Последний осколок (джен)

Первое, что он увидел, открыв глаза, — птицу. Она сидела на камне в нескольких шагах от него и смотрела. Просто смотрела. Мальчик моргнул, но птица не исчезла. Для обычной совы она была слишком большой. Белое оперение местами отливало чем-то холодным, почти металлическим, а глаза светились холодным синим светом на фоне серого мира.

Он несколько секунд смотрел на неё. Она — на него.

— Что?

Птица склонила голову.

— Я с тобой разговариваю.

Птица не шелохнулась. Мальчик нахмурился.

— Очень содержательно.

Сова снова наклонила голову. На этот раз в другую сторону. Он решил считать это ответом, попытался подняться — и немедленно пожалел. Тело отозвалось тупой болью почти повсюду: в плечах, спине, ногах. Почему-то болела даже шея.

Мальчик тихо застонал и снова опустился на то, что служило ему постелью. Не постелью. Плащом. Он лежал на сложенном в несколько раз плаще, брошенном прямо на камень. Сверху его укрывал другой кусок плотной ткани.

Несколько секунд он просто лежал. Потом вспомнил. Серое небо. Камни. Души. Чудовища. Женщина со светящимися синими глазами. Сильвана. Он резко сел. Мир качнулся. Пришлось упереться ладонью в землю.

— Отличная идея.

Голос прозвучал справа. Мальчик повернул голову: Сильвана сидела у низкого каменного выступа в нескольких шагах от него. Почему-то он не заметил её сразу. Это ему не понравилось. Ещё меньше — то, что она заметила его промах.

— Давно вы там?

— Достаточно.

— Это не ответ.

— Начинаешь учиться.

Он нахмурился. Сильвана занималась оружием: одна из коротких стрел лежала у неё на колене, пальцы проверяли оперение. Лук находился рядом. Совсем рядом. Мальчик перевёл взгляд с лука на неё.

— Я не собирался его брать.

— Я ничего не сказала.

— Вы посмотрели.

— Я смотрю на многие вещи.

— Очень удобно.

Сильвана вернулась к стреле, а мальчик огляделся. Место почти не изменилось. Наверное. Он всё ещё не был уверен, что способен различать здесь места. Те же скалы. Тот же мёртвый серый свет. Тот же туман или дым — он до сих пор не понимал, что именно висело вдали. Ни солнца, ни привычных теней — ничего, по чему можно было определить время. Он посмотрел вверх.

— Сколько я спал?

— Несколько часов.

— Сколько?

Сильвана подняла на него глаза.

— Здесь?

Он понял.

— А.

Ответ ему не понравился.

— Тогда откуда вы знаете, что несколько?

— Опыт.

— Очень точная мера.

— Другой нет.

Мальчик потёр лицо ладонями. Хотелось пить, а ещё сильнее — есть. Желудок будто только сейчас понял, что он проснулся, и немедленно потребовал внимания. Мальчик положил ладонь на живот. Сильвана заметила. Разумеется. Она вообще замечала слишком много.

— Что?

— Ничего.

— Тогда перестаньте так смотреть.

— Как?

— Будто сейчас опять начнёте задавать вопросы.

— Я как раз собиралась.

Он вздохнул.

— Конечно.

Сильвана отложила стрелу.

— Как тебя зовут?

Мальчик замер. Вопрос был простым. Настолько простым, что сначала он даже не понял, почему не отвечает.

— Не знаю.

Признание вышло глухо и сразу разозлило его.

— Имя должно быть, — сказал он, скорее себе, чем ей.

— Обычно бывает.

— Очень помогли.

Сильвана не ответила на колкость.

— Не заставляй память.

— Я не заставляю.

— Именно это ты сейчас и делаешь.

— Откуда вы знаете?

На мгновение выражение её лица изменилось.

— Знаю.

Рядом с сумкой лежал небольшой обломок светлого камня. Мальчик поднял его и машинально провёл краем по более тёмной плите. Осталась бледная черта.

— Что ты делаешь?

— Думаю.

— Руками?

— Не мешайте!

— Я молчу.

Мальчик покосился на неё.

— Вы молчите очень громко.

Уголок её рта едва заметно дрогнул.

Он снова посмотрел на камень. Он ничего не собирался писать

— просто провёл ещё одну линию, затем вторую. Получилась буква. Т.

Он нахмурился. Почему именно она? Рядом появилась ещё одна. А.

Внутри что-то едва заметно дрогнуло — не воспоминание и не голос. Скорее ощущение, будто он подошёл к двери и на мгновение нащупал ручку. Он добавил ещё черту. Нет. Не то.

С раздражением перечеркнул написанное.

— Память редко начинает работать лучше, если на неё злиться,

— заметила Сильвана.

— Я не злюсь.

Она посмотрела на перечёркнутый камень.

— Хорошо. Немного.

Он попробовал снова. Не вспоминать. Не вытаскивать ответ силой. Просто позволить руке двигаться.

Буквы появлялись медленно. Одни он тут же стирал ладонью, другие оставлял и долго рассматривал, не понимая, почему они кажутся знакомыми.

Наконец линии сложились в слово. Он несколько секунд смотрел на него, не решаясь прочесть даже про себя. Что-то внутри отозвалось. Не памятью. Просто… да. Наверное.

— Тарен, — произнёс он вслух.

— Тарен, — повторила Сильвана.

Стоило услышать имя чужим голосом, и уверенности сразу стало меньше.

— Ты вспомнил?

— Не знаю.

— Очень убедительно.

— Вы спросили, как меня зовут.

— И?

— Мне кажется, Тарен.

— Кажется?

— Другого у меня нет.

Сильвана несколько секунд изучала его.

— Пока этого достаточно.

— Если это не моё имя — недостаточно!

— Тогда выяснишь позже. Сейчас ты на него откликаешься.

— Удобно говорить тому, кто своё помнит.

На этот раз Сильвана ничего не ответила. Тарен снова посмотрел на слово. Оно не казалось чужим, но и воспоминаний не принесло.

— Тарен что?

— Что?

— Фамилия.

И снова всё оборвалось. Но иначе. Тарен замер. Конечно. У него была фамилия. Он знал это. Он снова коснулся обломком поверхности. Одна буква. Стер. Другая. Тоже не то. Несколько линий начали складываться во что- то знакомое, но ощущение исчезло прежде, чем он успел понять, во что именно.

Тарен резко провёл ладонью по камню, стирая всё.

— Не знаю.

— Но она есть?

— Да.

— Откуда знаешь?

— Просто знаю.

Сильвана смотрела на него ещё некоторое время.

— Ладно.

— Ладно?

— Ты предпочёл бы допрос?

— Нет.

— Тогда наслаждайся.

— Вы всё равно ещё спросите.

— Разумеется.

— Тогда какой смысл…

— Не сейчас.

Разговор был закончен. Тарен посмотрел на написанное имя ещё раз. Потом стёр и его. Не потому, что оно было неправильным.

Просто ему не понравилось, что камень будто знает о нём больше, чем он сам.

Он снова посмотрел на сову. Та всё ещё сидела на камне.

— А у неё имя есть?

Сильвана даже не подняла головы.

— Доритур.

Тарен посмотрел на птицу.

— Доритур.

Сова моргнула.

— Она ваша?

Теперь Сильвана подняла взгляд.

— Нет.

— Тогда почему ходит за вами?

— Потому что её отправили следить за мной.

Тарен медленно перевёл взгляд на птицу. Доритур невозмутимо смотрела в ответ.

— И вы это разрешаете?

— Мне не требуется разрешать.

— Можно прогнать.

— Попробуй.

Тарен посмотрел на размеры птицы. Потом на когти.

— Не хочу.

— Мудро.

Он снова лёг, но ненадолго: живот напомнил о себе ещё раз, теперь громче. Тарен зажмурился. Нет. Только не это. Сильвана молчала. Он осторожно посмотрел на неё. Она смотрела.

— Ни слова.

— Я ничего не сказала.

— Даже не думайте.

— Это будет сложнее.

Тарен сел.

— Я голодный.

На этот раз в голосе не осталось раздражения. Просто факт. Сильвана посмотрела на него чуть дольше обычного. И Тарен вдруг понял почему. Она — нет. Ей не нужно было есть. Наверное. До

этого он об этом не думал. Вообще много о чём не думал. Он посмотрел на её бледную кожу, светящиеся синие глаза, на неподвижность, которая иногда становилась слишком заметной.

— Вы ведь не едите?

Сильвана отвернулась.

— Нет.

— Никогда?

— Тарен.

— Что?

— Иногда вопросу полезно остаться незаданным.

— Почему?

Она посмотрела на него. Он понял.

— Хорошо.

Желудок снова сжался.

— Но мне-то всё равно надо.

— Я заметила.

Сильвана поднялась. Тарен проследил за ней.

— Здесь вообще есть еда?

— Для тебя — найдётся.

Ответ прозвучал слишком уверенно.

— Откуда?

— Не всё, что попадает в Утробу, является душой.

Тарену не понравилось начало этой мысли.

— Что именно вы собираетесь мне дать?

— Если будешь продолжать задавать вопросы, что-нибудь несъедобное.

— Это была шутка?

Сильвана остановилась. Посмотрела на него.

— Нет.

Тарен решил пока не выяснять. Она подошла к небольшой сумке, лежавшей возле скалы. Тарен раньше её не заметил. Сильвана достала оттуда свёрток. Бросила ему. Он едва поймал.

— Осторожнее!

— Поймал же.

Тарен развернул ткань. Внутри лежало что-то похожее на сухой дорожный хлеб. Он понюхал. Сильвана наблюдала.

— Что?

— Проверяю.

— На яд?

— На то, что это вообще еда.

— Разумно.

Он отломил маленький кусок и попробовал. Через несколько секунд решил, что съедобно. Невкусно. Но сейчас это не имело значения. Он откусил больше. Потом ещё. Слишком быстро.

— Медленнее.

Тарен не ответил.

— Тебя вырвет.

Он остановился. Посмотрел на хлеб. Потом на неё.

— Откуда вы…

— Потому что ты голодал достаточно долго, чтобы это произошло.

Он заставил себя жевать медленнее, хотя это оказалось почти мучительно: тело требовало проглотить всё сразу. Сильвана протянула флягу. Тарен взял её уже увереннее. Вода была прохладной. Он сделал несколько больших глотков.

— Медленнее.

Тарен опустил флягу.

— Вы всегда командуете?

— Да.

Ответ пришёл без паузы. Он посмотрел на Сильвану. Та сохраняла совершенно серьёзное выражение лица. Тарен неожиданно фыркнул — почти рассмеялся. Она ничего не сказала. Он продолжил есть. Некоторое время было тихо.

