Прощение дороже (гет)

На улице смеркалось, когда Сириус выбежал из дома, не забыв по обыкновению громко хлопнуть дверью, тем самым показав всем обитателям свой гнев. Так заканчивался почти каждый день в его летние каникулы. Сегодня ссора была приурочена отказом Сириуса отправиться завтра в гости к своей кузине. Он уже твердо для себя решил, что не желает иметь ничего общего с этой семьёй и ее убеждениями и правилами, поэтому бесповоротно решил убежать. Сегодняшний вечер не был исключением, но что-то останавливало. Постояв у закрытой двери с минуту, Сириус неспешно пошел по улице, раздумывая, куда отправиться, и тут что-то привлекло его внимание в кустах соседнего дома. В первую секунду он подумал, что это обычная кошка, но, немного приглядевшись, он понял, что это не так. Там, на траве, сидела девочка в белом платье, обхватив колени руками. Сириус узнал ее, это была соседская дочь маглов. Он не знал, как ее зовут, но понял, почему она сидит здесь, вечером, в кустах у своей входной двери. Да и нетрудно было догадаться, из окон ее дома доносились жуткие крики мужчины и не менее ужасные вопли женщины. Сириус молча подошёл к девочке и протянул ей руку:

— Пойдем.

Она не стала отнекиваться, взяла его за руку и поднялась с земли, расправляя платье и неловко посматривая в окно своего дома, переводя взгляд на мальчика. Сириус успел полностью ее рассмотреть. Девочка была примерно его возраста, фигура была красива, но полновата на его вкус. Курносый нос на округлом личике казался забавным, но вот глаза... Они, как и ресницы, были большими и выразительными, карего цвета. Русые волосы были аккуратно собраны в две косы.

Они шли уже под светом фонарей в большом парке, когда Сириус решил спросить:

— Почему ты не уходишь? От дома. Например, в парк?

— Боюсь.

Опять наступила натянутая тишина. Они ещё долго ходили по парку, он чуть впереди, а она хвостиком, немного переходя на бег, за ним. Когда, окончательно устав, они сели на ближайшую лавочку. Сириус совершенно не знал, зачем потащил за собой эту девчонку и что теперь делать. Его импульсивность иногда удивляла его самого. Что это было? Импульс сострадания, а что дальше? Был бы он один, тогда завалился бы по обыкновению в магловский паб, чтобы напиться, а может и подраться для разрядки, где не смотрят в паспорт, там хозяина интересует только наличие кошелька. Но не потащишь же и ее с собой.

Помолчав ещё немного, Сириус всё же решил что-то спросить, чтобы не сидеть как два глухонемых:

— Меня зовут Сириус. Я твой сосед.

— Знаю. Я Тейлор. Тейлор Ван.

— Ммммм.

Опять тишина. Но теперь Сириус услышал сначала не очень отчётливые звуки, которые с каждым мгновением усиливались. Это были всхлипы. Он не любил, когда кто-то плачет. Но через несколько секунд на него налетело цунами эмоций. Тейлор без умолку, с перебивками, со слезами и всхлипами говорила, говорила, говорила обо всем, что болело столько лет, что она тщательно скрывала ото всех и от самой себя, всё, что подавляла и прятала в своей хрупкой девичьей душе. А он молча слушал, слушал и понимал ее, потому что чувствовал ту же боль, что и она, и понимал, что ей сейчас это нужно.

Когда буря утихла, Тейлор замолчала и стала прерывисто дышать, ещё немного всхлипывая. Внутри у Тейлор образовалась пустота, но пустота была лёгкая, новая.

— Сириус... Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Ты не должен был, не должен был это всё услышать.

— Я тебя понимаю. Сам сегодня убежал из дома. Моя мать меня ненавидит. А я ее.

«Понимаю тебя», такого с Тейлор ещё никогда не было. Кто-то ее понимает! В груди девочки что-то кольнуло, что-то новое, и это что-то разносило тепло по всем клеточкам ее тела. Ей снова захотелось плакать, но не от боли, а от нового, до этого не испытанного чувства радости. Конечно, Тейлор радовалась, и не раз в свой жизни, но настолько глубокого чувства ещё не было. С большим усилием задержав слезу, не дав запустить новую волну эмоций, она вдруг сказала:

— Спасибо.

Через какое-то время эти двое нашлись о чем поговорить. Оказалось, что Сириус тот ещё весельчак и балагур, Тейлор это очень нравилось, и она искренне смеялась его шуткам и с большим вниманием слушала всё, что он говорит, а Сириусу нравилось внимание к каждому его слову. Они больше не говорили о своих семьях, ни сегодня, ни после, да и без того было понятно, что ничего нового или приятного друг от друга не услышат. Они были собратья по несчастью, это их и объединяло.

Они болтали до рассвета. Сириус проводил Тейлор до дома и, когда зашла внутрь, ещё немного постоял, прислушиваясь. Убедившись, что за дверью все тихо, он пошел домой.

Остаток лета Сириус и Тейлор провели вместе, коротая страшные до недавнего времени вечера в парке на своей лавочке. Конечно, не каждый день, а только когда судьба вынуждала их уходить на улицу и пережидать бурю. Сириус любопытствовал, не давая это знать, что нового в мире маглов. А Тейлор просто радовалась тому, что она теперь не одна.

Накануне отъезда в Хогвартс Сириус укладывал чемодан, взяв в руки свою мантию, он увидел эмблему Слизерина, подумав, что это мантия его брата, Сириус вышел из комнаты, чтобы поменяться с Регулусом мантиями. Сириус постучал в дверь брата, дверь ему открыла мать с довольным выражением лица.

— Это не мое, — коротко сказал Сириус, протягивая мантию матери.

Она бегло перевела свой надменный ухмыляющийся взгляд с лица сына на мантию и обратно.

— Твое, — также коротко ответила та.

— Нет, — сказал Сириус, сжимая челюсти, начиная вскипать. Он понял, что скандала не избежать.

— Где моя мантия? — стараясь говорить как можно спокойнее, спросил Сириус.

— Твоя мантия у тебя в руках, — холодно отозвалась женщина.

— Матушка, — вкрадчиво начал Сириус, — вы, наверное, забыли, но я учусь на факультете Гриффиндор, и мой герб — златоглавый лев, а на этом мантии изображена зелёная змея, что относится к факультету Слизерина, — изо всех сил подавляя гнев, закончил он.

— Мой сын может учиться только в Слизерине и больше нигде, — отрезала мать.

