Когда сталь перестаёт быть холодной (джен)

Питер сидел в классе информатики. Пока учитель не видел, он играл в Quake на пузатом компьютере. Старая мышка с шариком, клавиатура, которая щёлкала громче, чем он хотел. Он двигал персонажа быстро, привычно — не для победы, просто чтобы убить время.

К его сожалению, учитель заметил это.

Сайлла остановился прямо за его спиной. Питер почувствовал это раньше, чем услышал голос. Тень на мониторе.

— Нравится играть, Питер?

Питер замер. Пальцы перестали двигаться. На экране его персонажа убили.

— Оставайся после уроков. Поговорим.

Сайлла отошёл, не повышая голоса. Питер понуро смотрел на экран. Сердце билось быстрее, чем надо. Он не знал, что будет. Он просто знал, что это не кончится хорошо.

Кабинет информатики. Пусто. Компьютеры выключены. Питер сидел за партой, тряся ногой вверх-вниз, вверх-вниз на повышенных скоростях. Пока дверь не открылась. В кабинет вошёл Сайлла и закрыл за собой дверь. Преподаватель сел напротив Питера, посмотрел на него и замолчал. Питер уже начал подмечать забавным то, что он старался быть на одной волне с молодёжью, полностью используя амплуа молодого и крутого препода. Но Сайлла всё-таки сказал:

— Ты играл в Quake. На моём уроке. Прямо передо мной. Ты думаешь, я не заметил?

— Простите, мистер С. Такого больше не повторится!

Питер выпрямился на стуле и сложил руки на парте, как приличный ученик. Подождал секунду.

— Стоп, вы знаете название игры? Это круто! Обычно преподы не в курсе, во что я рублюсь.

— Знаю? Ха-ха. Конечно, знаю. Я не всегда был учителем, Питер. Я тоже был подростком, который любил «рубиться» в игры. — Он кивнул на монитор, где всё ещё светился рабочий стол. — Ты думаешь, я тебя просто так оставил после уроков, чтобы обсудить твой вкус в видеоиграх?

— Я был бы не против. Но увы — я здесь, чтобы меня наказали.

— Ты прав. Но не во всём. Ты — необычный ученик, Питер. Ты не задаёшь лишних вопросов, не лезешь в чужие дела. Ты просто делаешь то, что тебе говорят. И это делает тебя идеальным кандидатом для одной работы. — Он наклонился вперёд, и его голос стал ровным, почти деловым. — Ты будешь делать то, что я скажу. И за это будешь получать деньги. Гораздо больше, чем можешь заработать, помогая отцу или работая за прилавком.

Питер смутился. Нахмурился и отодвинулся на стуле от Сайллы.

— Сэр? — Он был смущён таким резким предложением.

— Ты не ослышался, Питер. Я предлагаю тебе работу. Ты будешь следить за девочками. За теми пятью, которые всегда ходят вместе. Ты будешь записывать, куда они идут, с кем говорят, что делают после школы. Ничего сложного. Просто наблюдение.

— Мистер С., при всём уважении, но я не детектив. — Питер покачнулся на стуле.

— Детективом быть не нужно. Нужно просто смотреть и запоминать. Ты умеешь смотреть. Ты ведь заметил, что я стою у тебя за спиной, ещё до того, как я заговорил. Это не просто так. Это навык.

«Откуда он узнал?» — поймал себя на мысли Питер.

Сайлла выдержал паузу, давая словам осесть.

— Я давно за тобой наблюдаю, Питер. Ты всегда реагируешь, когда кто-то подходит. Даже когда я тихо вхожу в класс — ты замечаешь меня раньше, чем я успеваю сказать слово. Ты слышишь шаги, чувствуешь движение. Это редкость.

Он посмотрел на Питера с лёгкой усмешкой, которая не касалась глаз.

— Я мог бы просто оставить тебя играть. Но я решил, что это момент, когда я могу тебя использовать. Для дела. Поэтому я подошёл чуть позже, чем обычно. Когда ты уже забыл, что я могу быть рядом. И ты меня не заметил.

— Вы коп? — Питер резко оборвал Сайллу. — Почему сами не займётесь, а заставляете ребёнка следить за... девчонками?

— Коп? Нет. Не совсем. У меня есть доступ к информации, которую полиция не видит. И есть приказы, которые они не могут выполнить. Я не полицейский, Питер. Я — тот, кто работает выше.

— Ого, федерал? В школе? — Питер испугался.

— Федерал? Можно сказать и так. Но не совсем. Мои задачи немного… сложнее. Я не ношу значок и не размахиваю удостоверением. Я просто делаю то, что нужно. И иногда для этого нужны люди, которые умеют оставаться незаметными. Такие, как ты. — Он замолчал на мгновение, давая Питеру время переварить услышанное. — Ты не должен бояться, Питер. Это не опасно. Ты просто смотришь. Записываешь. Докладываешь мне. Никто не узнает, что ты работаешь на меня. Ты просто будешь делать то, что умеешь лучше всего — оставаться невидимым. — Он выдержал паузу, затем добавил, и его голос стал мягче, почти дружелюбным: — И, возможно, ты даже получишь от этого удовольствие. Не каждый день школьник может почувствовать себя частью чего-то важного. Ты ведь хочешь быть частью чего-то важного, Питер?

Питер неуверенно укусил большой палец. Задумался. Такое внимание от такого человека его опьянило.