Тарен впервые с момента пробуждения смог просто сидеть. Есть. Пить. Не убегать. Не пытаться понять, где находится. Не вспоминать то, чего не существовало в памяти. Почти нормально. Если не смотреть на небо. И на Сильвану. И на огромную сову. И

на пропасть в нескольких десятках шагов. Он решил смотреть на хлеб. Так было проще.

Когда осталось меньше половины, Тарен почувствовал себя лучше. Не сильным. Просто не настолько пустым. Он завернул остаток.

— Оставь.

— Я и собирался.

— Хорошо.

Тарен сунул свёрток рядом с собой.

— Откуда он?

— Ты уже спрашивал.

— Вы не ответили.

— Значит, запомнил.

Он вздохнул. Сильвана подняла лук.

— Можешь идти?

Тарен посмотрел на неё. Потом на свои ноги.

— Могу.

— Уверен?

Он встал. Медленно. На этот раз мир не качнулся. Ноги всё ещё были слабыми, но держали.

— Да.

Сильвана кивнула.

— Тогда идём.

— Куда?

— Работать.

Тарен уставился на неё.

— Что?

— Мне нужно закончить то, что я делала до того, как нашла тебя.

— Вы меня нашли.

Сильвана посмотрела на Доритур. Сова расправила крылья.

— Не совсем.

Тарен проследил за её взглядом.

— Она?

— Она заметила тебя первой.

Доритур взлетела с камня. Взмах огромных крыльев поднял серую пыль. Тарен прикрыл лицо рукой. Птица сделала круг над ними и направилась вперёд. Он проводил её взглядом.

— Значит, мне нужно благодарить сову?

— Можешь попробовать.

— Она поймёт?

— Возможно.

Тарен задумался.

— Спасибо!

Доритур продолжала лететь. Никакой реакции. Тарен посмотрел на Сильвану.

— Невежливая.

— У вас много общего.

Он открыл рот. Сильвана уже пошла вперёд. Тарен поспешил за ней.

— Это было оскорбление?

— Наблюдение.

— Очень удобное слово.

— Я тоже так считаю.

Несколько минут они шли молча. Тарен старался не отставать, но получалось хуже, чем хотелось. Ноги ещё не восстановились, а Сильвана двигалась с той же раздражающей лёгкостью, что и раньше. Ей словно вообще не приходилось выбирать, куда поставить ногу. Камни, трещины, крутые спуски — всё это существовало только для Тарена. Он поскользнулся, но удержался. Сильвана даже не повернулась. Тарен решил считать это победой.

Доритур летела впереди. Иногда исчезала между скалами. Потом возвращалась. Тарен начал замечать закономерность.

— Она проверяет дорогу?

— Иногда.

— А остальное время?

— Следит за мной.

— Вы это уже говорили.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Я думал, может, ответ изменится.

Сильвана бросила на него короткий взгляд.

— Не изменился.

Они спустились ниже. Серый туман здесь стал плотнее. В нём двигались тени. Сначала Тарен решил, что ему показалось, но одна из теней приблизилась: полупрозрачный человеческий силуэт. Душа. Он невольно замедлил шаг. Он уже видел души после пробуждения, но тогда всё происходило слишком быстро, чтобы их разглядывать. Теперь времени было достаточно.

Душа двигалась бесцельно. Человек. Наверное. Когда-то. Тарен не мог определить ни возраст, ни лицо. Очертания постоянно дрожали, будто фигуру размывало водой. Она прошла мимо. Даже не посмотрела на него. Тарен обернулся.

— Куда она идёт?

— Никуда.

— В смысле?

— В прямом.

Он посмотрел вслед душе.

— И долго?

Сильвана не ответила. Этого оказалось достаточно. Тарен догнал её. Впереди показались ещё души. Некоторые двигались. Некоторые сидели прямо на камнях. Одна лежала. Тарен не был уверен, можно ли назвать это лежанием.

— И что вы с ними делаете?

Сильвана остановилась.

— Не со всеми.

Она сняла с пояса странный сосуд. Тарен видел похожие раньше, но не успел рассмотреть. Тёмный, грубый, с металлическими креплениями. Не кувшин. Не корзина. Что-то между.

— А с какими?

Сильвана посмотрела вперёд и остановилась так резко, что Тарен едва не врезался ей в спину. Он тоже остановился.

— Что?

Она подняла руку. Тарен уже знал, что это означает. Молчать. Он недовольно поджал губы, но послушался. Доритур, летевшая

впереди, сделала широкий круг над скалами и опустилась на высокий каменный выступ.

Сильвана смотрела куда-то вправо. Тарен проследил за её взглядом. Ничего. Серый камень. Туман. Несколько глубоких трещин, уходящих между скалами. Он подождал. Сильвана не двигалась. Приглядевшись ещё раз, Тарен наконец заметил. В одной из трещин что-то светилось. Совсем слабо. Не ровным светом, как другие души, которых они встречали раньше. Этот свет дрожал. То появлялся. То почти исчезал. Сильвана сняла с пояса сосуд. Тарен посмотрел на него.

— Ещё одна?

Она бросила на него короткий взгляд.

— Да.

— Тогда почему она прячется?

— Потому что может.

Очень полезный ответ. Сильвана направилась к трещине, Тарен последовал за ней. Через несколько шагов свет исчез. Сильвана остановилась.

— Вы её спугнули.

Она медленно повернула голову. Тарен понял, что, возможно, стоило промолчать. Но поздно.

— Я заметила.

— Тогда зачем продолжаете идти?

— Тогда что?

Тарен нахмурился. Для него ответ был очевиден.

— Отойдите.

Тишина. Где-то наверху Доритур издала короткий звук. Тарен поднял голову. Сова смотрела прямо на него.

— Даже не начинай, — пробормотал он.

Сильвана скрестила руки.

— И что произойдёт, если я отойду?

— Не знаю.

— Великолепный план, — без всякого выражения сказала Сильвана.

— Но сейчас он точно не выходит.

Она молчала. Тарен посмотрел в проход.

— Может, выйдет ко мне.

— Почему?

Он пожал плечами.

— Я не вы.

Сильвана прищурилась.

— Это я тоже заметила.

Тарен вздохнул.

— Я не это имел в виду.

— Надеюсь.

Она ещё раз посмотрела в трещину. Потом неожиданно сделала шаг назад. Тарен моргнул. Ещё один. Сильвана остановилась в нескольких шагах от входа.

— Ну?

Он посмотрел на неё.

— Что?

— Твоя очередь.

Тарен не ожидал, что она действительно согласится. Теперь это казалось значительно менее хорошей идеей. Он посмотрел в темноту. Оттуда никто не выходил.

— Тарен.

— Я думаю.

— Ты только что был гораздо увереннее.

— Я и сейчас уверен.

— Конечно.

Он бросил на неё раздражённый взгляд. Потом снова посмотрел в проход. И подошёл.

— Не слишком близко, — сказала Сильвана.

Тарен остановился. Обернулся.

— Вы же отошли.

— Я не перестала видеть.

— Очень удобно.

— Тарен.

— Хорошо.

Он повернулся к трещине. Что теперь? Сильвана сказала: «Выходи». Не сработало. Наверное, ему стоило сделать что-нибудь другое. Тарен сел прямо на камень. Сильвана ничего не сказала. Это было подозрительно.

— Я не буду заходить, — сказал он.

Тишина.

— Слышите?

Никакого ответа.

— Я знаю, что слышите.

Сильвана тихо произнесла:

— Убедительно.

Тарен обернулся.

— Вы можете не помогать?

Она чуть повела рукой. Продолжай. Он снова повернулся к проходу.

— Она отошла.

Из темноты донеслось:

— Я вижу.

Тарен посмотрел на Сильвану. Потом обратно.

— Тогда почему не выходите?

— Потому что она всё ещё там.

Тарен задумался. Справедливо.

— Она не уйдёт.

— Тогда и я не выйду.

— Так мы долго будем сидеть.

Ответа не последовало. Тарен вздохнул.

— Меня зовут Тарен.

Слова вышли сами. И на мгновение что-то внутри неприятно дёрнулось. Совсем слабо. Будто он сказал фразу, в которой ошибся одним словом. Тарен нахмурился. Тарен. Да. Он уже проверял. Имя было его. Наверное. Ощущение исчезло прежде, чем он успел за него ухватиться.

— Тарен, — повторил голос из темноты.

— Да.

— Ты живой.

Тарен замер. Сильвана тоже.

— Откуда вы знаете?

Из прохода донёсся странный звук. Почти смех. Но без всякого веселья.

— Ты дышишь.

Тарен машинально задержал дыхание. Потом почувствовал себя глупо и снова вдохнул.

— А.

Он посмотрел на свои руки.

— Да.

— Что ты здесь делаешь?

— Хотел бы я знать.

На этот раз звук действительно немного напоминал смех. Тарен воспользовался этим.

— А вас как зовут?

Долгое молчание.

— Родек.

— Хорошо.

— Что хорошего?

Тарен задумался.

— Теперь мне не приходится называть вас «вы».

— Ты и так называешь.

— Тогда теперь я хотя бы знаю, кого.

Родек снова замолчал. Тарен сидел. Камень под ним был неудобным. Ноги уже начинали затекать. Тарен не двигался, и Сильвана тоже. Это почему-то помогало.

Через некоторое время слабое свечение появилось снова. Ближе. Тарен увидел руку. Полупрозрачную. Потом часть лица. Родек выглянул из-за камня. И немедленно посмотрел не на Тарена. На Сильвану. Тарен заметил, как его лицо изменилось. Страх. Не просто осторожность. Не недоверие. Страх. Сильвана стояла совершенно неподвижно. Лук оставался за спиной. Руки были опущены. Но Тарен вдруг увидел её так, как, наверное, видел Родек. Бледная. Светящиеся синие глаза. Доспехи. Оружие. Мёртвая. Тарен посмотрел на неё.

— Ещё дальше.

— Не злоупотребляй.

— Пожалуйста.

Сильвана несколько секунд смотрела на него. Потом отступила ещё на два шага.

Родек высунулся из трещины немного дальше. Теперь Тарен смог рассмотреть его целиком: обычный мужчина — или тот, кто когда-то им был. Среднего роста, худой, с измученным лицом. Одежда едва угадывалась в дрожащих очертаниях души. Ничего особенного. Ни доспехов. Ни короны. Ни следов того, что при жизни он был кем-то важным. Просто человек. Родек смотрел на Тарена.

— Она тебя держит?

Тарен моргнул.

— Что?

— Ты пленник?

— Нет.

Он подумал.

— Наверное.

Сильвана закрыла глаза. Тарен поспешно добавил:

— Нет. Не пленник.

— Очень убедительно, — сказала она.

— Я разбирался.

Родек снова отступил.

— Молчите, — прошептал Тарен.

