254-й поцелуй (гет)

Мысли Маринетт больше напоминают муравейник, лишённый королевы: их много, и они дезорганизованы.

Она нашла подарок, но подарить его вряд ли сможет — это брелок в виде кошачьей лапки, купленный в магазинчике сувениров недалеко от дома. Глупый подарок, обычный, банальный.

В голове так и крутится реакция Нуара: он посмеётся и скажет, что можно было придумать что-то и получше, а не опускаться до такой банальности. Он скажет, а она заплачет и убежит.

Нет-нет-нет. Надо стойко принять удар и подарить ему брелок. Надо!

— Да! — Маринетт с силой сжимает кулаки и улыбается. Сегодня будет тот самый день, когда хоть какая-то мечта сбудется.

— Маринетт, стой! — и она остановилась, только услышав голос Нуара. В сантиметре от её ног приземлилась стрела нового злодея.

Нуар облегчённо выдохнул. Если бы он промедлил, то его любимая пала бы жертвой чар и разбила бы ему сердце своими словами, полными ненависти. Удар от Альи он ещё как-то пережил, но удар от Маринетт вряд ли переживёт.

Девушка поднимает глаза и видит перед собой Нуара. Ноги её подкашиваются, сердце бешено стучит, мысли плывут, как в эфире, и на лице проступает смущение.

Он раскрутил в руках жезл и отбил стрелу.

— Н… Н… Нуар… ты…

— Да, это я, — отвечает он с улыбкой, повернув голову. — Но тебе лучше уходить отсюда: этот Купидон не приносит людям любовь, а отнимает её.

— Правда?

Ноги Маринетт подкашиваются, и она падает. Нуар понимает, что сама она не уйдёт, и, отбив ещё одну стрелу, он поднимает её на руки и бежит.

Почувствовать себя принцессой не на словах, а в реальности? Это ли не исполнение желания? Вот ещё бы… ещё бы… ах!

Маринетт пальчиками вцепляется в костюм Нуара и прячет лицо, уткнувшись ему в грудь. Она слишком многого хочет от того, кто её не любит, но знала бы только она, что Нуару сейчас не по себе — он бы с радостью растёкся лужицей и умер от счастья, но пускающий в спину стрелы Купидон не позволяет даже на секунду расслабиться.

Нуар забегает в переулок, оглядывается по сторонам и опускает Маринетт. Она невинно хлопает веками и смотрит на него с неприкрытым обожанием, а он падает жертвой её чудесных глаз.

— Я… эм… в общем… вот! — Маринетт достала из кармана брелок. Ей стоило это огромных усилий, но эти усилия сполна окупились. Он улыбнулся, принял подарок и положил в карман. — С Днём с… святого Валентина! — прокричала она так громко, что можно было и оглохнуть.

День святого Валентина можно официально записать самым счастливым днём для обоих. Не Леди, но Маринетт подарила подарок. Пусть не Адриан, но Нуар получил его.

Краем уха Нуар услышал взмах крыльев и обнял Маринетт. Она чуть не умерла от счастья, но, увидев как его губы чернеют, поняла, что он сделал это не из-за любви, а закрывая её от стрелы Купидона.

Нуар отпустил Маринетт. Она сделала несколько шагов назад и пришла в ужас от его взгляда. Взгляда, полного ненависти и презрения. Он достал из кармана брелок, покрутил его в руках и точным броском отправил в стоящий рядом мусорный контейнер.

— Какая безвкусица! Глупый подарок, и ты глупая, Маринетт. Знать тебя не хочу!

Тяжело слышать подобное от любимого. Маринетт закрыла руками лицо и зарыдала. Так больно ей ещё никогда не было, и ей повезло, что Нуар решил не продолжать растаптывать её любовь, а ушёл, не сказав больше ни слова.

Купидон, видя её слёзы, сжалился над ней и ослабил тетиву. Заготовленная для неё стрела не была выпущена, и злодей полетел дальше: больше всего интересует его сейчас Хлоя, отвергшая его чувства.

