Предрешено (джен)

Примечания:

Третий момент времени между первыми двумя, точка зрения третьего участника событий. И фильмоканон PHM неожиданно возобладал над книгоканоном, и вообще я не знаю, можно ли считать сие частью этого кроссовера или это уже AU на AU. Идея просто возникла и запросилась на бумагу.

Доктор Грейс их боится, и не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы это заметить. Агент Нео и вовсе читает его как открытую книгу — от тремора в руках и сутулости плеч до зрачков, почти застивших радужку глаз.

Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Для всего остального мира доктор будет героическим добровольцем. Спасителем, который бросился грудью на амбразуру.

То, каким его на самом деле видела Земля в последний раз, останется пеплом на губах, замаранным тузом в рукаве и горечью где-то глубоко внутри.

— Доктор Грейс, — вымученно механическим тоном говорит Нео, чувствуя, как стынет на лице выражение битого жизнью Терминатора — перенятая у напарника маска, — не сопротивляйтесь, и все закончится быстро.

Он надеется увидеть в ответном взгляде хотя бы яростное «да черта с два». Хотя бы искру готовности дать отпор.

Он видит лишь бесплодную ледяную пустошь.

Отряженный с ним солдат нетерпеливо дергает подбородком — мол, давай уже, — и делает шаг ближе, чтобы взять доктора в захват.

Ледяное поле ломается торосами.

Нео десятки раз становился свидетелем того, как страх придает человеку достаточно сил, чтобы в борьбе за жизнь совершить невозможное. И всегда — абсолютно каждый чертов раз — эта слепая паника идет вразрез с обстоятельствами.

Вот как сейчас. Когда загнанный в угол камеры доктор умудряется вывернуться из одних рук, поднырнуть под другие и раненой птицей метнуться в открытую дверь.

И верному охотничьему псу остается только выплюнуть короткое ругательство и, перескочив через медика, сбитого с ног беглецом, сорваться в погоню.

Тело само вспоминает муштру и технику бега. Под ноги ложится жухлая степная трава. Мозг просчитывает варианты действий, перебирает исходы — и останавливается на одном, старом как мир: догнать, повалить, удержать.

У доктора, подстегиваемого инстинктивным ужасом, фора в несколько секунд и преимущество на короткой дистанции. На длинной — взятый им темп сожрет весь ресурс до капли.

Где-то позади топочут военные — они понадобятся, когда дело дойдет до транспортировки беглеца обратно в камеру, но сейчас отрыв слишком велик. Сейчас расстановку сил определяют только они двое.

Чтобы поймать напуганного дикого зверя, достаточно одной борзой — с мощными лапами, быстрым пружинистым бегом, выученной подносить хозяину добычу, не испортив ей шкурку.

В конце концов доктору перестает хватать дыхания. Ужас по-прежнему гонит его вперед, но следом тянет щупальца изнеможение.

Нео взвешивает шансы, свои и его. Заходит сбоку. И, выбрав из всего спецагентского арсенала приемов наименее смертоносный — делает рывок.

Бег прекращается, сменившись падением и затем — заведомо проигрышной борьбой. Доктор сопротивляется исступленно, но хаотично и недолго, и вскоре тяжело дышащий Нео уже фактически сидит на нем.

Сломанная полынь вокруг, даже сухая, пахнет виной.

Нео постыдно легче от того, что он не видит лица доктора.