Русалка поневоле (джен)

-... диплом победителя в республиканских соревнованиях по плаванию вручается Седых Эстель!

Под аплодисменты на сцену вышла высокая девочка в школьной форме. Завуч школы №46 вручила ей диплом, а потом отпустила обратно в зал. Параллель пятых классов сидела в актовом зале уже час, и всем это порядком надоело. То и дело говорили о правилах дорожного движения на летних каникулах, о жертвах неудачного обращения с самокатами и велосипедами и о том, как важно не забыть школьную программу за лето. Ситуацию разбавляли только активные ученики, которые в течение четвёртой четверти получали награды. Сейчас их по очереди вызывали на сцену, вручали грамоты и отпускали обратно под вялые аплодисменты. Среди них была Седых Эстель, которая, как вы уже поняли, отлично плавала. Ей было одиннадцать лет, но она уже выросла до ста пятидесяти семи сантиметров, научилась виртуозно обгонять соперников на соседних дорожках и владела двумя языками. Правда никто не знал, что она знает и русский язык, и французский, но это не мешало девочке свободно говорить на нём с подругой по интернету из Франции.

Сейчас Эстель сидела в кресле между одноклассницами, которые особенно активно хлопали ей. Девочка не знала, когда уже эта линейка закончится, и их поскорее отпустят домой, на каникулы. Так хотелось бы поехать в спортивный лагерь, но папа снова не дал свое согласие. Он боится отпускать Эстель далеко, боится, что она неожиданно умрет, как и её мама. Без пяти минут шестиклассница посмотрела на сцену. Завучи называли буквы классов, чтобы они могли уйти по очереди, не толпясь в дверях. Наконец назвали и букву Г. Эстель вышла с лёгким сердцем, радуясь, что пятый класс закончился. В следующем году она уже будет шестиклассницей, взрослой девочкой, которая гораздо опытней бывших четвероклашек. Но между пятым и шестым классом стоит целое лето, которое можно провести на речке у бабушки или в бассейне... Если, конечно, папа не приведёт Юлю, будущую мачеху Эстель. Она знакома с папой уже два года, и скоро папа сделает ей предложение. Эстель вообще не хотела, чтобы кто-то вмешивался в их семью, но что поделать, если мама умерла, а препятствовать никто, кроме самой девочки не хочет. А Эстель даже не слушают, отмахиваясь, как от комара.

На улице девочка попрощалась со своими подругами, а потом побежала в дом. Дом находился недалеко от школы, рядом с парком. Эстель любила гулять в нем под дождём. Она вообще любила воду и все, что с ней связано, а папа немного боялся, отчасти от того, что мама Эстель утонула в море в непогоду. Что она там делала, и как папа позволил это, для Эстель всегда оставалось загадкой.

Дома Эстель первым делом услышала голос папы. Он говорил по телефону с Юлей. Приглашал её в ресторан, скорее всего, именно там и будет сделано предложение. Девочка была уверена, что Юля обо всем догадывалась, больно уж хитро она просматривала на Эстель, когда выбирала платье на свидание. Будущая падчерица делала вид, что не замечает ухищрений женщины и молча показывала, какое платье считает лучшим.

— Папа, я дома, — Эстель прошла в гостиную и посмотрела на отца. Он улыбнулся ей и кивнул, а потом весь ушёл в разговор. Через несколько минут он положил трубку и встал с дивана.

— Привет, Эстель, ну что, да здравствуют каникулы?

— Ага, я так рада! — девочка покружилась вокруг себя, показывая, как она счастлива. Папа засмеялся и потрепал дочь по голове.

— Сегодня мы с Юлей в ресторан, нас не теряй, — подмигивание было доказательством, что сегодня вечером кто-то будет очень рад.

— Хорошо, — выдохнула Эстель. Можно послушать музыку, пока дома никого нет, посмотреть фильм или немного погулять. Можно даже наполнить ванну и там полежать, как описывают в разных книгах. — Я пойду, тетради отсортирую, какие в макулатуру сдать, а какие оставить, — и ушла. В комнате царил полумрак из-за закрытых штор, которые Эстель забыла открыть утром. Девочка их открыла и поморщилась от яркого света, брызнувшего из окна. Надо будет сегодня погулять в парке, покормить белочек, которых кормить нельзя, и покачаться на качелях. Ещё можно приготовить кексы, пока дома никого нет, самой же их съесть, а потом нырнуть в ванну. Интересно, а когда папа уйдёт?

— Пап, ты во сколько выходишь? — сразу перешла к действию девочка.

— В пять вечера мы с Юлей встречаемся у её дома, — крикнул из кухни папа. — Не сиди в телефоне допоздна, ложись спать пораньше.

— Хорошо, — Эстель подумала, что особо и не сидит в телефоне, но вспомнила, сколько раз папа заставал её, смотрящую ролики по плаванию или переписывающуюся с подругой из Франции и передумала возмущаться. — Я немного в парке погуляю, ладно?

— Хорошо, осторожно только, долго не гуляй. Как придёшь, напиши, что дома. Я пошёл, мне на работу пора, — папа надевал обувь и уже выходил.

— Пока, — помахала Эстель и закрыла дверь. Девочка подождала, пока машина отъедет и включила музыку на средней громкости. Танцевать, пока дома никого нет, любит каждый. Вот и Эстель танцевала, пока не выдохлась, и только потом выключила музыку и решила набрать ванну. Насыпала зелёную морскую соль, и побольше, чтобы вода была насыщенного цвета, а потом и сама залезла в ванну. Это было просто блаженство, расслабиться, представить, что ты в море, а не в небольшой ванне, что ты русалка, у которой есть шикарный хвост. Эстель даже открыла глаза, чтобы посмотреть на него и разочарованно выдохнула, увидев лишь свои длинные ноги. Спустя час наслаждения девочка вышла. Спустила воду, помыла ванну, а потом посмотрела на часы. Было уже три часа дня, самое то для прогулки по парку. Эстель решила надеть джинсы с сердечками, белую футболку в фиолетовую полоску и синие кроссовки. С собой девочка взяла нежареные натуральные семечки, чтобы покормить белочек. На клетке было написано, что ведётся видеонаблюдение и белок кормить нельзя, но за целый год Эстель так никто и не предъявил штраф.

Парк, в котором любила гулять девочка, был через дорогу от её дома. Парк был небольшим, но интересным. Детская площадка, копилка для бездомных собак, беседки, скамейки, родник, аллея влюблённых и заброшенная сцена, на которой любили лазить местные мальчишки. А ещё полянка, на которой можно устраивать пикники. В общем, местечек для прогулки было предостаточно. Эстель всегда проходила через мост, а потом шла к детской площадке, но на этот раз решила пойти другим путем, через второй вход, заброшенное кафе и пруд. Как выяснилось позже, зря. Но обо всем по порядку.

Эстель вышла из дома и сразу ей в глаза бросилась мокрая кошка, хотя дождя и луж рядом не было. Мысленно пожав плечами на странную кошку, девочка перешла дорогу и пошла ко второму входу в парк. Правда, строители парка подразумевали, что он будет главным, так как на арке было вывешено название парка, но те редкие жители города, которые заходили в парк, всегда заходили с другой стороны. Эстель сама даже не поняла, почему пошла ко второму выходу, но решила не поворачиваться назад. И только девочка прошла мимо заброшенного кафе, как её лицо накрыла мягкая черная ткань. Эстель отчаянно пыталась вспомнить, что делать в таких случаях, но за две секунды так ничего и не вспомнила. Тогда она решила выкрутиться по своему. Задергалась, как кошка, которая не любит, чтобы её трогали, начала пинать ногами своего похитителя (?) и работать локтями. Но тут женский голос начал мягко напевать какое-то необычное четверостишие.

Усни, дитя русалки

Засни глубоким сном.

Смыкают очи чары

Тяжёлым серебром.

Эстель не заметила, как начала потихоньку засыпать. А когда заметила и попыталась сопротивляться, было уже поздно. Веки смыкались, а девочка не могла препятствовать этому, однако из последних сил врезала похитителю, державшему её, локтем в живот. Последним, что слышала Эстель, был стон похитителя, полный боли. Девочка удовлетворённо улыбнулась и провалилась в темноту.

* * *

-... когда девочка очнется, мы узнаем, кто она. Вдруг у неё отец приёмный? Ты откуда знаешь, что у неё именно мать русалкой была, а не отец?

— Успокойся, Клео, они с отцом ну копия, только глаза разного цвета. Оба беловолосые, как будто седые, оба высокие, у обоих взгляд тяжелый. Ну не может быть так, что у неё отец русал, не может.

— Это мы ещё посмотрим при её первом обороте в русалку. Надеюсь, она полегче воспримет информацию о своей сущности. Меня до сих пор передергивает от реакции Ноэля, это же просто ужас! Как он до одиннадцати лет дожил с такими эмоциями, для меня секрет.

— М-да, я тоже вздрагиваю при воспоминания об этом русале. Он одарённый, я уверен, но слишком эмоционален. Будь он поспокойнее, я бы даже порекомендовал его Вениамину, но Вене нравятся молодые русалы поспокойнее, а Ноэль под это слово точно не подходит.

— И не говори. Давай лучше посмотрим, проснулась ли девочка. Как ты говорил, её зовут? Эльма?

— Эстель.

В глаза девочке посветил фонарик. Она поморщилась, но глаза не открыла.

— Просыпайся, — ласково потрепала Эстель по плечу женщина. — Пора вставать, уже утро.

— Как утро? — девочка резко вскочила на кушетке. — А где папа? Он ещё не приехал разве?

— Только не как у Ноэля, — еле слышно пробормотал мужчина. — Эстель, с твоим отцом все хорошо, они с Юлей дома. Ты не дома, — чётко и ясно объяснял он Эстель, которая бегло осматривала комнату, в которой стояла кушетка. К слову, здесь ещё был стол с колбочками, три стула и аптечка на тумбочке у кушетки.

— А где я? — задала вполне ожидаемый вопрос Эстель.

— Сейчас, Климент выйдет, я тебя осмотрю и мы все объясним. Ты только не волнуйся, хорошо? — ободряюще улыбнулась женщина, но было заметно, что она нервничала.

— Хорошо, — Эстель ещё не до конца понимала, что происходит, но изо всех сил крутила шестеренки в голове. Клео выдохнула, радуясь, что первый этап прошёл спокойно. Климент вышел, а Клео начала осмотр. В самом конце она спросила:

— Ты спортсменка?

— Да, плаваю, — Эстель не особо хотела вдаваться в подробности, но язык сам шевелился, будто под действием гипноза.

— Плаваешь? Это просто замечательно, — женщина будто расцвела, на её лице заиграла широченная улыбка. — Клим, можешь заходить! Она плавает, представляешь? — воодушевленно сказала женщина Климу.

— Это же чудесно! Итак, давай начнём, — повернулся Климент к Эстель. — Как тебя зовут полностью?

— Седых Эстель Александровна.

— Как зовут твоего отца?

— Седых Александр Андреевич.

— Прекрасно, — мужчина сделал пометку в блокноте. — Как зовут твою маму?

— Седых Вивьен Антуанетт.

— Как она выглядела?

— Не знаю.

— Не знаешь или не помнишь? — уточнил Климент.

— Не помню, — поначалу Эстель отвечала с равнодушным выражением лица, но к концу уже начала просыпаться. — А вам зачем?

— Надо. Как умерла твоя мать?

— Утонула в море, по словам папы.

— Понятно, — Эстель ожидала очередной вопрос, но неожиданно услышала:

— Твоя мать была русалкой, так что ты тоже русалка.

— ЧТО? — Эстель быстро повернулась, чтобы посмотреть на лицо мужчины. Она русалка? Да быть этого не может! Тогда не случайно мама умерла именно в море?

— Ты русалка, — подтвердила женщина. — Пока ты спала, мы исследовали твою кровь и убедились в своих предположениях. Также мы выяснили, что русалкой была твоя мать, а не отец, и скажу честно, тебе повезло, что не отец, потому что... Просто поверь мне на слово, не все русалки способны терпеть внебрачных детей от своих мужей. Так что у тебя ещё не худший вариант. Кстати, я так и не представилась, меня зовут Клео, я сестра Климента. Ты пару дней отдохнёшь в этом реабилитационном центре, а потом будешь готовиться к так называемому принятию сущности, это когда ребёнок-полукровка в специальной капсуле, полной воды, превращается в русалку. Будет немного больно, как когда ломаются кости, но это терпимо.

— Клео, — шикнул Климент на сестру, когда та упомянула сломанные кости. Эстель удивлённо смотрела на людей и думала, как будет к этому готовиться. Одна только моральная подготовка по ощущениям девочки должна была занять ого-го сколько времени, а уж о физической и вспоминать не стоит.

— А кто будет со мной проходить подготовку? — задала вопрос Эстель, надеясь, что она будет не в одиночестве.

— Мальчик Ноэль и, если завтра все будет хорошо, девочка Карен.

— Мальчик Рождество? — удивилась Эстель. — Он из Франции?

— Да, он был из Франции, но сейчас он живёт не там, и вообще, вам, русалкам-полукровкам, запрещено говорить, где вы жили до этого, сейчас вы там не живёте, поэтому лучше не мутить воду, поняла? — лицо Клео стало суровым, как ветер, дующий с вод Сверно-ледовитого океана, и Эстель торопливо кивнула.

— Клим проводит тебя до твоей комнаты, можешь походить по коридору, но дальше выходить не смей, это запрещено. Есть вопросы? — и тут Эстель вспомнила самое главное. Папа. Юля. И пропавшая Эстель.

— Да, как вы объяснили папе, что я здесь, а не дома? — Клео поморщилась. Она так и знала, что эта проблемная девочка, которая совершенно не к месту вспомнила Францию, врезала Клименту и спокойно отреагировала на тот факт, что она русалка, обязательно задаст вопрос. Возможно, даже не один. Но надо же сказать правду о том, почему никто не ищет её там, на Родине.

— Мы все подстроили так, будто в тебя попала молния и ты умерла. По прогнозу погоды как раз была гроза. Но ты не волнуйся, папа тебя помнит.

— А вы труп подделали? — Клео мысленно попросила сил, чтобы справиться с этим ребенком.

— Да, у РСР, речного сообщества русалок, в запасе находятся тела детей примерно вашего возраста, так что мы делаем так, будто молния попала тебе в лицо и изуродовала его, никто и не поймёт, что это не ты.

— Подождите, то есть кто-то тонет в реках и эти трупы используют как подделку для русалок? Серьёзно? — Эстель была в шоке. Нет, не так. ЭСТЕЛЬ БЫЛА В ШОКЕ. То есть, статистика умерших детей ложная, потому что какая-то часть это не умершие дети, а русалки-полукровки?

— Именно, а сейчас иди к себе в комнату, если ещё появятся вопросы — спросишь Климента, — Клео указала рукой на дверь и улыбнулась. Эстель встала, чуть не упала с непривычки и поковыляла к двери. Климент что-то прошептал своей сестре, а потом поспешил за девочкой.

— Какая ты быстрая, — удивился он.

— На награждение надо выходить быстро, к тому же плавание не терпит медленных, оно их попросту выживает, — резко и слегка высокомерно ответила Эстель.

— Я-а-асно, идём, вот наш коридор.

Эстель и Климент зашли в коридор. Девочка изумленно смотрела вдаль, не видя конца. Справа и слева были двери, двери... На одних были написаны номера, на других непонятные символы, на третьих буквы. Климент быстро шёл вперед, за локоть таща девочку за собой, чтобы она слишком долго никуда не всматривалась. Это помогало, но немного, потому что Эстель то и дело спрашивала:

— А что значит рисунок спирали?

Или:

— Почему на некоторых дверях цифры, а на некоторых буквы?

Или:

— А у этого коридора вообще есть конец?

Климент ответил только не последний вопрос:

— Нет, это круговой коридор, у него нет начала и нет конца, так что гуляй, сколько захочешь, только не забудь номер своей комнаты — 89. Вот и она, кстати говоря.