— Тогда у тебя нет сына, — очень тихо даже для самого себя ответил Сириус. В этот момент в его душе что-то оборвалось. Он молча выпустил из рук мантию, она упала ему под ноги. Сириус развернулся и молча пошел к себе в спальню. Закрыл чемодан, не взяв остальные вещи, и пошел с ним к входной двери. Он плохо понимал, что ему кричит мать вслед, он не слышал. Выходя из дома, он не сказал ни слова, он ничего не доказывал и не кричал, как раньше, просто молча вышел и тихо закрыл за собой дверь. Из глаз потекли предательские слезы, он быстро вытер их тыльной стороной руки и уверенным шагом направился в уже темный парк на знакомую лавочку. Не доходя до места, он увидел знакомый силуэт и поспешил сесть рядом. Они, как всегда в начале вечера, молча сидели и смотрели в темноту. Тейлор уже знала, что сегодня их последний вечер в этом году. Он говорил, что уедет в закрытую дальнюю школу, на весь год, до следующего лета. Но она не догадывалась, что этот вечер был для них последним. Она не знала, что сегодня Сириус решил навсегда уйти из дома. Тейлор хотела немного приободрить их молчание, взяв его за руку. И вдруг Сириус сорвался. То, что он вытерпел и не выкричал дома, вдруг волной накатило сейчас. Он лихорадочно стал целовать, прижимать Тейлор. Руки блуждали по всему телу, а губы целовали всё, что попадалось: волосы, глаза, уши, брови. Казалось, его бьёт горячка или он сошел с ума. Тейлор опешила. Она окаменела, не понимая и не зная, что нужно делать в таких ситуациях, а Сириус продолжал целовать. Всё случилось очень быстро. Быстро, грязно, больно. Тейлор молча плакала. Когда Сириус пришел в себя, сел на лавочку, обхватив голову руками. Тейлор тяжело поднялась на непослушные ноги, поправляя платье, испачканное кровью. Проглатывая слезы, она произнесла едва слышно:

— Я, пожалуй, пойду. Прощай.

И медленно и неуклюже пошла в сторону дома.

Сириус сжимал руками свои волосы до боли и плакал, бормоча себе под нос:

— Прости... Прости... Прости...

Но Тейлор уже этого не слышала.

Звонок в дверь. Потом ещё. Кто-то явно не собирался уходить. Тейлор пришлось встать с постели, накинуть халат и нехотя подойти к двери. Она посмотрела в глазок. Там стоял пожилой мужчина с длинной седой бородой, на носу очки-половинки. Больше она ничего толком не видела. Он позвонил ещё раз.

— Кто там?

— Простите, мы не знакомы. Мне нужно с вами срочно поговорить.

Странно, на полицейского или на органы власти он был не похож. Да и всех местных Тейлор уже знала и не открывала им. А тут что-то новое.

— Я по поводу Сириуса Блэка.

У Тейлор перехватило дыхание. Она уже четыре года не слышала этого имени. Никто из ее окружения не знал о нем, и Тейлор думала, что сам Сириус никому не говорил о том, что было между ними. Отойдя от бури эмоций, накативших волной, она все же открыла.

— Простите за столь ранний визит, но времени у нас с вами мало. Можно я пройду?

— Да, конечно. — Тейлор явно была смущена. Она закрыла дверь за незнакомцем. В коридоре было явно тесно, но она решила дальше не приглашать незваного гостя.

— У меня печальные известия для вас, мисс Ван. Ваш друг и по совместительству отец вашей дочери вчера погиб.

— Боже! — ахнула Тейлор. Она закрыла рот рукой. Так она стояла с минуту, переваривая все сказанное.

— Давайте пройдем на кухню, мисс Ван. Вам нужно присесть. — сказал старик.

— Да... — полувопросом произнесла она. И отправилась за стариком. Он шел так, будто знал ее квартирку лучше нее самой. Он сел на один из двух стульев за столом. Тейлор на автонаме стала готовить чай, доставать чашки. Мысли ее кружились как ураган, поэтому она забыла зажечь плиту. Достав из старенького ящика блюдечко с двумя кусочками хлеба, она поставила его на стол. Затем достала баночку клубничного варенья и тоже поставила перед гостем. Здесь все было старенькое, но чистое и уютное. Маленькая кухонька в маленькой квартирке на окраине Лондона. Закончив приготовления, не забыв поставить заварочный чайник, она уселась напротив гостя.

— Мне стоит представиться, с вашего позволения. — начал тот. — Меня зовут Альбус Дамблдор. Я директор школы чародейства и волшебства Хогвартс.

Тейлор невольно улыбнулась. Ей вдруг стало легко. Он сумасшедший.

— Я учил вашего друга Сириуса. — он продолжил.

Тейлор нахмурилась. Если он сумасшедший, откуда он знает про Сириуса? Но решение нашлось. Он, скорее всего, жил на нашей улице и знал всех. Все встало на свои места.

— Два дня назад он выполнял задание ордена и погиб. Вам следует срочно собрать вещи и переехать, чтобы пожиратели не смогли вас отыскать. — все так же серьезно продолжил директор.

— Мистер эээ Дамблдор, — вспомнила она имя. — Вы, наверное, устали, давайте выпьем чаю. — Тейлор говорила спокойно, стараясь подбирать мягкие слова, чтобы не спровоцировать приступ ярости у старика, она знала, что сумасшедшие могут быть буйными.

— Вы забыли зажечь плиту. — Совершенно невозмутимо произнес старик. Тейлор только повернула голову, чтобы посмотреть на чайник, как вдруг огонь под ним загорелся сам собой. Она несколько раз моргнула, не веря своим глазам. Потом она повернулась к старику. Тот в руках держал деревянную палочку с красивой резьбой.

— Мисс Ван. Вам придется поверить. — произнес строго тот. — Я понимаю, что вы сейчас испытываете непонимание. Но прошу меня послушать очень внимательно. Сейчас в магическом мире идёт война. Да, вы не ослышались, — увидев ее реакцию, сказал Альбус, — существует мир, о котором известно не многим людям. Мир волшебников. Сириус был превосходным чародеем. Вы по особым обстоятельствам связали свои судьбы. И теперь пришло время вам все узнать. Вы бы позже все равно узнали, ведь ваша дочь рождена волшебницей и уже проявляет свои способности, ведь так? — он многозначительно посмотрел на нее.

Тейлор вдруг ощутила, что он абсолютно прав. Не мозгами, а душой, как будто она уже знала, но боялась донести это до осознания. С недавнего времени с ее дочерью стали происходить странности, которым Тей никак не могла найти объяснение. Например, как мог мячик падать на пол из ее кроватки и возвращаться прямо в ручки маленькой девочки много раз подряд? Или как объяснить то, что Тей уже пять раз меняла лампочки в их спальне, сразу после того как ее девочка сильно расстроится или, наоборот, очень громко радуется. Тей поняла, что смысла скрывать это от самой себя больше нет. И тут же пришло осознание, что Сириус мертв. Почему-то стало трудно дышать. Да, она изо всех сил старалась его забыть. Старалась верить, что он предал, что он бросил, чтобы было легче не думать о нем. Она злилась на него, потом просто старалась не думать. Но услышав эту новость, ей стало невыносимо больно. Больнее в сотню раз, чем та боль, которую она испытывала до этого. Голова закружилась, и темнота.

