Сквозь воду (гет)

— Молоко? — сухо переспросил он, когда она закончила. В голосе сразу слышалось недоверие. — И что дальше, ты собираешься доить полёвку? Или у нас тут внезапно появится молочная река?

Он сделал шаг ближе, но всё же не вплотную — между ними осталось расстояние почти с длину лапы. Котёнок выглядел жалко: весь мокрый, тощий, с посиневшей кожей там, где редкий пух уже не спасал от холода. Вихрелап поморщился. Слабые существа почти вызывали у него физическое отвращение. Это казалось ему просто бесполезным.

— И дичь ему тоже не поможет, — продолжил он, не глядя прямо на Тенелапку. — У него даже зубов нет, чтобы жевать. А если найдём что-то помягче, он всё равно не переварит мясо. Он всё равно погибнет — либо от голода, либо из-за твоей жалости.

Вихрелап сел и обвил лапы хвостом. Вода прибывала, медленно, но неотвратимо, всё сильнее сжимая их и без того жалкий клочок укрытия.

— Мы и так тут застряли из-за твоей глупости, а теперь ты ещё хочешь взвалить на нас умирающего детёныша Двуногих? — В его янтарных глазах вспыхнул холодный огонь. — Твоя мягкотелость погубит нас всех. Сейчас думать надо только о том, как самому выжить. Другого выбора нет. Либо вода сама спадёт, либо...

Он резко оборвал себя на середине слова, не решившись договорить страшную мысль. Но она всё равно повисла между ними тяжёлым, давящим грузом. Потом он посмотрел на котёнка, а затем снова на Тенелапку, будто ждал, что она ответит на эту жестокую правду.

— Принеси всё, что только сможешь найти! Кошечка уже почти согрелась, но одну её оставлять нельзя: она испугается и снова замёрзнет, — сказала она, всё так же вылизывая котёнка.

Потом она взглянула на Вихрелапа, а после снова на малыша. Он был таким маленьким, таким беззащитным. Почти как она в то утро, когда мать оставила её одну. И тут воспоминания накрыли её волной...

Вот она проснулась. А мамы рядом нет. Котёнок мечется вокруг куста. А мамы всё нет. Она втягивает воздух. Не чувствуется даже слабого следа. Она плачет. А мамы всё нет...

Ученица понимала, каково сейчас этому котёнку. Ему, должно быть, очень страшно.

— Как хорошо, что мы тебя нашли... — тихо сказала она и чуть улыбнулась.

Вихрелап молча смотрел на неё несколько секунд, будто никак не мог поверить в услышанное. Ещё мгновение назад она обдала его ледяным презрением и прямо сказала, что их положение безвыходно, а теперь уже отдаёт приказы? И при этом говорит почти по-доброму?

Он медленно встал. Под промокшей шерстью сразу напряглись мышцы. В янтарных глазах промелькнуло что-то опасное. Вихрелап сделал шаг вперёд и навис над котёнком и Тенелапкой, склонившейся над ним.

— Перетащить корзину? — почти прошептал он, и в этом шёпоте ясно слышалась угроза. — Обойти островок, который размером с мой хвост? Ты, похоже, совсем забыла, кто здесь перед тобой. Я тебе не слуга. Если уж тебе так хочется что-то делать, для начала могла бы признать, что это ты загнала нас в эту грязь.

Потом он опустил глаза. На то, как она вылизывала малыша. На то, как дрожащий комочек постепенно затихал и переставал дёргаться под её языком. Это было... бесполезно. Лишняя трата сил.

Вихрелап зло мотнул ухом и отвернулся. Спорить с ней сейчас было просто бессмысленно. Он коротко фыркнул, будто этим звуком выразил всё своё отношение к этой нелепой истории, и направился к дальнему краю их каменной ловушки.

Островок действительно был жалким. Пять-шесть прыжков в длину, три в ширину. Гладкий камень, скользкий от ила, и несколько чахлых кустиков с цепляющимися корнями. Вода уже подбиралась к самому краю, оставляя после себя грязную пену. Ни пути к спасению. Ни щели, через которую можно выбраться. Только сырость, холод и непрерывный шум воды.

Он остановился у самой кромки и уставился на бурный поток. Его отражение в мутной воде выглядело жалко. «Хочешь хотя бы себе доказать, что достоин этого имени», — мелькнуло у него в голове.

Вихрелап обернулся через плечо. Тенелапка полностью ушла в заботу о котёнке.

— Тут ничего нет! — крикнул он ей, перекрывая рев реки. — Только вода и смерть!

Он снова посмотрел то на реку, то на корзину, запутавшуюся в корнях. Решение пришло почти сразу — холодное и расчётливое. Он уже собирался уйти обратно, но, отойдя всего на пару хвостов от Тенелапки, остановился и изо всех сил старался не глядеть в их сторону.