Русалка поневоле (джен)

Эсти потянулась, зевнула и села на кровати. Где это она? В голове пронеслись яркие события вчерашнего дня. Клёпа, Клим, Ноэль и Карен. Эх, как же там папа? Наверно, он уже узнал, что в его дочь попала молния, а тело изуродовано. Ну ничего, они с Юлей будут жить спокойно, а Эстель выживет в этом аквариуме. Покрутив головой в разные стороны, девочка заметила, что на столе стоит поднос с завтраком, а рядом записка.

"Как проснёшься, зайди в комнату с буквой Z, ляг на кушетку и жди. Не завтракай. Клеопатра."

Эсти удивлённо посмотрела на записку. А зачем тогда завтрак принесли? Чтобы вызвать аппетит? М-да, манеры у этих полурыб так себе. Эстель оделась в непонятный костюм из блестящей тянущейся ткани, которая была похожа на непрозрачную плёнку. Впрочем, выбирать было не из чего, вся одежда в шкафу была такая, только разных цветов.

Выйдя из комнаты, Эстель нарочно пошла в другую сторону, где находилась комната Карен, а не где она вчера видела букву Z. Рядом с комнатой Карен была дверь с буквой Z. Эсти заглянула туда и увидела на кушетку лежащую Карен

— Эй, все в порядке? — вчерашняя знакомая лежала, свернувшись калачиком, и дрожала.

— Эсти? — Карен была на глубине и не могла всплыть. В темноте среди рыб появилась Тель. Она что-то спрашивала, но Карен её не слышала. Она была на глубине, как-то дышала, и не могла побороть в себе страх подводных ям. Сквозь толщу воды до неё донёсся голос Эсти.

— Карен! Очнись, что с тобой? Карен! — девочка наконец-то вдохнула и рывком заставила себя сесть. Картинка подводной глубины исчезла. Перед ней стояла Эстель и обеспокоенно вглядывалась в лицо Карен. — Что с тобой было, Карен? Ты дрожала!

— Эстель! Ни за что не ложись на кушетку! Я оказалась под водой и еле могла дышать. Не ложись на кушетку! Тебе будет плохо!

— Карен! Ты тоже увидела записку и зашла в комнату с буквой Z?

— Да, — девочку до сих пор трясло. — Там были страшные рыбы и скалы. А потом появилась ты.

— Идём к Ноэлю, вдруг с ним тоже не все в порядке? — предложила Эстель.

— Но он же как-то вчера вытерпел. Ты же сказала, что он тут не первый день, или как? — нахмурилась Карен.

— Он мне ничего не говорил насчёт процедур. А что, если ему запретили? Идём к нему скорее!

Девочки выскочил в коридор и помчались в сторону, откуда вчера пришли. Рядом с комнатой номер 88 была процедура с буквой Z. Приложив ухо и ничего не услышав, Карен решила заглянуть. На кушетке лежал бледный Ноэль и что-то бормотал под нос. Эсти прислушалась и расслышала что-то вроде "Уйдите, рыбы, я люблю вас только в жареном виде. Ну или хотя бы в вареном". Карен прищурилась и помахала рукой у лица Ноэля. Он удивлённо распахнул глаза и сел.

— Что вы тут делаете? Ложитесь в свои комнаты на кушетки и "готовьтесь к приближающемуся принятия сущности", — очень похоже спародировал мальчик Клёпу. — Я не мог вам сказать, потому что... Не мог. Только хочу сказать, как что-то не даёт. Я бы вам сказал обязательно, потому что первый раз это ужас. Я лёг на кушетку и внезапно под водой оказался. Я, конечно, люблю воду, но не её подводных жителей. А там вокруг так много рыб было, брр.

— Слушайте, ребята, а у меня появилась идея, — медленно произнесла Эстель. — Идемте в мою процедурную комнату и посмотрим, как себя буду чувствовать я, идёт? Если что, растормошите меня, я сяду и все расскажу.

