Гарри Поттер и метод Холмса (джен)

Магазин «Флориш и Блоттс» встретил их запахом старой бумаги и... явного пренебрежения к фактам. Пока другие первокурсники скупали «Историю магии» Батильды Бэгшот, Гарри и Шерлок оккупировали дальний угол отдела исторических архивов.

— Посмотри на это, Гарри! — Шерлок указал длинным пальцем на главу о падении Тёмного Лорда. — «Исчез в луче зелёного света, оставив после себя лишь руины дома». Это не историческое описание, это плохая беллетристика. Где отчёт патологоанатома? Где баллистическая экспертиза заклинаний? Где, в конце концов, протокол осмотра места происшествия?

Гарри быстро перелистывал страницы, его глаза бегали по строчкам.

— Дядя, здесь ещё интереснее. Согласно этой книге, я — единственный выживший после Смертельного проклятия. Но автор не приводит ни одной формулы, объясняющей, как именно сработала «магия любви» моей матери. Если это биологический или энергетический щит, он должен иметь структуру. А здесь — только эпитеты!

— Именно, Майкрофт, если бы он был здесь, назвал бы это «информационным вакуумом»! — добавил Шерлок, выуживая с полки книгу «Тёмные искусства: руководство по выживанию». — Обрати внимание на таймлайн. Между гибелью твоих родителей и твоим появлением на пороге дома Петунии прошло почти двадцать четыре часа. Расстояние от Годриковой Впадины до Литтл-Уингинга можно преодолеть за три часа на обычном автомобиле. Где ты был остальные двадцать один час, Гарри?

Гарри замер. Этот вопрос никогда не приходил ему в голову.

— В книге сказано, что меня вёз Хагрид на летающем мотоцикле!

— Летающий мотоцикл — это транспортное средство, которое должно было привлечь внимание радаров или хотя бы сотен свидетелей! — Шерлок достал свой блокнот. — Значит, тебя либо удерживали в секретном месте, либо официальная версия — это ширма для чего-то более масштабного!

В этот момент к ним подошла девочка с очень густыми каштановыми волосами и слегка передними зубами больше обычного. Она держала в руках стопку книг.

— Вы тоже считаете, что Бэгшот недостаточно точна в описании восстаний гоблинов 1612 года? — спросила она, глядя на Гарри с любопытством. — Я Гермиона Грейнджер. Я прочитала все учебники, и мне кажется, что магическое сообщество совершенно игнорирует социологические предпосылки конфликтов!

Гарри оценил её взгляд — она была из тех, кто ищет истину, а не просто зазубривает текст.

— Гарри Поттер-Холмс! — представился он. — А это мой дядя, Шерлок. Мы как раз обсуждаем отсутствие логики в официальной версии событий 1981 года. Вы не заметили, Гермиона, что в списках свидетелей по делу Сириуса Блэка отсутствуют показания под сывороткой правды?

Гермиона ахнула, и её книги едва не рассыпались.

— Вы правы! Это же грубейшее нарушение процессуальных норм, описанных в «Законах Визенгамота»! Но... подождите, вы сказали «Поттер»? Тот самый?

— «Тот самый» — это ярлык! — спокойно ответил Гарри. — Я предпочитаю опираться на данные. И данные говорят о том, что в Хогвартсе нам придётся заниматься не только учёбой, но и настоящим расследованием!