Чернила и пепел: там, где гаснут звёзды (джен)

На рассвете Гермиона нашла Драко на Астрономической башне.

Он стоял у самого края.

— Ты собираешься прыгать?

— Нет.

— Хорошо.

Она встала рядом.

— Я думала всю ночь.

— Это тоже опасное занятие.

— Очень смешно.

Он улыбнулся.

Гермиона посмотрела на небо.

— Заклятие хочет, чтобы мы выбрали.

— Да.

— Если один из нас отдаст воспоминание, второй получит то, чего хочет.

— Верно.

— А если мы оба откажемся?

Драко посмотрел на неё.

— Тогда ничего не изменится.

Гермиона молчала.

Она думала о родителях.

О той жизни, которую могла вернуть.

О голосе матери.

О смехе отца.

А потом посмотрела на Драко.

И поняла.

Она уже знала, какое воспоминание не готова отдавать.

Не потому, что оно было самым счастливым.

А потому, что оно было первым настоящим.

День, когда она впервые увидела Драко не как Малфоя.

Как человека.

Она вздохнула.

— Я отказываюсь.

Драко замер.

— Что?

— От желания.

— Гермиона...

— Я не хочу возвращать прошлое ценой чего-то настоящего.

Он долго смотрел на неё.

— Ты понимаешь, что можешь никогда больше не увидеть родителей такими, какими они были?

— Понимаю.

— И всё равно?

Она кивнула.

Драко отвёл взгляд.

— Тогда я тоже отказываюсь.

— От матери?

— От возможности вернуть её такой, какой она была.

Гермиона тихо спросила:

— Почему?

Он посмотрел на неё.

— Потому что я только сейчас понял, что всю жизнь пытался вернуть то, чего уже нет.

Он сделал шаг ближе.

— А впервые мне хочется не вернуть прошлое.

Ещё шаг.

— А получить будущее.

Гермиона почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— И какое же будущее ты хочешь?

Драко усмехнулся.

— С тобой.

Она замерла.

— Ты понимаешь, что это ужасно банально?

— Да.

— И что я могу тебя отвергнуть?

— Да.

— И что Гарри, скорее всего, убьёт тебя?

— Об этом я предпочитаю не думать.

Гермиона рассмеялась.

Впервые за очень долгое время — легко.

Без боли.

Без воспоминаний.

Просто потому, что ей было хорошо.

В этот момент где-то глубоко под замком раздался грохот.

Зеркало треснуло.

Одна за другой трещины побежали по его поверхности.

А потом оно рассыпалось.

На полу остался единственный кусок стекла.

В нём отражались Гермиона и Драко.

Вместе.

На поверхности появилась последняя надпись:

«Тот, кто способен отказаться от прошлого, достоин будущего».

Драко посмотрел на неё.

— Полагаю, это означает, что мы прошли испытание.

— Полагаю, это означает, что Хогвартс наконец перестал вмешиваться в нашу жизнь.

— Не говори так уверенно.

— Почему?

— Потому что это Хогвартс.

Гермиона улыбнулась.

— Тогда нам лучше быть осторожнее.

— Я умею быть осторожным.

— Нет, не умеешь.

— С чего ты взяла?

Она взяла его за руку.

— Потому что ты только что признался мне в любви на Астрономической башне.

Драко замолчал.

— Я не говорил «люблю».

Гермиона подняла бровь.

— Нет?

— Нет.

Он посмотрел на их сцепленные руки.

А затем тихо сказал:

— Тогда, наверное, придётся сказать позже.

Гермиона улыбнулась.

— Я подожду.

Над ними постепенно исчезали последние звёзды.

Хогвартс просыпался.

Где-то внизу уже звучали голоса студентов.

А где-то далеко, в обычном мире, прошлое продолжало оставаться прошлым.

Но впервые Гермиона не хотела возвращаться назад.

Потому что иногда самое настоящее чудо — не возможность исправить то, что было.

А смелость повернуться вперёд.

И позволить кому-то идти рядом.