Хлоя не просто отвергла чувства Кима — она ещё и посмеялась над ним, над его неудачами: пролетающий мимо голубь сделал свои дела ему на плечо; на него вылили ведро воды из окна: девушка мыла окна и случайно опрокинула ведро; ветер одел ему на голову прозрачный пакет.

Всё это изрядно позабавило Хлою. Она решила сделать фотографию и тут же отправила её в блог. Через пять минут Ким стал посмешищем всего Парижа, чем и воспользовался Хищная Моль, завербовав себе прекрасного слугу.

* * *

Маринетт оставили одну. Её все бросили. Нуар забрал у неё счастье и оставил боль, а Купидон пожалел её и не стал стрелять, не забрал у неё любовь и не дал взамен ненависть.

Если бы он это сделал, то сердце бы так не болело, а душа не мучилась!

Не было бы слёз, не было бы разочарования, не было бы ничего, кроме ненависти под действием чар.

— Маринетт, ты как? — тихо спросила квами, а девушка в ответ лишь ещё сильнее разрыдалась. — Это не он сказал.

— Он… это был он…

— Он под действием чар. Ты же знаешь, что он так о тебе не думает.

— Думает. Он всегда так обо мне думал.

Маринетт вспомнила случай с Художником. Хоть она и предложила гениальный план, но сама же всё и испортила: она витала в облаках и совсем не слушала Натаниэля, так что он быстро понял, что что-то тут не так.

— Я порчу всё, к чему прикасаюсь. Всё, за что берусь.

— Это не так.

— Так.

Легко ненавидеть себя даже за то, в чём ты не виновата… или виновата? Может, стоило убежать и перевоплотиться, а не дарить Нуару подарок, тем самым подставив его? Если бы он только не закрыл её собой, то было бы лучше: она бы пала жертвой чар, а не он.

— Не плачь, — Тикки принялась всячески утешать Маринетт. — У тебя есть сила, чтобы остановить злодея и снять с Кота чары. Он спас тебя, закрыв от стрелы — попади он в тебя, и тайна личности уже бы не была тайной. Ты бы перевоплотилась, а я не смогла бы сопротивляться.

— Правда?

— К сожалению, да.

А ведь действительно. Если тайна личности Ледибаг вдруг стала бы известной Хищной Моли, то последствия этого были бы ужасны. О спокойной жизни можно было бы забыть, как и обо всём остальном: пришлось бы отказаться от Камня Чудес, но что бы это изменило?

Ни-че-го.

— Тикки, трансформация!

Горевать некогда, особенно когда где-то по Парижу бродит любимый Кот Нуар, в очередной раз прикрывший Ледибаг спину.

* * *

Купидон и Кот Нуар разделились. Первый неустанно продолжает искать Хлою, а второй — Ледибаг. Ледибаг же ищет Нуара и надеется, что вместе с ним не будет Купидона, и тогда, возможно, у неё будет шанс снять чары.

Как?

Принцы разрушают чары поцелуем. Только поцелуй сможет вернуть Нуара и снять с него чары, но от одной лишь мысли об этом нервная система нещадно сбоит.

Целовать Нуара? После всего, что он наговорил? Нет, он не виноват — это всё чары виноваты, но всё же… об этом даже думать тяжело, но сделать нужно.

А может, не стоит? Может, проще найти Купидона и сразиться с ним? Нет, это чистой воды самоубийство: Купидон обязательно позовёт Нуара, и тот откликнется на зов.

Леди не сможет сейчас сражаться сразу с двумя из-за сказанных Нуаром слов. Не важно, что они были сказаны под действием чар. Важно лишь то, что эти слова сделали очень больно и выбили почву из-под ног.

Долго искать пропавшего чёрного котёнка не пришлось — он был неподалёку от Елисейских полей и будто бы ждал, пока птичка сама к нему прилетит в пасть.

— Долго же я тебя ждал, — начал он, не скрывая презрения. — Вечно из-за тебя я подставляюсь, а это больно, знаешь ли?

— Я… я… — лицо девушки покрывает смущение, и она отводит взгляд в сторону. Его взгляд холодный, жестокий, властный. От него мурашки по коже. — Прости.