Тей не сразу поняла, что лежит на полу, над ней стоит все тот же старик.

— Мисс Ван, вам нужно это выпить. — протягивая маленький стеклянный пузырек, произнес он. Она послушно глотнула из пузырька.

— Это восстанавливающий элексир. Вам станет легче. Можете подняться?

— Что случилось? Я упала?

— Вы потеряли сознание. И упали. Вам сейчас нужно успокоиться. Сейчас элексир поможет, и нам с вами нужно будет принять решение.

— Я в порядке. — поднимаясь, произнесла она.

— Давайте я поухаживаю за вами. Садитесь. — он аккуратно посадил ее на стул и принялся наливать им обоим чай. Тей заметила, что на столе вместо ее скудных кусочков хлеба стоит вазочка с лимонными дольками.

Она старалась сдержать слезы, которые предательски уже стояли в глазах. Не удалось, слезы полились рекой, а из груди выбивались утробные рыдания. Через сколько подействовало зелье, она не знала, но ощутила, как внутри нее стало разливаться спокойствие, а в голове вертелась мысль о том, что все уже произошло, что все будет хорошо, что все еще впереди. Они действительно ее успокоили. Тейлор даже взяла чашку чая и отхлебнула немного кипятка. Профессор понял, что девушка пришла в себя, и продолжил:

— Итак, мисс Ван, у нас очень мало времени. Вам с дочкой необходимо сегодня же собрать свои вещи и переехать в особняк Блэков. Времени очень мало, в любой момент вас могут поймать и убить.

— Вы что? Как я могу переехать к его семье? Они нас прикончат быстрее, чем эти ваши пожиратели.

— Вся его семья мертва. Вы единственные наследники родового поместья. Точнее, ваша дочь.

— Но к чему такая спешка?

— Сириус на днях очень сильно помешал планам Волан-де-Морта, и я уверен, что его смерти им будет мало, они захотят отомстить. А единственное, что у него осталось, это вы. Мисс Тейлор, поверьте мне. Нужно как можно быстрее переместить вашу дочь в безопасное место.

Наступило молчание. Тейлор так и осталась сидеть с чашкой чая в руке. Она думала. И она решилась. Бежать от кого-то уже вошло в привычку.

— Хорошо. Мы сегодня же будем там.

— Я вам помогу добраться. Иди собирайтесь, берите только самое необходимое.

Тейлор собралась за двадцать минут. Это еще долго, когда они бежали в прошлый раз, она собралась минут за десять. Пришлось разбудить Веронику, та просыпаться не хотела и даже немного поплакала. Тейлор хотела ее покормить, но профессор не разрешил. Когда она вышла в коридор с чемоданом в одной руке и дочерью в другой, профессор уже ждал их у двери.

— Мисс Ван, оставьте чемодан здесь. — он показал на место около себя. — Вот так, а теперь прижмите Веронику крепко к себе, а второй рукой возьмитесь за мой локоть.

Тейлор чудом не стошнило на пол, она сумела отыскать глазами подходящую емкость. Это была подставка под зонты. Сразу же пришла в голову мысль, почему профессор запретил кормить дочь, девочка на удивление выглядела хорошо. Когда Тейлор окончательно пришла в себя, она осмотрелась. Место, куда они попали, было мрачное. Темные обои, вешалки и подставки в виде змей и неизвестных ей зверей, но очень неприятных на вид. Тусклый свет давал этому месту еще более мрачный вид. По всей видимости, это была прихожая. Тут она неожиданно увидела прямо перед собой мужчину, который, по-видимому, давно уже стоял рядом. Он не спешил ее вырвать из адаптации. Мужчина был приятный на вид. Ей показалось, что он лет на десять ее старше, в глаза сразу бросились шрамы на лице и руках, несмотря на полумрак, их было четко видно, может быть, даже сильнее, чем при полном освящении. Шрамов было много, как старых, так и совсем свежих. Тейлор подумала, что он их получил в бою. Взгляд у него был уставший, но добрый. Волосы коротко подстрижены, но на прическу это не было похоже, скорее на самостоятельную работу. Одет в поношенный пиджак, но очень опрятный и свежий. В целом впечатление он вызывал скорее приятное, чем пугающее. Увидев, что Тейлор наконец его заметила, представился:

— Добрый день. Меня зовут Римус, Римус Люпин. Профессор попросил помочь вам здесь освоиться и расположиться. Я сейчас вам всё покажу. Пройдемте, пожалуйста, на кухню, вероятно, вы не откажетесь отобедать.

Он двинулся вглубь по коридору, и только сейчас Тейлор поняла, что с ним нет профессора.

— Простите, а где мистер Дамблдор?

— У него срочные дела. Он просил меня вам всё показать. — Невозмутимо повторил Римус.

Тейлор взяла дочь за руку и двинулась следом за мужчиной.

Зайдя на кухню, в нос сразу ударило пряными ароматами, мясом и еще чем-то новым. Кухня была светлее, но все равно мрачная и грязная. Римус начал быстро накрывать на стол. Правда, накрывалось все само. Посуда летала над головами, едва не задевая их. Еда также летела за посудой и аккуратно укладывалась в чистые тарелки. Обед был шикарный, по сравнению с ее скудной стряпней, которую с трудом удавалось раздобыть. Здесь было запечённое ароматное мясо, посыпанное зеленью, какой-то салат, запечённый картофель, тушеные овощи и грибной суп. Все выглядело очень аппетитно, а пахло так, что желудок предательски стал урчать. Посадив дочь за стол, Тейлор спросила:

— Простите, можно мне в уборную? Во рту еще оставался привкус желудочного сока после неудачного приземления, и ей хотелось прополоть рот да и просто умыться.

— Да, конечно, — спохватился мужчина. — Вернитесь в коридор и поверните направо, третья дверь.

Тей пошла в указанном направлении. Закрыв за собой дверь, она медленно спустилась на пол и обхватила голову руками. Что происходит? Это не может быть правдой. Это сон. Или она умерла, и это ее ад, а может она в коме? Так она просидела минут десять, пока не вспомнила о дочери, ведь она одна с чужим мужчиной. Быстро собрав мысли в один ящик под вопросом, она наспех умылась и пошла обратно. Девочка уже во всю уплетала овощи, успев изрядно испачкаться, а Римус мило улыбался, сидя напротив девочки, подкладывая ей очередной помидор. Тейлор села рядом с дочкой и робко стала есть грибной суп, который уже был налит и успел подостыть. Он был невероятно вкусным, то ли оттого, что она была голодная, или тот, кто готовил, знал свое дело. Опустошив свою тарелку примерно за минуту, она хотела что-то подложить, не успев об этом подумать, как к ней летел большой кусок мяса, а за ним овощи, сервируясь в тарелке, как в лучшем ресторане. Мысли о сне и коме снова пронеслись в голове, но неуталенный голод выгнал их, не успев осесть. Еще за пять минут она уговорила мясо, после чего стала ощущать, как приходит ощущение сытости. Она докормила дочь, которая никак не могла поймать убегающий горошек. Когда она потянулась за тарелками, чтобы убрать их в раковину, они тут же сами унеслись, а на их место прилетели чистые плоские блудечка, затем чашки, и в самом конце подлетел большой клубничный пирог, судя по запаху , исходящему от него, он только что вышел из печи. Вероника тут же радостно захлопала в ладошки и радостно заговорила:

— Пилог, Пиооог!

