Фальшивое золото Морио (джен)

Кира молчал, его лицо было искажено страхом и обидой.

Пиджак был весь в царапинах от, казалось, безобидного стенда Harvest.

Перед ним стоял человек, по виду которого не скажешь, что он одарён умом.

— Я прижат к стене и нахожусь в шаге от смерти. Значит ли это, что он умнее меня? Нет, он победил лишь оттого, что я недооценил его. Шигечи очень тупой, раз его смогли надуть Джоске и Окуясу. Если они справились, то у меня точно получится.

Острые лапки сотен существ Harvest продолжали покалывать шею и запястья убийцы.

Кира медленно, едва заметно выдохнул. Страх на его лице сменился фальшивой, но мягкой и располагающей улыбкой.

— Послушай... Шигечи, верно? — голос Киры прозвучал тихо и вкрадчиво. — Пришел сюда из-за денег? Из-за того лотерейного билета?

Шигекио вздрогнул, и в его маленьких глазках промелькнула тень старой обиды. Кира моментально уцепился за эту слабость.

— Наверное, думаешь, что Хигашиката Джоске и этот парень, Окуясу, твои друзья? — Кира приглушенно усмехнулся, хотя внутри у него всё дрожало от отвращения. — Они просто использовали тебя. Ты сам нашел этот билет, это были твои деньги. Но они пришли и забрали твою долю. Знаешь почему?

— Они... они мои друзья! Они поделились! — неуверенно буркнул тот в ответ, но жуки на шее Киры чуть ослабили хватку. Манипуляция начала работать.

— Поделились? — Кира приподнял бровь. — Джоске — внебрачный сын Джозефа Джостара. Его семья владеет Фондом Спидвагона. Это миллиарды и миллиарды иен, Шигечи. Джоске неприлично богат. Ему не нужны были эти гроши с лотереи. Но он всё равно пришел и забрал их у тебя, потому что они смотрят на тебя свысока. Для них ты просто глупый, помыкаемый дурачок.

Шигечи замер. Слова о богатстве Джо Джо ударили по его самой болезненной точке — по чувству несправедливости и жадности. Он вспомнил, как Джоске и Окуясу кричали на него в банке, как пытались отобрать чемодан.

— Можешь убить меня прямо сейчас, — продолжал Кира, чувствуя, что инициатива переходит к нему. — Но тогда останешься ни с чем. А можешь поступить умнее.

Шигекио молчал. Его лицо отражало эмоции от внезапных откровений, а в глазах застыла почти детская обида. В его глазах бились чувство жадности и доверия, но первое потихоньку выигрывало.

Кира, замечая внутреннюю борьбу собеседника, решил подкинуть сомнений в дружбе.

— Они тебе ничего не дали, но просят твои честно добытые деньги, — тихо произнёс он. — Подумай об этом.

По напряжённому лбу можно было понять, о чём он думает. Его лицо становилось мрачнее, ладони сжались в кулаки и незаметно тряслись. Чувство несправедливости охватывало собеседника.

— Но ты — убийца, как я могу тебя отпустить? — с нажимом произнёс Шигечи. — Если уйдёшь, то продолжишь убивать, а я не хочу, чтобы кто-то умер, — подросток, пусть и злился на друзей, не хотел лишних смертей.

Маньяк сразу понял, что победил, ведь собеседник готов пойти на всё, чтобы отомстить бывшим друзьям.

— Давай заключим соглашение, которое будет выгодно нам обоим: я не буду никого убивать, а ты ...

— Шигечи, давай быстрее! — неожиданно раздался голос Джо Джо и заглушил предложение убийцы.

Боясь того, что их заметят, подросток взял золотого таракана и резко вонзил в грудь Кире:

— Если попытаешься снять его или кого-то убить, ты умрёшь.

После этих слов Шигечи побежал в школу. Поняв, что произошло, тот разозлился, ведь его обдурил какой-то мальчишка. Но сейчас ничего не изменишь, остаётся только ждать.