Сильвана открыла глаза. Если бы взгляд мог убивать… Впрочем. Тарен не был уверен, что её не мог. Он повернулся к Родеку.

— Она действительно хочет вас отсюда вывести.

— Почему?

Тарен открыл рот. И понял, что не знает. Он посмотрел на Сильвану. Она ничего не подсказала. Конечно.

— Потому что это её работа.

— Работа?

— Да.

Родек недоверчиво посмотрел на неё.

— Её?

— Я тоже удивился.

— Тарен.

— Что?

— Поменьше помощи.

Он снова повернулся к Родеку. Тот смотрел уже не так испуганно. Скорее растерянно. Это было лучше.

— Куда она меня отведёт?

— Не знаю.

— Ты ничего не знаешь.

Тарен нахмурился.

— Я проснулся здесь несколько часов назад.

— Тогда почему ты ей веришь?

Вопрос ударил неожиданно. Тарен посмотрел на Сильвану. Она встретила его взгляд и ничего не сказала. Он вспомнил их разговор перед тем, как уснуть. «Вы мне не доверяете». — «Нет». — «Ты тоже мне не доверяешь». — «Нет». Странный договор. Но честный. Тарен повернулся к Родеку.

— Не верю.

Родек нахмурился.

— Что?

— Не совсем.

— Тогда почему идёшь с ней?

— Потому что один я отсюда не выберусь.

Он пожал плечами.

— А она знает дорогу.

Родек смотрел на него. Тарен добавил:

— И пока она меня не убила.

Сильвана тихо выдохнула.

— Ты необыкновенно убедителен, — устало заметила Сильвана.

— Зато честно.

Родек неожиданно улыбнулся. Совсем чуть-чуть. Тарен тоже.

— Выходите.

Улыбка исчезла.

— Я…

— Она вас не тронет.

Родек посмотрел на Сильвану. Тарен тоже.

— Не тронете?

— Если он выйдет сам — нет.

Тарен прищурился.

— А если не выйдет?

— Не порть достигнутое.

Он решил, что это достаточно хороший ответ. Родек медленно сделал шаг, затем ещё один и вышел из трещины. Тарен поднялся. Ноги немедленно напомнили, что сидеть на камне было плохой идеей. Он пошатнулся. Родек протянул руку. И тут же остановился. Его пальцы прошли бы сквозь Тарена. Оба посмотрели на них.

— Забыл, — тихо сказал Родек.

Тарен не знал, что ответить. Сильвана подошла ближе. Родек мгновенно напрягся. Тарен поднял руку.

— Подождите.

— Он вышел.

— Я вижу.

— Тогда отойди.

— Зачем?

— Потому что теперь мне нужно закончить работу.

Тарен посмотрел на сосуд у неё на поясе. Потом на Родека.

— Это больно?

Сильвана помолчала.

— Нет.

— Точно?

— Тарен.

— Что?

— Отойди.

Он неохотно сделал шаг. Родек следил за Сильваной. Она сняла сосуд.

— Что будет потом? — спросил он.

— Тебя выведут из Утробы.

— Куда?

— Не знаю.

Родек посмотрел на неё. Сильвана продолжила:

— Но не сюда.

Он молчал. Потом кивнул. Сильвана подняла сосуд. И Доритур закричала. Резко. Громко.

Тарен вздрогнул. Сильвана уже развернулась. Лук оказался у неё в руке так быстро, что Тарен не увидел движения.

— Назад.

Он посмотрел туда, куда она целилась. Сначала ничего. Потом туман шевельнулся. Нет. Не туман. Что-то двигалось внутри него. Низко. Быстро. Слишком быстро.

— Что это?

— Назад.

Тарен отступил. Родек тоже. Из серой мглы вырвалось существо. Тарен успел увидеть длинные передние конечности, искривлённое тело и пасть. Тетива щёлкнула. Стрела вошла точно в грудь твари. Удар развернул её и швырнул на камни. Тарен уже решил, что всё кончено. Существо дёрнулось. Поднялось. Он уставился на него.

— Почему оно встало?

Сильвана уже натягивала тетиву.

— Потому что здесь не всё умирает правильно.

Вторая стрела вошла в голову. На этот раз тварь рухнула окончательно. Из тумана ответил вой. Один. Потом другой. Потом ещё. Сильвана выругалась. Тарен посмотрел на неё.

— Это плохо?

— Удивительная наблюдательность.

Доритур пронеслась над ними. Из тумана показалась вторая тварь. За ней третья. Чуть левее мелькнула ещё одна тень. Тарен отступил.

— Что им нужно?

— Душа.

Родек дёрнулся. Сильвана бросила на него взгляд.

— Не беги.

— Они…

— Если побежишь, они пойдут за тобой.

Родек застыл. Сильвана посмотрела на Тарена.

— Оставайся рядом с ним.

— Но…

— Тарен.

Он замолчал. Её голос изменился. Не сильно. Но сейчас спорить было нельзя.

— Хорошо.

— Что бы ни произошло — не отходи.

— Я понял.

Сильвана несколько секунд смотрела на него, будто решала, действительно ли понял. Потом отвернулась. Первая тварь прыгнула. Стрела ударила её ещё в воздухе. Тело рухнуло у самых ног Сильваны. Вторая попыталась обойти справа. Сильвана развернулась раньше, чем Тарен успел её предупредить. Выстрел. Тварь покатилась по камням. Третья появилась слева. Ещё одна стрела.

Тарен не помнил, чтобы когда-нибудь видел, как она сражается. Впрочем, он вообще почти ничего не помнил. И всё же почему-то ожидал другого. Больше шума. Больше усилий.

Сильвана двигалась почти спокойно. Она не ждала, пока противник приблизится, и не смотрела на того, в кого уже выстрелила. Ещё до того, как одна тварь падала, она уже искала следующую.

Доритур закричала сверху. Сильвана вскинула лук. Стрела ушла куда-то выше головы Тарена. Он машинально пригнулся. За спиной раздался визг. Тарен обернулся. Ещё одна тварь сорвалась с уступа и рухнула на камни со стрелой в шее. Он даже не видел её. Сильвана — видела.

— Смотри вперёд! — приказала она.

Тарен повернулся обратно. Следующая тварь успела подобраться ближе. Сильвана выстрелила. Попала. Но та не упала. Стрела вошла глубоко в плечо, развернула существо, однако оно снова рванулось вперёд. Для лука почти не осталось расстояния. Сильвана отвела его за плечо, и в руке блеснул клинок. Тварь

прыгнула. Сильвана ушла с линии атаки. Первым ударом она рассекла твари бок. Вторым — перерезала горло. Тварь рухнула. Сильвана уже поворачивалась к следующей.

Тарен смотрел и начинал понимать. Их было не просто много. Они шли с разных сторон. Сильвана всё время двигалась так, чтобы оставаться между ними и Родеком. Между ними и Тареном. Каждый раз, когда одна из тварей пыталась обойти её, Сильвана меняла позицию. Она защищала не себя. Она удерживала вокруг них круг. И этот круг становился всё меньше.

Тарен услышал движение справа. Повернул голову. Ничего. Только скала. Потом из узкой расщелины показалась лапа. Ещё одна тварь. Меньше остальных. Тише. Она двигалась почти прижавшись к земле. Сильвана её не видела: в тот же момент две другие пошли на неё одновременно. Первая прыгнула. Сильвана уклонилась. Клинок распорол брюхо твари. Вторая уже была рядом. Сильвана развернулась навстречу. Тарен посмотрел обратно. Маленькая тварь выползла из расщелины. Она не смотрела на Сильвану. На Тарена тоже. Она смотрела на Родека. Тарен перестал дышать.

— Не двигайтесь.

Родек посмотрел на него.

— Что?

— Не двигайтесь.

Он повернул голову.

— Не смотрите!

Поздно. Тварь пригнулась. Родек отступил. Она рванулась вперёд.

— Сильвана!

Та обернулась. Всего на мгновение. Увидела. Тарен понял это по её лицу. Но между ней и ними уже была другая тварь. Сильвана ударила её клинком, попыталась пройти мимо. Не успеет. Мысль возникла спокойно. Почти холодно. Не успеет. Рядом лежало оружие. Нет. Не оружие. Обломок длинного чёрного древка, оставшийся от чего-то, что когда-то здесь погибло. Тарен схватил его.

— Что ты делаешь?! — крикнула Сильвана.

Он уже не слушал. Тварь приближалась. Родек за его спиной. Расстояние. Ноги. Древко. И вдруг Тарен знал. Не вспомнил. Не подумал. Просто знал. Левую ногу назад. Не встречать удар прямо. Пропустить мимо. Повернуть корпус. Использовать его движение. Ударить снизу. Туда, где шея соединяется с грудью.

Это было настолько очевидно, что Тарен даже не усомнился. Он встал. Нет. Попытался встать. Левая нога ушла слишком далеко. Древко оказалось длиннее, чем он ожидал. И тяжелее. Рука опустилась. Тарен попытался изменить хват. Поздно. Почему руки такие короткие? Мысль была совершенно нелепой. Они всегда были такими. Наверное.

Тварь прыгнула. Тарен повернулся. Так, как знал. Тело не успело. Нога зацепилась за камень. Мир перевернулся. Тарен ударился плечом о землю. Древко вылетело из рук. На мгновение он просто лежал, не понимая, что произошло. Он всё сделал правильно. Нет. Он собирался сделать правильно. Он точно знал…

Тень накрыла его. Тарен поднял голову. Существо было уже рядом. И исчезло. Что-то чёрное пронеслось перед глазами. Раздался удар. Тварь отбросило в сторону. Сильвана оказалась между ней и Тареном. В её руке не было лука. Глаза светились ярче. Она издала звук. Не крик. Не совсем. Тарен почувствовал его всем телом. Воздух будто разорвался. Существо швырнуло в скалу. Камень треснул. Тварь упала и больше не поднялась.

Сильвана развернулась. Последняя из тварей ещё двигалась к ним. Лук снова оказался у неё в руках. Тетива щёлкнула. Стрела вошла точно между глаз. Тварь рухнула. Только теперь стало тихо. Сильвана посмотрела на Тарена. Он сел.

— Я…

— Молчи.

Тарен закрыл рот. Сильвана подошла. Подняла его за руку. Поставила на ноги. Осмотрела лицо. Плечи. Руки.

— Больно?

— Нет.

Она сжала его левое плечо. Тарен дёрнулся.

— Да.

— Значит, больно.

— Только когда вы так делаете.

— Какая неожиданность.

Она отпустила. Тарен потёр плечо. Родек всё ещё был рядом. Цел. Если к душе вообще подходило это слово.

Тарен перевёл взгляд с мёртвой твари на обломок древка, а затем на собственные руки.

Что это было? Он знал. Он совершенно точно знал, что делать. До самого момента, когда попытался.