— Да милая, сейчас мы попьем чай с пирогом, и ты пойдешь отдыхать, хорошо?

— Холосо. — без спора согласилась дочь. Тейлор знала, что ребенка нужно предупреждать заранее о планах, чтобы потом не слушать часовые концерты по заявкам.

Они выпили чай.

— Мистер Люпин, простите, мне нужно уложить Веронику спать, где я могу это сделать?

— Да, конечно, пройдемте за мной.

Они вышли обратно в коридор и направились по лестнице вверх. Поднялись на второй этаж и пошли по коридору, проходя несколько комнат, почти в самом конце они остановились. На двери была золотая табличка с буквами С.О.Б. Римус толкнул легонько дверь, и она без шума раскрылась. Внутри горел камин, посреди комнаты стояла большая кровать с балдахином бардового цвета. У кровати стоял их чемодан. Как он здесь оказался? Тейлор опять подумала, насколько продуманные у нее сны. В комнате также были красивый резной шкаф, такие же тумба, книжная полка и комод. Все было в строгом стиле, но вот плакаты на стенах были явно не строгими. На них было то, что девочкам видеть не положено.

— Простите, я правда пытался их снять —ффффувидев куда смотрит Тей начал Римус — но они припечатаны заклинанием, к которому я пока не нашел подхода, так сказать. Обещаю, буду искать все возможные способы от этого избавиться. — Невозмутимо улыбнулся Римус.

— Я только уложу Веронику и спущусь. — сказала Тейлор.

Римус тут же вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Тей быстро переоделась в чистое и переодела дочь, затем подошла к кровати и сдернула большое плотное покрывало красно-оранжевого цвета с большим львом посередине. Постель была свежая, нежно-голубого цвета. Как только они легли, тут же обе уснули.

Тей вскочила так резко, что закружилась голова. Она забыла, что обещала спуститься. Убедившись, что дочь спит, она быстро спустилась вниз на кухню. Римус сидел в кресле у камина, он читал газету. Тей показалось, что люди на фото двигались. Римус закрыл газету и с улыбкой предложил ей сесть в соседнее кресло.

— Чаю?

— Спасибо, не откажусь. — ответила Тей.

Наступила еще несколько минут тишины, пока Римус подавал чай. Наконец, когда Тей немного остудила голову, решилась сказать:

— Мне кажется, что это все сон. Или я попала в аварию и сейчас лежу в коме, и все происходящее просто бред.

— Я понимаю. — невозмутимо ответил Римус.

— И вы не будете убеждать меня в обратном?

— Нет. — так же спокойно ответил он.

— Странно.

— Вы сами это поймете, что происходящее вокруг — не сон, а самая настоящая быль. — он немного задумался, потом продолжил: — К сожалению, мы с вами находимся в безвыходном положении, идет война, и мы вынуждены были, раскрыть нашу тайну вам раньше времени. Так получилось, — он осекся, слова явно давались ему с трудом. — Мы потеряли нашего общего друга, и теперь враги захотят избавиться и от вашей дочери. Мы обязаны ее защитить, иначе все будет зря.

— У меня в голове каша. Можно я буду переспрашивать, чтобы лучше во всем разобраться?

— Да, конечно, я для этого и остался здесь, чтобы помочь вам освоиться в нашем мире. — сказал уже бодрее Римус.

— И так, начнём с начала. — начала размышлять Тейлор. — Значит, Сириус был волшебником, и наша дочь тоже будет волшебницей?

— Безусловно. Она не может ею не быть. Сириус был очень сильным магом, не говоря уже о том, что вся его семья была из древнейшего рода чистокровных волшебников. Поверьте, это многое значит.

— Ладно, и по вашим словам я должна была об этом узнать, но позже?

— Да, все волшебники поступают в школу для того, чтобы научиться контролировать свою магию, если этого не делать, магия убьет самого человека. И естественно, мы оповещаем родителей, которые не знают об этом ничего, чтобы они понимали, что те чудеса, происходящие с их детьми, не случайность, не проклятье, а проявление магии. Дети в одиннадцать лет поступают в школу Хогвартс. Они проживают в самой школе, навещая родителей на каникулах.

— Ладно. — сказала Тей как на собеседовании, и продолжила: — вы решили посвятить меня, так сказать в тайну, потому что идет война и Веронике грозит опасность? Что с ней случится, ведь о нас никто не знал. Я никому не говорила о ее отце, да и о ней никто не знает, ведь мы с самого начала скрываемся, и достаточно хорошо.

— Пойми, в магическом мире очень легко найти человека, особенно чародея, ведь мы чувствуем магию, и есть множество способов с помощью заклинаний, отыскать кого либо. Здесь не достаточно просто переехать в другой город, магия она безгранична, она отыщет в любом уголке планеты. И без специальной защиты вы просто мишень. И это большая удача, что профессор Дамблдор отыскал вас быстрее пожирателей.

— Кстати, кто это такие пожиратели? — перебила Тей.

— Это злые волшебники, если тебе так будет проще. Они приняли сторону самого безумного человека, который называет себя Волан-де-Мортом. Он хочет, чтобы в магическом мире остались только чистокровные волшебники, это те кто из поколения в поколение создают свои семьи только с волшебниками, не допуская браков с маглами, и уж тем более не признают маглорожденных.

— Подожди кого? — опять перебила Тей.

— Маглорожденные — это те волшебники, у которых и мама, и папа — маглы, то есть не волшебники. Такое случается. И все нормальные маги не видят в этом ничего плохого. Но только не Волан-де-морт, он их убивает, убивает целыми семьями, у него есть сторонники, те самые пожиратели. Они стремятся завладеть министерством магии, чтобы подчинить под себя весь магический мир. Против них профессор Дамблдор создал Орден Феникса, Сириус тоже был с нами. — Он замолчал, ему явно было тяжело вспоминать про Сириуса.

— Ясно. — протянула Тейлор. Она хотела спросить, как погиб Сириус, но не решилась. Теперь в голове потихоньку начало все вставать на свои места. Все казалось не таким уж и бредом. Не считая, что тарелки и чашки летают сами собой. Но как ни странно, ее это больше не волновало.