* * *

Когда фигура Киры окончательно растворилась в вечерних сумерках Морио, Шигечи обессиленно опустился на колени прямо посреди школьного двора. Его сердце бешено колотилось в груди. Он бережно прижал к себе сумку с оставшимися бутербродами, словно пытаясь защитить её от всего мира. Harvest, уставшие после тяжёлой битвы с Killer Queen, один за другим исчезали в воздухе, оставляя после себя лишь лёгкое фиолетовое свечение.

Мальчик шмыгнул носом, вытирая рукавом солёные слёзы обиды. Слова незнакомца в фиолетовом костюме эхом отдавались в его мыслях, выжигая изнутри остатки детской доверчивости:

— Они богаты... Для них это просто игра.

— Шигечи! Эй, ты куда пропал? — со стороны ворот раздался звонкий, беззаботный голос Джоске Хигашикаты. Вместе с Окуясу они лениво брели по асфальту, закинув руки за головы. — Мы думали, ты уже уплетать обед без нас ушёл!

Шигечи медленно поднялся, поправляя растрёпанную форму. Взгляд его маленьких глаз, всегда бывший глуповатым и наивным, стал колючим, холодным и недоверчивым. Он сделал глубокий вдох, пряча дрожащие руки в карманы брюк, и заставил себя выдавить фальшивую, натянутую улыбку.

— Да... иду я, — буркнул Янгу, не делая ни шага навстречу. Он медленно пошёл следом за «друзьями-миллионерами», которые, как он теперь свято верил, безжалостно обокрали его. С этого момента игра на улицах Морио пошла по совершенно другим, его собственным правилам.

Всю дорогу до кафе Янгу угрюмо молчал. Джоске весело рассказывал о новой видеоигре, Окуясу бурно жестикулировал, вспоминая вкус вчерашнего рамена, но Шигечи их почти не слышал. В его ушах набатом гремели слова нового знакомого:

— Их семьи — миллионеры... Они просто отобрали у тебя твоё богатство.

За столом Джоске привычно придвинул к себе меню и непринуждённо бросил:

— Эй, Шигечи, подкинешь пару сотен иен? А то у нас с Окуясу после вчерашнего карманы пустые.

В этот момент в груди тринадцатилетнего подростка что-то окончательно надломилось.

— Карманы пустые? — зло подумал Шигечи, сжимая кулаки под столом. — Врут. Снова хотят вытрясти из меня монеты. Кира был прав. Я для них просто кошелёк на ножках.

— Нет у меня ничего! — хмуро крикнул Шигечи, резко поднялся со стула и, бросив недоеденный обед, выбежал из кафе под удивлённые возгласы парней.

Вместо того, чтобы пойти домой, окрылённый местью подросток решил снова встретиться с Кирой и заключить договор.

Придя в тёмный переулок, он увидел его. Сидевший на деревянном ящике в новом костюме убийца встал и по-доброму улыбнулся.

— Я знал, что ты придёшь, — ласково произнёс человек в фиолетовом костюме. — Ты умный парень и знаешь, что нельзя иметь дело с теми, кто не уважает тебя.

— Они снова хотели использовать меня, но я отказал им, — с обидой произнёс подросток.

— Молодец, их не надо слушать. Они манипуляторы и не способны дружить.

— Хорошо, не буду поддаваться их приказам, — с уверенностью в глазах и праведным гневом в сердце произнёс Шигечи.

После этой фразы собеседник недобро улыбнулся, а в его глазах появилась надежда на спасение.

Увидев улыбку, он понял, что поддался эмоциям и потерял инициативу.

— Это надо исправлять. Нужно надавить на него. Ведь он мне ничего не сделает, а я в любую секунду могу убить его, — Янгу подумал над этой ситуацией и решил действовать.

