Приключение после разговора (джен)

Так же, разумеется, я занимался финансовыми делами нынешнего своего семейства. Потому что после смерти последнего Таннера многое было и приостановлено, и долги кое у кого перед теперь уже моим родом появились. А если учесть, что сам я в первой жизни ни разу финансистом не был, то и получалось, что чтобы во всё вникнуть необходимо было затратить некоторое время и знания определённые заполучить. И чтобы процесс вновь запустить, и так сделать чтобы движение финансовых потоков бесперебойно происходило. Нет, то что у меня теперь свой финансовый поверенный был, это здорово было, конечно, но ведь и самому-то тоже нужно знать что ты подписываешь.

И, конечно же, вот каким вопросом не мог я не заинтересоваться и мер в его решении не предпринять. Вопросом своего опекунства. А то в магическом мире немагические опекуны или родители, никаких прав не имели и а мой текущий возраст не позволял мне пока эмансипацию заполучить. И чтобы, так сказать, отшить всяких любителей халявы, типа добрейшей души дедушки Альбуса, я на опережение сыграл, для чего я посовещался с Гнарлом и мы с ними заключили сделку. Что он будет числиться моими опекуном, как в финансовых вопросах, так и в делах по заключения всякого рода контрактов от моего имени, особенно брачных.

Нет, ну а чего? Если вспомнить что в школе за беспредел творился в то время когда там Поттер учился и никто даже не почесался чтобы своих же собственных детей хоть как-то обезопасить, то фигня получалась. А подвергаться опасности и попадать к кому-то в зависимость как-то в мои планы не входило. И хоть это не практиковалось повсеместно, но ведь и не запрещал никто. Тут главное афишировать или рекламировать этот момент не нужно было.

И ещё я задумался о том, что неплохо было бы завести себе домовика. Ведь если подумать, то насколько жизнь-то сразу легче станет. Жаль только что старые Гаррины знакомые сейчас несвободны были. И Добби, и Винки, и с Кричером мне теперь вряд ли контакт наладить удастся, хотя были тут варианты, были. Впрочем, этот вопрос был решаемый. Я спросил об этом Гнарла, а он сделал запрос в отдел, где Амос Диггори работал, который как раз занимался всякими магическими расами и популяциями, и вскоре у меня появилась домовушка по имени Мио. Я когда узнал её имя то посмеялся даже. «Нет, ну а чего? — хихикая говорил я себе. — Ведь это же производная от Гермионы, и что будет когда она своё сокращённое имя услышит, да ещё и узнает что так домовушку зовут?».

А дальше я посвятил оставшееся до школы время окончательной подготовке, чтобы не ехать в Хогвартс полным нубом, попавшим в какую-нибудь старую, добрую ММОRPG. «Нет уж, — посетила меня тогда мысль, — в школу если ехать, то лучше Марти Сью каким-нибудь». Для чего я и заклинания совершенствовал, и трансфигурацией занимался, и физическую форму на нужный уровень выводил, и гардеробом занялся. Заклинания, кстати, я отрабатывал, в основном, прикладного характера. Всякие там лечебные, атакующие, защитные и бытовые. В общем те, что в повседневной жизни в первую очередь пригодится.

Так же, я поменял свои очки на замагиченные, с подстраивающимися диоптриями под улучшающееся зрение, ну и так, всякими разными другими делами занимался. Кстати, очки у меня никогда круглыми как Джеймса Потера не были. Также я вытащил из хранилища парочку оберегов оповещающих о ненужных примесях в моей еде, нанёс себе на затылок хитрую татуировку блокирующую любое ментальное воздействие и основами окклюменции заодно занялся.

Татушка эта, которую я себе нанёс была в виде надписи из закорючек каких-то. Только это не закорючки были, а буквы парселтанга, который выглядел как эдакая арабская вязь, читался справа на лево и по смыслу был защитным заклинанием. Заклинание это было постоянного действия, подпитывалось моей магией и образовывало вокруг моей головы практически непробиваемый купол для легилиментов.