Эстель сразу, как вошла, начала осматривать комнату, не слушая Клима, который что-то бурчал себе под нос. Кровать, стол, стул и две двери.

— Так, я смотрю, ты освоилась, я тогда пойду. Напомню, что ты не можешь выходить за пределы коридора, — повысил голос Климент и вышел. Он явно нервничал, но из-за чего? Так, надо понять, куда ведут эти двери первым делом, потом можно выйти погулять и поискать ещё детей. Клео говорила, что тут есть мальчик Рождество и завтра девочка будет. Эстель открыла первую дверь и отшатнулась. Она совсем не ожидала, что это будет дверь в шкаф, в котором было несколько непонятных вещей, скорее всего они были нужны для предстоящего принятия сущности. Другая дверь вела в ванную комнату. Там все было обычно: ванна, раковина, унитаз, крючки с полотенцами, мыло. Ничего интересного. Когда Эстель вернулась в комнату, то решила проверить ящики стола. В них тоже было пусто. Скукотень. Даже на тренировке в бассейне и то веселее, хотя нельзя никого утаскивать под воду и... Стоп, откуда мысли про утаскивание людей под воду? Или это принятие сущности приближается? Ё-о-о-жики в тумане, это же сколько времени уйдёт на подготовку. Неудивительно, что Клео и Клим так нервничали, они наверно помнят, каково им было, поэтому и переживают за ребят. Так-так, что же Эстель хотела сделать? Точно, познакомиться с Ноэлем, мальчиком-Рождеством. Ну что ж, руки в ноги и вперед!

* * *

В коридоре никого не было. Неудивительно, особенно учитывая, как убедительны были Клео и Климент. Правда, Эстель же разрешили выходить в коридор, а насчёт приглашения других людей к прогулке, слов не было. Так, рядом комнаты 90 и Z. Что значат буквы, девочка так и не выяснила, поэтому решила постучаться в комнату под номером 90. Ей никто не ответил, наверно, там ещё никто не живёт, если думать, что полукровок селят по порядку. Тогда надо искать дверь с номером 88. Эстель пошла в сторону, откуда они с Климом пришли, но ей попадались двери со змеями, волнами, спиралью, двери с буквами из разных алфавитов и двери без опознавательных знаков, покрытые серой краской. Но вот попался номер 88. Эстель подошла к двери и настойчиво постучалась. Из комнаты донеслись крики, а потом дверь распахнулась.

— Ну что вам ещё надо... О, а ты кто? — перед Эстель появился мальчик европейской внешности, которому, судя по виду, уже надоели брат с сестрой.

— Я Эстель, идём погуляем, расскажу про себя, — она решила атаковать словесно мальчика, чтобы помочь ему освоиться. Уже выйдя в коридор, Эстель продолжила:

— Я из России, люблю плавать, оказалась здесь сегодня, меня похитили из парка, здесь ужасно скучно и я решила найти себе собеседника. Как тебя зовут? — мальчик был ошарашен. Эстель догадывалась, что это и есть тот самый Ноэль, мальчик-Рождество, француз, у которого очень сильные эмоции.

— Я Ноэль, здесь со вчерашнего утра. Люблю рыбу и спокойную музыку. Я из... — тут он помедлил и оглянулся по сторонам. — Из Франции. Мне запретили об этом говорить, а тебе, кажется, не сказали. Меня просто забрали, пока я шёл в школу. Я даже не успел посопротивляться для приличия, зато потом... — Ноэль улыбнулся, вспоминая, какую истерику закатил, когда очнулся. Не помогали даже редкие стишки Клео, которые она с трудом вспомнила в внештатной ситуации. — Потом им было, мягко говоря, неприятно. И я рад, потому что если бы кто-то из моих знакомых узнал, что я даже не сопротивлялся, то мне бы было очень и очень стыдно.

— Понимаю тебя, я сегодня тоже, когда меня неожиданно схватили, не вспомнила сразу, что надо делать. Зато потом локтем врезала Клименту в живот, он чуть от боли не согнулся. Я аж улыбнулась, что меня не как безвольную тряпицу похитили. Кстати, а как мы друг друга понимаем, если ты из Франции, а я из России? Я, конечно, знаю французский язык, но говорю-то на русском.

— Даже не зна-а-ю, — разочарованно протянул Ноэль. — Завтра спрошу у Клёпы, она обещала на вопросы отвечать.

— Клёпа? — засмеялась Эстель. — Как Клеопатра, только больше на кличку для попугая похоже, аж смешно стало.

— Я специально это для неё придумал, уж больно она меня раздражает. Такая вся из себя умная, психолог недоделанный. Надо было сильнее истерить.

— Мне интересно — это из-за тебя у неё сегодня глаз дергался или из-за моих вопросов?

— А что за вопросы ты задавала? — поинтересовался мальчик.

— Ну по типу "Как подделали мой труп" и "Как объяснили мою смерть".

— Интересно...- протянул Ноэль. — И как объяснили? Я не додумался спросить, у меня тогда в мыслях было лишь то, как из из себя побыстрее вывести.

— Сказали, что в моё лицо попала молния, а труп взяли у РСР, сообщества русалок. Интересно мы живём, правда? — усмехнулась Эстель.

— Кстати, как тебя зовут? Эсти?

— Можешь и так называть. Так-то я Эстель, мы с тобой можно сказать соотечественники, у меня мама француженка. Правда, она француженка только наполовину, но это не так важно.

— А тебя мама научила французскому языку?

— Нет, — Эсти погрустнела. — Она утонула, когда мне было два года, так что французский я учила сама с семи лет. Это несложно, особенно если есть подруга из Франции, с которой можно болтать по телефону. Кстати, а ты из какого города?

— Я из Тулузы, а ты? — Ноэль тоже погрустнел при воспоминания родного города.

— Я из Светловолжска, небольшой город на берегу Волги. У нас красиво, но людей мало. Никто не хочет стелиться в мелких городах, где мало платят.

— Тихо! — вдруг шикнул на неё Ноэль. Эстель сделала вид что просто шла и молчала все это время. Им навстречу шёл Климент с девочкой. Она выглядела так, будто недавно сильно плакала, а сейчас её еле вытащили в коридор. Климент сурово смотрел на Эстель, но ничего не мог поделать — он сам разрешил ей гулять по коридору.

— Карен, это Эстель и Ноэль, они будут твоей компанией при принятии сущности. Я тебя провожу до комнаты, все объясню, а потом ты сможешь с ними поболтать. Только недолго, тебе надо отдохнуть и набраться сил, хорошо? — девочкой судорожно кивнула. Вряд ли она могла понимать, что говорит Климент, но Эстель надеялась, что сможет ей все разъяснить с точки зрения самих полукровок. Эсти думала, что девочку поселят рядом с ней, в комнату номер 90, но по неизвестным причинам комнату номер 89 и 90 разделяли аж пять дверей с символами и буквами. Как так вышло, Эстель не знала, но на будущее решила не обращать на всякую ерунду внимания, а то так и с ума сойти можно. Как говорилось в буклетике по психологии? Музыка и пофигизм укрепляют организм? Точно! Именно так и будет Эсти укреплять своё здоровье.

— Идём, Ноэль, мне сказали, что этот коридор бесконечный, так что мы можем здесь ходить сколько душе угодно.

— Да? Мне о таком никто и не сказал. Обидно, — было заметно, что Ноэль прикалывается, но Эстель решила поддержать его игру.

— Да ты просто заколебал Клео и Клима своей истерикой, вот они и решили тебе отомстить.

— Эсти!.. — мальчик-Рождество пихнул локтем в бок девочку, а потом расхохотался. На эти громкие звуки выглянула не пойми откуда взявшаяся Клео.

— Цыц! Раскричались тут, люди делом заняты, а вы.. — не дождавшись реакции детей она вернулась в комнату и захлопнула дверь так быстро, что Эсти и Ноэль не успели ничего разглядеть. Дети переглянулись, одновременно цокнули и пошли дальше. Когда они дошли до комнаты Ноэля второй раз, то решили идти в обратную сторону, чтобы побыстрее дойти до комнаты новенькой и пообщаться с ней. А своей комнаты Эстель задержалась и попросила Ноэля немного подождать снаружи. Заглянув внутрь, видимых изменений не было, но присмотревшись, Эсти заметила, что здесь кто-то был. Стул слегка выдвинут из-за стола, а покрывало на кровати будто поспешно разгладили. Подозрительно прищурившись, девочка вернулась.

— Идём к новенькой, её, кажется, Карен зовут, — и немного помолчав, добавила. — В моей комнате кто-то был. Немного подозрительно, не кажется?

— Нет. Я сегодня чистил зубы, вернулся, а там тоже кто-то был. Причём, вроде ничего не изменилось, но заметно, если на общую картину посмотреть, а не на детали. Но как по мне, ничего странного, всё-таки они должны за нами присматривать. Идём лучше к Карен. Она, наверно, беспокоится.

— Идём, — согласилась Эсти.

Приоткрыв дверь в комнату номер 90, Ноэль заглянул первый. На кровати сидела девочка и изо всех сил старалась не расплакаться. Рядом уже не было Климента, так что дети могли спокойно поговорить.

— Привет, — первым начал разговор Ноэль. — Меня зовут Ноэль, а это Эсти. Тебя тоже "обрадовали" новостью, что ты русалка?

— Привет, — тихо ответила девочка и замолчала на пару минут. — Да. Меня зовут Карен.

— Приятно познакомиться, я Эстель, но можешь называть меня Эсти или Тель. Как ты себя чувствуешь? — Эстель понимала, что Карен сейчас нужна поддержка, поэтому старалась изо всех сил.

— Плохо, — и девочка начала рассказ. — Я легла спать дома, в Дании, а проснулась, когда меня несли на носилках в комнату. Я испугалась, что со мной во сне что-то случилось, поэтому сделала вид, что сплю. Зря, конечно, надо было сразу сказать, что я проснулась. Потом у меня из вены взяли кровь и начали её рассматривать в микроскопе, при этом ещё говорили, кто был русалкой: папа или мама. А потом посмотрели кровь и говорили, что папа. Но папа-то со мной живёт, он добрый и ни капли не русал. Мама тоже не русалка, мы часто на море ездили, уж я-то заметила бы. А потом я услышала, что папа мне не папа на самом деле. Я так испугалась, что заплакала, и тогда ко мне подошла Клео и начала успокаивать меня. А потом сказала, чтобы я не плакала, потому что я русалка и буду плескаться в море круглый год. Но я плакала, потому что не знала, где я. Мне потом сказали, что я в реабилитационном центре, что тут есть другие дети и что у меня есть папа в море. Но я не хочу, чтобы у меня был папа в море, я хочу просто жить, в Дании, с друзьями, с мамой и папой, или уже не папой, а отчимом? Выезжать на природу, на пикник. А тут это море. Я не люблю море, боюсь глубины. Как вот дальше мне жить?

Ноэль и Эсти потрясенно молчали. Ещё бы, всю жизнь думать, что отец тебе родной, а на одиннадцатом году жизни узнать, что у тебя отец русал, который тебя даже в лицо не знает, это выше ожидаемого.

— А тебе Клео не говорила насчёт того, хорошо это или плохо, что у тебя отец русал? — осторожно поинтересовалась Эстель. А то вдруг Клео сказала это в своей грубой форме и Карен расстроилась из-за этого тоже?

— Не говорила... — протянула Карен. — А это плохо?

— Ну как тебе сказать, смотря какой характер будет у твоей мачехи. Мне Клео сказала, что не все русалки способны терпеть внебрачных детей от своих мужей. Дословно повторяю, кстати, это не страшилки от Эстельки, это слова Клёпы. Но ты не волнуйся, мы же будем друзьями, да? Я, ты и Ноэль. — Эсти улыбнулась, надеясь, что Карен сейчас не оттолкнет её и захочет дружить.

— А как же я? Я же не хотела, чтобы отец был русалом. Я же не виновата в этом, почему русалки тогда не любят полукровок? — Карен занервничала.

— Не знаю, наверно потому, что русалки не могут долго ссориться со своими мужьями, а с родней что-то делать все равно надо. К тому же, если они вдруг от тебя откажутся, хотя это вряд ли, ведь у всех полукровок есть родня в воде, то это плохо скажется на их репутации. Но как по мне, приёмная семья в воде это ещё не самый худший вариант. А то представляешь, на русалках себя хорошо ведут, а дома шпыняют... — Эстель не успела договорить, как Ноэль её перебил:

— Не слушай Эсти, она шутит, все будет хорошо, мы вместе будем проходить подготовку к принятии сущности, а потом будем учиться в одном классе. Здорово, правда? Как думаете, какого цвета будет мой хвост? — Ноэль вмешался в самый раз, мысли Карен перескочили на другую тему и сейчас она думала, какого цвета может быть квост у мальчика.

— Наверно, мог бы быть золотистый, — предположила она.

— Или темно-фиолетовый, — подхватила Тель. — Кстати, Ноэль, а кто из родителей у тебя русалка?

— Мама, — мрачно ответил молодой русал. — Она ушла, когда мне было шесть лет. Потом у меня появилась мачеха, а потом по пути в школу меня украли. И сейчас я здесь, болтаю с вами.

— Понятно, — Эсти решила поделиться и своей историей. — Давайте я вам расскажу, что у меня было. Когда мне было два года, моя мама утонула в море, сейчас мне кажется, что неспроста, кстати, в девять лет у моего папа появилась подружка, а в день, когда меня похитили, то есть сегодня, он шёл с ней в ресторан. Я оставалась дома одна. Послушала музыку, потанцевала, потом захотелось мне пойти в парк у дома. И не знаю, с чего бы это, но меня потянуло пойти в парк с другой стороны. И только я прошла арку, как моё лицо накрывает черная ткань, я двигаю локтем в живот Климент, Клео меня усыпляет, а потом я просыпаюсь здесь! Вот такая история.

— Мне интересно, а который час? — подала голос Карен. — Ноэль, ты вчера как узнавал время?

— Ко мне Климент заходил, сказал, что пора спать и выключил свет в коридоре. Оказывается, там в одну систему все кабинеты и комнаты включены.

— Ребята, а что, если мы находимся под водой? И поэтому везде просто включают и выключают свет разом, чтобы не бегать. К тому же я уверена, что этим коридорчиком реабилитационный центр не огранич...- тут дверь открылась и показалась женщина в белой косынке и фартуке.

— Мне сказали поставить порции в номера 88, 89 и 90, я думаю, что вы все уже ко сну готовитесь, а вы здесь? Марш все по местам! — Ноэля и Эстель как ветром сдуло. Карен осталась одна. Ну ничего, эту ночь можно пережить и одной, зато утешает, что через пять дверей есть подруга Эстель, а ещё через пятнадцать — друг Ноэль. Каждому русаленку дали свой ужин, соответствующий их физическому состоянию. Ноэль ел курицу по-французски, сок и печенье к нему. Эстель ела тушеную капусту с фаршем, а Карен картофельное пюре с котлетой. Все были довольны и ощущали связь дружбы через много дверей друг от друга.

Эсти потянулась, зевнула и села на кровати. Где это она? В голове пронеслись яркие события вчерашнего дня. Клёпа, Клим, Ноэль и Карен. Эх, как же там папа? Наверно, он уже узнал, что в его дочь попала молния, а тело изуродовано. Ну ничего, они с Юлей будут жить спокойно, а Эстель выживет в этом аквариуме. Покрутив головой в разные стороны, девочка заметила, что на столе стоит поднос с завтраком, а рядом записка.

"Как проснёшься, зайди в комнату с буквой Z, ляг на кушетку и жди. Не завтракай. Клеопатра."

Эсти удивлённо посмотрела на записку. А зачем тогда завтрак принесли? Чтобы вызвать аппетит? М-да, манеры у этих полурыб так себе. Эстель оделась в непонятный костюм из блестящей тянущейся ткани, которая была похожа на непрозрачную плёнку. Впрочем, выбирать было не из чего, вся одежда в шкафу была такая, только разных цветов.