— Надеюсь, ты помнишь о том, что тебе запрещено убивать? — серьёзно спросил Шигекио. Его голос звучал на удивление твёрдо для тринадцатилетнего мальчика.

— Я... помню, — с улыбкой на устах, но с болью в глазах ответил Кира. Ему стоило огромных усилий скрывать ярость перед этим наглым отпрыском.

— Хорошо, давай обсудим договор. Ты поможешь мне отомстить Джоске и Окуясу, поможешь забрать их деньги, а взамен я не буду тебя убивать. Твоя сила велика и может мне хорошо послужить, — после этих слов он надавил на собеседника своим стендом.

— Я... согласен, — с болью в груди произнёс бывший манипулятор. Он медленно опустил голову, прекрасно помня о том, что один из крошечных стендов собеседника до сих пор находится прямо в его груди, готовый в любую секунду впрыснуть смертельный яд в сердце. Маньяку пришлось проглотить свою гордость. Сейчас он был лишь пешкой в руках Янгу.

Главная цель Шигечи была одна: наказать Джоске и Окуясу. Но для этого нужно лишить их поддержки. Для свободы действий сначала надо сымитировать собственную смерть. Тогда никто не будет за ним следить.

Когда план был закончен, они пошли на место своей первой встречи. На плохо освещенном школьном дворе никого не было. Решив не упустить шанс, Шигечи принялся поливать асфальт собственной кровью, а для надёжности положил свою пуговицу рядом.

— Свободен, — когда Кира отошёл, Шигечи взял телефон и написал прощальное сообщение Джоске, после чего сломал мобильное устройство.

Закончив дело, парень пошёл в сторону заброшенных домов. При подходе он смог рассмотреть место обитания. Среди ухоженных участков выделялся заросший бурьяном участок. Расчистив дорогу, Шигечи увидел перед собой полусгнивший деревянный дом. Не без труда открыв дверь, он попал в единственную комнату. В пропитанном сыростью воздухе жить было невозможно, но, используя стенд, он легко мог это исправить. Идя по скрипучему полу, он опустился на пыльный матрас. Перед сном он отдал последние команды стенду: следить за входом и убрать пыль в доме.

* * *

Утром, когда город только просыпался, первые посетители учебного учреждения столкнулись с ужасной картиной. Прямо во дворе школы человек ушёл на покой.

Сотрудниками сего заведения была вызвана полиция. Те сразу определили потерпевшего и вызвали знакомых.

На вызов подоспели его друзья и родственники. Джоске Хигашиката и Окуясу Ниджимура стояли посреди школьного двора, оцепленного жёлтой полицейской лентой. Окуясу, сжимая в дрожащих руках окровавленную пуговицу Шигечи, закрыл лицо руками и громко, навзрыд разрыдался. Джоске стоял неподвижно, его глаза потемнели от ярости, а вокруг тела заискрилась опасная аура Crazy Diamond.

— Его убили... — глухо произнес Джоске, глядя на место происшествия. — Прямо здесь, в нашей школе. Какой-то безумный ублюдок хладнокровно напал на него... Я найду его. Клянусь, я разорву его на куски за Шигечи!

Они не подозревали, что на ветке старого дуба прямо над их головами сидел крошечный, едва заметный Harvest. Через его глаза и уши Шигечи видел их ярость и слезы, но в его искаженной, жадной душе это вызывало лишь холодное торжество. Кукловод Морио начал свою игру.

Рой Harvest тихо вибрировал в воздухе, улавливая каждое колебание голоса Джоске. Шигечи чувствовал, как внутри него закипает странное, доселе незнакомое чувство абсолютной власти. Больше никто и никогда не назовет его глупым или жадным коротышкой. Отныне он — кукловод, в чьих руках бьется жизнь самого опасного человека в Морио.

Мужчина в расцвете сил сидел за столом и что-то рисовал. Запах чернил, способный вскружить любому голову, не вредил заядлому мангаке. Под светом лампочки он трудился не покладая рук.

