Тени Чёрного Астронома (джен)

Следующие три дня Хогвартс жил так, словно ничего не произошло.

Ученики посещали занятия, профессора проверяли домашние задания, совы по утрам заполняли Большой зал.

Но Гарри всё чаще замечал странности.

Лестницы начали менять направление без предупреждения.

Портреты замолкали, когда он проходил мимо.

Даже призраки стали беспокойнее.

Почти Безголовый Ник однажды остановил его прямо в коридоре.

— Гарри... — призрак выглядел непривычно бледным даже для привидения. — В замке снова появился Холод.

— Что это значит?

Ник нервно оглянулся.

— Мы... призраки... чувствуем подобные вещи раньше живых. Есть места, куда теперь не рискует заходить даже Кровавый Барон.

— Какие места?

— Те, которых вчера ещё не существовало.

Вечером Гермиона принесла в Выручай-комнату целую стопку древних карт.

— Смотрите.

Она развернула огромный пожелтевший пергамент.

— Это самый первый план Хогвартса. Его нарисовали ещё при жизни Основателей.

Рон наклонился над картой.

— И?

— Вчера здесь не было этого.

Она указала в северо-восточный угол.

Там, где раньше заканчивалась внешняя стена замка, теперь появился новый силуэт.

Высокая круглая башня.

Без подписи.

Без окон.

Словно кто-то дорисовал её позже.

Но чернила выглядели старше самого пергамента.

— Это невозможно... — прошептал Гарри.

— Именно.

Дневник Блэкторна снова ожил.

Страницы быстро перелистывались сами собой.

Наконец они остановились.

Появились новые строки.

Чёрная обсерватория не строится.

Она вспоминает, что всегда существовала.

Ниже возникла схема.

Семь символов.

И один из них уже светился серебром.

Гермиона нахмурилась.

— Похоже... это печати.

— Их семь?

— Да.

Она посмотрела на Гарри.

— Если одна исчезла...

Договаривать не пришлось.

Оставалось шесть.

Той же ночью друзья отправились к Северной башне.

Колокол снова бил.

Только теперь звук был совсем рядом.

Поднимаясь всё выше по винтовой лестнице, Гарри чувствовал знакомое давление в голове.

Шрам неприятно покалывал.

На последней площадке никого не оказалось.

Лишь старый телескоп, покрытый пылью.

Рон раздражённо выдохнул.

— Мы снова гоняемся за призраками.

И в этот момент телескоп повернулся сам.

Металлические шестерёнки медленно заскрежетали.

Линзы направились прямо на противоположную стену.

На голый камень.

Из объектива вырвался тонкий серебристый луч.

Каменная кладка задрожала.

По ней побежали светящиеся трещины.

Замок тихо загудел.

Будто просыпался.

Перед друзьями медленно открылся проход.

Его не было несколько секунд назад.

Теперь же вниз уходила узкая лестница.

Без единого факела.

Из глубины тянуло ледяным воздухом.

Они спускались долго.

Очень долго.

Лестница не заканчивалась.

Гермиона посмотрела вверх.

Верх исчез.

Только темнота.

— Это невозможно...

— Что?

— Мы уже должны были выйти за пределы замка.

Но ступени продолжались.

Наконец впереди показался свет.

Они вышли в огромный круглый зал.

Все трое замерли.

Перед ними возвышалась башня.

Настоящая.

Разрушенная.

Именно такая, как была нарисована в дневнике.

Только находилась она...

Под Хогвартсом.

Её вершина терялась во тьме.

По стенам росли чёрные кристаллы.

В центре стоял огромный бронзовый телескоп, направленный в потолок, сквозь который виднелось звёздное небо.

— Но... — Рон не находил слов. — Мы же под землёй...

Гермиона тоже смотрела вверх.

Звёзды были настоящими.

Их отражение двигалось.

Словно потолка вовсе не существовало.

В центре обсерватории лежал круг из чёрного камня.

Тот самый.

Из записей Блэкторна.