— Так, чё платите?

— Тридцать долларов в неделю. Наличными. Каждую пятницу. Если работа будет качественной, сумма может вырасти. Я плачу за информацию, которую не могу получить сам. Это дешевле, чем нанимать профессионала, но дороже, чем платить школьнику. Думаю, это честная цена.

— По рукам.

Сайлла посмотрел на протянутую руку и на мгновение задержал взгляд. А потом пожал руку Питеру — сухо, деловито, без лишнего тепла.

— Договорились. Завтра после уроков — первое задание. Придёшь в этот кабинет, я дам тебе инструкции. Деньги получишь в пятницу, если всё сделаешь правильно. — Он помолчал. — И, Питер. Никому ни слова. Даже лучшему другу. Если кто-то узнает — я не смогу тебя защитить. Ты меня понял?

— Я могила, мистер С.

Сайлла кивнул. Достал из кармана ключи, отцепил один, протянул его Питеру, не глядя в глаза.

— Ты должен следить за ними, когда они собираются вместе. Следи за ними! Не смотри на них. Не поворачивай головы. Просто слушай-запоминай. Они будут говорить о чём-то важном, я знаю. И когда они расходятся — ты уйдёшь.

Он замолчал на мгновение, давая Питеру осознать, что это уже не разговоры, а работа.

— А пока — будь осторожен. Это важно: если они что-то заподозрят, ты станешь для нас бесполезен. А бесполезных людей я не оставляю.

Он вышел, оставив Питера одного в классе. Парень смотрел на конверт в своих руках.

— Деньги. Много денег. Могу купить что-нибудь вкусное... Нет. Одежду? Подарок! Подарок брату!

Он разорвал конверт. Внутри — деньги. Он сжал их в руке. Взвесил.

А потом убрал в карман старой куртки.

«Your love don't pay my bills…» — играло в голове Питера.

— Я был опьянён деньгами... — послышалось в земле.

Питер шёл по улочкам своего района. Сжимал в кармане купюры. Жадно пересчитывая в уме.

Это бедный район. Можно сказать, опасный. Но для чужаков. А Питер был здесь своим.

Он вошёл в подъезд. Пахло сыростью и старыми вещами. Лифт не работал уже несколько лет, так что он пошёл пешком. Дверь квартиры была не заперта.

Он зашёл. Тишина. Мать спала в своей комнате. Он заглянул — она лежала на боку, отвернувшись к стене. Дышала ровно. Он вытащил деньги из кармана. Половину. Положил на кухонный стол, придавив солонкой, чтобы не сдуло.

— Я принёс деньги, мам.

Питер улыбался. Но она не ответила. Даже не шевельнулась. Он говорил с пустотой. Женщина была в отключке после дневного запоя.

Тишина.

Он лёг на кровать. Не раздеваясь. Закрыл глаза. Включил плеер. Papa Roach.

Питер шёл за ними уже больше часа. Чародейки не оглядывались, но он чувствовал — они знают, что кто-то есть. Не видели, но чувствовали. Поэтому он держался дальше, чем обычно. Слишком далеко, чтобы слышать их разговоры. Слишком близко, чтобы потерять их из виду.

В какой-то момент Хай Лин обернулась. Не на него, но в его сторону. Она остановилась, что-то сказала остальным. Все замерли и начали оглядываться.

Питер замер. Стоял за деревом, не дыша. Они не видели его. Но они знали, что он где-то рядом.

Он понял: если останется на месте — они его найдут. Если отступит — они поймут, что он следил за ними.

Он решил обойти их. Свернул в сторону, побежал через кусты, чтобы оказаться впереди них. Не знал, куда они идут, но должен был быть там первым. Должен был увидеть, что они делают.

Он выбежал из кустов и оказался у старого фонтана. Вокруг было пусто. И он увидел это.

В воздухе висела трещина. Светящаяся, узкая, как разрыв в небе. Она дрожала, как будто была живой. Он не знал, что это, но понял, что это то, за чем они пришли. Он услышал шаги за спиной. Чародейки уже подходили к фонтану с другой стороны.

Портал висел прямо перед ним. Он прыгнул.

Он не знал, что будет. Он просто прыгнул.

Он не помнил, как оказался там. Только обрывки: серое небо, две луны, камень, меч. Как сон, который стирается сразу после пробуждения. Он помнил только руку на рукояти и сталь, которая побежала по его телу, словно живая.

А потом — он стоял посреди разрушенного здания. Кирпичи и пыль вокруг. На нём — ни царапины. Он смотрел на свои руки, на сталь, которая покрывала их. Он не знал, как оказался здесь. Но знал, что сам разрушил это здание.

Потом — монстры. Твари, которые бежали на него, когда он шёл по этому миру. Он сокрушал их. Кулаками. Руками. Не задумываясь. Он не помнил их лиц. Только хруст и тишину после.

А потом — голос.

Кто-то говорил с ним. Он не помнил лица. Только голос — спокойный, уверенный, как будто знал его ещё до того, как он появился здесь.

— Ты сильный. Мне нужна твоя помощь... Ты нужен своему миру!

Питер не помнил, что именно ответил. Помнил только, что согласился. Чувствовал ответственность за силу.

— Есть пять девочек. Они — угроза. Ты должен остановить их!

— Вот так продался, как дешёвка... — снова послышалось в глубине почвы.