— Так значит, Пожиратели хотят убить мою дочь, потому что она полукровка? — она не была уверена, что подобрала правильный термин.

— Нет, не из-за этого. Полукровок они еще кое-как терпят. Но вот то, что Сириус помешал им добраться до пророчества, это их очень огорчило, и теперь они будут готовы в любой момент убить вас взамен своей неудачи. Но теперь вы под защитой этого дома. Кстати. У меня очень волнующий нас вопрос к тебе. Твоя дочь теперь полноценный наследник этого дома и немаленького капитала, оставленного на счету Сириуса в Гринготтс. Но так как она мала, всем этим распоряжаешься ты. У меня к тебе очень волнующий вопрос. Понимаешь, когда умерли все родные Сириуса, и дом перешёл в его владения, он отдал его Ордену Феникса, здесь была наша штаб-квартира, ни один пожиратель не мог ее отыскать, благодаря многим защитным чарам, и самое славное — сами стены не дают попасть сюда непрошеным гостям, это древняя родовая магия, которая, как ни странно нам была на руку. Сейчас, как ты понимаешь, без Сириуса мы не можем снова здесь собираться, нам нужно твое разрешение. Я не настаиваю, просто спрашиваю. Это твое решение, и мы не обижаемся, если ты откажешь.

— Разрешу ли я вам снова тут собираться?

— Да.

— Да. — не задумываясь ответила Тей. — Вы рискуете, подумали о моей дочери, защитили ее, почему я буду отказывать.

— Спасибо. — так же искренне поблагодарил Римус.

— У меня еще вопрос, можем ли мы гулять по улице, и где мне брать продукты на еду, да и так мало ли что нужно.

— Пока не стоит выходить, все необходимое тебе принесет домовой, он хоть и вредный, но будет тебя слушать. Только не прислушивайся к его речи.

— Кто прости? Домовой? — это ее удивило больше, чем летающие тарелки.

— Да, его зовут Кричер. Позови его по имени, и он тут же появится и будет тебе служить. А пока у вас есть запасы, если не сладишь с Кричером, я буду приносить что нужно, позже я попробую уговорить профессора, чтобы сопровождать вас на улице, все-таки долго взаперти не каждый выдержит.

— Спасибо. — так же искренне ответила Тей.

Они еще долго сидели у камина, обсуждая мелкие детали, как часто будет собираться Орден, где находится ванная, чем можно будет себя занять, пока не наступил вечер. Римус явно стал нервничать, и вскоре засобирался домой. Тей пыталась оставить его на ночь. Ей было страшно оставаться здесь одной, но Римус наотрез отказался. И он, попрощавшись, быстро ушел. Тей осталась одна. Она решила подняться в спальню и проверит, как там дочь. Вероника уже не спала, она лазила в шкафу, доставая вещи и играя с ними. Тейлор решила прибраться и заодно разобрать чемодан. На полу валялись чёрные ткани, очень широкие, не похожие ни на платье, ни на простыню. Подняв и покрутив, она заметила, что есть на этой ткани воротник, тогда она сообразила, что это подобие плаща, а может больше похоже на мантию судьи. Их было три, очень хорошего качества, на груди был знак, опять змея. Они были везде, и это раздражало. Аккуратно сложив мантии, она положила их обратно в шкаф. Тут были и джинсы, и футболки с эмблемами разных рок-групп. Тей сразу поняла, что это все Сириуса. Одну из них она даже узнала, он как-то гулял в ней по парку тем далеким летом. Тейлор ничего не стала выкидывать, все аккуратно сложив, она убрала подальше в глубь, а вперед положила свои вещи и вещи дочери, их было немного, поэтому все поместилось на двух полках. Потом она подошла к комоду и открыла его. В каждом из ящиков на первый взгляд лежал мусор, клочки пергамента, сломанные перья, какие-то непонятные предметы. Она решила, что и тут не будет ничего выкидывать, просто переложит все в один ящик, освободив остальные. Но в этом мусоре оказалось достаточно много фотографий. Она выбрала все, что были, и, забыв про уборку, уселась в кресло у камина, стала перебирать фотографии одну за одной. На одной она увидела четверых ребят. Двоих она узнала Римуса и Сириуса, ещё один был в очках, а четвёртый маленький пухленький скромно стоял рядом, как будто не с ними. Все были одеты в черные красивые фраки, явно чья-то свадьба. Все весело обнимались и смеялись. Фото было живым, и Тей сидела завороженная, не в силах отвести глаз. На следующем фото тот же мужчина в очках в том же фраке, только рядом с ним красивая рыжая девушка в свадебном платье, она была права, все-таки свадьба. На фото молодые скромно целовались и смущенно улыбались в камеру, потом снова целовались и улыбались, по заколдованному кругу. Это было очень мило. У Тей что-то кольнуло в груди. На следующем фото она увидела Сириуса он стоял в толпе и салютовал бокалом шампанского кому-то, за кадром. Он был очень красив. Тейлор долго смотрела на это фото, а потом встала с места и, подойдя к кровати, положила фото под подушку. Дальше уже сидя на кровати она увидела как эти двое держат на руках младенца, и Тей невольно улыбнулась, они были счастливы, и это счастье передавалось через фото. На следующем фото она увидела как Сириус неловко держит этого младенца на руках, по окружению было понятно, что это церковь. Скорее всего, Сириус стал крестным для этого малыша. Огорчение и обида сразу отобразились в ее сердце. Огорчение, что ребенок потерял родного человека. Обида, что их общая дочь никогда не знала своего отца. Дальше она смотрела не так внимательно. Пролистав ещё пару раз все фото, Тей продолжила разбираться. Это заняло не так много времени. Вещей прежнего хозяина было не больше их с дочкой. Немного подумав, Тейлор все же решилась пойти на кухню, Вероника давно не ела, нужно было ее кормить. Спускаясь по лестнице, Тей поняла, что дочери здесь нравится, она не боится ходить по этим мрачным и темным коридорам, спокойно все рассматривает, да и в целом ведет себя как дома, хотя здесь она впервые. Накормив дочь, они уселись вместе у камина, Тей достала их любимую книжку со сказками, и под треск поленьев и монотонное чтение они обе задремали.

Тей проснулась рано. Ей плохо спалось на новом месте. Сегодня ей снились липкие сны, они были мрачные, но что конкретно ей приснилось , она не запомнила, да и не хотелось запоминать.

Повернув голову она увидела что дочери нет рядом. Адреналин в крови вскочил так же быстро как и она сама. В ночной рубашке она полетела в коридор, но в коридоре она резко затормозила, чуть не налетев на дочь. Вероника сидела на полу на против картины. Сначала Тей не поняла что происходит. Но тут она услышала как картина , что то говорит , а дочь отвечает , она не поняла о чем они говорят. Один этот вид пугал . У Тейлор вновь наступил ступор, сковав ее мысли и тело.