Но его творчеству помешал настырный стук в дверь. Надеясь на то, что он смолкнет, он затих. Но стук продолжился. Это значило, что гость знает о том, что он дома.

Тогда Рохан всё-таки решил посмотреть на нарушителей покоя. Подойдя к двери, он заглянул в глазок.

На террасе стояли Джоске и Окуясу. Они улыбались и ждали ответа на стук.

— Придётся открыть, — подумав, мангака открыл дверь.

Чтобы показать свою занятость, он сделал недовольное лицо и уставился на пришедших.

Но нежданные гости не обратили внимания на плохое настроение и спросили о возможности поговорить с ним.

Поняв, что от них не отвертеться, Рохан пригласил их в комнату.

Друзья лёгкой походкой пошли за ним. Они не удивились его поведению, ведь для него это было нормально.

Когда они вошли в комнату, то увидели привычный порядок. Стол был в идеальном состоянии, ведь это — главное рабочее место. Усевшись за стол, тот пристально посмотрел на собеседников. Те встали напротив и хотели задать вопрос, но были остановлены.

Тот сразу понял, о чём они хотят говорить, поэтому спросил:

— Так зачем вы пришли? Если хотите спросить об убийстве Шигечи, то ничего сказать не смогу.

Окуясу хотел было возмутиться, но был остановлен более умным другом.

— Если не хочешь говорить, то мы пойдём. Окуясу! Пошли.

Попрощавшись, они немедленно покинули дом.

Как только дверь закрылась, Рохан не продолжил работать, а крепко задумался над ситуацией в городе.

— Спокойствие дороже. Зачем мне помогать тем, кто пошёл против хозяина города? — пронеслось в голове Рохана. Затем он вспомнил вчерашние события.

* * *

В тихий вечер мангака сидел за столом и писал мангу. Вдруг он почувствовал укол в области сердца, но было уже поздно. На его груди сидел Harvest. Они были везде, он был окружён.

Рохан раздражённо фыркнул, откладывая перьевую ручку в сторону. На его лице не было ни капли страха — лишь глубокое разочарование от того, что его оторвали от работы. Он посмотрел на фиолетового жука, копошащегося возле чернильницы.

— Ладно, малявка, ты победил, — скучающим тоном произнёс мангака, лениво призывая Heaven’s Door. — Мне плевать на твои разборки с Джоске и на твои грязные деньги. Всё, чего я хочу — это чтобы меня оставили в покое и не мешали сдавать рукописи в срок.

Точным движением Рохан раскрыл собственное лицо, как страницы книги, и быстро вписал приказ:

— Я не стану расследовать дело Шигекиё Янгу и не выдам его тайну.

Вернув себе прежний вид, он спокойно развернулся обратно к рабочему столу, полностью потеряв интерес к происходящему. Великий мангака Морио просто исключил эту проблему из своей жизни.

* * *

Через несколько кварталов отсюда, на крыше многоэтажки, Шигечи внезапно открыл глаза. Через зрение Harvest он детально видел всё, что произошло в мастерской Кишибе.

Подросток облегченно выдохнул и погладил одного из вернувшихся жуков по панцирю. Ему не хотелось быть монстром или выгонять кого-то из родного города. Рохан остался дома, он в безопасности и продолжит рисовать свою отличную мангу — просто теперь он не станет совать нос в чужие дела.

Шигечи довольно улыбнулся и пересчитал в кармане пачку свежих банкнот. Первая фигура на шахматной доске Морио была мирно и элегантно обезврежена. Пришло время подумать о Джотаро и Коичи.

Спустившись, он медленно пошёл в сторону своего нового места обитания.

Идя по тихим улочкам, он заметил, что в жизни города ничего не поменялось. Все занимаются своими делами: ходят по магазинам, обучаются в школе, работают. В глазах ни капли страха за жизнь, ведь основные события обходят их стороной.