На его поверхности мерцали неизвестные руны.

Когда Гарри сделал шаг вперёд, воздух вокруг круга задрожал.

Внутри появилась человеческая фигура.

Не Тень.

На этот раз это был настоящий человек.

Высокий мужчина в длинной мантии профессора.

Седые волосы.

Добрые, но очень усталые глаза.

— Значит... вы успели.

— Вы... профессор Блэкторн? — спросила Гермиона.

Призрак печально улыбнулся.

— Когда-то был им.

— Вы живы?

— Нет.

— Тогда кто вы?

— Воспоминание.

Последний отпечаток души.

Он посмотрел на Гарри.

— Если вы видите меня, значит, моя защита почти разрушена.

Гарри рассказал о дневнике.

О Тени.

О голосах.

Профессор молча слушал.

Потом медленно подошёл к чёрному кругу.

— Это не существо.

— Тогда что?

— Это древняя магия.

Старше Министерства.

Старше Хогвартса.

Возможно...

Старше самих Основателей.

Рон нервно усмехнулся.

— Звучит обнадёживающе.

Блэкторн не улыбнулся.

— Она питается памятью.

Каждым сожалением.

Каждой потерей.

Каждым страхом.

Именно поэтому она принимает голоса умерших.

Она не воскрешает их.

Она лишь читает ваше сердце.

Внезапно пол содрогнулся.

Чёрный круг вспыхнул.

По залу пронёсся ледяной ветер.

Призрак профессора резко обернулся.

— Нет...

Слишком поздно.

Из центра круга медленно начала подниматься густая тьма.

На этот раз она была значительно больше.

У неё появились глаза.

Белые.

Совершенно пустые.

Она не имела лица.

Но смотрела прямо на Гарри.

В голове раздался голос.

Не словами.

Мыслью.

Я помню тебя...

Шрам вспыхнул болью.

Тень шагнула вперёд.

Профессор Блэкторн поднял палочку.

— Бегите!

Из неё вырвался ослепительный поток серебряного света.

Он ударил прямо в существо.

Весь зал содрогнулся.

Кристаллы начали взрываться один за другим.

Башня затрещала.

Потолок покрылся трещинами.

— Уходите! — крикнул профессор.

Гарри бросился к нему.

— Мы не оставим вас!

Блэкторн покачал головой.

— Я умер сто семьдесят девять лет назад.

Пришло время закончить то, что я начал.

Он улыбнулся.

Спокойно.

Совсем как Дамблдор когда-то.

— Но помните...

Тень невозможно победить силой.

Только истиной.

Это были его последние слова.

Яркая вспышка ослепила друзей.

Когда свет погас, профессора уже не было.

Чёрный круг раскололся пополам.

Тень исчезла.

Но лишь на мгновение.

Из глубины раздался её шёпот.

Осталось шесть печатей...

Я уже просыпаюсь...

Когда Гарри, Рон и Гермиона выбрались обратно в Хогвартс, солнце уже поднималось над Запретным лесом.

Они молча стояли на вершине Северной башни.

Дневник Блэкторна вновь открылся сам собой.

На последней странице появилась новая запись.

Если вы читаете это, значит, первая печать разрушена окончательно.

Я не смог остановить Тень.

Теперь это должны сделать вы.

Под текстом медленно проступил список.

Первая печать — сломана.

Вторая печать — неизвестно.

Третья печать — неизвестно.

Четвёртая печать — неизвестно.

Пятая печать — неизвестно.

Шестая печать — неизвестно.

Седьмая печать — Хранитель жив.

Гарри долго смотрел на последнюю строку.

— «Хранитель жив»...

Гермиона тихо закрыла дневник.

— Значит, где-то есть человек, который знает всю правду.

Рон посмотрел на постепенно оживающий замок.

— И, похоже, найти его будет не проще, чем саму Чёрную обсерваторию.

Высоко над Хогвартсом кружили вороны.

А далеко под древними фундаментами школы, в темноте, кто-то вновь открыл белые глаза.