— Тебя сюда никто не звал ! — противно протянул старик с портрета.

— Простите — сказала Тей не сразу выходя из оцепенения. — Простите, можно я заберу дочь. Ей нужно, знаете, переодеться, и знаете, причесаться и все такое — она не совсем понимала что говорит. Потому что говорить с портретом ей ещё никогда не приходилось.

— Больше не говори со мной — так же язвительно и надмено проговорил старик.

Тей сейчас не поняла что ее пытались унизить. Она старалась не смотреть на портрет, ей было страшно. Она медленно подошла к дочери, как будто сейчас наступит на мину, взяла ее за руку и повела обратно в комнату.

— Милая, что хочет от тебя этот, эм, пожилой человек ? — Спросила мать

— Мама! — весело начала дочь — Это дедуска Финис, он холосый.

— Финеас — проблеял старик за спиной.

— Боже ! — дернулась Тей от неожиданности . Он явно слышал вопрос.

Тей решила дойти до спальни и продолжить разговор за закрытой дверью.

— Милая , как ты нашла его?

— Он сам позвал. — беззаботно ответила девочка, ее это уже не интересовало, ей нужно было сейчас срочно вытащить Мишку из под покрывала.

— Вероника, подожди, скажи, что он сказал. — Тей уже поняла, что ничего толкового не добьется, но надежда умирает последней.

— Он говолил, что он мой дедуска. Он даст мне книги. — уже мечтательно сказала девочка. И Тей так и не поняла , то ли это выдумка , то ли это правда. Вероника очень хорошо говорила в свои три годика, и прекрасно сочиняла . Поэтому истины сейчас не найти. Вздохнув Тей действительно стала приводить дочь в надлежащий вид. Умывать , причесывать, кормить. Так прошло пол дня.

После обеда Тей стала думать чем себя занять. Она ждала, что может придет Римус. Почему то хотелось его видеть. И поэтому чтобы избавится от назойливого чувства ожидания , она решила навести в доме порядок. Раздобыв тряпки, ведра и даже швабру , она начала выдраивать кухню. Это заняло весь оставшийся день. Дочь бегала повсюду и ей это нравилось . Тей не припядствовала, так было легче убиратся. Вечером перед сном Тейлор окончательно поняла что Римус сегодня не придет. Он не пришел и следующие пять дней. Всё это время Тейлор убирала все что могла. Как ни странно, дом не везде ее пускал. Она это чувствовала кожей. Вероника все чаще стала общаться с портретом, именно с тем самым вредным стариком. Да собственно увидев и другие портреты, которых было не мало, Тей поняла что он еще ничего. Остальные откровенно плевались и ругались в ее адрес. Поэтому решила пока не лезть в эти странные отношения.

За эту неделю, она поняла что происходящее вокруг есть истина. А поняла это когда пошли месячные, ровно в срок, и ей пришлось искать подходящую ветошь, а за одно перестирывать на руках все постельное

В субботу утром Тей от нечего делать читала газеты недельной давности оставленные на кухне. В каждом выпуске на первой странице писали о жертвах войны. Их было много, гибли целые семьи, тогда Тей поняла, что пребывание их в этом доме не было ошибкой. Из газет она немного узнавала не известный мир магии.

Начав читать статью " как избавится от забвения , если вы все забыли " Тей услышала как хлопнула входная дверь. Через минуту в кухню зашел Римус. Он выглядел откровенно плохо.

— Привет — неожиданно весело поздоровался Римус.

— Привет. Я думала ты почаще будешь заходить. Чаю ?

— Не откажусь. Прости, был очень занят. Теперь буду заходить чаще . Как вы ? Обжились ?

— Не то слово. — закатила глаза Тей —Слушай, этот нормально, что портреты при моем появлении матерятся таким отборным матом, что я начинаю сомневаться, что это благороднейшие из рода Блэков. Я бы все стерпела, но Вероника стала мне такое выдавать, что я стараюсь по коридорам летать, с ней на руках, лишь бы она не учила новые слова.

— К сожалению, они не выносят всем, что есть в этих портретах маглов. И тем более не любят предателей рода, таких как Сириус. Я кое что придумал, думаю тебе это поможет.

Он не притронулся к чаю, тут же встал и отправился в коридор. Тей пошла за ним. Подойдя к ближайшему портрету, Римус достал свою палочку и не произнося ни слова сделал едва заметный взмах, и на глазах женщины изображенной на этой картине появилась черная повязка. Римус взмахнул второй раз и из ушей женщины стали торчать огромные куски ваты. Женщина стала визжать пытаясь снять повязку и вытащить вату из ушей , но это было бесполезно.

— Потерпи немного, когда ей надоест , она замолчит. Теперь она не будет вас видеть и слышать, надеюсь это ее немного сдержит. Пойдем дальше.

Так они прошли несколько портретов, затыкая их. Когда Римус приблизился к тому самому портрету, с которым часто разговаривала Вероника портрет вдруг взмолился:

— Не нужно! Я сдержу себя сам.

— Неужели ? — удивился Римус.

— Вы не понимаете, и эти гордые и упрямые дураки не понимают всей трагедии.— почти кричал Финеас — Они считают, что лучше пусть род прервется, но будет читс. Я так не считаю. Наша кровь вымоет всю грязь, я знаю это. Вероника это единственная , кто может продолжить род Блэков. Она очень сильна, даже в таком возрасте, я это вижу. Я имел дело с детьми, и разбираюсь побольше этих гордых идиотов

— Ладно, ладно — перебил эту тирраду Римус — Я пока не буду с вами ничего делать, но только пока. Если Тейлор услышит от своей дочери что то непристойное, или запретное, я быстро с вами разберусь. Финеас состроил такую гримасу , что казалось краска обвалится с картины.

Римус и Тей вернулись на кухню, чай уже остыл.

— Я сделаю новый — Сказала Тей.

— Не стоит, сядь, отдохни. Я сам. Мне легче — улыбнулся Римус и одним взмахом заменил чай и продолжил — Я пришел предупредить , сегодня вечером Дамблдор созывает Орден . Ты не против ?

— Нет конечно, я же говорила, вы можете собираться когда будет угодно.

— Тогда в шесть здесь будет очень людно.

— Ох, а сколько их будет, я успею приготовить на всех еды ?

— Не беспокойся, им будет здесь не до еды.

— Совсем ничего, а к чаю ?

— Это не собрание домохозяек. Здесь решают очень важные дела, от которых зависят жизни . — потом подумав, Римус добавил — Прости, я был груб.

— Я не заметила. — соврала Тей. — Ладно. Тогда в шестом часу мы с Вероникой уйдем к себе , чтобы вам не мешать.

