Прощение дороже (гет)

Тейлор чудом не стошнило на пол, она сумела отыскать глазами подходящую емкость. Это была подставка под зонты. Сразу же пришла в голову мысль, почему профессор запретил кормить дочь, девочка на удивление выглядела хорошо. Когда Тейлор окончательно пришла в себя, она осмотрелась. Место, куда они попали, было мрачное. Темные обои, вешалки и подставки в виде змей и неизвестных ей зверей, но очень неприятных на вид. Тусклый свет давал этому месту еще более мрачный вид. По всей видимости, это была прихожая. Тут она неожиданно увидела прямо перед собой мужчину, который, по-видимому, давно уже стоял рядом. Он не спешил ее вырвать из адаптации. Мужчина был приятный на вид. Ей показалось, что он лет на десять ее старше, в глаза сразу бросились шрамы на лице и руках, несмотря на полумрак, их было четко видно, может быть, даже сильнее, чем при полном освящении. Шрамов было много, как старых, так и совсем свежих. Тейлор подумала, что он их получил в бою. Взгляд у него был уставший, но добрый. Волосы коротко подстрижены, но на прическу это не было похоже, скорее на самостоятельную работу. Одет в поношенный пиджак, но очень опрятный и свежий. В целом впечатление он вызывал скорее приятное, чем пугающее. Увидев, что Тейлор наконец его заметила, представился:

— Добрый день. Меня зовут Римус, Римус Люпин. Профессор попросил помочь вам здесь освоиться и расположиться. Я сейчас вам всё покажу. Пройдемте, пожалуйста, на кухню, вероятно, вы не откажетесь отобедать.

Он двинулся вглубь по коридору, и только сейчас Тейлор поняла, что с ним нет профессора.

— Простите, а где мистер Дамблдор?

— У него срочные дела. Он просил меня вам всё показать. — Невозмутимо повторил Римус.

Тейлор взяла дочь за руку и двинулась следом за мужчиной.

Зайдя на кухню, в нос сразу ударило пряными ароматами, мясом и еще чем-то новым. Кухня была светлее, но все равно мрачная и грязная. Римус начал быстро накрывать на стол. Правда, накрывалось все само. Посуда летала над головами, едва не задевая их. Еда также летела за посудой и аккуратно укладывалась в чистые тарелки. Обед был шикарный, по сравнению с ее скудной стряпней, которую с трудом удавалось раздобыть. Здесь было запечённое ароматное мясо, посыпанное зеленью, какой-то салат, запечённый картофель, тушеные овощи и грибной суп. Все выглядело очень аппетитно, а пахло так, что желудок предательски стал урчать. Посадив дочь за стол, Тейлор спросила:

— Простите, можно мне в уборную? Во рту еще оставался привкус желудочного сока после неудачного приземления, и ей хотелось прополоть рот да и просто умыться.

— Да, конечно, — спохватился мужчина. — Вернитесь в коридор и поверните направо, третья дверь.

Тей пошла в указанном направлении. Закрыв за собой дверь, она медленно спустилась на пол и обхватила голову руками. Что происходит? Это не может быть правдой. Это сон. Или она умерла, и это ее ад, а может она в коме? Так она просидела минут десять, пока не вспомнила о дочери, ведь она одна с чужим мужчиной. Быстро собрав мысли в один ящик под вопросом, она наспех умылась и пошла обратно. Девочка уже во всю уплетала овощи, успев изрядно испачкаться, а Римус мило улыбался, сидя напротив девочки, подкладывая ей очередной помидор. Тейлор села рядом с дочкой и робко стала есть грибной суп, который уже был налит и успел подостыть. Он был невероятно вкусным, то ли оттого, что она была голодная, или тот, кто готовил, знал свое дело. Опустошив свою тарелку примерно за минуту, она хотела что-то подложить, не успев об этом подумать, как к ней летел большой кусок мяса, а за ним овощи, сервируясь в тарелке, как в лучшем ресторане. Мысли о сне и коме снова пронеслись в голове, но неуталенный голод выгнал их, не успев осесть. Еще за пять минут она уговорила мясо, после чего стала ощущать, как приходит ощущение сытости. Она докормила дочь, которая никак не могла поймать убегающий горошек. Когда она потянулась за тарелками, чтобы убрать их в раковину, они тут же сами унеслись, а на их место прилетели чистые плоские блудечка, затем чашки, и в самом конце подлетел большой клубничный пирог, судя по запаху , исходящему от него, он только что вышел из печи. Вероника тут же радостно захлопала в ладошки и радостно заговорила:

— Пилог, Пиооог!