А ещё, разумеется, я сдал экзамены за начальную школу. Нет, ну а чего? Раз уж Гарри-Джон в ней учился и усилия определённые прикладывал, чтобы не просто учиться, а ещё и хорошо, то и грех бросать это дело было. И Макгонагалл ждал. Подумал я, подумал и решил, что письмо она сама доставить должна, как магглорождённому. Сама-то она, в этот раз в в доставке младенца Гарри к его немагической родне не участвовала, а Дамби в рассылке писем, насколько я помню, участия не принимал, да и поди до сих пор меня сквибом считает. А так как живу я с неволшебниками, то доставить мне письмо-приглашение ей сам Мерлин велел.

Но потом я подумал вот ещё о чём. Что если она принесёт мне письмо, то и сопровождать за покупками меня будет она же. И за волшебной палочкой, она наверняка поведёт меня к Олливандеру, а старичок может проболтаться, назвав меня бывшим Поттером. Ну, помните как в каноне было? Мистер Поттер я давно вас ждал, все дела. А оно мне надо? Да нифига оно мне не надо, поэтому я и предпринял встречный манёвр. Для чего заранее смотался на Диагон Аллею и купил себе всякие там котлы, телескопы и прочие наборы для зельеварения и волшебную палочку. Только я её я приобрёл у Джимми Кидделла. Ну, а там, когда Минерва появится, то и скормлю я ей какую-нибудь более или менее правдоподобную историю и сообщу что мне осталось купить только учебники. Ведь список-то их в письме будет и что мне приобретать я знать не могу.

Так же, незадолго до появления в доме моих опекунов Макгонагалл, я поговорил с ними и про магию им рассказал. Они, кстати, этот вопрос не так скептически восприняли, как я ожидал. А ещё я передал им документы на открытие двух трастовых фондов в обычном мире для их родных детей, родившихся у них уже после того как я у них в семье появился и организовал для их семьи ежемесячное пособие, в размере пятисот фунтов. Как говорится, в благодарность за моё по настоящему счастливое детство. Нет, ну а чего? Хорошим людям-то почему бы и не помочь?

А дальше наступило тридцать первое июля, пришла Маккошка и у нас состоялась беседа.

— Профессор Макгонагалл? — уточнил я у неё, когда она к нам в двери позвонила. — Прошу, опекуны как раз дома и ждут вас. Вы кстати, кому писмо принесли, Джону Меверику или Генри Таннеру?

— Э-э-э... Вообще-то, Джону Меверику, — ответила Макгонагалл. — А Генри Таннер это кто?

— А это тоже я, профессор, — улыбнулся я в ответ. — Да вы проходите, проходите. Сейчас я вам всё объясню.

Я проводил её в гостиную, усадил в кресло, налил ей чай и приступил к изложению своей истории слегка приврав, конечно. В общем, рассказ мой свёлся к тому, что несколько месяцев назад класс, в котором я учусь, оказался в Лондоне, на Черринг-Кросс-Роуд и там я заметил паб «Дырявый котёл», но самое странное, при этом, было то, что увидел его только я один из всего класса.

— Разумеется, меня это заинтересовало и ещё через несколько дней я отправился туда самостоятельно и вошёл в паб. А уже там я разговорился с барменом и он объяснил мне почему его заведение увидел только я. И он же посоветовал мне сходить в Гриннготс, а уже у гоблинов я выяснил, что я, оказывается, не Джон Меверик, а Генри Брейдон Таннер. Наследник Таннер, — продемонстрировал я ей перстень наследника. — Ну, а после того как выяснилось, что я оказался магом, то получение письма из Хогвартса стало лишь вопросом времени.

— Но... как так получилось, что вы у меня числитесь как магглорождённый? — уточнила она. — И почему вашу фамилию в книге поступающих я увидела только в этом году? Можете ли вы что-нибудь подсказать, мистер Таннер?

— Как мне объяснили целители, — пояснил я, — в детстве я получил травму магических каналов и всё это время моя магия устраняла повреждение, поэтому-то у меня и детских выбросов не было. А первый раз магию у меня получилось применить тоже не очень давно, когда я от школьных хулиганов отбивался. Только в тот момент я всё ещё считал себя Джоном и о том что я Генри даже не подозревал. Видимо тогда в вашей книге поступающих появилось имя Джон Меверик. А так как под фамилией Таннер я ещё не колдовал ни разу, то поэтому в вашей книге я до сих пор и числюсь как магглорождённый. Вот такое вот у меня не совсем логичное объяснение.

— Ну... очень даже вероятно, — согласилась Макгонагалл.