Выйдя из комнаты, Эстель нарочно пошла в другую сторону, где находилась комната Карен, а не где она вчера видела букву Z. Рядом с комнатой Карен была дверь с буквой Z. Эсти заглянула туда и увидела на кушетку лежащую Карен

— Эй, все в порядке? — вчерашняя знакомая лежала, свернувшись калачиком, и дрожала.

— Эсти? — Карен была на глубине и не могла всплыть. В темноте среди рыб появилась Тель. Она что-то спрашивала, но Карен её не слышала. Она была на глубине, как-то дышала, и не могла побороть в себе страх подводных ям. Сквозь толщу воды до неё донёсся голос Эсти.

— Карен! Очнись, что с тобой? Карен! — девочка наконец-то вдохнула и рывком заставила себя сесть. Картинка подводной глубины исчезла. Перед ней стояла Эстель и обеспокоенно вглядывалась в лицо Карен. — Что с тобой было, Карен? Ты дрожала!

— Эстель! Ни за что не ложись на кушетку! Я оказалась под водой и еле могла дышать. Не ложись на кушетку! Тебе будет плохо!

— Карен! Ты тоже увидела записку и зашла в комнату с буквой Z?

— Да, — девочку до сих пор трясло. — Там были страшные рыбы и скалы. А потом появилась ты.

— Идём к Ноэлю, вдруг с ним тоже не все в порядке? — предложила Эстель.

— Но он же как-то вчера вытерпел. Ты же сказала, что он тут не первый день, или как? — нахмурилась Карен.

— Он мне ничего не говорил насчёт процедур. А что, если ему запретили? Идём к нему скорее!

Девочки выскочил в коридор и помчались в сторону, откуда вчера пришли. Рядом с комнатой номер 88 была процедура с буквой Z. Приложив ухо и ничего не услышав, Карен решила заглянуть. На кушетке лежал бледный Ноэль и что-то бормотал под нос. Эсти прислушалась и расслышала что-то вроде "Уйдите, рыбы, я люблю вас только в жареном виде. Ну или хотя бы в вареном". Карен прищурилась и помахала рукой у лица Ноэля. Он удивлённо распахнул глаза и сел.

— Что вы тут делаете? Ложитесь в свои комнаты на кушетки и "готовьтесь к приближающемуся принятия сущности", — очень похоже спародировал мальчик Клёпу. — Я не мог вам сказать, потому что... Не мог. Только хочу сказать, как что-то не даёт. Я бы вам сказал обязательно, потому что первый раз это ужас. Я лёг на кушетку и внезапно под водой оказался. Я, конечно, люблю воду, но не её подводных жителей. А там вокруг так много рыб было, брр.

— Слушайте, ребята, а у меня появилась идея, — медленно произнесла Эстель. — Идемте в мою процедурную комнату и посмотрим, как себя буду чувствовать я, идёт? Если что, растормошите меня, я сяду и все расскажу.

Дети быстро переместились в комнату Z рядом с комнатой 89. Эсти закрыла глаза и легла на койку. А когда открыла глаза, то не сдержала удивлённый возглас. Она была под водой. Рядом плавали рыбы, осьминог и водоросли. Справа были скалы, а слева лес водорослей. Эсти уже вытянула руки, чтобы поплыть, но...ее начали трясти.

— Эй, Тель, ты как? Ты как будто куда-то плыть собралась.

— Карен, Ноэль, это так здорово! Просто вау! Я хотела поплыть, и не знаю, наверно упала бы, если бы не вы. Там просто шикарно! Столько воды я никогда не видела!

— М-да, кажется, у кого-то принятие сущности будет приятным. Надеюсь, это не больно, — добавила Карен. — А то я немного боюсь боли.

— Мне Клёпа говорила, что это похоже на перелом костей в ногах.

— ЧТО? Я НЕ ВЫДЕРЖУ! — Карен была близка к нервному срыву.

— Выдержишь, это совсем не больно, — резко сказала Тель. Почёму кто-то всего боится, а она, которая и ногу ломала, и руки, должна всех успокаивать? — Идемте лучше ко мне в комнату. Только захватите свои подносы с завтраком, вместе поедим.

Через пару минут все собрались у Эстель. Она сидела на кровати и пила сок из стакана. Карен спросила:

— Что-то случилось, Тель? Ты грустная.

— Я не знаю, где я, не знаю, что с моими родителями, не знаю, кто такие Клео и Климент. Какой ещё я могу быть?

— Не грусти, Эсти, у нас тоже так. И у других детей, и у Клео с Климом. Так что, нос выше и вперед! — Ноэль задорно улыбнулся, задавая тон дальнейшего общения.

— Вот именно, не депрессуй, Тель! — подхватила Карен, слегка виновато улыбаясь.

— Ла-а-адно, так уж и быть, отменю печаль ради друзей. Мы же друзья?

— Конечно! А как иначе? Нас тут всего трое, если будем по одиночке ходить, быстро станет скучно.

— А ещё я так бы и грустила в своей комнате, если бы не вы, — добавила Карен.

— Или дрожала на кушетке, — подколола Эсти.

— Ой, не вспоминай об этом, Эстель.

— А что случилось с Кар-кар? — поинтересовался Ноэль, который не знал случившегося.

— Кар-кар? Ну что ж, Кар-кар, я расскажу или ты сама? — еле сдерживая смех сказала Эстель.

— Сама расскажу, — фыркнула Карен. — Сегодня я проснулась, вижу на столе поднос с завтраком и записку от Клео. "Как проснёшься, зайди в комнату с буквой Z, ляг на кушетку и жди. Не завтракай. Клеопатра.". Это я процитировала, если что. Ну я зашла, только легла, как меня будто током ударило. Я на глубине, вокруг рыбы, темновато ещё, не как в комнате сейчас, а как если бы мы шторы задернули. Я глубины боюсь, а тут ещё не знаю, как выбраться. До сих пор вздрагиваю.

— Знаете, мне кажется, что это не совсем нормально. В смысле, что нас даже с психологом не готовят толком. Клёпа и Клим даже не пришли лично. Просто записки на подносе. А если бы мы проигнорировали их указ? — Ноэль выглядел серьёзным и собранным. — Не знаю, как вам, а мне это не нравится. Мне уже второй день ничего толком не объясняют, и я надеюсь, что мне эта кушетка с проекцией не навредит. Если бы тут была книга жалоб, я бы все туда написал.

— Знаешь, Ноэль, надо просто потерпеть. Мы скоро выйдем в море. Пройдёт время, за нами уже не будут тщательно следить, и тогда мы сбежим. Нас, конечно, могут найти по описания хвостов, но кто сказал, что в море нет водостойкой краски? Если что, всегда можно купить краску на суше, из воды вытянуть хвост, покрасить, дождаться высыхания, а потом просто плыть с другим хвостом. Легко и просто, надо лишь подождать.

— Эстель, но ещё неизвестно, где мы будем. Вдруг за нами будут следить уже не Клео с Климентом, а другие, более опасные персоны? Я думаю, что лучше не испытывать их терпение и подождать совершеннолетия, — возразила Карен. — Тогда уже можно жить своей жизнью.

— Карен, а с чего бы это на суше так много полукровок, если другие полукровки решили жить хорошо под водой? Наверно, им там не очень хорошо живётся, если они выходят на сушу и умирают либо уходят из семей. — Эсти жёстко объясняла свою точку зрения, не тратя времени на вежливость. — А что, если русалки связывают себе подобных каким-то договором, что они должны жить под водой? Причём возможно, что сами русалки и русалы об этом не знают. Иначе не уходили бы на сушу так легко. И потом просто умирают, оставив наследство. Жутковато, не кажется?

— Кажется, — вздохнула Карен. — Но что поделать? Мы же можем поселиться у моря, чтобы каждый день плавать в нем. В виде русалок, разумеется. Хотя особо любопытные могут заметить, но все же...

Дверь резко распахнулась. Дети Обернулась и в проходе увидели разъяренную Клео. Она в один миг оказалась на кровати, на которой сидели Эсти, Карен и Ноэль, и тут же начал кричать:

— Захожу я в процедурные, а там никого нет! Вы что, думаете, если Арселии нет, то можно делать все, что хотите?

— А кто такая Арселия? — недоуменно спросил Ноэль.

— Это русалка, отвечающая в РЦ за психологию. Она и ещё две пока что в отпуске, но сегодня-завтра обещали приехать. Наконец-то мы с Климом отдохнём и просто будем разглядывать вашу кровь под микроскопом. Сегодня к вам присоединится ещё один мальчик, Лео. Поболтайте с ним, утешьте, отвлеките от горя, если ему будет грустно. Можете даже в коридоре погулять, но никуда дальше не уходите. Понятно? Если я узнаю, что вы заглядывали в один из кабинетов, вам мало не покажется. Ладно, я пошла. Если что, сидите в своих комнатах и не высовывайтесь.

— Хорошо, — согласилась Кар-кар и неожиданно добавила:

— А можно вас называть Клёпой?

— Меня? — Клео будто подавилась. — Нет, нет и ещё раз нет. И не смейте при других меня так называть, ясно вам? Хулиганы малолетние, — пробормотала она, выходя из спальни Эстель.

— Я так и знал, что Клё...Клео и Климент не профессионалы! — Ноэль с превосходством посмотрел на девочек и задрал нос.

— Смотри, носом потолок не задень, ясновидец наш, — усмехнулась Тель, посмотрев на Ноэля. — А то придётся нам искать Клёпу или Клима, а нам нельзя в кабинеты заглядывать.

— Ладно-ладно, я уже вернулся на землю. Как думаете, откуда Лео?

— Может из Канады? — предположила Карен.

— Или из Италии, — с лёгкостью заметила Эстель. — Зачем гадать? Время покажет.

* * *

— Идемте к Лео, я слышала, как он с Климом проходил, а потом выглянула — и правда, идут. Он в комнате 91, совсем рядом, — Карен зашла к Эстель, а потом и к Ноэлю.

— Идемте! — с горящими глазами воскликнул Ноэль, радуясь, что тут будет ещё один мальчик, кроме него. Эстель молча встала и оглянулась на других, приглашая к выходу.

В коридоре дети пошли быстрым шагом, им не терпелось познакомиться с новеньким. Каким же он окажется? Карен надеялась, что он будет спокойным, Эсти думала, что Лео будет таким же эмоциональным, как и Ноэль, а Ноэль просто радовался, что Лео тут появился. У двери номер 91 все замерли.

— Кто откроет? — поинтересовалась Эстель. — Никто? Тогда я, — она дёрнула дверную ручку и дверь открылась.

За столом сидел мальчик и что-то выцарапывал не деревянной поверхности. Откуда у него вообще что-то острое? Даже не обернувшись на щелчок замка он спросил:

— Вы кто?

— Мы ребята, которые будем с тобой принимать сущность и учиться дальше. Я Эстель, это Ноэль, а это Карен, — девочка хотела показать, кто есть кто, но Лео так и не обернулся.

— Я Леонардо Триандафилиди, — представился мальчик и наконец повернулся. — ДваКа говорили мне, что тут есть ещё дети, но я представлял вас по-другому.

— ДваКа? — нахмурилась Карен. — Кто это?

— Клео и Клим, о обоих имена на букву "к" начинаются, поэтому я решил немного сократить. Все равно при них я не планировал так говорить.

— Да это круче, чем Клёпа! — восторженно воскликнул Ноэль. — А то Клёпа только для Клео, а ДваКа и для Климент тоже. Кстати, а ты откуда, если не секрет?

— Мне сказали забыть прежнее место жительство, — насупился Лео. — Я и забыл.

— Ну так вспомни! — не терпеливо крикнула Эсти.

— Ладно, Греция.

— Что? Так ты грек? А мы думали, что ты или итальянец, или канадец. Да, у тебя и кожа смуглая. Грек греком. А давай мы тебе о себе расскажем, — предложила Карен. — Например, меня зовут Карен, но прозвище мне здесь дали Кар-кар... — и дети застряли в комнате под номером 91 на долгий час.

* * *

— Лео, ты не... Вот вы где все! — Клёпа строго посмотрела на четвёрку уже друзей. — В следующий раз так долго не засиживайтесь друг у друга, я ищу вас, чтобы сообщить вам новость о том, что приплыли Арселия, Ундина и Ванесса. Если что, на другой стороне от ваших дверей есть двери со знаком змей, стучитесь в любую — вам откроют и помогут. Мы с Климентом просто изучаем вашу кровь в лабораториях, а Арсель, Унди и Несси не могли вернуться из отпуска. Какая-то кража случилась, поэтому всех строго проверяли.

— А можно вопрос? — дождавшись кивка, Эстель продолжила. — Несси это Лох-несское чудовище?

— Ха-ха, нет, конечно нет. Но Ванесса любит появляться в тех водах. Расспросите её поподробнее потом, хорошо? У меня выходной два дня, так что не мешайте.

— Хорошо, — хором сказали ребята и перглянулись, как только Клео вышла.

— Лео, ты так и не сказал, кто из твоих родителей был русалкой.

— А я и сам не знаю. Мне сказали, что папа, но я не уверен, потому что мне делали переливание крови, это раз и два, я из приёмной семьи. Здесь я всего лишь один день, но с уверенностью могу сказать, что тут гораздо лучше, чем у нас в Афинах. Там скучно, у меня не было знакомых, а здесь у меня сразу появились друзья, — кончики ушей Лео порозовели. Было заметно, что он немного смущается, но постепенно ему комфортней и комфортней.

— А давайте придумаем свой знак! — предложила Карен. — Я предлагаю шестиугольную звезду.

— Я за девятиконечную звезду, — разом сказали Лео и Ноэль и рассмеялись.

— Ну а я за перевернутую восьмерку. Это знак бесконечности, — добавила Эстель. — Давайте напишем на бумажке и... А бумажки-то и нет. Ну ладно, давайте на цу-е-фа тогда.

— А это как? — поинтересовался Лео.

— Не знаешь? Ну смотри, есть камень, ножницы, колодец и бумага. Они обозначаются кулаком, двумя пальцами, окей со всеми пальцами и ладонью со сжатыми пальцами. Ножницы побеждают бумагу, бумага побеждает колодец, колодец побеждает ножницы и камень. Камень корежит ножницы. Давайте поиграем сейчас, попробуем, потом и на знак тоже.

Дети попробовали, да так, что заигрались, и опомнились только когда Лео спросил про знак дружбы. В итоге выиграла Эстель, поэтому у четвёрки друзей символом дружбы стал знак бесконечности. После этого все разошлись по комнатам. Вечером принесли ужин, а потом все легли спать. Эстель вспоминала о папе, друзьях и первой процедуре подготовки к принятию сущности. Как же так вышло, что Карен, которая боится воды, Ноэль, которому нравится вода, но не её жители, и Эстель, которая просто обожает плавать, собрались вместе? Интересно, как Леонардо отреагирует на завтрашнюю процедуру? Впрочем, это будет только завтра, поэтому волноваться раньше времени не стоит. С этими мыслями Тель уснула.

— Эстель, просыпайся! Пора вставать, уже утро! — Эсти на время показалось, будто это мама, а одиннадцать лет её жизни — всего лишь страшный сон, который хочется поскорее забыть. Но открыв глаза, она увидела лицо, совсем не похожее на мамино. Мягкие черты лица, белые волосы и фиолетовые глаза.

— Уже встаю, — разочарованно пробормотала Тель и побрела в сторону ванной комнаты. Там она помылась, почистила зубы, и умыла лицо. Когда она вышла обратно в спальню, незнакомая русалка стояла возле её шкафа с розовым костюмом в руках.

— Давай я помогу тебе его надеть, — улыбнулась она. Эстель кивнула и позволила засунуть свои руки в рукава, а ноги в что-то по типу лосин со встроенным носками. — Сейчас мы идём в процедурную комнату на подготовку к принятию сущности. Ты уже была в ней?

— Да, — ограничилась одним словом Эсти.

— Как впечатления?

— Нормально.

— Хорошо, сегодня ты ещё раз там побываешь и будешь говорить, что видишь и чувствуешь, ладно?

— Угу.

— Меня зовут Арселия, я русалка по психологии, — Тель промолчала. Знакомая кушетка, ощущение, что ты в море... Но рядом Арселия.