Они продолжили пить чай, беседуя о погоде, о шалостях маленькой девочки и так, чтобы не было скучно. Через час Римус вспомнил, что нужно пополнить запасы еды , и заодно Тей набросала ему список того, что ей было крайне необходимо . С этим списком Римус шагнул в камин на кухне и в пламене зеленого цвета исчез. Тейлор заставила себя не удивляться , но пока безуспешно.

В половину шестого девочки поднялись к себе в спальню. Думая чем заняться , Тей взяла детскую книжку и полулежа на кровати стала читать в слух. Незаметно она уснула. Тревога заставила ее проснутся, что-то внутри говорило, что дочери нет рядом. Это чувство всегда было с ней, с самого рождения дочери. Тей боялась ее потерять, поэтому всегда чувствовала кожей свою дочь. Действительно, ее не было в комнате, а дверь была приоткрыта. Мать пулей спустилась вниз на кухню. Из открытой двери доносились голоса, аккуратно заглянув, стараясь не привлечь к себе внимание Тей увидела человек пятнадцать, сидевших за столом. Дмболдора и Римуса она увидела сразу, возле Римуса сидели двое, которых она уже где то видела. Не сразу но она вспомнила, что эти двое были на фото из комода в спальне, это те самые молодожены. За их спиной стояла коляска, а рядом с коляской была ее дочь . Она играла с малышом, показывая ему своего медвежонка, а тот в ответ что то гулил.

Не зная как поступить Тейлор замялась в коридоре.

— Мисс Ван. Проходите не стесняйтесь. Я хотел бы вас представить нашим друзьям. Тейлор от смущения покраснела как помидор. Вжимая голову в плечи как девчонка , она вошла на кухню .

— друзья, познакомьтесь, Мисс Тейлор Ван, она любезно согласилась впускать нас снова в эти стены.— Тей была благодарна, что она не стал рассказывать ее предысторию. Хотя, наверняка, уже все ее знали. — Хотел поблагодарить вас лично. Присаживайтесь, я думаю вам полезно будет послушать наши планы, ведь я простите за наглость хотел просить вас еще о кое какой услуге для нашего Ордена. Но все по порядку. Мы сегодня собрались , чтобы уже наконец определиться с тем кто будет охранять Поттеров и по какому графику.

— Я еще не согласился , профессор. — сказал тот самый жених с фото.

— Это не обсуждается Джеймс. — отрезал Дамблдор

— Я не собираюсь сидеть в заперти , пока мои друзья погибают за меня. — уже переходя на крик сказал Поттер.

— Заткнись щенок. — рявкнул мужчина сидевший в углу комнаты. Тейлор его не заметила. Он был средних лет, имел шрамы почти как у Римуса, но их было гораздо меньше, коренастый и очень грозный .

— Сам заткнись Грюм. Я не ребенок чтобы прятаться от войны. Я буду сражаться на равне со всеми.

— Ты идиот . Выключи уже свою дурацкую отвагу она никому не нужна. Включай мозги. Твое задание охранять своего сына , критин. Если ты не забыл, его хочет убить сам Волан-де-морт. Можешь не сомневаться, как только ты ступишь за порог, он уже убьет твою жену и сына. Ты настолько их ненавидишь ?

— Заткнись. Иначе я прикончу тебя . С чего вы вообще взяли, что мы в опасности ?

— Ты знаешь , что существует пророчество,— начал профессор.

— Да , и Сириус ценой своей жизни не дал его раскрыть. — перебил Джеймс.— Так чего нам боятся, если — он не успел договорить.

— Он все знает Джеймс. — тихо ответил Дамблдор.

— Но как ? Это невозможно.

— В тот день , был третий , кто слышал это пророчество, он и донес.

— Но почему так поздно, столько времени он молчал, а теперь раскрыл секрет? Я не верю.

— Я верю! И этого достаточно — рявкнул Дамблдор. — Джеймс. Этот вопрос закрыт. Вы будете спрятаны в самое укромное место, о котором будет знать только хранитель и доверенные лица, больше никто. Даже присутствующие не все будут знать где вы прячетесь. Ты будешь сидеть там , до тех пока , пока я не разрешу выйти. И никаких действий без моих указаний. Все намного серьезнее чем ты думаешь. Сейчас от тебя требуется только назвать хранителя. Ты уже выбрал ?

— Да. — сквозь зубы ответил Джеймс, явно не согласный с профессором. — Питер.

— Хорошо. Обряд пройдет завтра утром. Когда Питер вернется с задания. А сегодня я хотел бы попросить, мисс Ван , можно ли оставить на ночь этих молодых людей у вас?

— Я буду очень рада . — не задумываясь ответила Тей. Она сейчас нуждалась в общении с живыми людьми, а не с матерящимися портретами.

— Вот и хорошо. — продолжил профессор. — Давайте распределим дежурства и патрули. В связи с потерями , придется выкручиваться. Кто может взять дополнительно улицы на севере Лондона , вместо Маккиннона ?

— Придется, мне — ответил Грюм, — мне ближе всего.

— Так , что на счет юга ?

— Простите — еле слышно проблеяла Тей, на ее голос обернулись все присутствующие . — Может я смогу вам помочь. Я могла бы патрулировать какую нибудь улицу.— к концу она уже еле говорила , желание помочь почему то улетучилось так же быстро, как и пришло. Кто то за столом громко гоготнут.

— Сиди смирно, тебя прихлопнут быстрее чем успеешь выйти из дома. — сказал Грюм.

— Я могла бы ходить по улице и при подозрительных обстоятельствах вызывать кого то из вас. Я думала это может как то помочь . — она уже мысленно проклинала свой длинный язык, который говорил быстрее чем думал мозг.

— Вы знаете, это не плохая идея. — неожиданно сказал профессор. — Вы магл, а значит никакого магического фона от вас не исходит, вряд ли кто-то из пожирателей будет высматривать ее в толпе. Тем более ее никто не знает. Я думаю можно попробовать.

— Я считаю, это большая опасность, безоружнюю девушку оставлять один на один с пожирателями. — подала голос ведьма в темно зеленом платье, сидевшая по правую руку от профессора. — Минерва, каждый день простые маглы, остаются один на один с пожирателями, сами не зная этого. Если она возьмёт на себя хотя бы пару тройку дежурств в неделю, кто-то сможет отдохнуть. Для начала мы ее поставим с кем нибудь в пару, так сказать, на испытательный срок.

— А как она будет без патронуса вызывать подмогу ? — спросил темногожый волшебник

— Я об этом позабочусь. Итак. Мисс Ван, я очень благодарен вам за вашу поддержку, для нас это многое значит. О том, как вы будете дежурить и с кем, я вам сообщу позже. А сейчас думаю мы все обсудили.

И не дожидаясь ответа он шагнул в камин и исчез в зеленом пламени. Остальные последовали его примеру. Через десять минут из гостей на кухне остались только Поттеры и Римус.