После чего она вручила мне письмо-приглашение, билет на Хогвартс-экспресс, пояснила как попасть на платформу 9и3/4, а я заверил её что учебники сам приобрету и мы почти распрощались. Только уже в дверях она вспомнила, что за волшебной палочкой-то она меня всё равно должна к Олливандеру сопроводить. Был, вроде, у старичка такой бзик, что первую палочку юный маг должен купить в присутствии либо представителя школы, либо родителей. Но я её заверил что это ни к чему, потому что палочка у меня уже есть, и что Олливандер не единственный мастер. После чего скормил ей ещё одну выдуманную историю.

«А тут вот как получилось, профессор, — без всякого зазрения совести соврал я ей. — Я когда мимо магазина мастера Кидделла проходил то что-то типа зова услышал. Ну и вошёл, конечно. А там меня встретил хозяин, я пояснил ему ситуацию и он подвёл меня к полкам где несколько готовых палочек лежали. Вот одна из них меня и позвала. А он когда это увидел, то сказал что старина Олливандер иногда бывает прав. В том смысле, что именно палочка выбирает волшебника, а не наоборот. Поэтому-то Олливандера мне посещать ненужно».

На этом мы с ней окончательно и распрощались, а первого сентября, Мио переместила меня на платформу 9и3/4, где я занял отдельное купе, достал из сундука стол и выложил на него кучу пергаментов из Гринготтса. Сундук, кстати, мне Мио из Таннер-манора притащила. Нет, ну а чего, у всяких там Малфоев, Ноттов, Крэббов и Гойлов маноры есть, а у Таннеров его быть, что ли, не может?

А с докуметнами я решил сегодня по дороге разобраться, как раз с последним их пакетом и отправить их Гнарлу через так называемую Исчезательную шкатулку. По сути это был тот же Исчезательный шкаф, через который Драко Малфой Пожирателей в школу провёл, только размерами поменьше. А Мио находилась со мной дабы я сильно не увлекался и делал в работе перерывы, чтобы немного отдохнуть и выпить зелья, которые мне нужно было всё ещё немного попринимать. И приступил к работе.

Так же перед отъездом в школу я побывал в Годриковой впадине, чтобы посмотреть издалека на домик в который к Поттерам гость незваный пожаловал. Сходил на могилу Гарри и цветочки возложил. Хотя, если называть правильно, то не могила это была, а кенотаф. Тела-то там не было. А зачем я это сделал? Сам не знаю. Могу только предположить. Скорее всего захотелось мне, что ли, окончательно разорвать последнюю ниточку связывающую бывшего владельца этого тела с его бывшей семьёй. Типа, как прощальный ритуал.

И подумалось мне вот ещё о чём когда я был там, совсем не к месту, конечно, но вот взяло и подумалось. По воспоминаниям Поттера, когда он, будучи разыскиваемым лицом номер один, по магической Британии мотался, то как уже говорилось, много умных книг прочитал. Только были они в основном из библиотеки Блэков. И вот что мне стало интересно. У Блэков, значит, библиотека была, у Малфоев имелась в наличии, да чёрт возьми, даже Крэббов и Гойлов они были, а у Поттеров-то её почему не было? Ну, в той локации, в которой тот Гарри действовал прежде чем у Жнеца на приёме оказаться. Не могло такого быть, ведь семья-то старая, а значит и своя библиотека у них должна была быть. Только он, почему-то, за время свой жизни так ни одной поттеровской книги в руках и не подержал. А когда он обследовал коттедж в котором их семья скрывалась, то не увидел не только пустых книжных полок, а и вообще ничего. Одни лишь голые стены.

Впрочем, в этой локации такого не было, конечно. Поттеры были живы, Блэк в Азкабан не попал, там нонеча Петтигрю чалился. Люпин тоже не влачил столь жалкое существование, как в канонной версии. Да и с фамильной мантией-невидимкой, я обломался, разумеется, как и с Картой мародёров.

Но, эти мысли как пришли, так и ушли. А я к опекунам вернулся и последние мелочи перед поездкой в школу устранять закончил. Которая, кстати, в целом проходила плодотворно. Я разбирался с документами, а Мио следила за соблюдением мною режима труда и отдыха.

