Спячка (гет)

— Браслет будет готов сегодня, но придёт он к тебе только завтра, — сказал Ник.

— Спасибо, — произнёс Генри, закрыв очередную вкладку на ноутбуке. — Я буду ждать.

— Не волнуйся. Всё будет в лучшем виде, — заверил его друг и повесил трубку.

Генри отложил смартфон и потянулся к Чарли, нагло развалившемуся у него на столе.

— Хороший котик. Ты очень хороший, — тихо произнёс он, перебирая пальцами тёплую шерсть.

Чарльз довольно заурчал в ответ на его действия и подставил под руку своё пушистое пузо.

Генри улыбнулся и посмотрел на стикер, наклеенный на ножку настольной лампы. На нём красовался номер Джоанны, который Миллер вчера переписал с салфетки, чтобы не потерять.

Сегодня он целый день кружил вокруг него, как хищник, но так и не набрал заветные цифры.

Собственная нерешительность раздражала Генри. Раньше он был тем, кто мысленно насмехался над людьми, долго обдумывающими свои решения, но теперь незаметно сам стал одним из них.

Погладив Чарльза ещё немного, Генри вздохнул и всё-таки сорвал стикер с лампы. У них с Джоанной уже получилось вчера завязать разговор, так почему бы не попробовать сделать это снова?

«Не съест же она меня, в конце концов!» — решил Миллер, разблокировав экран.

Набрав нужный номер, он принялся ждать.

— Алло? — донёсся до него спокойный женский голос спустя пару секунд.

— Добрый день. Джоанна, это ты? — торопливо спросил Генри, рисуя ручкой на стикере причудливые узоры.

— …Джоанны Смит здесь нет. Не звоните по этому номеру, — внезапно огорошили его. Голос из просто спокойного превратился в обжигающе-ледяной.

Звонок резко оборвался.

Генри непонимающе посмотрел на свой смартфон, словно это он был виновником произошедшего.

«Что это вообще было? Я неправильно набрал номер?» — подумал он, сверяя цифры на стикере с теми, что были в его списке набранных.

Если зрение его не обманывало, то всё было верно.

Значит, тогда его обманула Джоанна? Она решила так подшутить над ним? Попытаться задеть его эго? Показать, что герой из него получился никакой, и в следующий раз ему лучше сидеть на своём месте и не рыпаться?

Генри нахмурился и уже было собирался подняться со своего места, чтобы открыть окно и немного остудить «закипевший» мозг, как вдруг смартфон в его руках завибрировал. На экране высветился знакомый номер — тот самый, на который Генри только что звонил.

Не переставая хмуриться, Миллер поднёс смартфон к уху.

— Алло?

— Генри, это Джоанна. Прости, пожалуйста. Я была в душе, а трубку взяла моя сестра Джинджер. Она любит подшучивать над людьми, поэтому не смогла удержаться и в этот раз.

— Привет, Джоанна, — сказал Генри и улыбнулся. Как только он услышал её голос, все дурные мысли сразу же покинули его голову. — Ничего страшного. Хотя, честно говоря, ей удалось меня напугать. Я уж было решил, что ты дала мне неправильный номер.

— Ещё раз прости. Я обязательно с ней серьёзно поговорю, — вздохнула девушка.

— Вы живёте с ней вместе?

— Пока да.

— Она младше тебя?

— Старше. Просто Джинджер, кажется, до сих пор никак не может отделаться от старых привычек.

— Вот как…

Они оба замолчали.

Генри принялся лихорадочно соображать, что такого можно сказать Джоанне. Оказывается, разговаривать с ней по телефону было ещё труднее, чем в жизни. Видимо, она была из той категории людей, которые совершенно не умеют общаться с собеседником, если не видят его перед собой.

В конце концов, Генри выдал:

— А у меня вот нет ни сестёр, ни братьев. Я в семье один.

— И каково это — не делить ни с кем комнату? — спросила Джоанна. В её голосе послышалась снисходительная усмешка.

— Прекрасно, — ответил Генри и принялся рассказывать о том, как в период подросткового бунта он содрал обои со стены и принялся разрисовывать её маркерами. Ох и досталось же ему тогда от дедушки!

Джоанна слушала его внимательно, посмеивалась и изредка задавала вопросы. Генри же чувствовал, как информация, которую он долго хранил в себе, наконец начала выплескиваться наружу. Миллер теперь внезапно сам стал болтуном, а Джоанна — тем самым преданным, молчаливым слушателем.