— Ложись на кушетку, закрой глаза и не открывай их, пока мой голос не умолкнет, хорошо? А теперь слушай: давным-давно морские жители разделились. Одни хотели выйти на сушу, а другие — остаться в воде. Появилось и два вождя. Один повёл жителей за собой к неизведанным территориям, а другой стал развивать культуру на дне...

— А потом через много-много лет представители разных команд встретились, и появилась я, — резко и грубо перебила Арселию Тель. Ей не нравилась эта русалка, которая, как казалось, могла залезть в душу и все там перевернуть, а по пути ещё и мозги поджарить.

— В общем-то ты права, — мягко улыбнулась Арселия. — Представь, что ты в море. Вокруг тебя вода, рыбы, снизу песок, наверху еле проглядывает небо. Тебе хорошо, ты хочешь плавать, ты открыла глаза и смотришь. Что ты видишь? — голос убаюкивал. Эстель через силу открыла глаза и увидела перед собой совсем иную картину, нежели вчера. Бескрайние просторы, вода, далеко на дне водоросли, рыбы и свет сверху, к которому хочется поплыть.

— Воду. Рыб. Свет. Дно, — односложными ответами Эсти хотела заставить себя не выбалтывать все сразу, но не сдержалась. — Тут очень красиво, я хочу поплыть на свет, просторно.

— Ты можешь сдержать свое желание плыть или уже совсем нет сил? — обеспокоенно осведомилась Арселия.

— Очень хочу плыть.

— Понятно, — щелчок — и все пропало. — Садись. В следующий раз тебе надо будет придумать другую процедуру. Такое редко бывает, чтобы ребёнок, узнавший, что он русалка, очень хотел плавать глубоко под водой. Я или Ундина будем сопровождать тебя на плавание, хорошо? Завтра мы пойдём в бассейн, ты там поплаваешь и вернёшься обратно. Ты хотела бы, чтобы твои друзья наблюдали за тобой?

— Нет.

— Хорошо, сейчас иди в свою комнату. Тебе нужен альбом, книга или что-то ещё?

— Альбом с карандашами, пожалуйста.

— Хорошо, тебе его занесут вместе с завтраком. После завтрака можешь погулять с друзьями по коридору. Наши комнаты с символом змеи всегда открыты для вас, — Эсти просто кивнула. — Можешь пройти в свою комнату отсюда, — Арселия указала на неприметную дверь сбоку, которую вчера Эсти не заметила. — Она ведёт в твою комнату, но из комнаты сюда не зайти. Пока! — Эстель зашла в комнату и села. Арселия, Унди и...Ванесса? Да, вроде так, они точно будут следить за детьми гораздо лучше, чем ДваКа, как их назвал Лео. Интересно, раз русалок только трое, а ребят четверо, то они не одновременно процедуры проходят? Или есть ещё кто-то? Надо будет спросить у ребят, если, конечно, это не запрещено. Как отреагируют Арсель, Унди и Несси, если узнают, что дети помнят, из каких они стран? Лучше не знать. Эстель поежилась. Страшно представить, какие русалки в гневе, если они в обычном состоянии людей под воду утаскивают. Когда уже принесут завтрак? Девочка нутром чувствовала, что лучше слушаться Арселию и до завтрака в коридор не выходить. Эсти легла на кровать и закрыла глаза. Долго ли она лежала, неизвестно, но села, как только дверная ручка начала поворачиваться. Это зашла Карен.

— Привет, Тель! Арселия разрешила мне зайти к кому-нибудь, и я выбрала тебя. Ничего страшного, да?

— Карен! А мне запретили выходить...- Эсти грустно уставилась в пол. — Сказали подождать завтрака. Я ещё попросила альбом с карандашами, так что можем порисовать, когда его принесут. Как тебе процедура?

— В этот раз все было совсем по-другому! Я была будто у берега, глубина не чувствовалась, но при этом я видела совсем рядом дно. Так сказать, я была на мели. А как у тебя все прошло?

— Я снова очень хотела плыть, и Арселия сказала, что мои процедуры будут в бассейне завтра. Она ещё нахмурилась так, когда я сказала, что очень хочу плыть.

— Как "так"? — поинтересовалась Кар-кар.

— Ну, будто это плохо. Интересно, как там Лео и Ноэль? — дверь открылась во второй раз. Зашла незнакомая русалка, у которой в руках непонятно каким образом помещались два подноса с завтраком, альбом и коробка карандашей. Русалка представилась как Ундина, поставила подносы на стол и тихо вышла.

— А как она поняла, что я здесь? — в голове Карен крутились шестеренки, а потом морщинка на лбу разгладилась. — Наверно, зашла ко мне с завтраком, а меня нет.

— Наверно, — Эстель быстро поглощала завтрак, а как с ним расправилась, тут же открыла альбом и коробку с карандашами. — Слуушай, Карен, у меня идея появилась! Ты же слушала песни? Дава... — Эсти не успела договорить, как Карен её перебила

— Нет. Я не слушала песни, мне больше нравится играть на скрипке.

— Правда? Я всегда восхищалась людьми, которые играют на музыкальных инструментах! Сама я только плаваю, но играть на скрипке это круто! А я слушала много музыки. Спеть тебе какую-нибудь?

— Давай, — с лёгкостью согласилась Карен.

— Ну тогда слушай...

Пусть бегут неуклюже

Пешеходы по лужам,

А вода по асфальту рекой.

И не ясно прохожим

В этот день непогожий

Почему я веселый такой.

А я играю на гармошке

У прохожих на виду,

К сожалению

День рождения

Только раз в году.

Если честно, это единственная песня, которая мне так нравится. Ну мне ещё нравится, конечно, про робота, где-то ангелы кричат, ну ещё разная музыка, которую папа в машине слушал. Если хочешь, я тебе могу их вспомнить и напеть как-нибудь, но не сейчас. А ты рисуешь, кстати?

— Немного. Не очень хорошо, но мне нравится рисовать одежду, обувь и все такое. А ты рисуешь?

— Иногда, но у меня плохо получаются лица. Ты ещё чем-то занимаешься?

— Ну, мне нравятся уроки истории в школе, да и все. Давай поищем Ноэля или Лео, а то скучно как-то, — спустя пять минут рисования в тишине предложила Карен. — Тебе же разрешили выходить после завтрака?

— Ага. Тебе тоже?

— Мне вообще разрешили делать, что я посчитаю нужным. Видимо, русалки считают, что я благоразумней тебя, — усмехнулась Кари. — Ладно, идём, мальчиков проведаем, как они там.

Эстель и Карен вышли в коридор. В нем никого не было, только шаги эхом отзывались от высокого потолка. Только сейчас Эсти заметила, что в коридоре пусто. Буквально, в нем ничего не было, только двери уходили вправо и влево. Комната Z, D, n, две змеи, и вот наконец-то 88.

— Тук-тук, — нараспев произнесла Карен, открывая дверь. На кровати лежал Ноэль. Он открыл глаза, когда девочки вошли, но не сел. — Как дела? Чего раскис? Вставай, Лео навестим. Вставай, говорю, не лежи, у нас в Дании гостей принято встречать, а не лежать на кровати.

— Вставай! — подключилась Тель. — Неужели все прошло так плохо?

— Да нормально прошло, просто не нравится мне эта Арселия. Красивая, хорошая, но...с подзаковыринкой. Я был в море без рыб и прочей живности, все, как я люблю, но эта Арсель рядом заставляла меня напрячься.

— Да ладно тебе, — махнула рукой Карен. — У Эстель вообще что-то не так и она будет в бассейне плавать, так что не грусти! Идём в коридор, нам разрешили, — дети вышли в коридор и пошли в ту сторону, откуда пришли. Остановившись рядом с комнатой 91, все переглянулись. Дверь открыл Ноэль. Лео сидел за столом и оглянулся, как только все зашли.

— Привет всем! Как дела? — мальчик старался улыбаться и поддерживать приятную обстановку, но ему это удавалось не очень хорошо. — Сегодня я был в кабине подводной лодки и "плавал" под водой. Как у вас утро прошло? Тоже так или.... — тут Лео чуть прищурился, смотря на Ноэля, а потом и на Эстель с Карен.

— Это была процедура подготовки к принятию сущности, — сориентировался первым Ноэль. — Мы не могли тебе это рассказать, это запрещено. Тебе ещё повезло, что у тебя процедуры сразу с Арселией начались, а не как у меня. — Тут Ноэль фыркнул. — Эти недопсихологи, ДваКа, как ты и называешь, просто включали картинку моря на глубине и все! Они даже лично не присутствовали, кровь видите ли, изучали. Так что тебе ещё повезло, Леонардо.

— Да мне как-то все равно, — пожал плечами Лео. — Я ни разу в жизни не был на море, о каких страхах вы говорите? От меня отказалась родная мать, как только я родился, а потом меня отдали из дома малютки каким-то левым людям, которые туда вообще пришли за своим племянником, так что я уже ничего не боюсь. В шесть лет выяснилось, что я не тот, кого они забрали, и меня отдали в детский дом. В другой семье меня любили, но после того, как я стал любить сидеть один в комнате, решили отвести меня к психологу. Он сказал, что у меня что-то там нарушено, и сказал ходить на сеансы терапии. На них мои родители благополучно наплевали и сдали меня в детдом. Там я два года прожил, ни с кем не подружился, а в десять лет меня забрала пожилая пара. И вот, прожив с ними год, я оказываюсь русалом и сижу в этом реабилитационном центре.

Все потрясенно молчали. Кто бы мог подумать, что у Лео все было так плохо в жизни? У Ноэля, Эстель и Карен детство было хорошее, да что говорить, они и сейчас дети. А вот Лео... Кажется, он рано повзрослел. Сначала когда думал, что приёмные родители — его дядя с тётей, а потом когда от него отказались в сложной ситуации. Хотя зачем выдумывать то, чего, возможно, и нет?

— Кстати, Лео, к тебе Ундина или Ванесса с завтраком не заходила? — первая вышла из тишины Карен.

— Заходила, где-то час назад, поднос уже унесли. Давайте погуляем по коридору? Может спросим что-нибудь у русалок по психологии. Например то, как я вас понимаю, если вы точно не из Греции.

— О, давайте! — Ноэлю эта мысль не давала спокойствия со дня знакомства с Эстель, поэтому он сразу встал и направился к выходу. — Только русалки говорили не рассказывать, из каких мы стран, поэтому опираемся на заметные различия во внешности, хорошо?

— Конечно, — кивнула Эсти. Ей все казалось, что русалки отмахнутся от их вопроса, как ДваКа, поэтому она заранее прокрутила в голове все возможные способы узнать ответ.

Все вышли в коридор и пошли в левую сторону, крутая головой во все стороны и выискивая на двери рисунок змеи.

— Стойте, — Карен остановилась возле одной из дверей. — Кажется, это она, давайте постучим. — И только Кари занесла руку для стука, как дверь открылась.

— Вы что-то хотели, ребята? — русалка была незнакома девочкам, поэтому они решили, что это Ванесса. — Могу помочь или ответить на ваши вопросы.

— Почему мы понимаем друг друга, хотя по виду явно из разных мест планеты? — Ноэль быстро, но осторожно задал вопрос, тщательно подбирая слова и надеясь, что эта полурусалка не выгонит их.

— Все русалки понимают друг друга, независимо от того, где жили до этого, — Ванесса мило улыбнулась. Ей всегда нравились полукровки, которые задавали вопросы и пытались хоть что-то разузнать, прежде чем они уйдут под воду. Несси тоже была такой когда-то, а сейчас стала русалкой, которая лучше всех ладила с детьми. — Ещё вопросы?

— Нет, спасибо большое, что ответили, нам было очень интересно, — улыбнулась в ответ Эсти и потянула всех к выходу. Ванесса ей понравилась, она была милой и какой-то...лучистой?

— Так, ответ на давно мучавший нас вопрос мы получили, что будем делать дальше? — в коридоре Тель остановилась и посмотрела на остальных.

— Можем порисовать, — предложила Карен.

— У кого-то есть краски и бумага? — скептически посмотрел на девочку Лео. — Не думаю, что вы их смогли незаметно протащить несколько дней назад.

— А вот и не угадал, — показала язык Карен. — Ундина принесла Эсти альбом и цветные карандаши, так что можем порисовать. Ещё можем поиграть в Мафию или цу-е-фа. Во что хотите?

— Давайте в Мафию, она интереснее, — живо отозвался Ноэль. — Только я помню, что там вроде четыре роли, мафия, доктор, шериф и мирный житель, верно? Нас как раз четверо, так что все сработает. Вот только кто роли будет раздавать?

— Ничего не сработает, — погрустнела Эстель. — Нужен ведущий, а у нас его нет. Нас четверо, но это минимум для ролей, а вот ведущего надо где-то найти.

— Может позовём Арселию или Ундину? Они же говорили, что мы можем к ним обращаться. Нет, ну а что, — возразила Карен, когда на неё все обернулись со взглядами, выражающими несогласие. — Они же говорили, что мы можем к ним обращаться по любому поводу, надо эти поводы использовать, значит.

— Ладно, только давайте в этот раз я не пойду, уже устала туда-сюда таскаться. Вернее, я пойду, но в свою комнату, или у кого мы будем играть? — не дождавшись других вариантов, Эстель продолжила. — А вы втроём идите к Ванессе, она добрая и вряд ли откажет. Позовите её с собой, ладно? Номер моей комнаты — 89, если кто-то забыл. Ладно, я пошла.

Эсти вернулась в свою комнату и села за стол. Пока никто не отвлекает разговорами, можно разорвать (ножниц поблизости не наблюдалось) на аккуратные кусочки лист бумаги и написать роли. Мафия, доктор, шериф и мирный житель. Вот и все. Дверь с еле слышны скрипом открылась. Эсти обернулась и увидела Ванессу, которая зашла после Лео, Ноэля и Карен.

— Я подготовила листочки, — помахала ими Тель. — Все роли написала, осталось их раздать. Все же знают правила?

— Я не знаю, — со смущение в голосе отозвался Лео. Точно, когда ему было научиться играть в Мафию?

— Ну смотри, тут все просто, даже проще, чем в цу-е-фа. Есть ведущий, он раздаёт роли и говорит, кто когда делает свои действия, по ходу игры поймешь. Мафия выбирает, кого убить, потом доктор выбирает, кого вылечить, а шериф выбирает, кого посадить в тюрьму. Потом, когда все открывают глаза, ах да, забыла упомянуть, что все это делают с закрытыми глазами. Так вот, когда глаза открывают, все голосуют, кто мафия. Потом роли меняются и так далее, можно играть до бесконечности. Давайте начнём, — Эстель передала бумажки с ролями Ванессе, которая, как всегда, с улыбкой, подождала, пока Ноэль, Лео, Эстель и Карен устроятся на кровати, а сама села на стул, который любезно предложила Эсти. Раздав роли, Ванесса мягким голосом произнесла:

— Город засыпает. Просыпается мафия, — глаза открыла Карен и показала на Ноэля. — Мафия сделала свой выбор. Просыпается доктор, — проснулся Ноэль. Он показал на Тель. — Доктор сделал свой выбор. Просыпается шериф, — проснулся Лео и показал на Ноэля. — Шериф сделал свой выбор. Город просыпается и решает, кто мафия.

Все сразу зашумели, загоготали, как гуси. Эстель думала, что мафией является Лео, Карен её поддержала, Ноэль думал, что мафия Карен, а Лео решил, что это Ноэль.

— Итак, сегодня ночью убили Ноэля, вылечили Эстель, посадили Ноэля, а жители решили засудить Лео. Вскрываемся, кто мафия? — Карен показала свою бумажку.

— Ты..! — пораженно воскликнул Ноэль. — Я так и знал, что это ты! Я был доктором, а шериф...

— Я, — подал голос Лео.

— А мирный, получается, Тель? Я хотела её убить, но не получилось, — притворно расстроилась Карен.

— Не расстраивайся, Кар-кар, в следующий раз я тебя уделаю, — "утешила" подругу Эсти. Как же всё-таки хорошо, когда есть такие друзья, с которыми можно посмеяться и поиграть в Мафию или цу-е-фа. Ладно, пора на обед.