Дойдя до места проживания, он стал ждать возвращения подчинённого с работы. В 8 вечера тот явился. Открыв дверь, на пороге появился мужчина в фиолетовом костюме. Подойдя к креслу, он сел и стал ждать новых приказов.

— Следующей целью станут Джотаро и Коичи, — пропустив приветствие, произнёс лежавший Шигечи.

— Я не смогу их победить, — голосом сломленного человека произнёс Кира.

Ожидавший этой фразы подросток сказал:

— Именно поэтому я сделаю всё сам.

Сказав это, он отдал команду сидевшему на груди золотому таракану.

Кира попытался защититься, но было поздно. Он упал на деревянный пол и затих.

После этого Шигечи спрятал тело в мешок и стал ждать. План был быстро разработан, но для его выполнения следовало подождать прибытия Джозефа.

* * *

Встреча Джозефа прошла спокойно. Шигечи позаботился о тех, кто не признал его власть.

Сойдя с корабля, Джотаро и старик сразу направились в отель для заселения. Там и была подготовлена засада для устранения их из игры.

Проконтролировав прибытие Джозефа, кукловод направил Harvest в номер Джотаро. Золотые тараканы спрятались сами и спрятали Киру. Засада была готова полностью.

Через десять минут дверь отворилась, и в номер вошли.

В люксовом номере отеля «Гранд Морио» пахло дорогим табаком и свежей прессой. Обстановка казалась обманчиво мирной, но воздух буквально звенел от напряжения. Джозеф сидел в глубоком кресле, устало прикрыв глаза: почтенный возраст и долгая поездка давали о себе знать. Возле окна, скрестив руки на груди, застыл Джотаро. Чуть поодаль на диване сидел Коичи. Подросток нервно сжимал в руках школьную сумку, встревоженно переводя взгляд с опытного Джостара на сурового Куджо. Защитники города зашли в тупик в поисках серийного убийцы.

Вдруг стационарный телефон на прикроватной тумбочке звякнул сам по себе. Громкая связь включилась с сухим щелчком, и из динамика раздался знакомый, чуть хриплый, но пугающе ровный детский голосок.

— Вы думали, что вы здесь самые умные? — тихо произнёс Шигечи.

Коичи испуганно подскочил на месте, едва не выронив сумку. Джотаро резко обернулся, его шляпа чуть съехала на глаза. На долю секунды за его спиной вспыхнул могущественный Star Platinum, готовый остановить время, но Куджо вовремя сдержал свой стенд. Из вентиляционной решётки под потолком и из-под плинтусов, шурша сотнями лапок, стремительным потоком начали спускаться золотые жуки. Harvest мгновенно заблокировали все выходы, облепив дверной косяк и окна плотным, шевелящимся ковром. Несколько десятков паразитов замерли прямо на капельнице и медицинских флаконах Джозефа.

— Мои жуки уже сидят на ваших вещах и лекарствах, — продолжал спокойный голос Шигечи из динамика. — Один укол парализующего токсина — и сердце старика Джозефа остановится. Мне не нужна ваша смерть. Но вы нарушили спокойствие этого города. Вы притащили в Морио свои разборки и разрушили мой покой.

— Шигечи... Он жив?! — Коичи зажал рот рукой, чувствуя, как по спине пробежал ледяной пот. Мысли лихорадочно путались. — Но ведь Джоске нашёл его кровь на школьном дворе! Как он может управлять всем этим?

— От вас троих этому городу больше нет пользы. От вас только вред, — с нажимом, отчётливо произнёс Шигечи, и в его тоне промелькнула глубокая, чисто детская обида. — Из-за вашей слежки едва не пострадали невинные люди. Вы больше не нужны Морио. Забирайте своего маньяка и убирайтесь из города навсегда. Пообещайте, что закроете это дело, увезёте его в тюрьму на материк или на казнь — мне плевать. Но вы больше никогда не вернётесь в Морио и не тронете мои деньги. Это мой ультиматум.