— Я сказала тебе оставаться на месте, — произнесла Сильвана тихо.

От этого стало только хуже. Тарен поднял голову. Сильвана стояла перед ним.

— Я оставался.

Её глаза сузились.

— Ты полез на него.

— Потом.

Сильвана несколько секунд молчала.

— Это должно что-то изменить?

— Да.

— Что именно?

Тарен указал на Родека.

— Оно шло к нему.

— Я видела.

— Нет. Сначала не видели.

Ошибка. Он понял это сразу. Сильвана очень медленно повернула к нему голову.

— Что?

— Вы были заняты.

— Поэтому ты решил сражаться с хищником Утробы палкой?

Тарен посмотрел на древко.

— Это не палка.

— Прекрасно. Тогда всё в порядке.

— Я не это сказал.

— Я приказала тебе не отходить.

— А что я должен был сделать?

— Позвать меня.

— Я позвал!

— И после этого остаться на месте!

Тарен почувствовал, как злится.

— Вы не успевали!

Сильвана замолчала. Он тоже. Родек переводил взгляд с одного на другого. Доритур опустилась на камень. Даже она, кажется, решила посмотреть. Тарен указал на место, где стоял Родек.

— Если бы я ничего не сделал, оно бы добралось до него.

— А вместо этого едва не добралось до тебя.

— Но не добралось.

— Потому что я тебя спасла.

Тарен открыл рот. Закрыл. Это было нечестно. Потому что было правдой.

— Я почти…

Он остановился. Сильвана ждала.

— Что?

Тарен посмотрел на древко.

— Ничего.

— Ты хотел что-то сказать.

— Нет.

Она изучала его лицо. Тарен отвернулся. Как объяснить? Я знал, как надо. Звучало глупо. Особенно учитывая то, чем всё закончилось.

— Ты когда-нибудь держал оружие?

Он резко посмотрел на неё. Сильвана заметила. Конечно.

— Не знаю.

— Это не тот вопрос, на который обычно отвечают «не знаю».

— У меня нет памяти.

— Я помню.

Тарен посмотрел на свои руки.

— Мне показалось…

Он замолчал.

— Что?

— Что я умею.

Сильвана перестала сердиться. Не совсем. Но что-то в её лице изменилось.

— Что именно?

— Не знаю.

— Тарен.

— Вот теперь правда не знаю!

Он раздражённо поднял древко.

— Я увидел его и понял, что делать.

— Что?

Тарен попытался вспомнить. Это оказалось легко. Слишком легко.

— Отойти в сторону. Пропустить его мимо. Повернуться.

Ударить сюда.

Он коснулся места под собственной ключицей. Сильвана посмотрела туда. Потом на древко.

— И?

Тарен поморщился.

— Не получилось.

— Это я заметила.

— Потому что…

Он снова посмотрел на руки.

— Всё было не так.

— Что не так?

— Я.

Сильвана молчала. Тарен попытался подобрать слова.

— Я думал, что нога будет… дальше.

— Длиннее?

Он посмотрел на неё.

— Да.

— А руки?

Тарен нахмурился.

— Тоже.

Несколько секунд Сильвана ничего не говорила. Это начало ему не нравиться.

— Вы что-то поняли?

— Пока нет.

— Тогда почему так смотрите?

— Как?

— Будто знаете что-то, чего не знаю я.

— В данном случае я знаю, что ты ребёнок.

— Я заметил.

— Очевидно, не сразу.

Тарен раздражённо бросил древко. Оно стукнуло о камень.

— Может, меня учили раньше.

— Может.

— И я забыл.

— Возможно.

Она сказала это спокойно. Слишком спокойно. Тарен прищурился.

— Вы мне не верите.

— Я сказала «возможно».

— Это не одно и то же.

— Начинаешь учиться.

Он хотел ответить. Родек кашлянул. Странный звук для мёртвого. Они оба повернулись к нему.

— Не хочу мешать, — сказал он, — но они могут вернуться?

Сильвана посмотрела на туман.

— Могут.

Тарен мгновенно забыл спор.

— Тогда заканчивайте.

Сильвана перевела на него взгляд.

— Что?

— Работу.

Он указал на сосуд.

— Вы ведь это собирались сделать.

Она несколько секунд смотрела на него. Потом сняла сосуд с пояса. Родек напрягся. Тарен заметил.

— Всё нормально.

Родек посмотрел на него.

— Ты уверен?

Тарен открыл рот. Сильвана подняла бровь. Он подумал.

— Нет.

Родек неожиданно рассмеялся. На этот раз по-настоящему. Тихо. Устало. Но рассмеялся.

— Очень обнадёживает.

— Зато честно.

Родек посмотрел на Сильвану. Страх всё ещё оставался. Тарен видел. Но теперь рядом с ним появилось что-то ещё. Решение.

— Это действительно выведет меня отсюда?

— Да, — сказала Сильвана.

— И ты это делаешь со всеми?

Она помолчала.

— С теми, кого нахожу.

Родек кивнул. Сильвана открыла сосуд. Родек сам сделал шаг. Его очертания начали растворяться. Свет вытянулся тонкими полосами. На мгновение лицо стало почти ясным. Обычный человек. Усталый. Испуганный. Родек посмотрел на Тарена.

— Надеюсь, ты тоже найдёшь дорогу.

Тарен не успел ответить. Свет исчез внутри сосуда. Сильвана закрыла его; раздался тихий металлический щелчок. Всё.

Тарен смотрел на место, где стоял Родек. Пусто. Странно. Он знал его совсем недолго — здесь трудно было судить о времени. И всё равно эта пустота казалась неправильной.

— Он теперь в безопасности?

— В большей, чем здесь.

— Это не ответ.

— Другого у меня нет.

Тарен кивнул. На этот раз его устроило. Сильвана закрепила сосуд на поясе. Тарен смотрел. На сосуд. На мёртвых хищников. На неё.

— Вы поэтому здесь?

Сильвана подняла глаза.

— Что?

— Вы собираете души.

— Ты уже понял.

— Я не об этом. Почему именно вы?

Сильвана помолчала.

— Потому что это часть моего наказания.

Тарен нахмурился.

— Спасать души — наказание?

Что-то едва заметно изменилось в её лице.

— Находить тех, кого отправили сюда несправедливо. Тех, кто потерялся. Тех, кто ещё может уйти.

Тарен несколько секунд смотрел на неё, потом перевёл взгляд на серую пустошь.

— И сколько их?

Сильвана посмотрела на серый горизонт.

— Много.

— Сколько?

— Больше, чем ты можешь представить.

Он тоже посмотрел. Души. Где-то там. Может быть, за каждой скалой. За каждой пропастью.

— И вы должны найти всех?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не единственная, кто этим занимается.

Тарен вспомнил о птице и посмотрел наверх. Доритур чистила перья так, словно только что не наблюдала за дракой.

— А она?

— Наблюдает.

— За вами.

— Да.

— Чтобы вы не сбежали?

Сильвана посмотрела на сову.

— В том числе.

Доритур подняла голову. Тарену показалось, что птица услышала.

— Кто её послал?

Сильвана некоторое время молчала.

— Тиранда.

Имя ничего ему не сказало.

— Она главная?

— Здесь всё сложнее.

— Конечно.

Тарен сел на камень. Плечо всё ещё болело. Теперь, когда опасность закончилась, ноги снова налились ватной тяжестью. Сильвана заметила.

— Устал?

— Нет.

Она посмотрела на него.

— Немного.

— Мы вернёмся.

— Куда?

— Туда, где ты спал.

Тарен нахмурился.

— Зачем?

— Чтобы ты отдохнул.

— Я могу идти.

— В этом я не сомневаюсь.

— Тогда…

— Тарен.

Он замолчал. Сильвана посмотрела на него.

— Ты живой.

— Вы уже говорили.

— И ты всё ещё не понимаешь, что это означает.

Тарен хотел возразить. Но она продолжила:

— Здесь тебе нужны вода. Еда. Сон. Твоё тело устаёт. Твоё тело можно ранить.

И если ты умрёшь здесь… Она остановилась. Тарен ждал.

— Что?

Сильвана посмотрела куда-то мимо него.

— Я не знаю, что произойдёт.

Это прозвучало хуже любого ответа. Тарен медленно поднялся.

— Тогда надо уходить.

Сильвана перевела взгляд на него.

— Из Утробы.

— Я поняла.

— Тогда почему мы ещё здесь?

— Можно.

— Тогда почему мы ещё здесь?

— Потому что «можно» и «просто» — разные слова.

Тарен раздражённо выдохнул.

— У вас на всё такой ответ?

— Обычно.

Она пошла обратно. Тарен двинулся за ней. Несколько шагов они прошли молча. Потом он спросил:

— Сколько способов?

Сильвана не обернулась.

— Что?

— Выбраться.

Она чуть замедлила шаг.

— Больше одного.

Тарен оживился.

— Тогда в чём проблема?

— В том, что не каждый способ подходит тебе.

— Почему?

— Потому что ты живой.

— Опять.

— Эта проблема будет повторяться.

Тарен догнал её.

— А вам какой подходит?

— Несколько.

— Тогда возьмите меня с собой.

— Именно это я пытаюсь решить.

— Долго?

Сильвана посмотрела на него.

— Хочешь попробовать первый попавшийся?

Тарен вспомнил хищников. Посмотрел на серое небо.

— Нет.

— Тогда дай мне подумать.

Он неохотно кивнул, и они пошли дальше. Доритур летела над ними. Тарен смотрел под ноги. Камень. Трещина. Ещё камень. Он снова вспомнил движение. Ногу назад. Поворот. Удар. Почему это казалось таким естественным? Он попробовал мысленно повторить. И опять был уверен, что знает. Только теперь уже не доверял этой уверенности. Тарен посмотрел на свои руки. Маленькие. Да. Обычные. Так почему они казались неправильными? Он не заметил, что снова отстал.

— Тарен.

— Иду.

Он ускорился. И тогда почувствовал. Кто-то смотрел. Тарен остановился. На этот раз не было сомнений. Не Сильвана. Она впереди. Не Доритур. Сова была над ними. Не души. Ощущение пришло откуда-то ещё. Издалека. Очень издалека. Но одновременно будто прямо из-за спины. Тарен резко обернулся. Пусто. Серые скалы. Туман. Тела хищников уже почти скрылись вдали. Никого.

— Что?

Сильвана остановилась. Тарен продолжал смотреть назад.

— Не знаю.

Она мгновенно стала внимательнее.

— Что ты почувствовал?

— Будто кто-то смотрит.

Сильвана взялась за лук. Доритур поднялась выше. Один круг. Второй. Тарен всматривался в туман. Ощущение оставалось. Не сильнее. Не слабее. Просто было.

— Где? — спросила Сильвана.

Он поднял руку. Остановился. Опустил.

