Фальшивое золото Морио (джен)

— И всё-таки... Джоске, я ни черта не понял, — Окуясу остановился посреди пирса и с глупым видом почесал затылок, шумно вздыхая. — Вот мы стояли в отеле. Мистер Джотаро пожал нам руки, Коичи молчал как партизан, а потом они просто загрузили сумки дедка Джостара в такси и уехали. И зачем мы вообще туда ходили? У меня от этих их «срочных дел» уже башка раскалывается.

Парни развернулись и, не торопясь, побрели по асфальтированной дороге в сторону жилых кварталов. Солнце Морио лениво клонилось к закату, окрашивая улицы в привычные золотистые тона.

— Эх, Окуясу... Твоя голова создана явно не для того, чтобы в неё думать, — со вздохом отозвался Джоске. Его безупречно уложенный помпадур слегка растрепался от морского бриза. — Тут явно что-то нечисто. Джотаро-сан не из тех, кто бросает расследование на полпути и уезжает посреди недели. От нас точно что-то скрыли.

— В номере отеля пахло гарью, хотя Коичи уверял, что у них просто закоротило проводку, — лихорадочно крутилось в голове у Джоске. — И этот странный, писклявый шорох в вентиляции, который я услышал прямо перед их уходом... Что там произошло?

— Скрыли? Да ну, бред какой-то, — Окуясу со злостью пнул подвернувшийся под ноги мелкий камушек, заставив его с грохотом улететь в придорожные кусты. — Зачем им от нас что-то прятать? Мы же друзья! Слушай, Джоске, раз этот маньяк Кира так и не нашёлся, может, пойдём лучше поедим тониовского спагетти? Я жрать хочу — умираю, а от всей этой детективной чуши у меня только в животе урчит.

— Ладно, пошли, — раздражённо протянул Джоске и повернул в сторону ресторана.

Через пять минут неспешной ходьбы по людным улицам города друзья повернули в сторону кладбища. Пустые дороги встретили друзей холодным безразличием. Пропал шум машин, голоса людей. После звуков весёлого города тишина кладбища давила на разум.

Чем ближе они подходили, тем тише становились улицы. На самой окраине города, у старого кладбища, вечерние тени казались гуще и холоднее. Окуясу весело шагал вперёд, предвкушая сытный ужин, а вот Джоске невольно замедлил шаг у невысокого забора ресторана. Наружная вывеска тускло поблёскивала в сумерках, а за панорамными окнами зала царила полная, пугающая темнота. Заведение Тонио и в обычные-то дни пустовало, но сегодня этот пустой зал вызывал у Хигашикаты странное, липкое предчувствие тревоги.

Джоске толкнул массивную дубовую дверь. Стеклянный колокольчик над головой звякнул канонично чисто, и парней мгновенно окутал умопомрачительный, густой запах свежевыпеченного чесночного хлеба и пряных итальянских трав.

— Эй, Тонио-сан! Вы тут? — громко крикнул Окуясу, без лишней скромности усаживаясь за центральный столик с белоснежной скатертью. — Мы жрать приплыли!

Из тёмного проёма кухни, вытирая руки белым полотенцем, медленно вышел сам Тонио. На его лице играла привычная вежливая улыбка, но Джоске, внимательно следивший за каждым его движением, заметил странность. Рука итальянца, державшая полотенце, едва заметно подрагивала, а взгляд мужчины на секунду испуганно метнулся к вентиляционной решётке под потолком, после чего повар поспешно опустил глаза.

Через несколько минут к занятому столу подошёл Тонио. Молодой человек мягкой походкой прошёлся по наполненному теплом помещению. Его улыбка, способная растопить любую печаль, разошлась в прекрасных словах:

— Что вам подать?

Услышав пожелания гостей, повар тут же направился на кухню для исполнения заказа.

Через пять минут перед посетителями стояли тарелки, содержимое которых радовало глаз, а тянущийся из них пар привлекал внимание своим ароматом.

— М-м-м! Джоске, это просто отвал башки! — Окуясу с глупым видом наматывал на вилку толстый пучок спагетти, измазанный в густом томатном соусе. На его щеках даже проступил румянец от удовольствия.

— Ешь давай, тугодум, — хмуро отозвался Джоске, лениво ковыряя вилкой в своей тарелке. Он всё ещё выглядел напряжённым. — Нам нужно решить, что делать дальше. Джотаро-сан уехал, Коичи уехал... Если мы сами не найдём зацепку, этот убийца так и останется гулять по Морио.

— Да ладно тебе... — Окуясу попытался зевнуть, но внезапно его челюсть замерла на полпути. Его глаза смешно округлились, а веки стали тяжёлыми, словно налитые свинцом. — Ой... чего-то меня... размазало... Джоске, а итальянец точно не перепутал специи? У меня руки... как ватные...

С тихим стуком вилка выпала из ослабевших пальцев Окуясу и покатилась по белоснежной скатерти. Он качнулся вперёд и с глухим хрипом уткнулся лицом прямо в недоеденную порцию пасты, мгновенно провалившись в глубокий, беспамятный сон.

— Окуясу? Ты чего, дурак, уснул прямо в тарелке?! — Джоске резко вскочил со стула, собираясь призвать Crazy Diamond, но в ту же секунду его собственные ноги подкосились.

Голова Хигашикаты бешено закружилась. Стены пустого ресторана поплыли перед глазами, превращаясь в размытые цветные пятна. Джоске судорожно схватился рукой за край стола, пытаясь удержать равновесие, но парализующий уютный сон безжалостно накрывал его сознание.

— ... Это была ловушка... Тонио… — успело пронестись в его угасающих мыслях.

Спустя секунду Джоске бессильно повалился обратно на мягкий диванчик, закинув голову назад и мерно заменяя храпом тишину зала. Защитники Морио были окончательно и мирно выведены из игры. На следующий день их забрали люди Фонда Спидвагона. Джоске и Окуясу заставили забыть о Морио, как о страшном сне.

За окном Шигечи довольно ухмыльнулся и поправил воротник школьной формы. Он повернулся спиной к ресторану и, не торопясь, зашагал по тёплому вечернему асфальту вглубь города. Морио официально принадлежал ему.