Дверь шкафа распахнулась, и из кучи одежды прямо на дорогой ковёр безвольно рухнуло тело Йошикаге Киры.

Маньяк был полностью обездвижен: десятки маленьких Harvest мёртвой хваткой сжимали его запястья и лодыжки, лишая малейшей возможности призвать Killer Queen. Кира тяжело, унизительно хрипел. Его безупречный фиолетовый костюм был измазан в пыли, а в глазах застыло дикое отвращение к самому себе. Его тело упало точно к ногам онемевшего от шока Джотаро.

— Забирайте, — в последний раз отрезал Шигечи, и связь оборвалась короткими монотонными гудками. Жуки Harvest синхронно растворились в воздухе, оставляя отельный номер в абсолютной звенящей тишине.

Жуки Harvest синхронно растворились в воздухе. Лишённое поддержки роя, тело Йошикаге Киры безвольно повалилось на бок. Маньяк, державший в страхе весь город, уткнулся лицом в пыльный ковёр отельного номера. Его руки до сих пор мелко дрожали от парализующего токсина, а в глазах застыли слёзы унижения от того, что его, как обычную вещь, выбросил тринадцатилетний подросток. Коичи испуганно замер на диване, не веря своим глазам. Настоящий монстр лежал прямо перед ними — беззащитный, сломленный и побеждённый чужими руками.

Игры в Морио подошли к концу. Начинались новые правила.

— И всё-таки... Джоске, я ни черта не понял, — Окуясу остановился посреди пирса и с глупым видом почесал затылок, шумно вздыхая. — Вот мы стояли в отеле. Мистер Джотаро пожал нам руки, Коичи молчал как партизан, а потом они просто загрузили сумки дедка Джостара в такси и уехали. И зачем мы вообще туда ходили? У меня от этих их «срочных дел» уже башка раскалывается.

Парни развернулись и, не торопясь, побрели по асфальтированной дороге в сторону жилых кварталов. Солнце Морио лениво клонилось к закату, окрашивая улицы в привычные золотистые тона.

— Эх, Окуясу... Твоя голова создана явно не для того, чтобы в неё думать, — со вздохом отозвался Джоске. Его безупречно уложенный помпадур слегка растрепался от морского бриза. — Тут явно что-то нечисто. Джотаро-сан не из тех, кто бросает расследование на полпути и уезжает посреди недели. От нас точно что-то скрыли.

— В номере отеля пахло гарью, хотя Коичи уверял, что у них просто закоротило проводку, — лихорадочно крутилось в голове у Джоске. — И этот странный, писклявый шорох в вентиляции, который я услышал прямо перед их уходом... Что там произошло?

— Скрыли? Да ну, бред какой-то, — Окуясу со злостью пнул подвернувшийся под ноги мелкий камушек, заставив его с грохотом улететь в придорожные кусты. — Зачем им от нас что-то прятать? Мы же друзья! Слушай, Джоске, раз этот маньяк Кира так и не нашёлся, может, пойдём лучше поедим тониовского спагетти? Я жрать хочу — умираю, а от всей этой детективной чуши у меня только в животе урчит.

— Ладно, пошли, — раздражённо протянул Джоске и повернул в сторону ресторана.

Через пять минут неспешной ходьбы по людным улицам города друзья повернули в сторону кладбища. Пустые дороги встретили друзей холодным безразличием. Пропал шум машин, голоса людей. После звуков весёлого города тишина кладбища давила на разум.