— Не знаю.

— Ты обернулся туда.

— Потому что показалось, что оттуда.

— Показалось?

Тарен раздражённо нахмурился.

— Я не умею объяснить.

Сильвана осмотрела скалы.

— Кто-нибудь?

Доритур ответила коротким криком. Сильвана посмотрела вверх. Потом снова на Тарена.

— Она никого не видит.

— Я тоже.

— Но?

Тарен медленно повернулся. Посмотрел вперёд. Потом вправо. Ощущение не имело направления. Вот что было неправильно.

— Всё равно смотрят.

Сильвана молчала.

— Вы мне не верите?

— Я не сказала этого.

— Тогда что?

— Пытаюсь понять.

— Получается?

— Нет.

Тарен невесело усмехнулся.

— Теперь вы знаете, каково мне.

Сильвана бросила на него взгляд.

— Идём.

— А если…

— Если что-то появится, Доритур увидит.

Тарен посмотрел на сову. Та кружила над ними.

— А если не увидит?

— Тогда увидим мы.

Это было не особенно успокаивающе. Но лучше ничего Тарен не придумал. Он пошёл за Сильваной. Через несколько минут ощущение пропало — так же внезапно, как появилось. Тарен ещё несколько раз оборачивался. Никого. Сильвана замечала каждый раз. Ничего не говорила.

Наконец впереди показалось знакомое место. Камни. Плащ. Сумка. Тарен никогда не думал, что будет рад увидеть кусок ткани, лежащий на земле. Он сел. Потом решил, что сидеть необязательно, и лёг. Сильвана сняла лук.

— Я не устал.

— Конечно.

— Просто плечо болит.

— Разумеется.

Тарен закрыл глаза.

— Вы очень неприятная.

— Мне говорили.

Он открыл один глаз.

— Часто?

Сильвана посмотрела на него.

— Достаточно.

Тарен снова закрыл глаза. Несколько минут никто не говорил. Потом:

— Сильвана.

— Что?

— Вы придумали?

— Что?

— Как выбраться.

Тишина затянулась. Тарен открыл глаза. Она сидела неподалёку. Доритур устроилась выше на камне. Сильвана смотрела куда-то вдаль.

— Да, — сказала она наконец.

Тарен приподнялся на локтях.

— И?

— Есть способы, которыми я могла бы воспользоваться сама.

— Но?

— Но я не знаю, что они сделают с тобой.

Он сел.

— А есть тот, который знаете?

Сильвана не ответила сразу. Этого хватило.

— Есть.

— Тогда используем его.

— Нет.

Тарен моргнул.

— Почему?

— Потому что у него есть цена.

Он нахмурился.

— Какая?

Сильвана посмотрела на него.

— Не знаю.

— Что значит «не знаете»?

— Именно то и значит.

— Вы сказали, что знаете этот способ.

— Знаю.

— Но не знаете цену?

— Знаю, что она будет.

Тарен уставился на неё.

— Это ужасный способ.

— Да.

— И он самый надёжный?

— Да.

— Конечно.

Он потёр лицо.

— А другие?

— Менее надёжны.

— Насколько?

— Достаточно.

Тарен уже начинал ненавидеть это слово.

— И что теперь?

Сильвана долго смотрела на него, затем поднялась, взяла лук и проверила сосуды на поясе.

— Теперь мы уходим.

Тарен тоже встал.

— Тем способом?

— Да.

— Но цена…

— Будет заплачена.

Он замер.

— Кем?

Сильвана посмотрела прямо на него. И Тарен почему-то понял ответ ещё до того, как она произнесла:

— Мной.

— Почему вами?

— Потому что я открываю путь.

— А если цена…

— Тарен.

— Что?

— Тебе не нужно знать.

— Это вы всё время говорите!

— Потому что ты всё время спрашиваешь.

— Конечно спрашиваю! Вы только что сказали, что собираетесь заплатить чем-то неизвестным, чтобы вытащить меня отсюда!

— Да.

— И вас это вообще не беспокоит?

Сильвана помолчала.

— Беспокоит, — после короткой паузы признала Сильвана.

Он не ожидал. Злость немного отступила.

— Тогда зачем?

Сильвана посмотрела на него. Потом на серый мир вокруг.

— Потому что ты не должен быть здесь.

Ответ был простым. Без пафоса. Без обещаний. Тарен не нашёл, что сказать.

— Отдохни ещё немного.

— Я не усну.

— Я не просила спать.

Она отошла. Тарен остался стоять, потом сел обратно. Посмотрел на собственные ладони, на Доритур, на Сильвану — и снова в серую пустоту. Там больше никто не смотрел. По крайней мере, он ничего не чувствовал.

Но далеко за пределами Утробы, под снегами Нордскола, мёртвые продолжали искать. И ни один из них не знал, что именно.Первое, что он увидел, открыв глаза, — птицу. Она сидела на камне в нескольких шагах от него и не сводила с него глаз. Мальчик моргнул, но птица не исчезла. Для обычной совы она была слишком большой. Белое оперение местами отливало чем-то холодным, почти металлическим, а глаза светились холодным синим светом на фоне серого мира.

Несколько секунд они изучали друг друга.

— Что?

Птица склонила голову.

— Я с тобой разговариваю.

Птица не шелохнулась.

— Очень содержательно.

Сова снова наклонила голову. На этот раз в другую сторону. Он решил считать это ответом, попытался подняться — и немедленно пожалел. Тело отозвалось тупой болью почти повсюду: в плечах, спине, ногах. Почему-то болела даже шея.

Мальчик тихо застонал и снова опустился на то, что служило ему постелью. Не постелью. Плащом. Он лежал на сложенном в несколько раз плаще, брошенном прямо на камень. Сверху его укрывал другой кусок плотной ткани.

Несколько секунд он просто лежал. Потом вспомнил. Серое небо. Камни. Души. Чудовища. Женщина со светящимися синими глазами. Сильвана. Он резко сел. Мир качнулся. Пришлось упереться ладонью в землю.

— Отличная идея.

Голос прозвучал справа. Он обернулся: Сильвана сидела у низкого каменного выступа в нескольких шагах от него. Почему-то он не заметил её сразу. Это ему не понравилось. Ещё меньше — то, что она заметила его промах.

— Давно вы там?

— Достаточно.

— Это не ответ.

— Начинаешь учиться.

Он нахмурился. Сильвана занималась оружием: одна из коротких стрел лежала у неё на колене, пальцы проверяли оперение. Лук находился рядом. Совсем рядом. Взгляд мальчика задержался на луке.

— Я не собирался его брать.

— Я ничего не сказала.

— Вы посмотрели.

— Я смотрю на многие вещи.

— Очень удобно.

Сильвана вернулась к стреле, а мальчик огляделся. Место почти не изменилось. Наверное. Он всё ещё не был уверен, что способен различать здесь места. Те же скалы. Тот же мёртвый серый свет. Тот же туман или дым — он до сих пор не понимал, что именно висело вдали. Ни солнца, ни привычных теней — ничего, по чему можно было определить время. Он поднял голову.

— Сколько я спал?

— Несколько часов.

— Сколько?

Сильвана подняла на него глаза.

— Здесь?

Он понял.

— А.

Ответ ему не понравился.

— Тогда откуда вы знаете, что несколько?

— Опыт.

— Очень точная мера.

— Другой нет.

Мальчик потёр лицо ладонями. Хотелось пить, а ещё сильнее — есть. Желудок будто только сейчас понял, что он проснулся, и немедленно потребовал внимания. Мальчик прижал ладонь к животу и сразу поймал внимательный взгляд Сильваны. От неё было трудно что-либо скрыть.

— Перестаньте так смотреть.

— Как?

— Будто сейчас опять начнёте задавать вопросы.

— Я как раз собиралась.

— Конечно, — вздохнул он.

Сильвана отложила стрелу.

— Как тебя зовут?

Мальчик замер. Вопрос был простым. Настолько простым, что сначала он даже не понял, почему не отвечает.

— Не знаю.

Собственный ответ прозвучал глухо и разозлил его.

— Имя должно быть, — сказал он, скорее себе, чем ей.

— Обычно бывает.

— Очень помогли.

— Не заставляй память.

— Я не заставляю.

— Именно это ты сейчас и делаешь.

— Откуда вы знаете?

На мгновение выражение её лица изменилось.

— Знаю.

Рядом с сумкой лежал небольшой обломок светлого камня. Мальчик поднял его и машинально провёл краем по более тёмной плите. Осталась бледная черта.

— Что ты делаешь?

— Думаю.

— Руками?

— Не мешайте!

— Я молчу.

— Вы молчите очень громко.

Уголок её рта едва заметно дрогнул.

Он ничего не собирался писать — просто провёл ещё одну линию, затем вторую. Получилась буква. Т.

Он нахмурился. Почему именно она? Рядом появилась ещё одна. А.

Внутри что-то едва заметно дрогнуло — не воспоминание и не голос. Скорее ощущение, будто он подошёл к двери и на мгновение нащупал ручку. Он добавил ещё черту. Нет. Не то.

С раздражением перечеркнул написанное.

— Память редко начинает работать лучше, если на неё злиться, — заметила Сильвана.

— Я не злюсь.

Она указала на перечёркнутые линии.

— Хорошо. Немного.

Он попробовал снова. Не вспоминать. Не вытаскивать ответ силой. Просто позволить руке двигаться.

Буквы появлялись медленно. Одни он тут же стирал ладонью, другие оставлял и долго рассматривал, не понимая, почему они кажутся знакомыми.

Наконец линии сложились в слово. Он несколько секунд смотрел на него, не решаясь прочесть даже про себя. Что-то внутри отозвалось. Не памятью. Просто… да. Наверное.

— Тарен, — произнёс он вслух.

— Тарен, — повторила Сильвана.

Стоило услышать имя чужим голосом, и уверенности сразу стало меньше.

— Ты вспомнил?

— Не знаю.

— Очень убедительно.

— Вы спросили, как меня зовут.

— И?

— Мне кажется, Тарен.

— Кажется?

— Другого у меня нет.

Сильвана несколько секунд изучала его.

— Пока этого достаточно.

— Если это не моё имя — недостаточно!

— Тогда выяснишь позже. Сейчас ты на него откликаешься.

— Удобно говорить тому, кто своё помнит.

На этот раз Сильвана ничего не ответила.

Написанное имя не казалось чужим, но и воспоминаний не принесло.

— Тарен что?

— Что?

— Фамилия.

И снова всё оборвалось. Но иначе.

Тарен замер. Конечно. У него была фамилия. Он знал это.

Он снова коснулся обломком поверхности. Одна буква. Стер. Другая. Тоже не то. Несколько линий начали складываться во что-то знакомое, но ощущение исчезло прежде, чем он успел понять, во что именно.