С этой стороны баррикад Генри оказывался редко.

Они беседовали минут тридцать. Миллеру за это время удалось выяснить, что Джоанне недавно исполнилось двадцать три, и что она только полгода назад устроилась работать в кафе. Это был совсем небольшой кусочек информации, зато полученный от неё лично.

В итоге Джоанна попрощалась первой, потому что ей нужно было куда-то идти.

Генри чувствовал, что она с удовольствием пообщалась бы ещё, но, видимо, дела не могли больше ждать. Ему было интересно, куда его новая подруга так заторопилась, но он не стал ничего у неё спрашивать. Они были знакомы всего два дня, поэтому Генри посчитал, что ему пока не стоит совать нос в чужую жизнь.

* * *

На следующий день Майк с Эммой позвали его в клуб. Генри, недолго думая, согласился. Тусовка с друзьями ещё никогда не была плохой идеей.

Приведя себя в порядок и подобающе одевшись, он принялся ждать такси.

В «Параде планет» никто из них ещё не был. Генри с удовольствием бы сходил в «Эдем» — самый популярный рестобар в их городе, но у его друзей было какое-то неконтролируемое желание исследовать новые места, о которых почти никто не знал.

Усевшись в такси, Генри чиркнул сообщение Эмме и уставился в окно. Поначалу местность была ему хорошо знакома, но потом Миллер стал замечать, что в поле его зрения уже не было привычных вывесок и зданий.

Они ехали мимо каких-то старых магазинчиков и частных домов с облупившимися крышами. В сочетании с пасмурным небом и надвигающимися сумерками они выглядели ещё мрачнее, чем были на самом деле.

Вскоре Генри начал сомневаться, что таксист действительно везёт его в «Парад планет», потому что они удалялись всё дальше и дальше от цивилизации.

В его груди поселилась небольшая паника, и он уже было хотел поинтересоваться, сколько ещё им ехать, как вдруг машина резко затормозила.

Миллера бросило вперёд, и он выругался себе под нос.

— Приехали, — невозмутимо сказал таксист, повернувшись к нему лицом. — С вас пятнадцать долларов.

Генри посмотрел в окно. Слева от машины возвышалось ешё одно безликое здание, в центре которого горела мерцающая вывеска с изображением планет, выстроенных в один ряд.

Расплатившись с таксистом, Миллер вылез из машины и поправил очки. Приглядевшись получше к автомобилям, стоящим на парковке, он почти сразу наткнулся взглядом на серый «Шевроле» Майка и направился к нему.

Подойдя к машине, он улыбнулся и побарабнил пальцами по стеклу со стороны водительского места. Майк с Эммой, которые до этого сидели, уткнувшись в один из смартфонов, тут же засуетились и вылезли наружу.

— И куда вы меня только позвали? — засмеялся Генри, стискивая друзей в объятиях. — Боже, ну и дыра!

— Неправда! — воскликнула Эмма, толкнув его локтём в бок. Сегодня на ней была лёгкая кожанка и короткое синее платье, которое дико ей шло. — Это за тебя пока просто говорит первое впечатление.

— Разве книгу не судят по обложке? — спросил у неё Майк и подмигнул Генри.

Девушка закатила глаза.

— Все вокруг как раз твердят этого не делать.

— А где народ? — опомнился Генри и оглянулся по сторонам.

У клуба было подозрительно пусто. Обычно около таких заведений отирались большие компании, а тут кроме них троих больше никого и не было. Если бы не хриплый ритм музыки, смех и голоса, пробивающиеся через кирпичные стены, то о существовании клуба даже никто бы и не заподозрил.

— Наверное, все уже тусуются внутри, — предположила Эмма, поправив причёску. — Слышите как там шумно?

— Тогда идём. Нечего нам здесь просто так торчать, — сказал Майк и, подхватив их обоих под локти, потащил внутрь.

Долговязый хмурый охранник, который скрывался прямо за массивной железной дверью, окинул их оценивающим взглядом, а потом молча пропустил вперёд.

— Какой грозный, — шепнул Майк на ухо Генри, и тот не смог сдержать рвущийся наружу смешок.

Внутри клуб выглядел абсолютно так же, как и любой другой — стробоскопы, высокие колонны, подпирающие второй этаж, и куча пьянчуг.

