Дифференциальный диагноз Майка Шиноды (джен)

Нью-Джерси, отель «Хилтон». Номер Майка. Поздний вечер. Завтра последний концерт тура. Майк сидит на кровати с ноутбуком, просматривает сет-лист. На столе — остывший чай, пустая пачка «Marlboro Lights» и ингалятор.**

Майк смотрит на экран, но буквы расплываются. Он чувствует, как в груди клокочет — кашель, который он заглушает уже второй месяц, сегодня особенно сильный.

Он поднимается, идёт в ванную, смотрит на себя в зеркало. Бледное лицо, тени под глазами, запавшие щёки. Он выглядит так, будто из него что-то вынули.

Майк кашляет — влажно, с хрипом. Сплёвывает в раковину. Вода становится алой.

Он смотрит на эту кровь и чувствует, как внутри него что-то обрывается. Он знает, что это плохо. Он знает, что так не должно быть. Но он не знает, что с этим делать.

— Завтра последний концерт, — говорит он своему отражению. — Завтра я доиграю. А потом я высплюсь и позвоню врачу.

Он прижимает ладонь к раковине, чувствуя, как дрожат пальцы. Проводит рукой по лицу, смахивая пот. Смотрит на себя в глаза и видит там страх.

Он выходит из ванной, садится на кровать, берёт телефон. Анна прислала сообщение: «Как дела? Спокойной ночи».

Он пишет: «Всё хорошо. Спокойной ночи. Люблю тебя».

Отправляет.

Майк смотрит на ингалятор на столе, потом на пачку сигарет. Берёт пачку, вертит в руках, потом убирает в ящик тумбочки.

Он ложится на подушку, закрывает глаза. В груди клокочет, но он приказывает себе дышать ровно.

_Ты справишься._

_Завтра последний концерт._

_Потом ты отдохнёшь._

Он проваливается в тревожный сон.