Тарен резко провёл ладонью по камню, стирая всё.

— Не знаю.

— Но она есть?

— Да.

— Откуда знаешь?

— Просто знаю.

Сильвана выдержала паузу.

— Ладно.

— Ладно?

— Ты предпочёл бы допрос?

— Нет.

— Тогда наслаждайся.

— Вы всё равно ещё спросите.

— Разумеется.

— Тогда какой смысл…

— Не сейчас.

Разговор был закончен.

Тарен провёл ладонью по написанному имени, стирая и его.

Не потому, что оно было неправильным.

Просто ему не понравилось, что камень будто знает о нём больше, чем он сам.

Сова всё ещё сидела на камне.

— А у неё имя есть?

Сильвана даже не подняла головы.

— Доритур.

— Доритур.

Сова моргнула.

— Она ваша?

Теперь Сильвана подняла взгляд.

— Нет.

— Тогда почему ходит за вами?

— Потому что её отправили следить за мной.

Доритур невозмутимо выдержала его взгляд.

— И вы это разрешаете?

— Мне не требуется разрешать.

— Можно прогнать.

— Попробуй.

Тарен прикинул размеры птицы, особенно её когтей.

— Не хочу.

— Мудро.

Он снова лёг, но ненадолго: живот напомнил о себе ещё раз, теперь громче. Тарен зажмурился. Нет. Только не это. Сильвана молчала. Он покосился на Сильвану. Та, конечно, всё заметила.

— Ни слова.

— Я ничего не сказала.

— Даже не думайте.

— Это будет сложнее.

Тарен сел.

— Я голодный.

На этот раз в голосе не осталось раздражения. Просто факт. Сильвана посмотрела на него чуть дольше обычного. И Тарен вдруг понял почему. Она — нет. Ей не нужно было есть. Наверное. До этого он об этом не думал. Вообще много о чём не думал. Он посмотрел на её бледную кожу, светящиеся синие глаза, на неподвижность, которая иногда становилась слишком заметной.

— Вы ведь не едите?

Сильвана отвернулась.

— Нет.

— Никогда?

— Тарен.

— Что?

— Иногда вопросу полезно остаться незаданным.

— Почему?

Достаточно было её взгляда.

— Хорошо.

Желудок снова сжался.

— Но мне-то всё равно надо.

— Я заметила.

Сильвана поднялась. Тарен проследил за ней.

— Здесь вообще есть еда?

— Для тебя — найдётся.

Ответ прозвучал слишком уверенно.

— Откуда?

— Не всё, что попадает в Утробу, является душой.

Тарену не понравилось начало этой мысли.

— Что именно вы собираетесь мне дать?

— Если будешь продолжать задавать вопросы, что-нибудь несъедобное.

— Это была шутка?

Сильвана остановилась и медленно обернулась.

— Нет.

Тарен решил пока не выяснять. Она подошла к небольшой сумке, лежавшей возле скалы. Тарен раньше её не заметил. Сильвана достала оттуда свёрток. Бросила ему. Он едва поймал.

— Осторожнее!

— Поймал же.

Тарен развернул ткань. Внутри лежало что-то похожее на сухой дорожный хлеб. Он понюхал. Сильвана наблюдала.

— Что?

— Проверяю.

— На яд?

— На то, что это вообще еда.

— Разумно.

Он отломил маленький кусок и попробовал. Через несколько секунд решил, что съедобно. Невкусно. Но сейчас это не имело значения. Он откусил больше. Потом ещё. Слишком быстро.

— Медленнее.

Тарен не ответил.

— Тебя вырвет.

Он задержал кусок хлеба у рта и удивлённо взглянул на Сильвану.

— Откуда вы…

— Потому что ты голодал достаточно долго, чтобы это произошло.

Он заставил себя жевать медленнее, хотя это оказалось почти мучительно: тело требовало проглотить всё сразу. Сильвана протянула флягу. Тарен взял её уже увереннее. Вода была прохладной. Он сделал несколько больших глотков.

— Медленнее.

Тарен опустил флягу.

— Вы всегда командуете?

— Да.

Ответ пришёл без паузы.

Сильвана сохраняла совершенно серьёзное выражение лица. Тарен неожиданно фыркнул — почти рассмеялся. Она ничего не сказала. Он продолжил есть. Некоторое время было тихо.

Тарен впервые с момента пробуждения смог просто сидеть. Есть. Пить. Не убегать. Не пытаться понять, где находится. Не вспоминать то, чего не существовало в памяти. Почти нормально. Если не смотреть на небо. И на Сильвану. И на огромную сову. И на пропасть в нескольких десятках шагов. Он решил смотреть на хлеб. Так было проще.

Когда осталось меньше половины, Тарен почувствовал себя лучше. Не сильным. Просто не настолько пустым. Он завернул остаток.

— Оставь.

— Я и собирался.

— Хорошо.

Тарен сунул свёрток рядом с собой.

— Откуда он?

— Ты уже спрашивал.

— Вы не ответили.

— Значит, запомнил.

Он вздохнул. Сильвана подняла лук.

— Можешь идти?

Тарен оценил, как держат его ноги.

— Могу.

— Уверен?

Он встал. Медленно. На этот раз мир не качнулся. Ноги всё ещё были слабыми, но держали.

— Да.

Сильвана кивнула.

— Тогда идём.

— Куда?

— Работать.

Тарен уставился на неё.

— Что?

— Мне нужно закончить то, что я делала до того, как нашла тебя.

— Вы меня нашли.

Доритур расправила крылья, и Сильвана проводила её взглядом.

— Не совсем.

Тарен проследил за её взглядом.

— Она?

— Она заметила тебя первой.

Доритур взлетела с камня. Взмах огромных крыльев поднял серую пыль. Тарен прикрыл лицо рукой. Птица сделала круг над ними и направилась вперёд. Он проводил её взглядом.

— Значит, мне нужно благодарить сову?

— Можешь попробовать.

— Она поймёт?

— Возможно.

Тарен задумался.

— Спасибо!

Доритур продолжала лететь. Никакой реакции. Тарен посмотрел на Сильвану.

— Невежливая.

— У вас много общего.

Он открыл рот. Сильвана уже пошла вперёд. Тарен поспешил за ней.

— Это было оскорбление?

— Наблюдение.

— Очень удобное слово.

— Я тоже так считаю.

Несколько минут они шли молча. Тарен старался не отставать, но получалось хуже, чем хотелось. Ноги ещё не восстановились, а Сильвана двигалась с той же раздражающей лёгкостью, что и раньше. Ей словно вообще не приходилось выбирать, куда поставить ногу. Камни, трещины, крутые спуски — всё это существовало только для Тарена. Он поскользнулся, но удержался. Сильвана даже не повернулась. Тарен решил считать это победой.

Доритур летела впереди. Иногда исчезала между скалами. Потом возвращалась. Тарен начал замечать закономерность.

— Она проверяет дорогу?

— Иногда.

— А остальное время?

— Следит за мной.

— Вы это уже говорили.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Я думал, может, ответ изменится.

Сильвана бросила на него короткий взгляд.

— Не изменился.

Они спустились ниже. Серый туман здесь стал плотнее. В нём двигались тени. Сначала Тарен решил, что ему показалось, но одна из теней приблизилась: полупрозрачный человеческий силуэт. Душа. Он невольно замедлил шаг. Он уже видел души после пробуждения, но тогда всё происходило слишком быстро, чтобы их разглядывать. Теперь времени было достаточно.

Душа двигалась бесцельно. Человек. Наверное. Когда-то. Тарен не мог определить ни возраст, ни лицо. Очертания постоянно дрожали, будто фигуру размывало водой. Она прошла мимо. Даже не посмотрела на него. Тарен обернулся.

— Куда она идёт?

— Никуда.

— В смысле?

— В прямом.

Он посмотрел вслед душе.

— И долго?

Сильвана не ответила. Этого оказалось достаточно. Тарен догнал её. Впереди показались ещё души. Некоторые двигались. Некоторые сидели прямо на камнях. Одна лежала. Тарен не был уверен, можно ли назвать это лежанием.

— И что вы с ними делаете?

Сильвана остановилась.

— Не со всеми.

Она сняла с пояса странный сосуд. Тарен видел похожие раньше, но не успел рассмотреть. Тёмный, грубый, с металлическими креплениями. Не кувшин. Не корзина. Что-то между.

— А с какими?

Сильвана резко остановилась, и Тарен едва не врезался ей в спину.

— Что?

Она подняла руку. Тарен уже знал, что это означает. Молчать. Он недовольно поджал губы, но послушался. Доритур, летевшая впереди, сделала широкий круг над скалами и опустилась на высокий каменный выступ.

Сильвана настороженно вглядывалась вправо. Тарен попытался разглядеть то же самое. Ничего. Серый камень. Туман. Несколько глубоких трещин, уходящих между скалами. Он подождал. Сильвана не двигалась. Приглядевшись ещё раз, Тарен наконец заметил. В одной из трещин что-то светилось. Совсем слабо. Не ровным светом, как другие души, которых они встречали раньше. Этот свет дрожал. То появлялся. То почти исчезал. Сильвана сняла с пояса сосуд. Тарен посмотрел на него.

— Ещё одна?

Она бросила на него короткий взгляд.

— Да.

— Тогда почему она прячется?

— Потому что может.

Очень полезный ответ. Сильвана направилась к трещине, Тарен последовал за ней. Через несколько шагов свет исчез. Сильвана остановилась.

— Вы её спугнули.

Она медленно повернула голову. Тарен понял, что, возможно, стоило промолчать. Но поздно.

— Я заметила.

— Тогда зачем продолжаете идти?

— Тогда что?

Тарен нахмурился. Для него ответ был очевиден.

— Отойдите.

Тишина. Где-то наверху Доритур издала короткий звук. Тарен поднял голову. Сова смотрела прямо на него.

— Даже не начинай, — пробормотал он.

Сильвана скрестила руки.

— И что произойдёт, если я отойду?

— Не знаю.

— Великолепный план, — без всякого выражения сказала Сильвана.

— Но сейчас он точно не выходит.

Она молчала. Тарен снова всмотрелся в проход.

— Может, выйдет ко мне.

— Почему?

Он пожал плечами.

— Я не вы.

Сильвана прищурилась.

— Это я тоже заметила.

Тарен вздохнул.

— Я не это имел в виду.

— Надеюсь.

Сильвана ещё раз осмотрела трещину и неожиданно шагнула назад. Тарен растерянно моргнул. Сильвана остановилась в нескольких шагах от входа.

— Ну?

— Что?

— Твоя очередь.

Тарен не ожидал, что она действительно согласится. Теперь это казалось значительно менее хорошей идеей. Из темноты по-прежнему никто не выходил.

— Тарен.

— Я думаю.