Чем ближе они подходили, тем тише становились улицы. На самой окраине города, у старого кладбища, вечерние тени казались гуще и холоднее. Окуясу весело шагал вперёд, предвкушая сытный ужин, а вот Джоске невольно замедлил шаг у невысокого забора ресторана. Наружная вывеска тускло поблёскивала в сумерках, а за панорамными окнами зала царила полная, пугающая темнота. Заведение Тонио и в обычные-то дни пустовало, но сегодня этот пустой зал вызывал у Хигашикаты странное, липкое предчувствие тревоги.

Джоске толкнул массивную дубовую дверь. Стеклянный колокольчик над головой звякнул канонично чисто, и парней мгновенно окутал умопомрачительный, густой запах свежевыпеченного чесночного хлеба и пряных итальянских трав.

— Эй, Тонио-сан! Вы тут? — громко крикнул Окуясу, без лишней скромности усаживаясь за центральный столик с белоснежной скатертью. — Мы жрать приплыли!

Из тёмного проёма кухни, вытирая руки белым полотенцем, медленно вышел сам Тонио. На его лице играла привычная вежливая улыбка, но Джоске, внимательно следивший за каждым его движением, заметил странность. Рука итальянца, державшая полотенце, едва заметно подрагивала, а взгляд мужчины на секунду испуганно метнулся к вентиляционной решётке под потолком, после чего повар поспешно опустил глаза.

Через несколько минут к занятому столу подошёл Тонио. Молодой человек мягкой походкой прошёлся по наполненному теплом помещению. Его улыбка, способная растопить любую печаль, разошлась в прекрасных словах:

— Что вам подать?

Услышав пожелания гостей, повар тут же направился на кухню для исполнения заказа.

Через пять минут перед посетителями стояли тарелки, содержимое которых радовало глаз, а тянущийся из них пар привлекал внимание своим ароматом.

— М-м-м! Джоске, это просто отвал башки! — Окуясу с глупым видом наматывал на вилку толстый пучок спагетти, измазанный в густом томатном соусе. На его щеках даже проступил румянец от удовольствия.

— Ешь давай, тугодум, — хмуро отозвался Джоске, лениво ковыряя вилкой в своей тарелке. Он всё ещё выглядел напряжённым. — Нам нужно решить, что делать дальше. Джотаро-сан уехал, Коичи уехал... Если мы сами не найдём зацепку, этот убийца так и останется гулять по Морио.

— Да ладно тебе... — Окуясу попытался зевнуть, но внезапно его челюсть замерла на полпути. Его глаза смешно округлились, а веки стали тяжёлыми, словно налитые свинцом. — Ой... чего-то меня... размазало... Джоске, а итальянец точно не перепутал специи? У меня руки... как ватные...

С тихим стуком вилка выпала из ослабевших пальцев Окуясу и покатилась по белоснежной скатерти. Он качнулся вперёд и с глухим хрипом уткнулся лицом прямо в недоеденную порцию пасты, мгновенно провалившись в глубокий, беспамятный сон.

— Окуясу? Ты чего, дурак, уснул прямо в тарелке?! — Джоске резко вскочил со стула, собираясь призвать Crazy Diamond, но в ту же секунду его собственные ноги подкосились.

Голова Хигашикаты бешено закружилась. Стены пустого ресторана поплыли перед глазами, превращаясь в размытые цветные пятна. Джоске судорожно схватился рукой за край стола, пытаясь удержать равновесие, но парализующий уютный сон безжалостно накрывал его сознание.

— ... Это была ловушка... Тонио… — успело пронестись в его угасающих мыслях.

Спустя секунду Джоске бессильно повалился обратно на мягкий диванчик, закинув голову назад и мерно заменяя храпом тишину зала. Защитники Морио были окончательно и мирно выведены из игры. На следующий день их забрали люди Фонда Спидвагона. Джоске и Окуясу заставили забыть о Морио, как о страшном сне.

За окном Шигечи довольно ухмыльнулся и поправил воротник школьной формы. Он повернулся спиной к ресторану и, не торопясь, зашагал по тёплому вечернему асфальту вглубь города. Морио официально принадлежал ему.