Дети быстро переместились в комнату Z рядом с комнатой 89. Эсти закрыла глаза и легла на койку. А когда открыла глаза, то не сдержала удивлённый возглас. Она была под водой. Рядом плавали рыбы, осьминог и водоросли. Справа были скалы, а слева лес водорослей. Эсти уже вытянула руки, чтобы поплыть, но...ее начали трясти.

— Эй, Тель, ты как? Ты как будто куда-то плыть собралась.

— Карен, Ноэль, это так здорово! Просто вау! Я хотела поплыть, и не знаю, наверно упала бы, если бы не вы. Там просто шикарно! Столько воды я никогда не видела!

— М-да, кажется, у кого-то принятие сущности будет приятным. Надеюсь, это не больно, — добавила Карен. — А то я немного боюсь боли.

— Мне Клёпа говорила, что это похоже на перелом костей в ногах.

— ЧТО? Я НЕ ВЫДЕРЖУ! — Карен была близка к нервному срыву.

— Выдержишь, это совсем не больно, — резко сказала Тель. Почёму кто-то всего боится, а она, которая и ногу ломала, и руки, должна всех успокаивать? — Идемте лучше ко мне в комнату. Только захватите свои подносы с завтраком, вместе поедим.

Через пару минут все собрались у Эстель. Она сидела на кровати и пила сок из стакана. Карен спросила:

— Что-то случилось, Тель? Ты грустная.

— Я не знаю, где я, не знаю, что с моими родителями, не знаю, кто такие Клео и Климент. Какой ещё я могу быть?

— Не грусти, Эсти, у нас тоже так. И у других детей, и у Клео с Климом. Так что, нос выше и вперед! — Ноэль задорно улыбнулся, задавая тон дальнейшего общения.

— Вот именно, не депрессуй, Тель! — подхватила Карен, слегка виновато улыбаясь.

— Ла-а-адно, так уж и быть, отменю печаль ради друзей. Мы же друзья?

— Конечно! А как иначе? Нас тут всего трое, если будем по одиночке ходить, быстро станет скучно.

— А ещё я так бы и грустила в своей комнате, если бы не вы, — добавила Карен.

— Или дрожала на кушетке, — подколола Эсти.

— Ой, не вспоминай об этом, Эстель.

— А что случилось с Кар-кар? — поинтересовался Ноэль, который не знал случившегося.

— Кар-кар? Ну что ж, Кар-кар, я расскажу или ты сама? — еле сдерживая смех сказала Эстель.

— Сама расскажу, — фыркнула Карен. — Сегодня я проснулась, вижу на столе поднос с завтраком и записку от Клео. "Как проснёшься, зайди в комнату с буквой Z, ляг на кушетку и жди. Не завтракай. Клеопатра.". Это я процитировала, если что. Ну я зашла, только легла, как меня будто током ударило. Я на глубине, вокруг рыбы, темновато ещё, не как в комнате сейчас, а как если бы мы шторы задернули. Я глубины боюсь, а тут ещё не знаю, как выбраться. До сих пор вздрагиваю.

— Знаете, мне кажется, что это не совсем нормально. В смысле, что нас даже с психологом не готовят толком. Клёпа и Клим даже не пришли лично. Просто записки на подносе. А если бы мы проигнорировали их указ? — Ноэль выглядел серьёзным и собранным. — Не знаю, как вам, а мне это не нравится. Мне уже второй день ничего толком не объясняют, и я надеюсь, что мне эта кушетка с проекцией не навредит. Если бы тут была книга жалоб, я бы все туда написал.

— Знаешь, Ноэль, надо просто потерпеть. Мы скоро выйдем в море. Пройдёт время, за нами уже не будут тщательно следить, и тогда мы сбежим. Нас, конечно, могут найти по описания хвостов, но кто сказал, что в море нет водостойкой краски? Если что, всегда можно купить краску на суше, из воды вытянуть хвост, покрасить, дождаться высыхания, а потом просто плыть с другим хвостом. Легко и просто, надо лишь подождать.

— Эстель, но ещё неизвестно, где мы будем. Вдруг за нами будут следить уже не Клео с Климентом, а другие, более опасные персоны? Я думаю, что лучше не испытывать их терпение и подождать совершеннолетия, — возразила Карен. — Тогда уже можно жить своей жизнью.

