Седьмая башня. Тайна, которую скрыл Хогвартс (джен)

Второй удар часов ещё долго звучал под сводами башни.

Чернила на страницах книги расползались, словно живые.

Слова исчезали прямо на глазах.

— Нет! — воскликнула Гермиона.

Она инстинктивно попыталась удержать страницы, но текст продолжал таять.

Через несколько секунд книга вновь стала совершенно пустой.

Будто никогда ничего не показывала.

— Она сама стирает записи? — тихо спросил Рон.

— Нет… — ответил Драко, не сводя взгляда с переплёта. — Кто-то стирает их прямо сейчас.

От этих слов всем стало не по себе.

Когда они вышли из башни, Хогвартс встретил их привычным шумом.

Ученики спешили на занятия.

Из открытых окон доносились голоса преподавателей.

Казалось, что ничего необычного не произошло.

Но Гарри сразу заметил одну странность.

Все проходили мимо башни.

Никто даже не смотрел в её сторону.

Будто её вовсе не существовало.

— Они её не видят? — спросил он.

Гермиона внимательно наблюдала за группой третьекурсников.

Один мальчик едва не столкнулся со стеной башни.

Но в последний момент неожиданно изменил направление, даже не подняв головы.

Словно сама магия отвела его в сторону.

— Нет… — прошептала она. — Они не замечают её.

— Но вчера замечали.

— Значит, башня сама выбирает, кому открыться.

Макгонагалл выслушала их молча.

Когда рассказ закончился, директор долго сидела неподвижно.

Потом подошла к старинному шкафу.

Из самого дальнего ящика она достала массивный серебряный ключ.

— Я надеялась, что никогда не воспользуюсь этим.

Она открыла небольшую дверь за своим письменным столом.

За ней оказалась узкая винтовая лестница, ведущая вниз.

— Следуйте за мной.

Лестница заканчивалась круглой комнатой.

Гарри никогда прежде её не видел.

По стенам тянулись книжные шкафы.

На полках стояли сотни старинных дневников.

Каждый был подписан именем одного из директоров Хогвартса.

Дамблдор.

Диппет.

Блэк.

Эверард.

Армандо.

Финеас Найджелус.

И многие другие.

— Это личные записи директоров, — объяснила Макгонагалл. — Они никогда не покидают этой комнаты.

Гермиона осторожно открыла дневник Дамблдора.

Почерк был хорошо знаком.

Несколько страниц рассказывали о восстановлении школы после первой войны.

Потом…

Она резко остановилась.

Словно наткнулась на что-то невозможное.

— Гарри…

Он подошёл ближе.

На одной странице было написано всего несколько строк.

"Сегодня я снова видел Седьмую башню."

Следующая запись:

"Она открылась впервые за двести лет."

Ещё ниже:

"Я не должен никому рассказывать о том, что увидел."

Дальше…

Страница была аккуратно вырезана.

Не вырвана.

Именно вырезана.

— Кто-то сделал это специально, — сказал Гарри.

Макгонагалл кивнула.

— Когда я впервые читала дневник после смерти Альбуса, этой страницы уже не было.

Они начали просматривать остальные записи.

И вскоре обнаружили нечто ещё более странное.

Практически каждый директор хоть раз упоминал Седьмую башню.

Но каждый раз текст заканчивался одинаково.

Вырезанной страницей.

Словно кто-то на протяжении столетий приходил сюда и удалял только самые важные записи.

— Это невозможно… — пробормотала Гермиона.

— Почему?

— Потому что комната защищена сильнейшими чарами.

— Значит, доступ был только у директоров.

— Или…

Она медленно закрыла книгу.

— Или у самого Хогвартса.

Поздним вечером Гарри снова достал Карту Мародёров.

На этот раз он искал только одно место.

Седьмую башню.

Она по-прежнему была обозначена.

Но теперь рядом с ней появилась ещё одна надпись.

Совсем маленькая.

Будто написанная другим почерком.

"Не доверяй памяти."

Гарри замер.

Он был абсолютно уверен…

Этой фразы раньше не было.

На следующее утро Гермиона почти бегом ворвалась в кабинет Макгонагалл.

— Нашла!

Она бросила на стол толстую книгу.

— Что это?

— Каталог всех выпускников Хогвартса.

Рон непонимающе пожал плечами.

— И что?

— Посмотри внимательно.

Она раскрыла книгу.

Каждый год был разделён на четыре списка.

Гриффиндор.

Слизерин.

Пуффендуй.

Когтевран.

Всё выглядело совершенно обычно.

Но затем Гермиона показала последнюю страницу.

Там находилась статистика.

Количество учеников за всю историю школы.

Она быстро сделала несколько вычислений.

— Что получается? — спросил Гарри.

— Числа не сходятся.

— В каком смысле?

— Согласно спискам факультетов, за тысячу лет Хогвартс окончили примерно двадцать четыре тысячи учеников.

Она перевернула страницу.

— А вот официальный реестр Министерства утверждает…

Гермиона глубоко вдохнула.

— Что выпускников было почти тридцать тысяч.

В комнате повисла тишина.

— Разница… — прошептал Рон.

— Почти шесть тысяч человек.

— Их просто забыли внести?

— Шесть тысяч? За тысячу лет?

Гермиона медленно покачала головой.

— Нет.

Их…

Стерли.

Тем же вечером Луна Лавгуд неожиданно попросила Гарри встретиться с ней у Чёрного озера.

Она стояла на берегу, глядя на гладкую воду.

— Ты ведь тоже чувствуешь?

— Что именно?

— Замок стал грустным.

Гарри удивлённо посмотрел на неё.

— Грустным?

— Да.

Луна улыбнулась своей привычной спокойной улыбкой.

— Хогвартс похож на человека, который очень долго пытался что-то забыть.

Она опустилась на колени.

Провела рукой по воде.

— Иногда память исчезает не потому, что её украли.

— А почему?

— Потому что боль слишком сильная.

Несколько секунд они молчали.

Затем Луна вдруг тихо сказала:

— Сегодня башня разговаривала со мной.

Гарри резко повернулся.

— Что?

— Она попросила найти мальчика с серебряными глазами.

— Серебряными?

— Да.

Она нахмурилась.

— Но самое странное…

— Что?

Луна посмотрела ему прямо в глаза.

— Она назвала его последним старостой Пятого факультета.

В ту же ночь, далеко наверху, в Седьмой башне, книга открылась сама.

Её страницы быстро перелистнулись.

На последнем листе медленно проступило имя.

Одно-единственное.

«Кассиан Морвейн»

Чернила ещё не успели высохнуть, когда по странице прошла глубокая трещина.

Словно кто-то невидимый попытался уничтожить это имя.

Но на этот раз…

У него не получилось.

Имя осталось.

И где-то в глубине башни раздался тихий, почти человеческий голос:

— Он начинает вспоминать…