Майк, Генри и Эмма змейкой проскользнули мимо заполненного танцпола прямо к свободному столику в самом дальнем конце.

Плюхнувшись на кожаный диванчик, Генри откинулся на спинку и почувствовал, как его ноздри начинает заполнять горьковато-сладкий аромат, состоящий из дыма электронных сигарет, выпивки, чужих духов и разгорячённых тел. Один он сюда никогда бы не пошёл, но с хорошими друзьями можно было даже самую отстойную вечеринку превратить в крутую тусовку.

Заказав еду и напитки у подбежавшего к ним официанта, они втроём переглянулись.

— Ну и как вам здесь?! — громко спросила Эмма, стараясь перекричать песню «Head On», доносящуюся из массивных колонок.

— Средненько, — ответил Майк, крутя браслет на руке.

— Согласен, — сказал Генри, слегка поморщившись от луча прожектора, ударившего его прямо по глазам. — Надо было ехать в «Эдем».

— Не будьте такими пессимистами! Может быть, у них здесь еда вкусная, — предположила Эмма, указав на дверь, ведущую на кухню, и сверкнув блестящим лаком на ногтях.

Генри усмехнулся. Какой всё-таки наивной порой была Эмма! Она действительно верила в то, что своим наигранным оптимизмом сможет заглушить плохие события, произошедшие с ней. Впрочем, Кристина тоже таким «страдала», чем иногда сильно раздражала Миллера во время их совместной жизни.

Не зная, зачем он вообще вспомнил свою бывшую, Генри мотнул головой.

— Эй, Миллер! — внезапно воскликнул Майк, хлопнув ладонью по столу. — Я совсем забыл спросить тебя о Джоанне! Как у тебя с ней дела? Ты же пошёл в тот день в кафе, верно?

Генри слегка улыбнулся.

— Да. И даже узнал её номер телефона.

— Звонил?

— Конечно.

— Молодец! — громко произнёс Майк и дал ему «пять».

— Звонить девушке в двадцать первом веке… Вау. Так странно. У неё что, нет социальных сетей? — изумилась Эмма.

— Она говорит, что нет.

Эмма фыркнула.

— Врёт, наверное. Может быть, она там выставляет фото в нижнем белье и просто не хочет, чтобы ты видел её такой.

Генри почувствовал всплеск раздражения.

— Почему когда дело доходит до меня, то твой запас оптимизма всегда заканчивается? — спросил он, нахмурившись.

— О чём ты?

— Ты всегда веришь во что-то хорошее, но моя жизнь, похоже, исключение для тебя.

Эмма стушевалась и принялась нервно теребить ручку своей сумочки. Майк неловко кашлянул и сделал вид, что засмотрелся на пляшущую толпу.

— Прости, — наконец произнесла Эмма, подняв на Генри свои глаза. — Я не хотела тебя обидеть. Мне просто стало неприятно от мысли, что тебя хотят обдурить.

Генри вздохнул.

— Мне двадцать шесть, Эмма, — сказал он, посмотрев на подругу. — Даже если Джоанна и надумает меня обдурить, то я смогу сам с этим разобраться.

— Конечно, — поддержал его Майк, разбавив сложившуюся атмосферу. — Но если вдруг тебе понадобится организовать слежку за объектом твоей влюблённости…

— Звучит ужасно! — воскликнула Эмма и закрыла лицо руками.

— …то ты всегда можешь обратиться к нам, — закончил своё предложение Майк и обворожительно улыбнулся.

Генри усмехнулся в ответ на слова друга, мысленно подумав, что за ангельским лицом Джоанны вряд ли кроется что-то подозрительное. Да, она явно не любила рассказывать о себе, но уж точно была не из тех людей, которые спят и видят, как манипулируют другими.

Ему было трудно представить эту девушку в качестве злодейки.

Вскоре официант принёс им коктейли. Генри, Майк и Эмма взяли по большому стакану в руки и подняли их наверх.

— За классный выходной! — сказал Майк.

— За счастье Генри! — улыбнувшись, произнесла Эмма и ласково посмотрела на своего друга. — Удачи тебе в новых отношениях, несмотря на то, что Джоанна мне не особо нравится.

— Вот чего ты… Не начинай, а! — шикнул на неё Майк.

— За то, чтобы каждый день был наполнен только весельем! — воскликнул Генри, проигнорировав последние слова Эммы, чтобы не испортить себе вечер.