— Давайте ужинать. Я сейчас быстренько что нибудь приготовлю. — прекращая неловкое молчание сказала Тей, и быстро стала кружить у раковины.

— Джеймс, посмотри за ним, я пойду помогу. — сказал девушка, поднимаясь с места . — Нас не представили , Лили , а это мой муж Джеймс — она показала в сторону мужа, — и наш малыш Гарри.

— Очень приятно, Тейлор, и Вероника. Мне кажется она с Гарри хорошо ладит. — искренне ответила Тей. И действительно за то время , пока взрослые решали проблемы вселенского маштаба, Вероника умудрилась уложить малыша спать, а сама притихла немного покачивая коляску.

— Точно, она умница, так ловко с ним справилась, мне иногда так не удается — засмеялась Лили.

— Самое удивительное, что она такой тихой бывает только во сне — в ответ засмеялась Тей.

— Давай я почищу картофель — предложил Лили

— Давай. Он в мешке у коморки.

Девушки стали вместе хлопотать над едой, как ни странно разговор пошел очень непринуждённо и искренне. Тейлор давно так не разговаривала.

После ужина девушки пошли подготавливать спальни и заодно укладывать детей, мужчины остались пить виски у камина. Через час к ним присоединились Лили И Тей.

— Давайте выпьем за знакомство — предложил Джеймс, и все подняли свои бокалы, а Лили подняла чашку с чаем.

— Тейлор — вдруг начала Лили — прости за нескромность, но можно тебя спросить, как ты познакомилась с Сириусом. Видишь ли , мы ничего не знали о вас, он не говорил. Поэтому для нас известие о том, что у Сириуса есть дочь, было как гром среди ясного неба, Джейм даже обиделся, ведь они были лучшими друзьями .

— Даже больше, он был моим братом . — перебил ее Джеймс.

— Он и сам не знал. — начала Тей, и замолчала. Она не хотела ворошить прошлое, такое вспоминать не хотелось. Но что то толкало ее рассказать, или виски, который всем развязывает язык , или то что она сегодня стала неволным свидетелем их собственной тайны. Помолчав еще немного она продолжила — Это случилось четыре года назад. Я жила в соседнем доме. И с детства я знала их семью. Ну как знала, просто видела что они здесь живут, ведь они никогда ни с кем не общались. А в то лето мы познакомились. Он просто подошёл и вырвал меня из мрака. Мои родители часто напивались и после начинались скандалы, я чтобы этого не видеть уходила на улицу. Днем шаталась по улицам, потом мне это надоело и я стала ходить в библиотеку, в книгах я забывалась. А вечером, когда библиотека закрывалась и меня выставляли на улицу, я шла к дому. Садилась на траву в кустах, чтобы меня не было видно,. Я не хотела чтобы проходящие мимо люди меня видели, мне было стыдно. И вот однажды, я сидела в своем углу, а Сириус проходя мимо увидел меня , он протянул руку и сказал " Пошли". Я согласилась. Мы бродили по парку, я уже тогда поняла что он жалеет о том что потащил меня с собой, но он не бросил. В тот вечер я узнала что он тоже убежал от родных. Мы как то нашли общий язык , и теперь каждый раз когда дома происходили скандалы мы с ним уходили в парк на против дома. А потом — тут Тейлор запнулась, стоит ли им знать всей правды. Не стоит. — Потом в последний день каникул, мы пошли прощаться, на наше место. Ну вот и попрощались. — Тей попыталась улыбнуться. — Через три месяца я узнала что беременна, мама хотела избавится от моей дочери, но я не далась. Мать сказала что даже если я рожу , то ребенка заберут, а меня определят кухаркой в какую нибудь богодельню. Я испугалась и не стала ждать что будет, просто собралась и в тот же вечер убежала из дома. Я моталась сначала по Лондону, а потом ушла за город. Там меня приютила пожилая женщина, она меня поняла, ведь у нее когда то так же отняли ребенка. Она и принимала роды. Мы с ней очень хорошо поладили. Она помогала мне с Вероникой , научила меня шить, и я стала подрабатывать, чтобы прокормится. Но через два года она умерла, я не успела довезти ее до больницы. Похоронив мою милую Мисс Москин, мы с Вероникой опять стали кочевать. Куда бы ни пришли находились доброжелатели, которые сообщали в полицию о молодой мамаше с ребенком. И мы срывались и вновь бежали. Спасибо были накопления от моей работы. И вот год назад мы сняли маленькую квартирку, я стала опять шить на заказ. Я копила на поддельные документы , ведь дочь растет, скоро ей нужно будет устраиваться в школу. А по документам ее даже не существовало. Но теперь все снова перевернулось с ног на голову, когда к нам пришел профессор и сказал что Сириуса нет и нам нужно спрятаться. Я на самом деле не долго думала, убегать нам не впервой. Вот так мы оказались здесь.

Наступило молчание. Такого никто не ожидал услышать. Первой из оцепенения вышла Лили

— Милая, ну почему ты не пыталась найти Сириуса. Я знаю что он бы помог вам. Если бы я только знала, Боже. Мы же могли тебе помочь. — она плакала.

— Я не знала где его искать. Я вообще ничего не знала о нем кроме имени и того что он не ладит со своей семьей. Идти к нему домой было бессмысленно. Где он учился я тоже не знала. Да и потом, это же только мое решение оставить ребёнка. Я за это и отвечаю.

— Так не должно быть. — плакала Лили. Он должен был знать.

— Лили, не плачь — попыталась пореободрить ее Тей. — Мы живы, теперь у Вероники есть дом, она в безопасности. Все будет хорошо.

— Нет, нет. Так не должно было быть.— все повторяла Лили. — Знаешь, прости нас. Если бы я только знала

— Лили, ты очень добра , спасибо . — перебила ее Тей. — теперь все будет по другому. Теперь я знаю , что есть к кому обратится.

— Да , да — немного успокаиваясь сказала Лили, — ты права. Теперь мы тебя никогда не оставим. Мы обязаны помогать вместо Сириуса. Да Джеймс.

— Какой вопрос. — сказал Джеймс, Тей заметила что за очками в глазах блестят слезы. — Теперь мы твои друзья, и никогда не оставим вас в беде.

— Рем, почему ты не говорил что Тей такое перенесла, ты же уже неделю назад тут был, а нам ничего.

— Он не знал . — опять встала на защиту Тей. — Вы первые в моей жизни кто все узнал.

— Боже Тей. Сколько же в тебе силы. Ты столько вынесла, и еще собираешься помогать нам в этой войне — протянула Лили.

— Вы тоже многое притерпели. Я тут читала газеты, что остались на кухне. У меня по сравнению с вами просто рай — все дружно засмеялись. Это было странно , смеяться над тем у кого хуже. Но в этот момент она почувствовала родных людей рядом.

Они еще долго сидела у камина, узнавая друг друга.