После обеда, который проходил в комнате Карен, Ундина зашла за ребятами и попросила всех выйти в коридор. Как только все выполнили её просьбу, она сказала:

— Ребята, мы идём на экскурсию по реабилитационному центру, если коротко, то РЦ. Пожалуйста, ведите себя хорошо, не выбегайте дальше положенного и ничего не разбивайте, договорились?

— Хорошо, — хором сказали дети. Эсти не понимала, зачем упомянули разбитые стекла, или что там Ундина имела в виду? Неужели кто-то до них вёл себя так буйно, что аж стекла бились? Эстель содрогнулась и сосредоточила свое внимание на друзьях. Ноэль внимательно слушает Ундину, Карен разглядывает её одежду, а Лео равнодушно взирает на стену. Ундина повела их по коридору, который, как казалось Тель, навсегда останется её в памяти. Открыв одну из многочисленных дверей, русалка шагнула в коридор. Ноэль и Лео сразу шагнули за ней, а Карен и Эсти чуть задержались, разглядывая символ на двери. Это была медуза. Ундина провела остальных до лестницы, по которой все спустились вниз, на первый этаж, как подсказала табличка на стене.

— Это приёмный пункт. Сюда привозят русалок и полурусалок, которые нуждаются в бесплатной помощи, — Эстель удивилась. Получается, это все ещё и бесплатно? Ничего себе щедрое правительство у русалок, которое для полукровок не пожалело денег. Хотя кто знает, вдруг это потом надо будет отрабатывать? Сразу вспомнились слова папы. "Чтобы не разочаровываться, не надо очаровываться". Интересно, как он там? Уже отошёл от её "смерти" или все ещё горюет? Как там Элоди, её французская подруга? Сказал ли ей хоть кто-то, что её подруга из России умерла? Вряд ли. Пока Тель размышляла, Ундина продолжила рассказ. — На первом этаже есть кабинет первой помощи, в школе для полукровок вы научитесь её оказывать именно русалкам.

— А есть особая школа для полукровок? — нахмурился Лео. Он вообще часто хмурился без причины.

— Это небольшое здание, в котором все полукровки проходят свой первый год учёбы. Чистокровные русалки или полукровки, выросшие в море, этот год учатся в обычной подводной школе. Потом вы объединитесь и вас разбросают по разным классам, чтобы вы быстрее привыкли к жизни на глубине. Ещё вопросы?

— Нет, спасибо, — Карен была сама вежливость. Честно, Эстель не понимала, как можно так спокойно реагировать, когда только что завуалированно сказали, что полукровки с суши почти изгои подводного общества. К тому же Эсти не хотелось разлучаться с друзьями, пусть и только на время учёбы. Тем временем Унди продолжила.

— Также на первом этаже имеется кабинет, в котором проходят лекции. Сегодня вы там побудете. Вам расскажут лекцию... Хотя не буду заранее рассказывать, — хитро улыбнулась она. — Давайте поднимемся на второй этаж.

Русалка провела детей к другой лестнице. Поднявшись на второй этаж, они заметили другую сторону реабилитационного центра. Большая кухня, столовая, музей и даже библиотека. Пройдя в уже знакомый коридор и пройдя несколько дверей с неизвестными рисунками, Ундина открыла дверь с ещё одной лестницей, которая вела только наверх. Интересно, это специально сделано, чтобы посетители и работники не теряли форму или как? На третьем этаже одна единственная дверь вела в фойе. Тут Унди остановилась.

— Это зона бассейнов. Она выходит в открытое море, и здесь вы будете принимать сущность. Глубина там немаленькая, так что, когда будете там готовиться к принятию сущности, во всем слушайтесь инструктора. Скажу по секрету: им буду я. Тут две раздевалки, которые выходят к бассейнам. Их два: маленький и большой. В маленьком вы просто готовитесь к принятию сущности, а в большом уже непосредственно выходите в море. На третьем этаже только бассейны. Ими больше всего пользуются дети, которые принимают сущность, но некоторые взрослые, у которых, например, психологическая травма, тоже пользуются бассейном. Бассейн похож на грот, в потолке которого есть люки. Через них выходят в воду. Пожалуй, на этом мы закончим нашу экскурсию. Хотя нет, я ещё провожу вас в библиотеку. Кто помнит, где выход? — на удивление руку поднял Лео, которому, как казалось Эсти, должно было быть все равно. Он уверенно подошёл к выходу, и не ошибся. Через пару минут дети были в библиотеке. Унди присела на диван, а все остальные разбрелись между стеллажами. Лео взял первую попавшуюся книгу про науку, девочки наклонились над приключенческой литературой, а Ноэль взял детектив. Все застряли здесь на долгие два часа.

— Эм-м, а кто-то хочет поиграть в шахматы? — выдернула всех из тишины Карен. — Давайте две доски, одновременно поиграем.

— О, давай, Кар-кар, только я не очень играю, — согласился Ноэль. Лео и Эсти остались за своими книгами. Спустя несколько минут Тель уже взяла вторую книгу, как заметила играющих в шахматы. Она не слышала предложения Карен, поэтому слегка удивилась.

— В шахматы играете? Я посмотрю, вы не против?

— Нет конечно, смотри, — согласилась Карен, которая была ближе к победе, чем Ноэль. Через пять ходов она выиграла.

— Кто из вас будет со мной в шашки? — спросила Эстель, но уже не успела поиграть, потому что Ундина всех позвала.

— Ребята, я сейчас провожу вас на лекцию, через час заберу. Пойдёмте.

Снова спустились на первый этаж. Небольшой кабинет с партами, как в обычной школе, только парт всего лишь шесть. Девочки сели на первой парте второго ряда, а мальчики по отдельности справа и слева. Через пару минут в кабинет зашла сильно пожилая женщина, которая одним движением руки отпустила Ундину.

— Ещё одна партия русалят? — проскрипела она. — О-ох, уж который десяток лет я говорю малышам о видах хвостов, разнице солёной и морской воды и о лучших родах русалок. Так, — вдруг резко рявкнула она. — Слушайте сюда, сейчас я вам говорю о русалках, на следующий урок вы мне говорите, ясно? Я, может, и старая, но память у меня отличная. Итак, сколько всего океанов на Земле?

— Четыре, — неуверенно ответила Карен, напуганная резким тоном старушки. — Но некоторые учёные выделяют ещё пятый, Южный океан.

— Так, уже что-то. А почему остальные молчат?! Называйте эти четыре океана по очереди. Девочка, ты молчи, я начну. Атлантический.

— Тихий, — скороговоркой ответила Эстель.

— Индийский, — добавил Ноэль.

— И Северно-ледовитый, — закончил Лео.

— Молодцы, сколько всего морей? — на этот вопрос никто не мог вспомнить ответ.

— Семьдесят пять? — осторожно предположила Эсти.

— Ты у меня спрашиваешь или на вопрос отвечаешь?

— Спрашиваю... — неуверенно ответила Тель.

— А не надо спрашивать, отвечать надо! — рявкнула старушенция. — Морей около ста, их границы постоянно меняются. Ладно, Перейдём к лекции. Внешность русалки напрямую зависит от места жительства, причём места, в котором обитает она, а не предки. Например, у северных русалок более плотная кожа, чтобы не замерзнуть, а у южных кожа почти просвечивает, потому что толстая кожа им не нужна. У русалок, которые живут в морях с сильными течениями, хвост развит гораздо сильнее, чем у русалок, которые лениво лежат где-то на дне Балтийского моря. Если у русалки хвост развит лучше, следовательно, у него функция иная, не для красоты, а для пользы. Так что если у вас предки живут где-нибудь в Средиземное море, вам лучше забыть о красивом хвостике...

— Но вы же сказали, что внешность не зависит от предков, — возразила Карен. Точно, она же любит историю, а там без дотошности никак.

— А вы что, сами собрались жить, без взрослых? Ну уж нет, вам этого не позволят. Давайте-ка я вам расскажу о том, как вы будете жить. Вас отдадут приёмной семье, хотя приёмной её можно назвать с натяжкой. Вашим водным родственникам вас отдадут, проще говоря. Я тоже когда-то была такой, как вы, но тогда не было всей этой ерунды с реабилитационным центром и психологами. Этого у людей понабрались, страх какой! Раньше как было, сунули в воду и плыви, как знаешь, а если не знаешь, то у старших ума наберись. Надо же, сейчас и процедуры, и лекции. Никакой дисциплины! Ходят по коридорам, как хотят, по комнатам шастают. Наказание бы вам за это дать, но ведь на детей руку поднимать нельзя. Ещё и заправляют здесь не умудренные опытом русалки, а новички, у которых первая чешуя не опала толком. Стыдоба да и только! Вон отсюда, неблагодарные! — рявкнула старуха. Все испуганно вжались в спинки стульев. Что это с ней? Неужели у неё что-то вроде шизофрении? Эстель испуганно сглотнула. Тем временем старушенция продолжила. — Кыш, кому сказала! Дверь открыта! — Только после этих слов дети начали шевелиться. Лео первый выскочил в коридор, а за ним и другие. Прикрыв дверь за собой, Ноэль подбежал к остальным.

— Бабка совсем не в себе, что ли. Лео, ты помнишь путь до библиотеки?

— Да. Идемте.

Дождавшись, пока все сядут на диванчик, Карен шёпотом произнесла:

— Она ненормальная или как? Мы ничего не говорили ей такого компрометирующего, а она взвилась на нас, как не знай кто.

— Может быть у неё шизофрения? — осторожно предположила Эстель. Она никак не могла избавиться от навязчивого ощущения, что эта вредная бабка ходит где-то рядом.

— Наверно, — согласился Ноэль. — А что сейчас будем делать? Нас же после занятия Ундина искать будет, а мы здесь сидим. Может по комнатам?

— Ну уж нет, — встала в позу Эстель. — Эта бабуська сама нас выгнала, сама и объясняться будет. Эта вредина не будет управлять нами, ясно? Сидим здесь, пока за нами не придут, пусть это будет хоть два дня. И без возражений! — добавила она, увидев выражение лица Лео. — Ну а что, будет она тут ещё выгонять нас из класса.

Через пару минут Карен отошла к стеллажу с журналами. Ноэль подошёл к ней, а Эстель и Лео остались.

— Как думаешь, кто из родителей был русалкой? — тихо начал Лео.

— Судя по тому, что ты был из приёмной семьи, а мама тебя вряд ли бросила бы, то думаю, что это был твой папа. А что?

— Да я просто представил, как меня встретят "с радостью". Лучше бы я был обычным ребенком, а не полурусалом. Кто у тебя русалка, мама? Я забыл.

— Ага. Она умерла, когда мне было два года. Мы всей семьёй выехали на море. Там было жарко, поэтому мы много купались. И в какой-то момент мама просто ушла под воду. Никто ничего не заметил, пока одна женщина рядом не закричала. Её тело так и не нашли, кстати говоря. Через четыре года мы с папой и его тогдашней девушкой мы пошли в бассейн. Там меня заметил тренер и предложил...- Тель немного промолчала, вспоминая имя папиной знакомой. — Карине? Да, кажется, так её звали. Предложил Карине отвести меня на урок по плаванию. Она сама со мной ходила, пока папа не узнал. Тогда они расстались. Мне даже грустно немного, — тут она усмехнулась. — Что я испортила между ними отношения. Кто знает, может она стала бы мне второй мамой.

К Лео и Эстель подбежала Карен.

— Ундина идёт! — шёпотом прокричала она. Ноэль тоже подошёл к компании и встал у подлокотника.

— Вот вы где! Не надо было без разрешения убегать из кабинета, когда Урсула — это не смешно, Эстель! — вышла попить воды.

— А Урсула, — можно было подставить пузырек и собирать капающий яд. — Вам не сказала, что выгнала нас из кабинета, дважды попросив выйти? Она на нас накричала, а потом вам соврала. Вам это ни о чем не говорит?

— Нет, — как отрезала Ундина. — Это говорит лишь о том, что вы себя отвратительно ведёте и выгораживаете себя. В придачу ещё и клевещете на лучшего в мире профессора по видам русалок. Вы вообще знаете, что она дополнила ВСВР, великий список видов русалок?

— Это ее, однако, не оправдывает, — усмехнулся себе под нос Лео.

— Помолчи! — одернула его Ундина. — У вас и так сейчас испорчена репутация, не усугубляйте свое положение. Вы же знаете, что все ваши действия записываются в журнал отчёта, откуда записи передаются учителям в школе? Так что тебе лучше помолчать, Леонардо. — Ундина встала и повела всех за собой к их крылу. — Так, Ноэль, твоя комната.

* * *

На следующий день Арселия разбудила Эстель и повела её в бассейн на третий этаж. В раздевалке она переоделась в специальный костюм, который ей выдала русалка. В воде Эсти чувствовала себя как дома, а как только Арселия разрешила, понеслась в глубину, разрезая пласты воды. Бассейн действительно оказался глубоким, но у Эстель хватило ума не заплывать слишком глубоко. Когда она вынырнула, Селия выглядела потрясенной. Она разрешила Тель ещё немного поплавать, а потом позвала её на сушу. Позавтракав второй раз, Эсти хотела выйти в коридор, но Ванесса сказала, что это невозможно.

— Домашний арест, — с извиняющейся улыбкой произнесла она и вышла, закрыв дверь на ключ. В тот день дверь открывалась ещё три раза: на обед, ужин и проверку сна.

Прошло много дней, которые Эстель уже и не считала. Каждый день начинался с плавания в маленьком бассейне. Потом она завтракала, рисовала, потом их отводили в библиотеку и один-единственный раз на лекцию к Урсуле. Она в тот раз как только их увидела, сразу вскочила на ноги и выбежала из кабинета, прямо при Ундине. Она на это ничего не сказала, только отвела детей в музей. Эсти узнала, что находятся они в Атлантическом океане (море не было указано), что этот реабилитационный центр был создан вторым, после тихоокеанского, что основателя зовут Оливер Лио, вернее сказать, звали, потому что он умер в 35 лет. Ещё здесь была представлена копия ВСВР, который дополняла Урсула. Здесь были образцы чешуек разных видов русалок, их внешний облик. Рассматривая одну картину, Тель заметила острые когти на перепончатой руке и поморщилась. Наверно, удобно что-то разрезать когтем, но вот жить с ними 24 на 7 как-то не очень. Скорее всего, потом русалки привыкают к этому, но вот на первых порах... Фу, лучше не представлять. Карен и мальчишек рядом не было видно. Видимо, ушли куда-то. Ундины или ещё кого-то тоже не наблюдалось. У Эсти в горле встал ком. Неужели она потерялась? Выхода из комнаты было два, и девочка без раздумий выбрала тот, через который зашла. Метнувшись в другую комнату, она услышала чьё-то бормотание и остсновилась. Голос доносился из-за полотна, висевшего на стене. Видимо, за ним была не просто стена, а целая ниша. Уйти или послушать? Эсти выбрала второй вариант. Если уйти, то потом можно всю жизнь мучатся в сомнениях. А останешься — узнаешь то, чего пока что не знают остальные. Прислушавшись, Эстель кое-что расслышала.

— Так, Лео-Леонардо, храбрый, равнодушным или трусливый лев... — послышался шорох, затем возглас. — Не может быть! Нет, нет, мой львенок, ты должен, просто обязан был выйти храбрым, а не равнодушным! Ну что ж, попробуем другой расклад... — ещё шорох. — Ну что же ты, старая Урсула, наделала-а?! Какую беду на голову свою седую навела?

Ноги сами понесли Эстель подальше от этого места, а две руки крепко сжимали рот, не давая крикам ужаса вылететь наружу. Голос вредной бабки в классе и за полотно разительно отличался. Там какой-то скрипучий, а здесь... Как у колдуньи-ведуньи в деревне из страшных рассказов. Лишь бы она не узнала, что Эсти там была. Опустив руки и успокоив ноги, девочка вышла в зону отдыха, где сидели Карен и Ноэль.

— О, Эстель ты пришла? — спросила последняя.