— Ты только что был гораздо увереннее.

— Я и сейчас уверен.

— Конечно.

Он сердито сжал губы, повернулся к проходу и подошёл ближе.

— Не слишком близко, — сказала Сильвана.

Тарен остановился. Обернулся.

— Вы же отошли.

— Я не перестала видеть.

— Очень удобно.

— Тарен.

— Хорошо.

Он повернулся к трещине. Что теперь? Сильвана сказала: «Выходи». Не сработало. Наверное, ему стоило сделать что-нибудь другое. Тарен сел прямо на камень. Сильвана ничего не сказала. Это было подозрительно.

— Я не буду заходить, — сказал он.

Тишина.

— Слышите?

Никакого ответа.

— Я знаю, что слышите.

Сильвана тихо произнесла:

— Убедительно.

Тарен обернулся.

— Вы можете не помогать?

Она чуть повела рукой. Продолжай. Он снова повернулся к проходу.

— Она отошла.

Из темноты донеслось:

— Я вижу.

Тарен обернулся к Сильване, затем снова сосредоточился на душе.

— Тогда почему не выходите?

— Потому что она всё ещё там.

Тарен задумался. Справедливо.

— Она не уйдёт.

— Тогда и я не выйду.

— Так мы долго будем сидеть.

Ответа не последовало. Тарен вздохнул.

— Меня зовут Тарен.

Слова вышли сами. И на мгновение что-то внутри неприятно дёрнулось. Совсем слабо. Будто он сказал фразу, в которой ошибся одним словом. Тарен нахмурился. Тарен. Да. Он уже проверял. Имя было его. Наверное. Ощущение исчезло прежде, чем он успел за него ухватиться.

— Тарен, — повторил голос из темноты.

— Да.

— Ты живой.

Тарен замер. Сильвана тоже.

— Откуда вы знаете?

Из прохода донёсся странный звук. Почти смех. Но без всякого веселья.

— Ты дышишь.

Тарен машинально задержал дыхание. Потом почувствовал себя глупо и снова вдохнул.

— А.

Он опустил глаза к рукам.

— Да.

— Что ты здесь делаешь?

— Хотел бы я знать.

На этот раз звук действительно немного напоминал смех. Тарен воспользовался этим.

— А вас как зовут?

Долгое молчание.

— Родек.

— Хорошо.

— Что хорошего?

Тарен задумался.

— Теперь мне не приходится называть вас «вы».

— Ты и так называешь.

— Тогда теперь я хотя бы знаю, кого.

Родек снова замолчал. Тарен сидел. Камень под ним был неудобным. Ноги уже начинали затекать. Тарен не двигался, и Сильвана тоже. Это почему-то помогало.

Через некоторое время слабое свечение появилось снова. Ближе. Тарен увидел руку. Полупрозрачную. Потом часть лица. Родек выглянул из-за камня. И немедленно посмотрел не на Тарена. На Сильвану. Тарен заметил, как его лицо изменилось. Страх. Не просто осторожность. Не недоверие. Страх. Сильвана стояла совершенно неподвижно. Лук оставался за спиной. Руки были опущены. Но Тарен вдруг увидел её так, как, наверное, видел Родек. Бледная. Светящиеся синие глаза. Доспехи. Оружие. Мёртвая. Тарен посмотрел на неё.

— Ещё дальше.

— Не злоупотребляй.

— Пожалуйста.

Сильвана несколько секунд смотрела на него. Потом отступила ещё на два шага.

Родек высунулся из трещины немного дальше. Теперь Тарен смог рассмотреть его целиком: обычный мужчина — или тот, кто когда-то им был. Среднего роста, худой, с измученным лицом. Одежда едва угадывалась в дрожащих очертаниях души. Ничего особенного. Ни доспехов. Ни короны. Ни следов того, что при жизни он был кем-то важным. Просто человек. Родек смотрел на Тарена.

— Она тебя держит?

Тарен моргнул.

— Что?

— Ты пленник?

— Нет.

Он подумал.

— Наверное.

Сильвана закрыла глаза. Тарен поспешно добавил:

— Нет. Не пленник.

— Очень убедительно, — сказала она.

— Я разбирался.

Родек снова отступил.

— Молчите, — прошептал Тарен.

Сильвана открыла глаза. Если бы взгляд мог убивать… Впрочем. Тарен не был уверен, что её не мог. Он повернулся к Родеку.

— Она действительно хочет вас отсюда вывести.

— Почему?

Тарен открыл рот. И понял, что не знает. Он поискал помощи у Сильваны. Она промолчала. Конечно.

— Потому что это её работа.

— Работа?

— Да.

Родек недоверчиво посмотрел на неё.

— Её?

— Я тоже удивился.

— Тарен.

— Что?

— Поменьше помощи.

Он снова повернулся к Родеку. Тот смотрел уже не так испуганно. Скорее растерянно. Это было лучше.

— Куда она меня отведёт?

— Не знаю.

— Ты ничего не знаешь.

Тарен нахмурился.

— Я проснулся здесь несколько часов назад.

— Тогда почему ты ей веришь?

Вопрос ударил неожиданно. Тарен невольно обернулся к Сильване. Та не стала вмешиваться. Он вспомнил их разговор перед тем, как уснуть. «Вы мне не доверяете». — «Нет». — «Ты тоже мне не доверяешь». — «Нет». Странный договор. Но честный. Тарен повернулся к Родеку.

— Не верю.

Родек нахмурился.

— Что?

— Не совсем.

— Тогда почему идёшь с ней?

— Потому что один я отсюда не выберусь.

Он пожал плечами.

— А она знает дорогу.

Родек смотрел на него. Тарен добавил:

— И пока она меня не убила.

Сильвана тихо выдохнула.

— Ты необыкновенно убедителен, — устало заметила Сильвана.

— Зато честно.

Родек неожиданно улыбнулся. Совсем чуть-чуть. Тарен тоже.

— Выходите.

Улыбка исчезла.

— Я…

— Она вас не тронет.

Родек недоверчиво покосился на Сильвану. Тарен ждал её ответа не меньше.

— Не тронете?

— Если он выйдет сам — нет.

Тарен прищурился.

— А если не выйдет?

— Не порть достигнутое.

Он решил, что это достаточно хороший ответ. Родек медленно сделал шаг, затем ещё один и вышел из трещины. Тарен поднялся. Ноги немедленно напомнили, что сидеть на камне было плохой идеей. Он пошатнулся. Родек протянул руку. И тут же остановился. Его пальцы прошли бы сквозь Тарена. Оба посмотрели на них.

— Забыл, — тихо сказал Родек.

Тарен не знал, что ответить. Сильвана подошла ближе. Родек мгновенно напрягся. Тарен поднял руку.

— Подождите.

— Он вышел.

— Я вижу.

— Тогда отойди.

— Зачем?

— Потому что теперь мне нужно закончить работу.

Взгляд Тарена задержался на сосуде у неё на поясе, затем на Родеке.

— Это больно?

Сильвана помолчала.

— Нет.

— Точно?

— Тарен.

— Что?

— Отойди.

Он неохотно сделал шаг. Родек следил за Сильваной. Она сняла сосуд.

— Что будет потом? — спросил он.

— Тебя выведут из Утробы.

— Куда?

— Не знаю.

Родек посмотрел на неё. Сильвана продолжила:

— Но не сюда.

Он молчал. Потом кивнул. Сильвана подняла сосуд. И Доритур закричала. Резко. Громко.

Тарен вздрогнул. Сильвана уже развернулась. Лук оказался у неё в руке так быстро, что Тарен не увидел движения.

— Назад.

Он посмотрел туда, куда она целилась. Сначала ничего. Потом туман шевельнулся. Нет. Не туман. Что-то двигалось внутри него. Низко. Быстро. Слишком быстро.

— Что это?

— Назад.

Тарен отступил. Родек тоже.

Из серой мглы вырвалось существо. Тарен успел увидеть длинные передние конечности, искривлённое тело и пасть. Тетива щёлкнула. Стрела вошла точно в грудь твари. Удар развернул её и швырнул на камни. Тарен уже решил, что всё кончено. Существо дёрнулось. Поднялось. Он уставился на него.

— Почему оно встало?

Сильвана уже натягивала тетиву.

— Потому что здесь не всё умирает правильно.

Вторая стрела вошла в голову. На этот раз тварь рухнула окончательно. Из тумана ответил вой. Один. Потом другой. Потом ещё. Сильвана выругалась. Тарен насторожился.

— Это плохо?

— Удивительная наблюдательность.

Доритур пронеслась над ними. Из тумана показалась вторая тварь. За ней третья. Чуть левее мелькнула ещё одна тень. Тарен отступил.

— Что им нужно?

— Душа.

Родек дёрнулся. Сильвана бросила на него взгляд.

— Не беги.

— Они…

— Если побежишь, они пойдут за тобой.

Родек застыл. Сильвана обратилась к Тарену.

— Оставайся рядом с ним.

— Но…

— Тарен.

Он замолчал. Её голос изменился. Не сильно. Но сейчас спорить было нельзя.

— Хорошо.

— Что бы ни произошло — не отходи.

— Я понял.

Сильвана несколько секунд смотрела на него, будто решала, действительно ли понял. Потом отвернулась. Первая тварь прыгнула. Стрела ударила её ещё в воздухе. Тело рухнуло у самых ног Сильваны. Вторая попыталась обойти справа. Сильвана развернулась раньше, чем Тарен успел её предупредить. Выстрел. Тварь покатилась по камням. Третья появилась слева. Ещё одна стрела.

Тарен не помнил, чтобы когда-нибудь видел, как она сражается. Впрочем, он вообще почти ничего не помнил. И всё же почему-то ожидал другого. Больше шума. Больше усилий.

Сильвана двигалась почти спокойно. Она не ждала, пока противник приблизится, и не смотрела на того, в кого уже выстрелила. Ещё до того, как одна тварь падала, она уже искала следующую.

Доритур закричала сверху. Сильвана вскинула лук. Стрела ушла куда-то выше головы Тарена. Он машинально пригнулся. За спиной раздался визг. Тарен обернулся. Ещё одна тварь сорвалась с уступа и рухнула на камни со стрелой в шее. Он даже не видел её. Сильвана — видела.

— Смотри вперёд! — приказала она.

Тарен повернулся обратно. Следующая тварь успела подобраться ближе. Сильвана выстрелила. Попала. Но та не упала. Стрела вошла глубоко в плечо, развернула существо, однако оно снова рванулось вперёд. Для лука почти не осталось расстояния. Сильвана отвела его за плечо, и в руке блеснул клинок. Тварь прыгнула. Сильвана ушла с линии атаки. Первым ударом она рассекла твари бок. Вторым — перерезала горло. Тварь рухнула. Сильвана уже поворачивалась к следующей.