— Мне нет дела до твоих извинений, — Нуар достал из-за пояса жезл. Всё сведётся к драке. — Я тебя не прощу!

Леди больно прикусила губу и тут же очнулась. Сейчас не то время, когда можно предаться страданиям и давать слабину. Перед ней не добрый Кот Нуар, а его озлобленная на неё версия, желающая отобрать Камень Чудес.

Между Леди и Нуаром завязался ближний бой.

— А знаешь, почему я тебя ненавижу? — он использует грязные приёмы, пытаясь сбить девушку с толку и одержать над ней победу. Она пытается полностью переключиться на бой, но взгляд её то и дело цепляется за его почерневшие губы.

Леди бы хотела сказать, что знает. Она бы и сама перечислила всё то, за что её можно ненавидеть, но предпочла молчать. С концентрацией у неё сейчас всё не очень хорошо, а если она ещё и на разговор отвлечётся, то в этот раз зло точно победит.

— Ты меня избегаешь!

Нуар вряд ли когда-нибудь сказал бы это Леди прямо в лицо, но чары с лёгкостью развязали ему язык, и тревожащие его чувства стали как ненавистное бельмо на глазах.

— На разговор ты не идёшь! Постоянно от меня убегаешь! Ты даже не представляешь, как это больно!

— Я… — Леди успевает уклониться от удара, направленного ей прямо в голову. Нельзя отвлекаться! Нельзя, но он говорит правду, и слышать от него такое очень тяжело.

— Ты всегда так делаешь! Ты не думаешь о том, что я чувствую!

«Нет, это не правда!», — думает Леди, а к горлу подступает ком, и на глазах пробиваются слёзы.

— Эгоистка! Ты всегда думаешь только о себе!

«Не правда!»

— Почему ты так делаешь?

«Потому что…»

Нуар схватил летящее в него йо-йо и скинул Леди с крыши дома. От синяков её спасло только то, что она вовремя сгруппировалась и упала не на брусчатку, а в мусорный контейнер.

Это издевательство!

Сначала он брелок выкинул в мусорку, а теперь и её!

Леди вылезает из мусорного бака в тот самый момент, когда туда прилетает Нуар. Девушка быстро закрывает крышку и пинает бак в противоположную от себя сторону.

Этот манёвр дал ей время ненадолго спрятаться и перевести дух.

Нуар бесит. И что, что он под чарами и не контролирует себя? Он всё равно бесит и говорит обидные вещи. Ну и что, что он говорит правду? Надо было правду говорить в своём уме, а не под чарами!

Правда? А что бы это изменило? Неужели ты перестала бы его избегать? Ты бы, наверное, даже признаться ему смогла и попросить прощения? Нет, не смогла — ты бы со стыда сгорела и снова убежала. Купидон сделал так, что бежать тебе некуда и просто так отмахнуться от слов Нуара ты не можешь.

Нуар вылез из мусорного бака и быстро нашёл укрытие Ледибаг. Он кинул туда свой шест, а она поймала оружие напарника в воздухе и кинула его обратно.

— Почему ты молчишь? Сказать нечего? Понимаешь, что я прав?! — парень переходит на ничем не сдерживаемый крик. Его слова должны достигнуть ушей той, кого он ненавидит.

Но в ответ она молчит. Всё так же молчит, не в силах сказать ни слова.

— Отвечай!

Нуар нападает на Леди с новой силой. Он продолжает говорить и говорить о том, как она ему противна, как он её ненавидит и презирает.

Каждое его слово несёт много боли, но уже даёт обратный эффект — вместо депрессии, уныния и отчаяния Ледибаг злится на Нуара. Все его слова правдивы, в них нет лжи, но он так бесит, что терпеть его невозможно.

Так он даже в самый первый день их знакомства не бесил!

Битва перешла на опустошённую площадь. Купидон уже много дел натворил и у многих забрал любовь, но Хлою пока что он так и не нашёл.

