Джек и взмыл в воздух.

Но вместе с ним Северный Ветер подхватил и Идуну. Та взвизгнула от неожиданности и восторга.

— Готовься выплевывать шерсть, Блум!

Но Блум вдруг стала нормального размера. Хитро улыбнулась и… Поцеловала самого Джека в его бледную щёку. Впервые.

Идуна стыдливо закрыла лицо руками... Не забывая подсматривать сквозь пальцы.

— Ч-Чего?

— Ты слышал? Ребенок назвал тебя снежным человеком, а в устах младенца, как говорится…

— Да чтоб тебя! Когда ты научилась так увиливать?

— Был хороший учитель! Авось, лет через триста мы совсем будем как две капли воды.

Но сейчас им меньше всего хотелось думать о будущих столетиях. Сейчас рядом с ними была живая душа — Идуна.

Джек и Блум взяли девочку за руки и взмыли к облакам.

Лес. Деревня. Река. Поле.

Вся эта красота проплывала под ними. Трое кружили и кружили...

Наверное, это всё Идуне снилось. Ей часто снился полёт в последнее время, и сейчас, наверное, тоже. Ведь…

Как бы сильно она ни верила в чудеса, разве может быть, чтобы тело вдруг лишилось веса, и ветер понёс его словно лёгкое пёрышко?

Чтобы происходящее ещё больше стало похоже на чудесный сон, не хватало только прекрасного принца как в книжке.