Правда совсем без встреч с другими пассажирами не обошлось, конечно, хоть я и написал на пергаменте: «Занят важной работой. Просьба не беспокоить» и приклеил его на дверь с наружной стороны. Тем не менее нашлись пара-тройка индивидуумов которые посчитали что им всё можно и что обычная человеческая вежливость не для них. Первым из них оказался Персиваль наш Артурыч, Уизли который. Типа, он староста и должен знать чего это я тут закрылся, но его я быстро спровадил используя метод Оби-Вана. А вторым, как и следовало ожидать, был Драко Малфой.

— Все едущие в поезде говорят что это в этом купе расположился Конрад Поттер, — начал со своим обычным апломбом. — Это ты, верно?

— Враньё, — заявил я ему в ответ. — Меня зовут совсем не Конрад Поттер, а Генри Брейдон Таннер. Впрочем, неважно. Ты сам-то чьих будешь?

— А я Малфой. Драко Малфой, — ответил он.

— Ну, как видишь, Драко Малфой, ты ошибся.

Кстати, непонятно было, почему он меня за Кограда принял, ведь хоть раз, но должен он был с ним пересечься, хотя бы на Диагон Аллее. Тем более, что внешне я слегка изменился после того как Таннером стал. У меня и глаза немного потемнели, и волосы перестали быть тем вороньим гнездом, которое у Гарри на голове было, да и очки я круглые никогда не носил. Разве что, фигурами мы с ним могли быть схожи, но только в случае если бы мы с Конрадом двойняшками были. А уж если мы с ним были близнецами разнояйцевыми, то тогда мы и походить друг на друга не особо должны были.

И ещё ко мне заглянули ненадолго двое из ларца. Ну вы понимаете о ком я, про одинаковых с лица Фреда и Джорджа Уизли. Агитаторы хреновы. Ты, типа, чувак давай на Гриффиндор поступай, самый лучший факультет, потому что если не поступишь, то «снег башка попадёт и совсем мёртвый будешь». В общем, взбесили они меня этим своим наездом и я применил то, чему меня научили когда моя магическая система достаточно укрепилась. Вообще-то я не сам это придумал, а читал, в своё время, в фэнтезийной литературе про такое, вот и уточнил у Гнарла, а возможно ли оно на практике. Оказалось что возможно.

А делалось это вот как, маг резко втягивал в себя окружающую магию, заполняя свой магический резерв под самую завязку и как только он чувствовал, что дальше всё — лопнет он сейчас, то тут же одновременно выпускал наружу всё накопленное. Причём для этого использовалась поверхность всего тела. В итоге получается... Ну... представьте себе Солнце и его корону, которая ещё и протуберанцы выбрасывает. Вот, примерно, такая же картина получалась. Маг начинал светиться по контуру тела, а ещё вокруг него как будто закручивался смерч из которого начинали вылетать молнии. Глаза его, при этом, окрашивались золотистым цветом и начинали светить как два очень сильных фонаря, а так же ещё и менталом по мозгам долбило. В итоге, на собеседника то ещё моральное воздействие оказывалось, которое выдерживал далеко не каждый и близнецы исключением не оказались. Удрали они и, как мне показалось, ещё и штаны обмочили, при этом. Хотя тут я утверждать не буду.

И ещё меня научили собственной внутренней магией управлять. Запускать её по телу, делая своеобразный массаж, направлять к определённым конечностям, усиливая их и так далее. Или те же глаза можно было заставить светиться, но отдельно от остального тела.

Ну, и был ещё момент на котором хотелось бы остановиться. Невольно возникал вопрос как быть с Мио во время моего пребывания в школе. Ведь если вспомнить, то чужим домовикам можно было там появляться только после вызова от хозяина. Да и то не всегда. Мог, по идее, директор перекрыть этот доступ. Так вот, чтобы не заморачиваться, мы с Гнарлом подумали и нашли как обойти это ограничение. Для этого мы использовали сундук с расширенным пространством представлявшим из себя настоящую квартиру, тот самый который мне Мио из манора притащила.

Фактически, эта самая квартира, по каким-то там законам считалась частью Таннер-манора, потому что в ней находился встроенный стационарный портключ с единственными прописанными координатами моего основного поместья. Поэтому, формально, Мио жила не в Хогвартсе, а в Таннер-маноре, частью которого считался мой сундук. Нет, так-то она активно наводила порядок в теперь уже моём поместье но когда она мне была нужна, то перемещалась сначала в квартиру, что была в сундуке, а потом уже ко мне. Кстати, попасть внутрь этой самой квартиры кроме меня или по моему разрешению никто больше не мог.