— Да милая, сейчас мы попьем чай с пирогом, и ты пойдешь отдыхать, хорошо?

— Холосо. — без спора согласилась дочь. Тейлор знала, что ребенка нужно предупреждать заранее о планах, чтобы потом не слушать часовые концерты по заявкам.

Они выпили чай.

— Мистер Люпин, простите, мне нужно уложить Веронику спать, где я могу это сделать?

— Да, конечно, пройдемте за мной.

Они вышли обратно в коридор и направились по лестнице вверх. Поднялись на второй этаж и пошли по коридору, проходя несколько комнат, почти в самом конце они остановились. На двери была золотая табличка с буквами С.О.Б. Римус толкнул легонько дверь, и она без шума раскрылась. Внутри горел камин, посреди комнаты стояла большая кровать с балдахином бардового цвета. У кровати стоял их чемодан. Как он здесь оказался? Тейлор опять подумала, насколько продуманные у нее сны. В комнате также были красивый резной шкаф, такие же тумба, книжная полка и комод. Все было в строгом стиле, но вот плакаты на стенах были явно не строгими. На них было то, что девочкам видеть не положено.

— Простите, я правда пытался их снять —ффффувидев куда смотрит Тей начал Римус — но они припечатаны заклинанием, к которому я пока не нашел подхода, так сказать. Обещаю, буду искать все возможные способы от этого избавиться. — Невозмутимо улыбнулся Римус.

— Я только уложу Веронику и спущусь. — сказала Тейлор.

Римус тут же вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Тей быстро переоделась в чистое и переодела дочь, затем подошла к кровати и сдернула большое плотное покрывало красно-оранжевого цвета с большим львом посередине. Постель была свежая, нежно-голубого цвета. Как только они легли, тут же обе уснули.

Тей вскочила так резко, что закружилась голова. Она забыла, что обещала спуститься. Убедившись, что дочь спит, она быстро спустилась вниз на кухню. Римус сидел в кресле у камина, он читал газету. Тей показалось, что люди на фото двигались. Римус закрыл газету и с улыбкой предложил ей сесть в соседнее кресло.

— Чаю?

— Спасибо, не откажусь. — ответила Тей.

Наступила еще несколько минут тишины, пока Римус подавал чай. Наконец, когда Тей немного остудила голову, решилась сказать:

— Мне кажется, что это все сон. Или я попала в аварию и сейчас лежу в коме, и все происходящее просто бред.

— Я понимаю. — невозмутимо ответил Римус.

— И вы не будете убеждать меня в обратном?

— Нет. — так же спокойно ответил он.

— Странно.

— Вы сами это поймете, что происходящее вокруг — не сон, а самая настоящая быль. — он немного задумался, потом продолжил: — К сожалению, мы с вами находимся в безвыходном положении, идет война, и мы вынуждены были, раскрыть нашу тайну вам раньше времени. Так получилось, — он осекся, слова явно давались ему с трудом. — Мы потеряли нашего общего друга, и теперь враги захотят избавиться и от вашей дочери. Мы обязаны ее защитить, иначе все будет зря.

— У меня в голове каша. Можно я буду переспрашивать, чтобы лучше во всем разобраться?

— Да, конечно, я для этого и остался здесь, чтобы помочь вам освоиться в нашем мире. — сказал уже бодрее Римус.

— И так, начнём с начала. — начала размышлять Тейлор. — Значит, Сириус был волшебником, и наша дочь тоже будет волшебницей?

— Безусловно. Она не может ею не быть. Сириус был очень сильным магом, не говоря уже о том, что вся его семья была из древнейшего рода чистокровных волшебников. Поверьте, это многое значит.

— Ладно, и по вашим словам я должна была об этом узнать, но позже?