— Карен, а с чего бы это на суше так много полукровок, если другие полукровки решили жить хорошо под водой? Наверно, им там не очень хорошо живётся, если они выходят на сушу и умирают либо уходят из семей. — Эсти жёстко объясняла свою точку зрения, не тратя времени на вежливость. — А что, если русалки связывают себе подобных каким-то договором, что они должны жить под водой? Причём возможно, что сами русалки и русалы об этом не знают. Иначе не уходили бы на сушу так легко. И потом просто умирают, оставив наследство. Жутковато, не кажется?

— Кажется, — вздохнула Карен. — Но что поделать? Мы же можем поселиться у моря, чтобы каждый день плавать в нем. В виде русалок, разумеется. Хотя особо любопытные могут заметить, но все же...

Дверь резко распахнулась. Дети Обернулась и в проходе увидели разъяренную Клео. Она в один миг оказалась на кровати, на которой сидели Эсти, Карен и Ноэль, и тут же начал кричать:

— Захожу я в процедурные, а там никого нет! Вы что, думаете, если Арселии нет, то можно делать все, что хотите?

— А кто такая Арселия? — недоуменно спросил Ноэль.

— Это русалка, отвечающая в РЦ за психологию. Она и ещё две пока что в отпуске, но сегодня-завтра обещали приехать. Наконец-то мы с Климом отдохнём и просто будем разглядывать вашу кровь под микроскопом. Сегодня к вам присоединится ещё один мальчик, Лео. Поболтайте с ним, утешьте, отвлеките от горя, если ему будет грустно. Можете даже в коридоре погулять, но никуда дальше не уходите. Понятно? Если я узнаю, что вы заглядывали в один из кабинетов, вам мало не покажется. Ладно, я пошла. Если что, сидите в своих комнатах и не высовывайтесь.

— Хорошо, — согласилась Кар-кар и неожиданно добавила:

— А можно вас называть Клёпой?

— Меня? — Клео будто подавилась. — Нет, нет и ещё раз нет. И не смейте при других меня так называть, ясно вам? Хулиганы малолетние, — пробормотала она, выходя из спальни Эстель.

— Я так и знал, что Клё...Клео и Климент не профессионалы! — Ноэль с превосходством посмотрел на девочек и задрал нос.

— Смотри, носом потолок не задень, ясновидец наш, — усмехнулась Тель, посмотрев на Ноэля. — А то придётся нам искать Клёпу или Клима, а нам нельзя в кабинеты заглядывать.

— Ладно-ладно, я уже вернулся на землю. Как думаете, откуда Лео?

— Может из Канады? — предположила Карен.

— Или из Италии, — с лёгкостью заметила Эстель. — Зачем гадать? Время покажет.

* * *

— Идемте к Лео, я слышала, как он с Климом проходил, а потом выглянула — и правда, идут. Он в комнате 91, совсем рядом, — Карен зашла к Эстель, а потом и к Ноэлю.

— Идемте! — с горящими глазами воскликнул Ноэль, радуясь, что тут будет ещё один мальчик, кроме него. Эстель молча встала и оглянулась на других, приглашая к выходу.

В коридоре дети пошли быстрым шагом, им не терпелось познакомиться с новеньким. Каким же он окажется? Карен надеялась, что он будет спокойным, Эсти думала, что Лео будет таким же эмоциональным, как и Ноэль, а Ноэль просто радовался, что Лео тут появился. У двери номер 91 все замерли.

— Кто откроет? — поинтересовалась Эстель. — Никто? Тогда я, — она дёрнула дверную ручку и дверь открылась.

За столом сидел мальчик и что-то выцарапывал не деревянной поверхности. Откуда у него вообще что-то острое? Даже не обернувшись на щелчок замка он спросил:

— Вы кто?

— Мы ребята, которые будем с тобой принимать сущность и учиться дальше. Я Эстель, это Ноэль, а это Карен, — девочка хотела показать, кто есть кто, но Лео так и не обернулся.

— Я Леонардо Триандафилиди, — представился мальчик и наконец повернулся. — ДваКа говорили мне, что тут есть ещё дети, но я представлял вас по-другому.