Они втроём стукнулись стаканами и махом осушили их.

Весёлый вечер только начинался.

* * *

За коктейлями последовала вкусная еда, и Генри решил, что «Параду планет» действительно нужно было просто дать шанс. Он с большим аппетитом смёл с тарелок абсолютно всё, что заказал.

Наевшись до отвала, Генри растянулся на диванчике, забыв о том, что хотел сегодня потанцевать, а не просто посидеть за столом.

— Кажется, кого-то укачало, — пошутил Майк, подцепив с тарелки последний кусочек жареного мяса.

Генри прыснул и вяло отмахнулся от друга.

— Я предлагаю немного посидеть, а потом всё же отправиться на танцпол, — сказала Эмма, положив голову на плечо Майку. — Просто так сидеть скучно.

— Я хочу, но думаю, что мой желудок взбунтуется, — протянул Генри.

Эмма и Майк принялись что-то обсуждать, но Миллер почти не слышал их разговора. Музыка будто стала ещё громче и теперь била ровно по барабанным перепонкам.

Генри лениво обернулся, чтобы посмотреть, что там творит диджей, но тут же замер от увиденного. Сонливость с него мгновенно схлынула, а слуховые рецепторы перестали воспринимать даже самые громкие басы.

На танцполе среди толпы, сверкая кислотного цвета браслетами и светлыми волосами, танцевала… Джоанна. Она махала руками, полностью поглощённая ритмом, и высоко вскидывала голову, подставляя лицо под свет прожекторов. И это была совершенно не та девушка, которая дала ему свой номер телефона.

В кафе — ходячее олицетворение звуков пианино, акварели и нежности. Здесь — сплошная шалость, заключенная в короткий белый топ и рваные джинсы, созданная для развязных танцев и резких движений.

Нутро Генри прошибло разрядом в сто двадцать вольт. Он резко вскочил с дивана повинуясь порыву нагнать, расспросить, запытать вопросами.

Образ ангелочка в одночасье рассыпался в его голове на мелкие части.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Эмма, заметив, как он подорвался со своего места.

— В туалет хочу, — кратко бросил Генри и вылез из-за стола. — Сейчас вернусь.

— Ладно, — протянула Эмма, смерив его странным взглядом.

Он сделал вид, что направился в сторону уборной, а потом незаметно рванул вперёд, продираясь сквозь плотную, живую ткань тел. Выцепив взглядом копну длинных светлых волос и ощутив, как в крови полопались алкогольные пузырьки, Генри понёсся к своей цели.

Басы сотрясали пол, пульсируя в груди, словно второе, дикое сердце. Горький запах клуба оседал у Генри на языке, а дым застилал взор. Окружающий мир превратился в разноцветное месиво.

Руки Миллера то и дело случайно скользили по чужим конечностям, когда он настойчиво пробирался к центру танцпола — в самую середину кислотно-неонового безумия и струящейся по венам одержимости музыкой.

Вперёд, к Джоанне-предательнице. К Джоанне-фурии.

Её силуэт мелькал между танцующими людьми, то появляясь, то исчезая, словно играя с ним в прятки. Казалось, что она двигалась с невероятной лёгкостью, оставляя позади удивленные взгляды и неловкие столкновения. От этого у Генри внутри всё колошматило, как в центрифуге.

Её голова ни разу не повернулась в его сторону. Джоанна будто чувствовала, что он и так идёт за ней.

Каждый раз, когда Генри думал, что приблизился, она ускользала, растворялась в пасти толпы, чтобы появиться чуть дальше манящим, недостижимым видением.

Это был танец погони — опасный и напряжённый.

В какой-то момент Генри даже показалось, что всё, что сейчас с ним происходит — это сон. Может быть, он просто попал в какой-то сумбурный кошмар, наполненный лучами прожекторов, дрожащим полом и басами, а теперь никак не может проснуться?

Несмотря на то, что он тонул в ярком свете, запахе и музыке, Миллер всё равно упорно брёл вперед, как ищейка на запах персика и корицы. Ему нужно было поймать Джоанну. Изловить этого мотылька, который решил поиграть с пламенем. Схватить за наверняка горячее, влажное плечо, притянуть к себе и спросить: «Какого чёрта?».

Вдруг перед ним, как по волшебству, выросла стена. Оказывается, он даже не заметил, что дошёл до противоположной стороны клуба.