— Ага. Я тут заплутала немного, но быстро нашла выход, — Эсти решила никому пока что не говорить, что слышала от Урсулы. — А где Лео?

— Его Ундина куда-то повела, сказала, что надо ему кое-что сказать. Вроде насчёт ДваКа или как-то так. Они скоро придут, ты не волнуйся.

— Да я и не волнуюсь, — это была ложь. Эсти волновалась, да ещё как. Кто знает, что эта ненормальная Урсула может выкинуть. — Который час?

— Тут нет часов, — фыркнул Ноэль. — Ты сама будто не знаешь этого.

— Мне уже скучно сидеть в четырёх стенах, когда мы наконец-то примем сущность? Ну когда-а-а? — заныла Карен, отвлекая Эсти от своих мыслей.

— Скажу по секрету, что Арселия сказала мне, что осталось где-то полторы недельки подождать и все, можно считать, мы готовы.

— Это долго, — вздохнул Ноэль. — Но мы же как-то вытерпели эти дни, поэтому и полторы недели потерпим.

— Ага, — грустно добавила тогда Карен.

* * *

Послезавтра принятие сущности. От волнения Эсти не могла уснуть. За несколько дверей от неё так же лежала, свернувшись в клубок, Карен. Она тоже волновалась. Что, если её родственники будут строгими или даже злыми? К тому же у неё русал — отец, а не мама, так что шансов на хорошую семью маловато, как говорила Эстель. Интересно, у них есть ещё дети? Если есть, то сколько им? Лишь бы были помладше, тогда ещё можно будет с ними справиться как-то, если обзываться будут. А какой её папа? Будет ли он её любить? А мачеха? Вроде у Эстель была мачеха, надо спросить. Или не надо... Слипаются глаза, звездочки перед глазами. Ладно, утро вечера мудренее.

Лёжа в постели, Эсти вспомнила слова одной песни, которую любил включать в машине папа.

Город встретил первый снег,

Покидай свою постель.

Люди ходят, как во сне

Нет теперь важнее дел.

Вот именно. Какой-то пустяк важнее, он ведь может длиться совсем недолго, а к делам можно и потом вернуться. Поэтому, Эстель, не думай принятии сущности. Не думай! Убеждения сработали наоборот, как река, сносящая дамбу. Что будет, если у Эсти не получится? Что, если она будет некрасивая под водой? Или если её родственники её невзлюбят? Какая она будет под водой? А если у Эстель будет дефект во внешности? Причём серьезный, а не хухры-мухры. Стоп. Стоп, Седых Эстель Александровна, не думай об этом. Ты дочь своих родителей и все будет хорошо. Если друзья отвернутся — не страшно, если дефект во внешности — не беда, жизнь продолжается. И вообще, пора спать, завтра финальная подготовка к принятию сущности, а на следующий день... Эсти представила, как будет рассекать воду, взмахивая красивым хвостом. Ещё и друзья рядом, будет совсем не страшно. Реальность медленно переползала в сон. Вода, мама, папа, кто-то тянет Эсти за ногу и...

— Эстель, пора вставать! — голос Арселии прерывает сон.

— Ещё немного, — пробормотала Эстель, надеясь уцепить грезу за хвост.

— Вставай! — голос даёт понять, что его обладатель не потерпит возражений. Тель медленно села на кровати.

— Ну, Селия, мне такой сон снился! — разочарованно протянула Эсти, но все равно встала. Прошла в ванную, почистила зубы, умылась и глянула на себя в зеркало. Отражение было будто не её. Сероватая кожа, такие же волосы. Что это с ней? Вернувшись в комнату и задав волнующий её вопрос, Тель получила ответ.

— Это из-за того, что ты скоро примешь свою, сущность. Теперь ты поняла, почему мы не можем просто оставить тех, кто не хочет быть русалкой? Рано или поздно у них появится хвост, но будет лучше, если они пройдут этот сложный с профессионалами, которые знают, что делать в внештатных ситуациях. Собирайся. Сегодня желтый костюм.

Эсти открыла шкаф и пробежалась глазами по одежде, висящей на вешалках. Одинаковые костюмы, отличающиеся лишь цветом. Сегодня желтый? Оке-ей. В коридоре Эстель встретила Карен и Лео. Они тоже надели жёлтые костюмы, а у Карен он отлично сочетался с цветом волос. Желтый и рыжий, а глаза карие. У Лео внешность самая обычная — шатен с карими глазами. Так, с чего это Эсти перескочили на внешность? Ааа, точно...

— Привет, ребята! — они уже много дней вместе плавали в бассейне, а завтра принятие сущности. — Как дела?

— Нормально, — ответил Лео и уставился в стену.

— Я немного волновалась, но быстро заснула. Ты волнуешься? — это подошла Карен.

— Есть такое. Как думаешь, как мы будем выглядеть? Судя по описаниям Ундины, как монстры из мифологии. Странно, что она ни разу при нас не приняла сущность, не кажется? Показала бы на практике, так сказать...

— А вдруг ей запрещено? — встрял Леонардо. — Все правила написаны кровью, если ты не знаешь. Может кто-то так бурно отреагировал, что это нехорошо закончилось?

— Ну мы же нормальные, к тому же знаем, как должна выглядеть русалка.

— Вот из-за таких, как ты и придумали это правило. Откуда ты знаешь, вдруг мне станет так плохо, что я брошусь в бассейн и захлебнусь там?

— Слушай, если ты такой нервный, не значит, что мы такие же.

* * *

-...такой нервный, не значит, что мы такие же, — кажется, Эсти и Лео ссорятся

— Хватит, не ссорьтесь, — Карен пыталась всех успокоить, но у неё плохо получалось. Ситуацию разрядили Селия, Ундина и Ноэль, шедшие к ним по коридору.

— Что случилось? — громко спросила Ундина.

— Ничего, — ответили хором дети, но Ноэля это не убедило.

— Так что в итоге случилось-то?-спросил он у Карен, а та, глянув на подругу и Лео, шёпотом ответила:

— Эстель и Лео поспорили из-за какого-то ерундового правила. Вот ерунда, честное слово, но нет, им надо поспорить, да так, что не остановишь их. Ужас, — девочка надулась. Ей хотелось спокойно провести сегодняшний день перед таким важным событием, как принятие сущности. Но эти два парацетамола все испортили. Хотя не надо заранее расстраиваться, может все и хорошо будет. Однако надежды Карен не сбылись.

Эсти исподлобья взглянула на Карен, которая в раздевалке мрачно её отчитывала.

— Обязательно надо было мне с утра настроение испортить? Я и так не выспалась, а ещё вы начали спорить. Я вам сказала прекратить, так вы меня не слушаете. И из-за чего все началось? Из-за того, что ты начала рассуждать о правилах, чего делать вообще не стоило.

— Мне просто стало интересно! Я что, молчать должна, если меня что-то интересует?

— Если это может привести к ссоре — да! — Кари отвернулась, давая понять, что разговор окончен. Шикарно. Мало того, что испортилось настроение из-за спора Эсти и Лео, так ещё и с Тель поругалась окончательно. Ладно хоть с Ноэлем все хорошо. Она просто не вытерпит, если накануне принятия сущности поссорится со всеми, а потом останется одна. Она слишком хорошо помнит эти дни. Пятый класс, новая школа и...уже сформировавшиеся группы внутри класса. Как же Карен было сложно! Она хотела познакомиться с девочкой, которая хорошо отвечала на истории, но та оказалась высокомерной заучкой, которой не нужны друзья. На изо начала болтать с соседом по парте, но он так на неё посмотрел, что она мигом умолкла.

Выйдя в бассейн, у Карен все пошло не так. Наглоталась воды, не получилось спуститься на дно, ещё и Ундина накричала... Что за день такой? В раздевалке к Кари подошла Эстель.

— Карен, прости, пожалуйста, я не хотела ругаться, — Карен угукнула и отвернулась к шкафчику. Ей было неловко из-за того, что она накричала на Эстель, а та сама и извиняется. Карен и хотелось бы извиниться в ответ, но она не смогла себе пересилить. Когда слишком часто говоришь "прости", потом уже не хочется произносить это слово. Карен вышла из раздевалки поздно, гораздо позже Эстель. Все уже собрались и ждали её.

— Мы ждём только тебя, Карен. Почему ты там застряла? — как же уже все это надоело! Ну застряла и застряла, какое ей до этого дело?

— Замок сломался, — и что, что на самом деле никакой замок не сломался, а Карен сидела на скамейке и пыталась справиться с нахлынувшими эмоциями. И что? Что ей за это будет? Тем более, никто даже не узнает, что замок был целый.

— Смогла его починить? — Кари кивнула. — Тогда переходим к основной теме. Как я вам уже говорила, завтра у вас важное событие. Принятие сущности, которая спрятана внутри вас. За большое количество процедур и тренировок вы вытащили её к себе, и она готова выйти наружу. Завтра мы вас разбудим по очереди, сначала Эстель, как показывающую лучшие результаты на тренировках, потом идут Лео, Ноэль и Карен. Как только вы примете сущность в специальной капсуле в маленьком бассейне, Ванесса проводит вас в большой. Дальше я привожу следующего, Арселия помогает выйти вашей сущности наружу и так далее. Все ясно? Сегодня вы ляжете спать пораньше, потому что далеко не всегда можно уснуть быстро, когда волнуешься. Верно? — она подмигнула детям. Эсти кивнула, а остальные задумчиво смотрели в пол. Карен задумалась. И тут она последняя. Ну что такое? Что за невезучесть по жизни? Так хочется прижаться к маме, чтобы она погладила по голове и сказала, как приятно волосы Карен пахнут цыплятами. Кари не заметила, как глаза стали мокрыми. Она часто заморгала, чтобы никто не заметил этого, но Лео что-то уловил и бросил на неё взгляд, а потом отвёл его.

Ундина повела всех в библиотеку, которая уже всем надоела, но никто ничего не говорил, потому что музей ещё скучнее. В библиотеке хоть книги разные можно почитать, а в музее ничего не меняется. Одно и то же, одно и то же. Ещё и Тель в тот раз такая испуганная вышла, что все как-то безоговорочно решили туда не возвращаться. Так, какую книгу выбрать? Взять "Хоббита" или "Шерлока Холмса"? Или лучше вообще почитать "Дети против волшебников"? Ааа, какой же сложный выбор! Заколебало все уже, бесит. Хотелось топнуть ногой, но Карен себя сдерживала. Если зарекомендуешь себя истеричкой, то потом никак от этого не отделаешься. В итоге Кари взяла "Шерлока Холмса" и села на диван. Подумавв с закрытой книгой в руках, она решила сегодня не читать и просто посидеть. Через время к ней присоединился Лео.

— Чего сидишь тут просто так?

— Читаю, не видно разве? — огрызнулась Карен.

— У тебя книга закрыта. Учишься видеть сквозь материю?

— Отстань от меня!

— Что случилось? Ты сегодня какая-то нервная, — а вот этого говорить не стоило. Карен зажмурилась так сильно, что когда открыла глаза, перед глазами была темнота. Что он себе вообще позволяет?

— Ничего со мной не случилось, отстань уже! — негромко, чтобы никто не услышал, ответила Карен.

— Это из-за того, что у тебя не получилось на дно опуститься с первого ра... — Лео не договорил, так как его перебила появившаяся откуда-то сзади Эстель.

— Брысь отсюда, Триандафилиди. Давай, быстрее, — Лео хмуро взглянул на Эсти, но ушёл.

* * *

Эсти проходила мимо диванчик у стеллажа и заметила на нем Карен, у которой явно не все было в порядке. Рядом сидел Лео, который пытался у неё что-то узнать. Кари выглядела так, будто вот-вот расплачется.

— Брысь, Триандафилиди. Давай, быстрее, — мигом приняла решение Эстель. Лео недовольно зыркнул в её сторону, но ушёл. Тель села рядом с Карен и попробовала посмотреть на ситуацию с её точки зрения. М-да, все выглядело довольно плачевно. Не став говорить слова утешения, которые могли только ухудшить ситуацию, Эсти обняла подругу. Она замерла, будто не ожидала этого, а потом обняла в ответ.

— Не волнуйся, Карен, все будет хорошо, вот увидишь!

— Да все со мной в порядке, — пробурчала она и вырвалась из объятий. — Пойду в шахматы поиграю с Ноэлем.

* * *

— Просыпайся, Эстель, — резкий голос, совсем не как у Арселии. Точно, Ундина и принятие сущности. Как она могла об этом забыть? Эстель села на кровати и открыла глаза. Ундина стояла рядом, держа в руках синеватый костюм. — Умывайся, одевайся и идём за мной.

Выполнив все указания, Эсти вышла в коридор. Должно быть, все ещё спали, ведь Эсти была первая в списке. Аж руки посинели от волнения. Будто прочитав её мысли, Ундина сказала:

— Не волнуйся, все будет хорошо, главное — во всем слушай Арселию и не бойся. На глубине есть зеркало, там ты можешь посмотреть, как выглядишь. Под водой ты будешь видеть немного по-другому, это нормально. Мы пришли. Раздевайся, заходи в капсулу и ложись.

Капсула была большая, там легко поместилось бы несколько человек. Эсти легла на пол, так как ничего, на что можно было лечь, в ней не было. За стенками появилась русалка. Судя по фиолетовым глазам, это была Арселия. Внутри Эсти что-то шевельнулось. Что там говорила Ундина, не волноваться? Но как это сделать?! Как? Вдруг Эстель скрючило от боли. Казалось, будто ломают ноги, руки и вообще все тело. Перед глазами появились жёлтые круги, и Эстель пронзительно закричала. Потом боль начала потихоньку уходить. Чей-то голос что-то говорил, но Эсти это уже не волновало. Она наслаждалась безболезненным моментом и совершенно не осознавала, что её погрузили в воду. Очнулась Эсти на дне. Открыла глаза, увидела какое-то серое чудовище и испуганно отпрянула. Существо отплыло и что-то сказало. Спустя пару секунд вместе с кругами воды до Эстель дошли и слова. "Это я, Ванесса". Эсти попыталась встать, но у неё не получилось. Глянув туда, где должны были быть ноги, она ахнула и замерла в изумлении. Вместо ног был шикарный хвост. Синяя чешуя и фиолетовый плавник, расходящийся веером во все стороны. Тель попробовала им пошевелить, и вода заколыхалась. Эсти обратила внимание на внешность Ванессы. Её хвост был будто покрыт бронзой, а на руках были плавники.

— Где зеркало? — спросила Эсти, вспомнив слова Ундины. Ванесса махнула рукой за спину Эстель. Она обернулась и пораженно застыла. В зеркале отразилась русалка с серой кожей, голубыми волосами и шикарным длинным хвостом. Все тело было покрыто чешуей, даже лицо. На руках между пальцами были перепонки, а вместо ногтевых пластин — когти. Ещё раз пристально посмотрев в зеркало, Эсти с облегчением установила, что цвет глаз остался прежним. И на том спасибо, как говорится. Ванесса куда-то ушла уплыла. А, нет, возвращается. Это кто вообще? Лео или Ноэль? Эстель забыла порядок принимающих сущность, поэтому решила подождать и спросить потом.

— Лео?

— Да, это я. Как тебе мой вид? — Эсти подплыла поближе.

— Шикарно! Тебе очень идёт красный хвост.

— Спасибо. У тебя тоже хвост красивый. Подожди, у тебя же волосы были белые, а не голубые...

_______________________

Песня: Первый снег

Группа: Сова

— Сегодня мы выходим в море, Эсти, ты рада? — Карен с улыбкой повернулась к Эстель. — Как думаешь, где именно мы будем?

— Не знаю. Может в каком-нибудь русалочьем городе? Вообще мне интереснее тот факт, что после экскурсии нас отвезут по домам. И там мы будем знакомиться с родственниками. И не известно, когда мы встретимся с вами снова. Ещё есть школа для полукровок, конечно, но...мы там будем от силы год. Я боюсь, что мы друг друга просто забудем и станем незнакомцами.

