Послание Звёзд: Тени Прошлого. КОТЫ-ВОИТЕЛИ. (гет)

Небесная Туча В Небе не любил патрулировать границы.

Не потому, что боялся. И не потому, что ленился — хотя дома, в гнезде у Майли, он часто притворялся, что ленится. Просто границы Клана Бесконечно Падающих Звёзд были слишком… неправильными. В Листопадном племени границу чувствовали: запах меток, царапины на коре, знакомые силуэты патрульных вдалеке. Здесь же границей считалось место, где скалы становились слишком крутыми для охоты, а ветер — слишком холодным даже для горного кота.

Но сегодня его поставили в утренний патруль с Рыбой, Что Плещется в Озере, и Птица Яркой Зари куда-то исчезла с этим новым наставником — Грудой Листьев В Овраге. Поэтому Небесная Туча плёлся по каменистому склону, то и дело спотыкаясь о мелкий щебень, и делал вид, что внимательно осматривает окрестности.— Ты слишком громко ходишь, — заметил Рыба, не оборачиваясь. Полосатый кот шёл впереди, перепрыгивая расщелины с лёгкостью, которой Тучелап мог только завидовать.

— А ты слишком тихо ходишь, — буркнул Туча в ответ. — Подозрительно тихо.

Рыба, Что Плещется в Озере остановился, повернул голову и посмотрел на чёрного кота долгим, ничего не выражающим взглядом. Потом фыркнул:

— Равнинные. Думают, что шум — это смелость.

— Я не…

— Идём, — перебил Рыба и двинулся дальше.

Тучелап стиснул зубы. Три луны он уже жил в этом клане, три луны доказывал, что он не просто «равнинный кот», а Скалолаз, прошедший через земли трёх племён, переплывший реку, одолевший лису. Но Рыба, Камнеспинка и ещё несколько старых воинов всё равно смотрели на него как на чужака, который случайно забрёл не на свою территорию.

«Ничего, — подумал он. — Увидят ещё, на что я способен». Они прошли Восточный склон, потом спустились к ручью, который стекал с ледника, и наконец добрались до крайней точки патруля — плоского выступа, откуда открывался вид на нижние скалы и далёкие зелёные пятна равнин.

— Стой, — сказал Рыба, и его хвост замер горизонтально — сигнал опасности.

Туча замер, припав к камню. Он принюхался. В обычные дни здесь пахло только снегом, камнем и изредка — горным козлом. Но сегодня…— Чужак, — прошептал Рыба. — Снизу. На полпути к нашему ущелью.

Туча прищурился. Вдалеке, среди серых валунов, мелькнула чья-то тень. Не горный зверь — кот. Слишком крупный для козла, слишком низкий для орла. Кот шёл медленно, то и дело останавливаясь, будто не знал дороги.

— Одиночка, — сказал Рыба. — Или разведчик. Идём назад. Доложим Звезде.

— Может, сначала посмотрим, кто это? — предложил Туча. — Если он один, мы справимся.

Рыба бросил на него короткий взгляд, в котором читалось: «Ты ещё слишком молод, чтобы учить меня патрулированию». Но вслух сказал только:— Приказ есть приказ. Возвращаемся.

Они развернулись и пошли обратно. Туча оглянулся через плечо. Чужак всё ещё двигался вверх по склону, медленно, но уверенно. Что-то в его походке показалось Туче странным. Будто этот кот уже бывал здесь когда-то. Или будто он шёл не наугад, а к кому-то конкретному.

Но он отогнал эту мысль. Мало ли одиночек бродит по горам?

В лагере Звезда, Горящая Огнём, выслушала доклад Рыбы молча, не перебивая. Её голубые глаза скользнули по Тучелапу, потом по полосатому коту.

— Одиночка, — повторила она. — Один?

— Да, — ответил Рыба. — Запахов других я не учуял.

— Хорошо. — Лидер помолчала. — Если он сунется на нашу территорию, приведёте его ко мне. Без угроз. Просто пригласите поговорить.

Туча удивился. Он ожидал, что Звезда прикажет прогнать чужака — или, если тот окажется враждебным, уничтожить. Но она смотрела куда-то в сторону водопада и улыбалась краешком рта. Улыбалась так, будто ждала этого кота.

— Ты что-то хочешь добавить, Небесная Туча? — спросила она, заметив его взгляд.

— Нет, — быстро ответил он. — Ничего.

— Тогда иди. Отдыхай. Завтра у тебя тренировка с Поднимающейся Зарёй.

Туча кивнул и пошёл к своей нише, но по пути его догнал Рыба.

— Ты видел его лицо? — тихо спросил полосатый кот.

— Кого? — не понял Туча.

— Чужака. Я был слишком далеко, чтобы разглядеть. Но ты оглядывался. Ты видел его?

Тучелап задумался. Он запомнил только тень, только силуэт. Но что-то зацепилось в памяти — цвет шерсти. Песчаный. Тот,о ком говорила его сестра.

«Глупости, — сказал он себе. — Мало ли на свете песчаных котов».

— Не разглядел, — ответил он Рыбе. — Темно было.

Рыба, Что Плещется в Озере посмотрел на него долгим, подозрительным взглядом, но ничего не сказал. Он развернулся и ушёл к своему посту, оставив Тучу одного. Чёрный кот постоял ещё немного, глядя на вход в лагерь. Где-то там, внизу, по камням карабкался чужак. И Тучелап вдруг понял, что хочет увидеть его снова. Не из любопытства. Из смутного, тревожного предчувствия, которое он не мог объяснить словами.— Глупости, — повторил он вслух и скрылся в своей нише.

Но спал он беспокойно. И ему снились равнины — зелёные, тёплые, пахнущие лесом и рекой. И чей-то голос, который звал его по старому имени: «Тучка… Тучка…»

Когда он проснулся, голос всё ещё звучал в ушах.

В лагере тем временем готовились к вечернему собранию. Туча вышел из ниши и увидел сестру. Птица Яркой Зари сидела у входа и смотрела в сторону водопада, задумчиво теребя хвостом мелкие камешки.

— Ты чего? — спросил он, подходя.

— Не знаю, — ответила она. — Мать сегодня сама не своя. Весь день у водопада. Спрашиваю — молчит.

Туча хотел сказать, что мать часто уходит к водопаду, чтобы побыть одной. Хотел сказать, что ей просто нужно отдохнуть. Но слова застряли в горле, потому что он вспомнил взгляд Звезды сегодня утром — тот странный, ожидающий взгляд.— Всё будет хорошо, — сказал он вместо этого. — Мы в клане. Мы в безопасности.

Птица посмотрела на него, и в её зелёных глазах мелькнула тень сомнения.

— Ты прав, — ответила она. — Наверное.

Они разошлись, но тревога не переставала утихать.