— Глупый, — нежно говорит Леди, одаривая Нуара снисходительным взглядом. — Глупый потерявшийся котёнок.

— Сама такая! — выпаливает он в ярости. Ненависть теперь не помогает, не придаёт сил, а только застилает глаза и мешает адекватно думать. — Катаклизм!

Котёнку надоело играться с надоедливой букашкой, и он решил посмотреть, что же будет с человеком, если применить Катаклизм на нём. Ледибаг — идеальная мишень.

— Я ненавижу тебя потому, что ты ненавидишь меня! — Нуар бросается на Леди с заряжённым Катаклизмом, а она кидает йо-йо ему в грудь. Так он прилетает спиной в фонарный столб и уже в следующее мгновение оказывается связанным по рукам и ногам. — Отпусти меня!

— Ты хочешь узнать, почему я тебя избегаю? — девушка делает уверенные шаги навстречу захлёстывающему её безумию. Она твёрдо решила, что должна сделать это, несмотря ни на что.

Леди нежно касается рукой щеки Нуара. Он недовольно морщится и даже пытается укусить, но безуспешно.

— Всё потому, что я люблю тебя, — говорит она и прилипает к губам удивлённого парня. Сладкие, тёплые, нежные, пьянящие. Их хочется касаться и касаться, утопать в них вечно и задыхаться.

Ледибаг не хотела, чтобы их первый настоящий поцелуй произошёл при таких обстоятельствах. Она совсем не хотела снимать с него чары таким способом, но другого пути не было. Её сильно печалит тот факт, что Нуар даже и не вспомнит о поцелуе, но, наверное, оно и к лучшему.

Поцелуй вовремя заканчивается, и Нуар вполне ожидаемо спрашивает:

— А? Что я тут делаю? Моя Леди?

Девушка повернулась к нему спиной. Она закрыла руками лицо, пытаясь не плакать и скрыть смущение, но как? Она наконец-то его поцеловала по-настоящему, а не во сне. Наконец-то заветная мечта стала реальностью, и, кажется, стоит только ущипнуть себя, и всё это окажется всего лишь ещё одним сном.

Это не сон. 254-й поцелуй стал реальностью, а не плодом влюблённого воображения.

— Я же просила, не называй меня так! — отвечает она, давясь слезами, а сама едва ли может сдержать улыбку. Пусть называет её так всегда.

— Я сделал что-то не так? Гадостей наговорил?

— Ещё каких!

— Правда? Прости.

Ледибаг вытирает слёзы, поворачивается к нему и искренне улыбается. Её всё ещё колотит от эмоций, но она решила измениться и больше не избегать Нуара, поняв, что своими побегами и нежеланием говорить она причиняет ему много боли, а они ведь супергерои, партнёры.

С этого дня она должна отбросить стеснение и сделать так, чтобы её чувства не отравляли им жизнь. Нет, она всё ещё любит его и будет любить, и когда-нибудь ей хватит сил признаться ему в своих чувствах.

— Ничего страшного. Всё хорошо.

Вместе они победили Купидона и вернули всё на свои законные места.

День святого Валентина в этом году очень богат на подарки: Маринетт подарила Нуару брелок, а Леди подарила Нуару поцелуй. Если бы он только знал, что под красной маской в чёрную крапинку скрывается Маринетт, то он бы умер от счастья, правда, о поцелуе он ничего не помнит.

С того самого дня Ледибаг изменилась. Она не избегает Нуара и может с ним общаться, правда иногда ей стоит это больших усилий. Когда-нибудь она признается ему, но когда?

Разобравшись с Купидоном, Адриан вернулся к тому самому месту, где Маринетт подарила Нуару брелок. Пришлось покопаться в мусорном баке и насквозь провонять, чем только можно, но брелок он всё же нашёл и хранит его в своей сумке как талисман.

Стих, посвящённый Маринетт, так и не достиг её.

Алья не отказалась от своих слов и решила, что она и дальше будет помогать Адриану сойтись с Маринетт. Задачка трудная, но нет ничего такого, что было бы не под силу Алье Сезер!

Идеальный день, не правда ли?