— Да, все волшебники поступают в школу для того, чтобы научиться контролировать свою магию, если этого не делать, магия убьет самого человека. И естественно, мы оповещаем родителей, которые не знают об этом ничего, чтобы они понимали, что те чудеса, происходящие с их детьми, не случайность, не проклятье, а проявление магии. Дети в одиннадцать лет поступают в школу Хогвартс. Они проживают в самой школе, навещая родителей на каникулах.

— Ладно. — сказала Тей как на собеседовании, и продолжила: — вы решили посвятить меня, так сказать в тайну, потому что идет война и Веронике грозит опасность? Что с ней случится, ведь о нас никто не знал. Я никому не говорила о ее отце, да и о ней никто не знает, ведь мы с самого начала скрываемся, и достаточно хорошо.

— Пойми, в магическом мире очень легко найти человека, особенно чародея, ведь мы чувствуем магию, и есть множество способов с помощью заклинаний, отыскать кого либо. Здесь не достаточно просто переехать в другой город, магия она безгранична, она отыщет в любом уголке планеты. И без специальной защиты вы просто мишень. И это большая удача, что профессор Дамблдор отыскал вас быстрее пожирателей.

— Кстати, кто это такие пожиратели? — перебила Тей.

— Это злые волшебники, если тебе так будет проще. Они приняли сторону самого безумного человека, который называет себя Волан-де-Мортом. Он хочет, чтобы в магическом мире остались только чистокровные волшебники, это те кто из поколения в поколение создают свои семьи только с волшебниками, не допуская браков с маглами, и уж тем более не признают маглорожденных.

— Подожди кого? — опять перебила Тей.

— Маглорожденные — это те волшебники, у которых и мама, и папа — маглы, то есть не волшебники. Такое случается. И все нормальные маги не видят в этом ничего плохого. Но только не Волан-де-морт, он их убивает, убивает целыми семьями, у него есть сторонники, те самые пожиратели. Они стремятся завладеть министерством магии, чтобы подчинить под себя весь магический мир. Против них профессор Дамблдор создал Орден Феникса, Сириус тоже был с нами. — Он замолчал, ему явно было тяжело вспоминать про Сириуса.

— Ясно. — протянула Тейлор. Она хотела спросить, как погиб Сириус, но не решилась. Теперь в голове потихоньку начало все вставать на свои места. Все казалось не таким уж и бредом. Не считая, что тарелки и чашки летают сами собой. Но как ни странно, ее это больше не волновало.

— Так значит, Пожиратели хотят убить мою дочь, потому что она полукровка? — она не была уверена, что подобрала правильный термин.

— Нет, не из-за этого. Полукровок они еще кое-как терпят. Но вот то, что Сириус помешал им добраться до пророчества, это их очень огорчило, и теперь они будут готовы в любой момент убить вас взамен своей неудачи. Но теперь вы под защитой этого дома. Кстати. У меня очень волнующий нас вопрос к тебе. Твоя дочь теперь полноценный наследник этого дома и немаленького капитала, оставленного на счету Сириуса в Гринготтс. Но так как она мала, всем этим распоряжаешься ты. У меня к тебе очень волнующий вопрос. Понимаешь, когда умерли все родные Сириуса, и дом перешёл в его владения, он отдал его Ордену Феникса, здесь была наша штаб-квартира, ни один пожиратель не мог ее отыскать, благодаря многим защитным чарам, и самое славное — сами стены не дают попасть сюда непрошеным гостям, это древняя родовая магия, которая, как ни странно нам была на руку. Сейчас, как ты понимаешь, без Сириуса мы не можем снова здесь собираться, нам нужно твое разрешение. Я не настаиваю, просто спрашиваю. Это твое решение, и мы не обижаемся, если ты откажешь.

— Разрешу ли я вам снова тут собираться?

— Да.

— Да. — не задумываясь ответила Тей. — Вы рискуете, подумали о моей дочери, защитили ее, почему я буду отказывать.

— Спасибо. — так же искренне поблагодарил Римус.

— У меня еще вопрос, можем ли мы гулять по улице, и где мне брать продукты на еду, да и так мало ли что нужно.

— Пока не стоит выходить, все необходимое тебе принесет домовой, он хоть и вредный, но будет тебя слушать. Только не прислушивайся к его речи.

— Кто прости? Домовой? — это ее удивило больше, чем летающие тарелки.