— Не волнуйся, — это был Ноэль. — Все же помнят наш знак? Перевернутая восьмерка, знак бесконечности. Мы никогда друг друга не забудем, Эсти, не волнуйся. Как можно забыть того, с кем у тебя было первое принятие сущности?

— Ну не знаю, — фыркнул Лео. — Я не помню, с кем играл в песочнице в детстве.

— Да ты и не играл, — чуть не закатил глаза Ноэль. — И вообще, у кого информация о том, что мы больше не встретимся?

— У меня, — подала голос Тель. — Ванесса рассказала мне, что после экскурсии по городу, который находится ближе всего к РЦ, нас по очереди завезут домой. Причём, трое буду провожать первого, двое второго и так далее. Кто-то один из нас будет знать, где живут другие. Пожалуйста, этот кто-то, запомни место, договорились?

— Интересно, а с чего бы это все всё тебе рассказывают? Почему не мне?

— Лео, надо быть открытым человеком, а не односложно отвечать на вопросы, когда тебя спрашивают. Учись, что могу сказать. Если ты будешь вечно замкнут в себе, будет сложно контактировать с людьми. Но я не заставляю, ты не подумай, — Эсти улыбнулась и вернулась к "451° по Фаренгейту". Сегодня был день, который волновал её даже больше, чем день, когда она принимала сущность. Сегодня день расставания с друзьями, день знакомства с родственниками, день экскурсии по подводному городу, день окончательного выхода из РЦ, день... Продолжать можно бесконечно, но не в этом суть. Кста-ати, у Эсти в кармане был телефон, когда её похитили, где он сейчас? Где? Ну почему она не спросила об этом в самый первый день? Что делать? ДваКа беспокоить нельзя, а если у русалок, которые в доступе, спросить, они могут поинтересоваться, почему Эстель так поздно об этом вспомнила.

— Тель, все в порядке? Ты так побледнела резко, — обеспокоенно спросила Карен.

— Нет. Все не в порядке, — через силу ответила Эстель. — Я вспомнила кое-что. Когда меня похитили из парка, у меня в кармане был телефон. Где он сейчас?

— Если думать логически, то его оставили в подставной трупе, чтобы не вызывать подозрений. А что, там было что-то важное для тебя? — Лео как всегда был спокоен и в меру язвителен. Эсти удивилась бы, если бы все было наоборот.

— Я вспомнила просто, как мы с подругой из Франции переписывались и взгрустнула немного.

— Ого, а откуда она была? — заинтересованно спросил Ноэль.

— Из Марселя вроде. Я уже и забыла. Её звали... Эли? Энни? Нет, Элоди. Да, точно, Элоди. Вот из-за того, что я забыла, как звали мою маму, я и хотела найти телефон. Но я вспомнила, Вивьен Антуанетт.

— Да у тебя все знакомые как будто из Франции, — заметил Лео. — Только я да Карен из Греции и Дании. Ты же из Дании, Кар?

— Не каркай тут. Да, из Дании. Я вообще боюсь с родственниками знакомиться. Эсти, ты говорила, что там не особо привечают? Ну, таких, как я.

— Мне это ДваКа сказали, — подняла руки Эсти. — Если что, мы рядом...нет, не рядом будем. Эх. Ты как-нибудь весточку отправь, если тебя будут обижать, хорошо? Мы поможем, чем сможем. И остальные тоже. А ещё, у нас какие фамилии будут? Как у приемных родственников или как на суше?

— Вот и узнаем, когда в школу пойдём. Неплохо было бы, конечно, заранее узнать, но что поделать? И вообще, уже Арселия с Ванессой идут, смотрите! — Карен указала рукой на коридорчик, соединяющий читальный и общий зал. Там и правда показались две русалки, которые уже открывали рот, чтобы что-то сказать.

— Собирайтесь, мы плывем на экскурсию по Аква-сити, там вы познакомитесь со своими родственниками, а потом переедете жить в так называемое общежитие Реабилитационного центра. Его специально для вас построили, там есть другие дети, к вам потом ещё приплывут, так что скучно не будет. Мальчики со мной, девочки с Арселией. Давайте, строимся, у вас здесь вещей никаких нет, чтобы забрать, — Ванесса утверждала, а не спрашивала, и это немного испугало Эстель. Да, вещей собственных нет, но зачем так говорить? Странно это все.

— Принимайте сущность, будем ждать вас у выхода, — заход в раздевалки. Принятие сущности в маленьком бассейне, а потом и выход в большой. Арселия, Ванесса и мальчики уже стояли там. Вот открылся люк. Эсти испугалась, что сейчас их снесёт подводный течением, но на удивление все было тихо.

— Выплываем, — дошла волна звука от Арселии. Интересно, где же Ундина? Но после увиденного мысли Эстель унеслись далеко-далеко от Ундины и Реабилитационного центра. На дне было КРАСИВО. Нет, Эсти и до этого представляла, как там будет, но увиденное её поражало. Было темно, но красиво, а сверху еле доставал луч солнца. Подводные скалы, немного водорослей.

— Минимализм, — угадал её мысли Лео, застывший недалеко от неё. Волна звука от Карен дошла спустя пару мгновений.

— Тут красиво. А куда мы поплывем и как, кстати?

— Ундина постаралась для вас и создала транспортную воронку. Сейчас нас засосет в неё, а выбросит в Аква-сити. Возьмитесь за руки, в первый раз вас может разбросать в разные стороны, будет лучше, если вы будете вместе.

Эстель взяла за руку Карен, а та Лео, который взял Ноэля.

— Ай, Карен, не царапайся, — беззлобно ойкнул Лео. У всех ещё не до конца получалось контролировать когти, хвост и плавники, но никто не признавался об этом в открытую.

— Я слегка дотронулась когтем, это у тебя слишком нежная кожа, — на это заявление Лео фыркнул и отвернулся. Вода под хвостом завертелась, и дети покрепче сжали ладони. В руку Эстель больно впились когти, и она подумала, что действительно неплохо было бы Карен потренировать себя, но промолчала. Резко все упали вниз. Сердце Эстель сначала зависло там, наверху, а потом помчалось к своей хозяйке. Перед глазами потемнело, а потом команда "Бесконечность" оказалась в каком-то закоулке, в котором неприятно пахло водорослями. Эстель переглянулись с Карен. Где они и где Арселия с Ванессой?

— М-да, сейчас понятно, почему Арселия сказала нам держаться за руки, — хмыкнул Лео. Как всегда, не очень радостно.

— А что, если бы нас разбросало по Аква-сити? — подал голос Ноэль. — Мы вообще в Аква-сити или нет? Тут не очень приятно пахнет. Смотрите, кости, — и правда, на песке лежали рыбьи скелетики, которые уже начали разлагаться.

— Давайте пойдём отсюда, тут страшно, — Карен чуть ли не тряслась, но Эсти старалась не поддаваться плохим мыслям.

— Так-так, — раздался вдруг громкий голос позади. Все резко обернулись, а Ноэль ещё и задел незнакомца хвостом. — Что это маленькие русалята делают в Тёмном тупике? Неужели родители вам не говорили, что тут небезопасно? Ай-яй-яй, какие плохие детки, не слушаются родителей, — у Эсти сжалось сердце. Что сейчас с ними будет? Неужели она так и не познает жизнь под водой? Неужели... их сейчас продадут на органы, как пугала Эсти соседка?! И тут встрял Лео, которому было на все наплевать.

— Пропустите нас, — сказано громко, решительно и с вызовом. Незнакомый русал хмыкнул и сложил руки на груди.

— С чего бы это? И что мне сделают маленькие детишки в Тёмном тупике без взрослых? Неужели... — русал не договорил, так как уши заложило от чьего-то крика. Лео не теряя времени схватил Карен и Эстель и рывком кинулся вперед. Ноэль держался рядом, но тоже был напряжен. Сбив с ног незнакомца, дети вышли из тупик и поплыли дальше.

— Лео, отпусти, я никуда не денусь, — шикнула Карен, будто это не она в панике кричала несколько секунд назад. Эстель на боль внимания не обратила, ей было важнее то, что они смогли вырваться. Сзади никого не было, впрочем, впереди тоже.

— И куда мы сейчас? — спросил на ходу Ноэль.

— Плывем до тех пор, пока не встретим что-то хотя бы отдалённо похожее на нормальную русалку.

— Смотрите! — Эстель заметила бронзовый хвост Ванессы. — Это же Ванесса!

— Я ещё никогда так не радовалась Ванессе, как сейчас, — пробормотала Карен, пока все плыли к русалке. Несси услышала эти слова и улыбнулась.

— Вот вы где! А мы вас искали, думали уж по громкоговорителю вас объявлять. Пойдёмте, у нас назначена встреча. Селия! Они нашлись! Пора плыть, мальчики.

Карен и Эстель подплыли к Арселии.

— Поплыли, девочки. Встреча с вашими родственниками назначена в музее Становления подводного государства. Там есть кафе, оформленное в том же стиле, там посидите, поговорите. Если что, не стесняйтесь, задавайте вопросы, если вам будет некомфортно — так и скажите. Скоро приплывем, — а через пару минут Арселия добавила: — Вот и кафе. Открыв что-то наподобие занавески (Эстель никогда таких не видела), Арселия пропустила девочек вперед. Внутри были большие камни, выточенные под цилиндр, а на них желто-зеленые плетеные салфетки. Посетителей было немного, только немолодой русал за дальним столиком и две русалки, сидящие вместе. На двух столиках была привинчена табличка с надписью "бронь". Как только Арселия приблизилась к русалкам, одна из них встала.

— Арселия, здравствуй!

Хвост у неё был сине-фиолетового цвета, а волосы совсем обычные — чёрные.

— Здравствуй, Жасмин, — улыбнулась Селия. Наверное, они знакомы с этой русалкой. — Познакомься, это Эстель.

— Здравствуйте, — немного смущённо произнесла девочка. Кто это? Неужели её родственница? Тем временем Арселия продолжила:

— Присаживайтесь за столик, я подожду рядом.

Русалки "присели" за стол — зависли в воде, чуть пошевеливая хвостом. Спустя пару минут неловкого молчания, Жасмин начала.

— Я Жасмин, твоя тётя.

— А я Эстель. Приятно познакомиться.

— Взаимно, — тетушка ободряюще улыбнулась. — Как тебе, нравится плавать?

— Да. Я раньше тоже плавала, но как человек, а не русалка. Всегда мечтала побыть под водой дольше минуты.

— Это хорошо. Что тебе нравится?

— Ну, я люблю кошек и малину. А под водой есть животные? Я имею ввиду тех, которых можно держать у себя, — торопливо добавил Эсти, подумав, что её могут неправильно понять.

— Некоторые держат черепах, аксолотлей, даже бывают те, которым нравятся морские котики. Но я не рекомендую, потому что многие до сих пор охотятся самостоятельно и могут принять твоего зверька за добычу. Кстати, — Жасмин кинула взгляд на неспешно плывущую к ним официантку. — Ты не против ламинарии? Она очень вкусная и в ней много йода. Мы часто едим её, как на суше пьют чай или кофе. Ну так что?

— Не против. А что вы обычно едите? Ну, на завтрак или обед.

— Обычно рыбу... Спасибо, — это уже официантке. — Иногда кальмаров, косаток покупаем. Но косаток не часто, их сложно подстрелить, ещё мясо жестковатое, на любителя.

— А вам не жалко рыбу убивать, а потом её есть? Русалки же тоже наполовину рыбы.

— Не жалко, — как отрезала Жасмин. — Это нормально, вы ведь едите животных, хотя тоже состоите в этом царстве.

— Я просто спросила, вдруг это у вас считается каннибализмом, а вы просто других правил придерживаетесь. У вас есть что-то по типу вегетарианства?

— Нет, мы не настолько глупы, как люди, которые сознательно лишают себя животного белка. Нам он нужен, и без него мы ничто. Что там по времени? — Жасмин закрыла глаза, а потом открыла их. — Наше время подошло к концу. Встретимся через год, пока!

Русалка подплыла к Арселии, сказала ей, что пошла домой и выплыла из кафе. Эсти неуклюже направилась к Селии и подождала Карен, у которой тоже заканчивался разговор.

— Ну как? — спросила Эстель.

— Как, как? Локтем об косяк, — недовольно пробурчала Карен. — Кажется, она меня недолюбливает. Когда я сказала, что рада познакомиться, она выдавила что-то, что, по её мнению, должно было походить на улыбку. Но это вообще не было похоже на улыбку! Какой-то акулий оскал, честное слово. Я уже хочу вернуться в свою школу, в которой хоть и не было друзей, зато мама была. Вот ты, Эстель, между мамой и друзьями кого выбрала бы?

— Друзей. Я маму даже не помню, о чем ты? Вот если бы ты сказала выбирать между друзьями и папой, я бы выбрала точно не друзей. Извини уж, но я очень люблю папу. Интересно, как он там без меня? — Тель подняла голову туда, где должно было находиться небо. Редкие лучи доставали до глубины, но не могли рассеять весь мрак. Не зря папа боялся воды, не зря. Именно в ней он потерял своих родных. Нет, есть ещё, конечно, Юля, но... Прости, пап, что не написала, как приду домой. Я не смогла.

— Я папу тоже не помню, и всю жизнь бы не знала! — в сердцах воскликнул Карен. — Лучше бы дальше жила у себя в Хольстебро, с мамой, па... — Карен запнулась. — С отчимом, но думала, что он мой папа. Даже не знаю, как его сейчас называть. Так вот, эта Марлена, она такая противная, я не хочу жить с ней.

— Карен, милая, — вмешалась Арселия. — Она твоя родственница, и мы можем передать тебя в другую семью только если будет присутствовать физическое или сексуальное насилие; условия проживания, опасные для жизни; уклонение от выполнения родительских обязанностей; злоупотребление родительскими правами; жестокое обращение, включающее в себя психологическое давление и регулярные физические наказания; совершение умышленного преступления против твоей жизни или здоровья. Так что просто неприязнь не может повлиять на наше решение. Если что, говори, не молчи, это самое важное. Лучше, если мы вовремя устраним проблему, чем ты будешь это терпеть. Понятно? Это и к тебе относится, Эстель, — девочка кивнула. — Если будут вопросы, то обращайтесь к любому взрослому, которому доверяете. Не терпите. А сейчас идемте на главную улицу Аква-сити, позависаем (аналог постоим и посидим), подождём Несси с мальчиками, если они не пришли раньше нас.

Арселия с детьми плыла медленно, понимая, что они хотят все рассмотреть. Путь проходил через здание суда, которое светилось красным, если в нем было заседание. В этот раз фасад был как обычно белым, значит, все хорошо. Так-то мелкие преступления по типу краж проходят тут нередко, но серьёзных ещё не было. И больно хорошо, нечего детям, которых тут полно, смотреть на поножовщину.

— Девочки, а вы куда попали, когда вас воронка выбросила? — спросила Арселия, когда у неё в голове что-то щелкнуло.

— В какой-то тупик. Там были косточки рыбьи и пахло противно, — Селия похолодела. Самый неблагополучный район, в котором и есть место только отходам от богачей, которые даже скелеты рыбьи брезгуют есть. Понабрались всякого от людей, а народ русалочий терпеть должен.

— А у вас все хорошо было? Никаких проблем? — осторожно, чтобы не спугнуть, поинтересовалась Арселия.

— Да какой-то русал путь нам загородил, но мы его пробили и к вам уплыли, — улыбнулась Карен.

— Вы так быстро доплыли? Этот район же далеко от центра, в котором мы с вами были. Странно.

— Да? А мы и не заметили ничего. Надо будет у Ноэля с Лео спросить. Ой, а это не они, кстати?

— Они, они... — Задумчиво пробормотала русалка.

— Как прошла встреча? — Сразу подплыл к Эсти Ноэль.

— Неплохо, я познакомилась со своей тётей Жасмин, она милая, но как будто волновалась. Вот только Карен, кажется, не повезло. А у вас как?

— У меня нормально, Каролина добрая, у неё очень красивый красный хвост. А Лео всю дорогу молчал, мне не удалось из него ни слова вытянуть. Лео, плыви сюда! — Крикнул Ноэль так, чтобы волна звука точно дошла до Лео. Он нехотя подплыл и завис рядом.