Генри замер на месте, словно его по голове огрели. Оглянувшись по сторонам, он не наткнулся ни на знакомые светлые волосы, ни на притягательное личико. Вокруг него была куча танцующих девушек, но среди них не было той, кого он так отчаянно искал.

«В доме полно специй, а настоящей еды — нет».

Проведя рукой по лицу, Генри прислонился к стене, стараясь восстановить дыхание и обдумать случившееся.

«Это было на самом деле или я просто сошёл с ума?!» — подумал он, глядя расфокусированным взглядом на танцпол.

Ответа на этот вопрос никто не смог ему дать. Даже многоликая, хаотично движущаяся толпа.

* * *

Генри вернулся к Эмме и Майку с хмурым выражением лица.

— Что случилось? — спросил Майк, внимательно посмотрев на него.

— Ничего. Мне написал один заказчик. Сказал, что нужно срочно подправить статью, — соврал Генри, вылив в себя остатки коктейля. Этих жалких капель хватило только на то, чтобы ещё сильнее разжечь в нём жажду. — Пожалуй, я поеду домой.

Его друзья переглянулись.

— Точно?

— Угу.

— Может быть, тебя подвезти? — предложила Эмма, поднимаясь из-за стола.

— Не стоит, — остановил её Генри. — Я вызову такси.

— Ты уверен?

— На все сто процентов, — сказал Миллер и даже смог выдавить из себя что-то наподобие улыбки. Похвально, учитывая, что у него в голове, как большая опухоль, билась одна неприятная мысль.

— Как знаешь, — пожал плечами Майк.

Попрощавшись с друзьями, Генри, пошатываясь, вышел из клуба. Он был пьян и взбудоражен. Свежий воздух, бросившийся ему в лицо, принёс облегчение, но только секундное.

Дождавшись такси и завалившись в салон, Миллер продиктовал свой адрес. Водитель и в этот раз попался неразговорчивый, поэтому они ехали по ночному городу молча, слушая тихую болтовню радио.

Оказавшись у себя в квартире, Генри сбросил с себя пальто и тут же набрал номер Джоанны. Ему нужно было с ней поговорить. Прямо сейчас.

— Алло? — послышался в трубке сонный женский голос.

— Джоанна, почему ты убегала от меня сегодня в клубе? — напрямую спросил Генри, подойдя к окну и прислонившись лбом к холодному стеклу. Чарльз, растянувшийся на пустом подоконнике, лениво приоткрыл один глаз и тут же закрыл. — Это шутка какая-то, да? Ты решила пойти по следам сестры?

— Что? Генри, это ты?

— Не притворяйся глупой! — воскликнул Миллер, по-детски топнув ногой. Ему было по-настоящему обидно. — Почему ты избегала меня?!

— Что ты вообще несёшь? — спокойно спросила девушка. — Какой клуб? О чём речь? Я спокойно сплю в своей постели, а ты будишь меня и говоришь какую-то чушь.

Генри стушевался. Судя по сонному голосу, Джоанна действительно спала, а он посмел нагло нарушить её покой.

— Прости, — пробормотал он, отойдя от окна. — Ты правда не была сегодня в клубе?

— Да, — ответила Джоанна. Миллер уловил нотки раздражения. — Да, Генри Миллер! Сколько ещё раз мне нужно это повторить?!

Генри смущённо потёр пальцами переносицу.

— Извини. Кажется, я перебрал и сам не понял, что произошло. Просто… То, что мне показалось…Это было неприятно, — признался он.

— Генри, давай ты пообщаешься со мной, когда будешь в более адекватном состоянии, ладно? Я пойду спать, да и тебе не мешало бы, — посоветовала Джоанна, а потом на её заднем фоне что-то странно зашумело. Миллер подумал, что такой звук издают только шины автомобиля при контакте с лужей, но он уже не был так в этом уверен после случившегося. — Отдохни, проспись.

— Ты, наверное, права, — вздохнув, ответил он.

— Вот и отлично, — немного смягчился голос. — Иди спать. Спокойной ночи, Генри Миллер. Поговорим позже.

После этого она повесила трубку.

Генри задумчиво поглядел в окно, а потом переоделся в домашние вещи и рухнул на диван, как подкошенный.

В его голове в сотый раз прокручивался образ «клубной» Джоанны с переливами прожекторов на светлой коже лица.