— Да, его зовут Кричер. Позови его по имени, и он тут же появится и будет тебе служить. А пока у вас есть запасы, если не сладишь с Кричером, я буду приносить что нужно, позже я попробую уговорить профессора, чтобы сопровождать вас на улице, все-таки долго взаперти не каждый выдержит.

— Спасибо. — так же искренне ответила Тей.

Они еще долго сидели у камина, обсуждая мелкие детали, как часто будет собираться Орден, где находится ванная, чем можно будет себя занять, пока не наступил вечер. Римус явно стал нервничать, и вскоре засобирался домой. Тей пыталась оставить его на ночь. Ей было страшно оставаться здесь одной, но Римус наотрез отказался. И он, попрощавшись, быстро ушел. Тей осталась одна. Она решила подняться в спальню и проверит, как там дочь. Вероника уже не спала, она лазила в шкафу, доставая вещи и играя с ними. Тейлор решила прибраться и заодно разобрать чемодан. На полу валялись чёрные ткани, очень широкие, не похожие ни на платье, ни на простыню. Подняв и покрутив, она заметила, что есть на этой ткани воротник, тогда она сообразила, что это подобие плаща, а может больше похоже на мантию судьи. Их было три, очень хорошего качества, на груди был знак, опять змея. Они были везде, и это раздражало. Аккуратно сложив мантии, она положила их обратно в шкаф. Тут были и джинсы, и футболки с эмблемами разных рок-групп. Тей сразу поняла, что это все Сириуса. Одну из них она даже узнала, он как-то гулял в ней по парку тем далеким летом. Тейлор ничего не стала выкидывать, все аккуратно сложив, она убрала подальше в глубь, а вперед положила свои вещи и вещи дочери, их было немного, поэтому все поместилось на двух полках. Потом она подошла к комоду и открыла его. В каждом из ящиков на первый взгляд лежал мусор, клочки пергамента, сломанные перья, какие-то непонятные предметы. Она решила, что и тут не будет ничего выкидывать, просто переложит все в один ящик, освободив остальные. Но в этом мусоре оказалось достаточно много фотографий. Она выбрала все, что были, и, забыв про уборку, уселась в кресло у камина, стала перебирать фотографии одну за одной. На одной она увидела четверых ребят. Двоих она узнала Римуса и Сириуса, ещё один был в очках, а четвёртый маленький пухленький скромно стоял рядом, как будто не с ними. Все были одеты в черные красивые фраки, явно чья-то свадьба. Все весело обнимались и смеялись. Фото было живым, и Тей сидела завороженная, не в силах отвести глаз. На следующем фото тот же мужчина в очках в том же фраке, только рядом с ним красивая рыжая девушка в свадебном платье, она была права, все-таки свадьба. На фото молодые скромно целовались и смущенно улыбались в камеру, потом снова целовались и улыбались, по заколдованному кругу. Это было очень мило. У Тей что-то кольнуло в груди. На следующем фото она увидела Сириуса он стоял в толпе и салютовал бокалом шампанского кому-то, за кадром. Он был очень красив. Тейлор долго смотрела на это фото, а потом встала с места и, подойдя к кровати, положила фото под подушку. Дальше уже сидя на кровати она увидела как эти двое держат на руках младенца, и Тей невольно улыбнулась, они были счастливы, и это счастье передавалось через фото. На следующем фото она увидела как Сириус неловко держит этого младенца на руках, по окружению было понятно, что это церковь. Скорее всего, Сириус стал крестным для этого малыша. Огорчение и обида сразу отобразились в ее сердце. Огорчение, что ребенок потерял родного человека. Обида, что их общая дочь никогда не знала своего отца. Дальше она смотрела не так внимательно. Пролистав ещё пару раз все фото, Тей продолжила разбираться. Это заняло не так много времени. Вещей прежнего хозяина было не больше их с дочкой. Немного подумав, Тейлор все же решилась пойти на кухню, Вероника давно не ела, нужно было ее кормить. Спускаясь по лестнице, Тей поняла, что дочери здесь нравится, она не боится ходить по этим мрачным и темным коридорам, спокойно все рассматривает, да и в целом ведет себя как дома, хотя здесь она впервые. Накормив дочь, они уселись вместе у камина, Тей достала их любимую книжку со сказками, и под треск поленьев и монотонное чтение они обе задремали.