— ДваКа? — нахмурилась Карен. — Кто это?

— Клео и Клим, о обоих имена на букву "к" начинаются, поэтому я решил немного сократить. Все равно при них я не планировал так говорить.

— Да это круче, чем Клёпа! — восторженно воскликнул Ноэль. — А то Клёпа только для Клео, а ДваКа и для Климент тоже. Кстати, а ты откуда, если не секрет?

— Мне сказали забыть прежнее место жительство, — насупился Лео. — Я и забыл.

— Ну так вспомни! — не терпеливо крикнула Эсти.

— Ладно, Греция.

— Что? Так ты грек? А мы думали, что ты или итальянец, или канадец. Да, у тебя и кожа смуглая. Грек греком. А давай мы тебе о себе расскажем, — предложила Карен. — Например, меня зовут Карен, но прозвище мне здесь дали Кар-кар... — и дети застряли в комнате под номером 91 на долгий час.

* * *

— Лео, ты не... Вот вы где все! — Клёпа строго посмотрела на четвёрку уже друзей. — В следующий раз так долго не засиживайтесь друг у друга, я ищу вас, чтобы сообщить вам новость о том, что приплыли Арселия, Ундина и Ванесса. Если что, на другой стороне от ваших дверей есть двери со знаком змей, стучитесь в любую — вам откроют и помогут. Мы с Климентом просто изучаем вашу кровь в лабораториях, а Арсель, Унди и Несси не могли вернуться из отпуска. Какая-то кража случилась, поэтому всех строго проверяли.

— А можно вопрос? — дождавшись кивка, Эстель продолжила. — Несси это Лох-несское чудовище?

— Ха-ха, нет, конечно нет. Но Ванесса любит появляться в тех водах. Расспросите её поподробнее потом, хорошо? У меня выходной два дня, так что не мешайте.

— Хорошо, — хором сказали ребята и перглянулись, как только Клео вышла.

— Лео, ты так и не сказал, кто из твоих родителей был русалкой.

— А я и сам не знаю. Мне сказали, что папа, но я не уверен, потому что мне делали переливание крови, это раз и два, я из приёмной семьи. Здесь я всего лишь один день, но с уверенностью могу сказать, что тут гораздо лучше, чем у нас в Афинах. Там скучно, у меня не было знакомых, а здесь у меня сразу появились друзья, — кончики ушей Лео порозовели. Было заметно, что он немного смущается, но постепенно ему комфортней и комфортней.

— А давайте придумаем свой знак! — предложила Карен. — Я предлагаю шестиугольную звезду.

— Я за девятиконечную звезду, — разом сказали Лео и Ноэль и рассмеялись.

— Ну а я за перевернутую восьмерку. Это знак бесконечности, — добавила Эстель. — Давайте напишем на бумажке и... А бумажки-то и нет. Ну ладно, давайте на цу-е-фа тогда.

— А это как? — поинтересовался Лео.

— Не знаешь? Ну смотри, есть камень, ножницы, колодец и бумага. Они обозначаются кулаком, двумя пальцами, окей со всеми пальцами и ладонью со сжатыми пальцами. Ножницы побеждают бумагу, бумага побеждает колодец, колодец побеждает ножницы и камень. Камень корежит ножницы. Давайте поиграем сейчас, попробуем, потом и на знак тоже.

Дети попробовали, да так, что заигрались, и опомнились только когда Лео спросил про знак дружбы. В итоге выиграла Эстель, поэтому у четвёрки друзей символом дружбы стал знак бесконечности. После этого все разошлись по комнатам. Вечером принесли ужин, а потом все легли спать. Эстель вспоминала о папе, друзьях и первой процедуре подготовки к принятию сущности. Как же так вышло, что Карен, которая боится воды, Ноэль, которому нравится вода, но не её жители, и Эстель, которая просто обожает плавать, собрались вместе? Интересно, как Леонардо отреагирует на завтрашнюю процедуру? Впрочем, это будет только завтра, поэтому волноваться раньше времени не стоит. С этими мыслями Тель уснула.