Бесконечная война (джен)

Снег бывает разный, так сказал старик Воен. Сириус же, ничуть не смутившись, заявил, что снег — праздник. И да, даже в таких суровых краях.

— Что? Что такое «праздник»? — шепеляво вопросил Воен.

— Как так? — изумился в ответ Сириус. — У вас разве нет пиршеств… Ну, к примеру, по поводу удачной охоты.

— Еда она всегда еда, — говорит старик. — Это всегда радость.

— Ну, так вот… У меня на родине есть особые дни, отмеченные праздничной обводкой, так сказать. К примеру, солнцестояние. Раньше на солнцестояние проводили кучу разных обрядов и ритуалов. И да, праздник всегда означает радость и веселье.

Они сидят в стылой пещере. Капает с потолка вода, раздражая этим звуком всё и вся. До поселения неких Белок ещё примерно три дня пути.

— Радость, — смеётся Воен. — Жаль мне тебя, Пёс! Что у вас за народ, раз для радости приходится отводить отдельные дни!

— Это вовсе не так…

— У нас много поводов для смеха и без отсчёта дней, Пёс. Родилось дитя, прожило до следующего нереста — вот он, твой праздник.

Сириус так и не смог разъяснить старику концепцию календаря с красными днями. Да и не надо, наверное. Если мыслить, как его там, логически, то эти недопикты рано или поздно придумают для себя праздничные дни. Развитие цивилизации, что б его!

Юми же тихонько посмеивалась, слушая этот разговор за починкой снегоступов.

— Солнце моё, — улыбнулась она мужу. — Может, когда родится наш сын, то запомним этот день? Весна будет, посмотрим на зелень, на её рост… Измерим траву ладонью, запомним высоту. Будем праздновать этот день, словно бы ты вернулся с охоты с медвежьим жиром на горбу.

— Сын? — дёргается Азор.

— Разумеется, сын, — важно отвечает большуха вместо Юми. — Я сама качала свой кулон над чревом твоей жены. Посолонь, друг мой, посолонь. У тебя будет сын.

Лицо Азора снова смешно дёргается. Бровь поднимается вверх, как и уголки губ.

— Сын, — как-то очень мечтательно говорит он. — Имя ему нужно племени Тюленей, что скажешь?

— Сложности тут нет, просто выбери зверя, — говорит Юми, откусывая жилу, завершив починку снегоступа.

— Волк, — решает Азор. — Не лютоволк, но зверь поюжнее — Волк. Да и дань памяти другу отдам.

— А не спасителю? — встревает Воен, тыча пальцем в уже захрапевшего Сириуса.

И все замолкли. Никто не спасён. Можно на миг забыться в этих мирных делах и словах, но Иные идут. Сколько лет понадобится им для того, чтобы истребить всякую горячую кровь даже на юге?

* * *

Бум. Бам.

В башку Сириуса прилетела шишка, но он рад. Добрели до лесов, прочь эти ледяные равнины без единого деревца.

Довёл, думает он. Нашёл лес, теперь нужно найти местных магов, но… Я должен довести их до поселения. Не дело бросать детей и женщин без обогрева на этих ветрах. Вот доберутся до каких-нибудь хибар, там и брошу.

Дома Сириус баловался триллерами, читал помаленьку маггловские книжки. Так вот, не нравился ему местный триллер с участием инферналов, магов и людей. Ещё и ледяные бошки какие-то ходят. Иные, вроде. Интуиция подсказывала Сириусу, что они тоже навроде магов, но к ним лучше не соваться. Хуже Волдеморта получится.

Гарри!

Надежда всегда есть, говорит себе Сириус, с наслаждением вдыхая аромат свежей хвои. Я найду путь к крестнику, найду. Не будет он одинок. Никогда!

Сириус наклонился и поднял из снега здоровенную еловую ветвь. Данная древесина не очень подходила для светлой магии, но для тёмной — пожалуйста. Так помнил Сириус, так он помнил уроки отца. Кто знает, может пригодится, поморщившись, подумал он, уменьшая ветвь, складывая её в карман. Смогу несколько огненных волков сотворить, если что случится не то с Белками. Не дам в обиду подопечных моих Тюленей.

А самому хочется тоже стать тюленем. Раскинуться во весь рост на мягкой кровати с пологом и лениться. Надоело идти, но Сириус знает, что пока ещё не намерен сдаваться. И он не намерен испытывать нервы этих людей, творя совсем уж по их меркам немыслимые чудеса. К огню они отнеслись нормально, но когда Сириус сделал кресло, отшатнулись.

Странно.

Воен сказал, что Дети Леса живут на западной стороне, там, где сосны соприкасаются с ельником. Так он сказал, добавив, что, возможно, их там уже нет.

А Сириус думал. А подумать было над чем. Допустим, местные маги меня не прибьют. Допустим, найдут обратный путь. Допустим… Сириуса волновало время. Пространственно-временной разрыв создавал сложности. Найти путь — мало, нужно ещё точно рассчитать время, а Сириус как раз прогулял те уроки по нумерологии, на которых объясняли теорию магических времён. А если бы и не прогулял, то это бы сожрали бы дементоры. Нумерология сейчас просто оказалась бы бесценна, вспомни Сириус хоть что-то из уроков профессора Вектор. Конечно, понадобилось бы много вычислений, а мозги сейчас явно не те… Но он смог бы. Поселился бы вдалеке от всяких медведей и выживал, считал.

У Белок Сириус первым делом нашёл себе дом. Напросился, зато сложил молоденькой вдовушке целую поленницу, за что она без сомнений дала ему пусть не хлеб и соль, но отвар из коры и рагу из лосятины. Живот всё спокойно принял, к счастью. Ещё Сириусу довелось попробовать кабанятину, но она показалась ему малость жестковатой. А уж тушить нужно… Даже с магией долго.

Местные испугались сперва. Мол, как и предупреждали какие-то там пророчества, явилась новая причуда Детей Леса, но большуха Тюленей вступилась, дала Сириусу шанс объясниться. Он воспользовался им: пошутил про кривоносых юношей, устроил мини фейерверк по всем заветам близнецов Уизли, взмахом палочки починил все крыши на землянках. Да, тут уже жилища были посуровее и получше, чем дома из ледяных глыб, бывших в обычае у Тюленей. О, но тот чудик и тут выделился. Азор Ахай, оказывается, таскал на себе изрядно выцветший шатёр. Теперь синеватые ткани украшали крышу самой крохотной полуразвалившейся землянки, где Юми готовилась к родам.

Сириус же запланировал немного отъесться, а затем идти к сосновому бору, где, как подтвердила ему одна из Белок, жили Дети Леса.

— Грустные они. Так им и надо, — сплюнула оземь большуха. — Пусть сидят и носу не кажут. Это из-за них мы потеряли всех родичей с севера.

Сириус не понял.

— Это их дела. Не людские. Это от них к нам мертвецы попёрли. Но мы стоим, — хлопнула себя по бицепсу. — А они попрятались в норы. Попрятались за нашими спинами.

— Допустим, — протянул Сириус, не особо желая ввязываться в иномирные дрязги. — Но разве у вас теперь не один враг? Враг моего врага — мой друг.

И замолк. Хорошо ему со стороны советы раздавать, да ещё и вождям крохотных племён каменного века хрен знает какого мира.

Я ведь сам этой мудростью не пользуюсь. Снейпа ненавижу. Но ведь он издевается над Гарри, ведь так? Но он ещё и враг моего врага. Дамблдор не может ошибаться.

Ведь так?