— Что надо?

— Хотя бы с Карен и Эсти поделись, что у тебя было, раз мне рассказывать не хочешь, — немного обиженно произнёс Ноэль. — Представляете, я у него спрашивал, а он молчит. Ужас просто, какой вредный.

— Ничего я не вредный! — Возразила Лео. — Просто моего брата зовут Альтаир, и это он нам путь перегородил в Тёмном тупике. — Повисла тишина. Первым заговорил Ноэль.

— И что он тебе сказал? Ты сейчас будешь в этом тупике жить, что ли?

— Да. И ещё он сказал, чтобы я никому ничего не рассказывал, потому что разговор должен остаться конфиденциальным. А если он узнает — а я не сомневаюсь, что узнает — мне будет плохо. Поэтому не могу рассказать. Но вообще он вроде хороший. Он умеет создавать такой купол, чтобы волны звука только в определённом диаметре расходились, представляете!

— А если он тебя научит, научишь и меня тоже? — попалась на уловку Карен.

— Конечно! Со всеми секретом поделюсь, если встречусь.

— Когда встретишься, — поправила Эсти. — Мы обязательно встретимся после школы для полукровок, не придумывайте всякого. Как думаете, нас много будет в классе?

— Не знаю, наверно человек 25, как у нас, — сказал Ноэль. Никто будто не заметил ответа, все молчали. Спустя время Карен сказала:

— Вы не знаете, когда мы поплывем в общежитие? Селия и Несси ещё разговаривают, — и правда, посмотрев на них, Эсти заметила небольшие круги звука, не доходящие до детей. Тоже купол с ограничением звука? — Может скажем им, что мы уже поболтали?

— Ага, — Лео уже направился к русалкам и похлопал Арселию по плечу. Она вздрогнула, сразу обернулась, щелкнула пальцами и улыбнулась, показывая острые зубы.

— Вы уже все? Тогда поплыли в ваше общежитие. Оно тоже в Аква-сити, будете тут гулять, изучать все, красотень! Вот бы и нам так, Несси, отдохнуть, завтра же "новая партия" придёт.

— Селия, мы недавно приплыли из отпуска, какой отдохнуть? И так уж задержались там, русалята с Клео и Климом были. Ребята, — обратилась она к плывшим позади русалятам. — Ваше общежитие на улице Большого Рифа, это такое высокое здание, оно работает по принципу центра, внутри как человек вы ходите, но можно и как русалка, это даже поощряется. У вас будут уроки, расписание, потом вас будут возить уже в обычную школу для полукровок, не корпус, там вы будете где-то полдня проводить, но время у вас ещё останется, не волнуйтесь. Так, нам осталось плыть два квартала, а потом повернуть направо...

Перед Эсти предстало большое, наверно, шестиэтажное здание. Наверху люки, снизу что-то прозрачное. Арселия подплыла к левому люку и поскребла дверь, как кошка. Изнутри послышался скрежет и дверь открылась. Первой вплыла Ванесса, потом Карен и Эсти, затем мальчики, а потом уже Арселия. В воде общежития после закрытия люка стала темно, совсем без света. Кто-то сказал плыть наверх, но Эстель совсем запуталась. Где этот верх, за кем плыть, если никого не видно? В конце концов Арселия схватила её за руку и потянула за собой. Высунувшись на поверхность, Эстель первым делом увидела нескольких людей, склонившихся к бассейну. Один другому что-то сказал, а потом её хвоста коснулись знакомые коготочки. Карен, кто же ещё? Эсти всплеснула хвостом, чуть не окатив волной людей на бортике, и устремилась вниз к подруге. Кари почему-то боялась всплывать на поверхность, будто была не уверена в своей безопасности. Она подождала, когда к ним подплывут Лео и Ноэль и сказала:

— А что делать сейчас?

Арселия и Ванесса говорили непонятным способом с кем-то на "суше", а русалка, которая их впустила, покачивалась рядом. Она-то и помогла им.

— Девочки, поплыли за мной, мальчики, подождите здесь сэра Робина, он сейчас приплывет. Как вас звать, девчули? — русалка оказалась очень позитивной, несмотря на немного старомодную речь, она понравилась Эсти.

— Я Эстель, — сразу представилась она.

— Карен, — добавила Кари.

— Я Кассиопея, можно Касси или Кэсс. Работаю здесь уже долго, лет пятнадцать, наверно. Приятно познакомиться, не забывайте своих имён, вам здесь ещё всем представляться и представляться, — в шутку сказала Кэсс.

— Да мы и не думали забывать, — ответила ей Карен. Она даже осмелела рядом с Касси, вот что хорошие люди делают.

— Так, девчулечки, вы тут обратно человеком становитесь, я вместе с вами, потом в раздевалке покажу вам костюмчики. Они тут у всех похожи, так что смотрите, не перепутайте друзей своих.

В небольшом бассейне, выходившем в душевую, Кэсс закрыла люк и провозгласила:

— Можно смело перевоплощаться!

Эстель закрыла глаза и легла на дно.

Эсти, сейчас надо будет выйти на сушу. С хвостом будет неудобно. Сбрось его. Сбрось, не стесняйся. У тебя ноги тоже красивые, смелее!

Почувствовав легкое покалывание в ногах, девочка начала всплывать наверх. Когти исчезли, пальцами стало легче шевелить, плавников тоже уже не оказалось. Немного полежав на воде в форме звезды, она всё-таки вышла в душ. В бутыльке оказался гель для душа с запахом... Рыбы?! Что это за ерунда? Они и так в виде русалок полурыбы, а тут ещё и в виде человека рыбой вонять? Ну уж нет, на это она не подписывалась.

— Кэсс! Кассиопея!!!

— Уже иду! Что случилось? — дверь в раздевалку приоткрыла и показалась голова Касси.

— А есть гель или мыло без запаха рыбы? Просто он уже въелся в меня, хочу его вымыть, а тут только хуже.

— Прости, но другого нет. Это одна из методик Лио, ты же знаешь, кто это? Это сделано для того, чтобы дети быстрее привыкли к окружающей среде и тому, что они полурыбы. Это как для русалок, родившихэся в воде, оказаться на суше с загрязненным воздухом. Вас же от этого не тошнит. А некоторых русалок тошнит. Тебе стоит принять этот запах, он часть тебя. Да и вообще, не такой уж он и плохой.

— Ну ладно. Убедила, так уж и быть, — непоколебимость Эсти все же пошатнулась. Она налила гель в ладонь, понюхала и её чуть не вывернуло наизнанку. Запах был настолько реалистичен, что ей казалось, будто она не моется, а в куче рыбьей чешуи валяется. Б-р-р-р. Но что поделать, мыться же надо. Быстро пройдясь мочалкой по телу, Эсти сполоснула пену и вышла в раздевалку. Там было достаточно много шкафчиков, а Кэсс уже несколько открыла и держала в руках костюмы.

— Держи, Эстель, тебе вот этот синий костюм подойдёт.

Эсти взяла одежду, которая была похожа на бесформенную тряпку. Синий цвет с разводами, будто в отбеливателе замачивали. М-да, но выбирать не приходится. Натянув на себя это нечто, похожее на распашонку для подростков, Эсти уселась дожидаться Карен. Через несколько минут она вышла, ей дали фиолетовый костюм, в котором она смотрелась как супергерой, вышедший спасать город.

— Ну как тебе? — покрутилась Кари перед Эстель.

— Красиво на тебе смотрится. А вот на мне, кажется, не очень. Но тут нет другой одежды.

— Вы все, девочки? — зашла в раздевалку Кэсс. Эсти и не заметила, что она выходила куда-то. — Идемте, я провожу вас в ваши комнаты. В одной комнате четыре человека, сейчас свободно одно место в 23 комнате и четыре в 24. Кто из вас будет в 23?

— Может ты, Карен? — предложила Эсти. Надо же ей контактировать с кем-то ещё, кроме Эсти, Лео и Ноэля. Вот и подружится с тремя девочками как минимум.

— А может ты? — Кари не одобряла план Эсти, даже не зная его. — Мне комфортней одной будет.

— Тебе стоит общаться с другими тоже, — намекнула Эсти на её закрытость. — Да ты не бойся, я приходить буду. Познакомимся со всеми, подружимся.

— Договорились, — радостно хлопнула в ладоши Кэсс. — Значит ты, Карен, будешь в 23 комнате, а ты, Эстель, в 24. Вам девочки все расскажут, покажут, пока что все вместе ходите, Эстель нигде не забывайте. Нам вниз по лестнице. Вы будете жить на четвёртом этаже в левом крыле. Рядышком, друг к другу в гости бегать будете, да?

Карен задумчиво кивнула. Видимо, подумала Эстель, она уже представляет себя в комнате с новыми девочками, знакомится, дружит, но пока что все это только в мыслях.

Пройдя два лестничных пролёта, девочки и Кэсс зашли на четвёртый этаж. Там были указатели налево и направо, отсчет начинался с разных сторон одинаково — с одного. Пройдя несколько дверей, Касси остановилась перед комнатой 23.

— Карен, тебе сюда, — улыбнулась она. Кассиопея постучала три раза в дверь, а когда та открылась, пропустила вперед девочек.

— Знакомьтесь, это новые русалки в нашем общежитии, Карен, она будет жить с вами, и Эстель, она будет жить в соседней комнате. Постельное белье скоро принесёт Мария, одежда в шкафу уже есть. Учебники вам выдадут в школе через несколько дней. Пока что играйте, веселитесь и радуйтесь жизни. Эсти, ты посиди здесь, ключ у Марии, она придёт, откроет дверь и запустит тебя. Хорошо? — Кэсс вышла.

— Привет, — первая поздоровалась Эстель. — Меня Эсти зовут, а вас?

— Я Мадху, — представилась темнокожая девочка с черными косами.

— А мы София и Яна, близняшки, — сказали почти одинаковые девочки с мутно-зелёными глазами и русыми волосами. — А ты Карен, да? — обратились они ко второй девочке, которая смущённо стояла рядом с Эстель.

— Да. Буду с вами жить.

— А вы долго уже здесь живёте? — спросила Эстель, чтобы как-то заполнить тишину между ними.

— Несколько недель всего лишь. Мы были в Реабилитационном центре в Тихом океане, а вы?

— Мы были в Атлантическом. Там была такая вредная старуха, вы не поверите...- Эстель хотела продолжить, но её перебила Карен

— Ага, Урсулой зовут. Не знаете? Она на нас накричала, а потом вообще выгнала из кабинета ужас какой-то.

— И вы не поверите, — Эстель еле дождалась, пока Карен договорит. — Она что-то против нашего Лео заговаривала.

— Да? Ты не говорила, — удивлённо заметила Кари, но на неё никто не обратил внимание.

— Я в музее тогда была, прохожу мимо одной ниши, она там шепчет что-то. Я тогда даже не знала, что это она. Что-то вроде «Лео, ты сильным должен быть», а потом ка-ак закричит, что она, стара Урсула, ошиблась, так я тут же выбежала, а то вдруг она меня заметила? У неё даже голос разительно отличался. В классе скрипучий, а там, в музее, такой мягкий, льющийся.

— Подожди, так вы же говорили, что она у вас уроки даже не вела, как тогда ты её голос в классе слышала?

— Ой, я ошиблась, она у нас один урок провела, а потом уже выгнала. В общем, вот такие дела у нас, а у вас как все было?

— Ну, нам мама рассказала все перед тем, как пришли Ника и Олли... — начала рассказывать София.

— А это кто?

— Они нас учили правильно плавать, помогали сущность принять и все такое. На чем я остановилась? Ах да, Ника и Олли пришли, нас забрали, но мама обещала нас навестить, правда, за это время так и не навестила, но ладно. Ещё мы в РЦ познакомились с Рианой и Мадху. Риана в комнате 22, потом сходим к ней. Она, кстати, очень добрая, почти каждую зверушку жалеет. Мы вообще по комнатам пойдём, со всеми можем познакомиться, правда не всех вы запомните, но то не беда, все равно потом по океанам расплывемся, кто куда.

— Тук-тук, девочки, Касси сказала, тут новенькие?

— Да, Мария, привет. Смотри, с белыми волосами Эстель, а с рыжими — Карен. Карен с нами, Эсти в соседней комнате.

— Вот и прекрасно, у меня как раз есть ключик. Держи, Карен, это твой комплект постельного белья, — русалка вручила сверток девочке и улыбнулась. — Эсти, пойдём со мной, как устроишься, можешь снова вернуться к девочкам.

Мария и Эсти вышли из комнаты 23. Два поворота ключа, и комната показалась на свет. Такая же обстановка и цвет стен, столы и шкафы тоже на том же месте. Только номер на двери другой, и пусто ещё.

— Это твоя комната, заправь постель, потом можешь делать все, что разрешено. Напомню: нельзя ходить к мальчикам в правое крыло, ходить на другие этажи и шуметь после 22:00. Расписание висит на двери изнутри, ознакомься и не опаздывай. Если будут вопросы — обращайся к Кассиопее. По мелочам можешь обращаться к девочкам из других комнат, они с радостью тебе помогут. Все, я пошла. Ах да, изнутри не запирайся, только если услышишь вой сирен. Ты же знаешь, как сирены воют?

— Конечно, — ещё бы она не знала. Пару раз даже включали их в городе, для проверки и не только. Мария вышла и прикрыла за собой дверь. Эсти постелила простынь на кровать, запихнула подушку в наволочку и надела пододеяльник на одеяло. Подошла к двери и поковыряла лист с расписанием. Он был то ли плотно приклеен к двери, то ли нарисован на ней, но Эсти не смогла найти даже крохотную щель между поверхностями. Ну и ладно. Подумаешь, приклеили его. Просто неудобно стоя рассматривать. Расписание было такое:

7.00 — 7.30 — подъем, утренние процедуры.

7.30 — 7.50 — завтрак.

8.00 — 11.40 — уроки с перерывами.

12.00 — 13.00 — обед.

13.00 — 15.00 — отдых, занятия по интересам.

15.00 — 15.30 — полдник.

15.30 — 17.30 — плавание в свежей воде.

17.30 — 18.30 — ужин.

18.30 — 19.30 — дополнительные задания (ученик выбирает сам).

19.30 — 22.00 — свободное время.

22.00 — 7.00 — сон.

В целом, не загруженное расписание, свободное, аж целых пять с половиной свободных часов. Ну ладно, пять, потому что Эсти ещё полчаса будет мыться и умываться перед сном, но все же — пять часов! Это же куча времени! Можно сделать домашнюю работу, поболтать с девочками, порисовать, да что угодно. Хоть...

— Эсти, ты ещё не все? — открылась дверь и прямо перед её глазами возникло лицо Карен. — А, ты расписание изучаешь. Идём к нам, веселее будет. Там девочки как раз собрались идти нас знакомить с другими девочками перед ужином. Присоединяйся.

— Давай, я с вами. Скучно а то одной будет. Как ты там, подружилась уже с Яной, Мадху и... как её зовут?

— София.

— Да, и с Софией. Подружилась?

— С Яной. Она не так много разговаривает, как её сестра. Мадху тоже хорошая. Представляешь, она так плохо жила на суше, что ей тут все прекрасным кажется.

— Ну нам с тобой сравнивать можно только с тем, что для нас было лучше. А вот у неё, видишь, другая жизнь была... Девочки, я пришла! Идемте знакомиться с другими?

— Ага. В 22 комнате Риана, как я уже говорила, а ещё Миранда, Алиса и Джейн. Кстати, в каждой десятой комнате, то есть десять, двадцать, тридцать и так далее, только два места. Эти комнаты элитными считаются, тем, кто там живёт, очень повезло. Ладно, идемте уже, чего мы тут сидим? Мадху, Яна, вы с нами? — Яна кивнула, а Мадху сказала, что посидит в комнате. — Если что, не теряй нас. До ужина ещё осталось время, мы недолго будем... Тук-тук, девочки, мы к вам! Знакомьтесь, это Эстель и Карен, они приплыли сегодня...