Но, это так, опять к слову пришлось, а если говорить про поездку, то в остальном она нормально прошла. На перрон я вышел потягиваясь и разминаясь после долгого сидения, а там нас собрал Хагрид и мы отправились к лодкам. Только дальше получилось как в поговорке: «От тюрьмы и от сумы не зарекайся». И если уточнить о чём это я, то поясню, конечно. О том, о чём мы со Жнецом поговорили. Насчёт Грэйнджер. В общем, как сказал мне Жнец, миссию-то Гарри в том мире выполнил когда Волди завалил, но не до конца. Должен он был ещё на своей, типа, второй половинке жениться.

— Это на Грэйнджер что ли? — уточнил я. — Да ну на фиг, что-то не хочется мне с ней сходиться. Ну, насколько я её по канону помню.

— Да ты к ней присмотрись, хотя бы, — принялся уговаривать меня Жнец. — К тому же в этой локации она и такой настырной активисткой не будет, и к разумным советам будет прислушиваться, и авторитеты для неё не такими уж и авторитетами будут.

— Ну, хорошо, присмотрюсь, — согласился я, — но ничего не обещаю.

И мы почти сразу с ней пересеклись, когда к лодкам по тропинке двинулись. Которая, как вы помните, была скользкая и освещения кроме Хагридовского фонаря никакого не было. Короче, она поскользнулась, а я помог на ногах ей удержаться и только после этого увидел, а кому я собственно помог. Тогда-то у меня эта мысль и промелькнула.

А поскользнулась она потому, что я, разумеется, с палочкой из вагона выбрался и Люмос засветил, а она без неё была и подсвечивать дорогу ей нечем было.

— Ну, и где твоя палочка? — спросил я у неё.

— В багаже.

— Мио, — позвал я, — принеси пожалуйста палочку мисс... Тебя как зовут?

— Гермина Грэйнджер. А Мио это кто? Я было подумала что ты как-то моё имя узнал и сократил его. А я терпеть не могу когда моё имя сокращают.

— Мио, это моя домовушка. А как тебя зовут откуда я мог знать? Ну, а я Генри Таннер, очень приятно. Кстати, позволь поинтересоваться, ты, получается, из магов первого поколения, а родители, наверное, Шекспира обожают?

Тут Мио притащила её палочку, она засветила Люмос и мы отправились догонять остальных. И только в лодке она ответила на вопросы. В которой, кстати, мы оказались вместе с Невиллом Лонгботтомом и Фэй Данбар. И после того как с ними познакомились, то продолжили прерванный разговор.

— Да. На оба вопроса, — подтвердила она. — Я из семьи стоматологов.

— Тогда, если ты не возражаешь, позволь дать тебе несколько советов.

— Конечно, — согласилась она. — особенно, если они разумные.

— Ну, смотри, — начал я советовать. — Во-первых, учти что мы с тобой сейчас вернулись во времена Оливера Твиста и Джейн Эйр. Так что, лучше всего пока слушать, анализовать, узнавать как некоторые моменты происходят чтобы впросак не попасть.

— Типа, в Риме веди себя как римлянин, так что ли? — уточнила она.

— Совершенно верно, — согласился я с ней. — Я, например, так и собираюсь делать, потому как, хоть за несколько месяцев и узнал кое-что, но далеко не всё.

— Как это? — поинтересовалась она.

— Очень просто. Я хоть и наследник рода Таннер, но узнал об этом не очень давно, а до этого момента жил с опекунами, в городке Литтл Уингинг, которые, как и твои родители к магии не имеют никакого отношения. И то, что за тобой, фактически никто не стоит, это в здешнем сословном обществе не очень хорошо. То есть, если какой-нибудь чистокровный или полукровный сноб обзовёт тебя «грязнокровкой» или Жалящим в филейную часть пальнёт, то ему за это ничего не будет.

— И что же делать?

— А мы сейчас уточним. Невилл, ты же ведь тоже наследник древнего рода? Можешь что-нибудь посоветовать? Да, и на всякий случай прошу прощения за то, что так неформально к тебе обратился. Просто я подумал, что раз мы не на официальном приёме, то и попроще можно.