Тарен смотрел и начинал понимать. Их было не просто много. Они шли с разных сторон. Сильвана всё время двигалась так, чтобы оставаться между ними и Родеком. Между ними и Тареном. Каждый раз, когда одна из тварей пыталась обойти её, Сильвана меняла позицию. Она защищала не себя. Она удерживала вокруг них круг. И этот круг становился всё меньше.

Тарен услышал движение справа. Повернул голову. Ничего. Только скала. Потом из узкой расщелины показалась лапа. Ещё одна тварь. Меньше остальных. Тише. Она двигалась почти прижавшись к земле. Сильвана её не видела: в тот же момент две другие пошли на неё одновременно. Первая прыгнула. Сильвана уклонилась. Клинок распорол брюхо твари. Вторая уже была рядом. Сильвана развернулась навстречу. Тарен посмотрел обратно. Маленькая тварь выползла из расщелины. Она не смотрела на Сильвану. На Тарена тоже. Она смотрела на Родека. Тарен перестал дышать.

— Не двигайтесь.

Родек посмотрел на него.

— Что?

— Не двигайтесь.

Он повернул голову.

— Не смотрите!

Поздно.

Тварь пригнулась. Родек отступил. Она рванулась вперёд.

— Сильвана!

Та обернулась. Всего на мгновение. Увидела. Тарен понял это по её лицу. Но между ней и ними уже была другая тварь. Сильвана ударила её клинком, попыталась пройти мимо. Не успеет. Мысль возникла спокойно. Почти холодно. Не успеет. Рядом лежало оружие. Нет. Не оружие. Обломок длинного чёрного древка, оставшийся от чего-то, что когда-то здесь погибло. Тарен схватил его.

— Что ты делаешь?! — крикнула Сильвана.

Он уже не слушал. Тварь приближалась. Родек за его спиной. Расстояние. Ноги. Древко. И вдруг Тарен знал. Не вспомнил. Не подумал. Просто знал. Левую ногу назад. Не встречать удар прямо. Пропустить мимо. Повернуть корпус. Использовать его движение. Ударить снизу. Туда, где шея соединяется с грудью.

Это было настолько очевидно, что Тарен даже не усомнился. Он встал. Нет. Попытался встать. Левая нога ушла слишком далеко. Древко оказалось длиннее, чем он ожидал. И тяжелее. Рука опустилась. Тарен попытался изменить хват. Поздно. Почему руки такие короткие? Мысль была совершенно нелепой. Они всегда были такими. Наверное.

Тварь прыгнула. Тарен повернулся. Так, как знал. Тело не успело. Нога зацепилась за камень. Мир перевернулся. Тарен ударился плечом о землю. Древко вылетело из рук. На мгновение он просто лежал, не понимая, что произошло. Он всё сделал правильно. Нет. Он собирался сделать правильно. Он точно знал…

Тень накрыла его. Тарен поднял голову. Существо было уже рядом. И исчезло. Что-то чёрное пронеслось перед глазами. Раздался удар. Тварь отбросило в сторону. Сильвана оказалась между ней и Тареном. В её руке не было лука. Глаза светились ярче. Она издала звук. Не крик. Не совсем. Тарен почувствовал его всем телом. Воздух будто разорвался. Существо швырнуло в скалу. Камень треснул. Тварь упала и больше не поднялась.

Сильвана развернулась. Последняя из тварей ещё двигалась к ним. Лук снова оказался у неё в руках. Тетива щёлкнула. Стрела вошла точно между глаз. Тварь рухнула. Только теперь стало тихо. Сильвана посмотрела на Тарена. Он сел.

— Я…

— Молчи.

Тарен закрыл рот. Сильвана подошла. Подняла его за руку. Поставила на ноги. Осмотрела лицо. Плечи. Руки.

— Больно?

— Нет.

Она сжала его левое плечо. Тарен дёрнулся.

— Да.

— Значит, больно.

— Только когда вы так делаете.

— Какая неожиданность.

Она отпустила.

Тарен потёр плечо. Родек всё ещё был рядом. Цел. Если к душе вообще подходило это слово.

Перед Тареном лежали мёртвая тварь и обломок древка. Он разглядывал свои руки.

Что это было?

Он знал. Он совершенно точно знал, что делать. До самого момента, когда попытался.

— Я сказала тебе оставаться на месте, — произнесла Сильвана тихо.

От этого стало только хуже. Тарен поднял голову. Сильвана стояла перед ним.

— Я оставался.

Её глаза сузились.

— Ты полез на него.

— Потом.

Сильвана несколько секунд молчала.

— Это должно что-то изменить?

— Да.

— Что именно?

Тарен указал на Родека.

— Оно шло к нему.

— Я видела.

— Нет. Сначала не видели.

Ошибка.

Он понял это сразу. Сильвана очень медленно повернула к нему голову.

— Что?

— Вы были заняты.

— Поэтому ты решил сражаться с хищником Утробы палкой?

Тарен опустил глаза к сломанному древку.

— Это не палка.

— Прекрасно. Тогда всё в порядке.

— Я не это сказал.

— Я приказала тебе не отходить.

— А что я должен был сделать?

— Позвать меня.

— Я позвал!

— И после этого остаться на месте!

Тарен почувствовал, как злится.

— Вы не успевали!

Сильвана замолчала. Он тоже. Родек переводил взгляд с одного на другого. Доритур опустилась на камень. Даже она, кажется, решила посмотреть. Тарен указал на место, где стоял Родек.

— Если бы я ничего не сделал, оно бы добралось до него.

— А вместо этого едва не добралось до тебя.

— Но не добралось.

— Потому что я тебя спасла.

Тарен открыл рот. Закрыл. Это было нечестно. Потому что было правдой.

— Я почти…

Он остановился. Сильвана ждала.

— Что?

Тарен помедлил, глядя на древко.

— Ничего.

— Ты хотел что-то сказать.

— Нет.

Она изучала его лицо. Тарен отвернулся. Как объяснить? Я знал, как надо. Звучало глупо. Особенно учитывая то, чем всё закончилось.

— Ты когда-нибудь держал оружие?

Он вскинул голову. Сильвана заметила эту реакцию.

— Не знаю.

— Это не тот вопрос, на который обычно отвечают «не знаю».

— У меня нет памяти.

— Я помню.

Тарен повертел кистями, словно пытаясь вспомнить движение.

— Мне показалось…

Он замолчал.

— Что?

— Что я умею.

Сильвана перестала сердиться. Не совсем. Но что-то в её лице изменилось.

— Что именно?

— Не знаю.

— Тарен.

— Вот теперь правда не знаю!

Он раздражённо поднял древко.

— Я увидел его и понял, что делать.

— Что?

Тарен попытался вспомнить. Это оказалось легко. Слишком легко.

— Отойти в сторону. Пропустить его мимо. Повернуться. Ударить сюда.

Он коснулся места под собственной ключицей. Сильвана проследила за жестом, потом перевела внимание на древко.

— И?

Тарен поморщился.

— Не получилось.

— Это я заметила.

— Потому что…

Он опустил руки.

— Всё было не так.

— Что не так?

— Я.

Сильвана молчала. Тарен попытался подобрать слова.

— Я думал, что нога будет… дальше.

— Длиннее?

— Да.

— А руки?

Тарен нахмурился.

— Тоже.

Несколько секунд Сильвана ничего не говорила. Это начало ему не нравиться.

— Вы что-то поняли?

— Пока нет.

— Тогда почему так смотрите?

— Как?

— Будто знаете что-то, чего не знаю я.

— В данном случае я знаю, что ты ребёнок.

— Я заметил.

— Очевидно, не сразу.

Тарен раздражённо бросил древко. Оно стукнуло о камень.

— Может, меня учили раньше.

— Может.

— И я забыл.

— Возможно.

Она сказала это спокойно. Слишком спокойно. Тарен прищурился.

— Вы мне не верите.

— Я сказала «возможно».

— Это не одно и то же.

— Начинаешь учиться.

Он хотел ответить. Родек кашлянул. Странный звук для мёртвого. Они оба повернулись к нему.

— Не хочу мешать, — сказал он, — но они могут вернуться?

Сильвана насторожилась.

— Могут.

Тарен мгновенно забыл спор.

— Тогда заканчивайте.

Сильвана перевела на него взгляд.

— Что?

— Работу.

Он указал на сосуд.

— Вы ведь это собирались сделать.

Она несколько секунд смотрела на него. Потом сняла сосуд с пояса. Родек напрягся. Тарен заметил.

— Всё нормально.

Родек посмотрел на него.

— Ты уверен?

Тарен открыл рот. Сильвана подняла бровь. Он подумал.

— Нет.

Родек неожиданно рассмеялся. На этот раз по-настоящему. Тихо. Устало. Но рассмеялся.

— Очень обнадёживает.

— Зато честно.

Родек перевёл взгляд на Сильвану. Страх всё ещё оставался. Тарен видел. Но теперь рядом с ним появилось что-то ещё. Решение.

— Это действительно выведет меня отсюда?

— Да, — сказала Сильвана.

— И ты это делаешь со всеми?

Она помолчала.

— С теми, кого нахожу.

Родек кивнул. Сильвана открыла сосуд. Родек сам сделал шаг. Его очертания начали растворяться. Свет вытянулся тонкими полосами. На мгновение лицо стало почти ясным. Обычный человек. Усталый. Испуганный. Родек посмотрел на Тарена.

— Надеюсь, ты тоже найдёшь дорогу.

Тарен не успел ответить. Свет исчез внутри сосуда. Сильвана закрыла его; раздался тихий металлический щелчок. Всё.

Тарен смотрел на место, где стоял Родек. Пусто. Странно. Он знал его совсем недолго — здесь трудно было судить о времени. И всё равно эта пустота казалась неправильной.

— Он теперь в безопасности?

— В большей, чем здесь.

— Это не ответ.

— Другого у меня нет.

Тарен кивнул. На этот раз его устроило. Сильвана закрепила сосуд на поясе. Тарен задержался возле неё, ещё раз оглядывая сосуд и неподвижных хищников.

— Вы поэтому здесь?

Сильвана подняла глаза.

— Что?

— Вы собираете души.

— Ты уже понял.

— Я не об этом. Почему именно вы?

Сильвана ответила не сразу.

— Потому что это часть моего наказания.

Тарен нахмурился.

— Спасать души — наказание?

Что-то едва заметно изменилось в её лице.

— Находить тех, кого отправили сюда несправедливо. Тех, кто потерялся. Тех, кто ещё может уйти.

Тарен ненадолго задумался, глядя на серую пустошь.

— И сколько их?

Сильвана обвела взглядом пустошь.

— Много.

— Сколько?

— Больше, чем ты можешь представить.

Он тоже посмотрел. Души. Где-то там. Может быть, за каждой скалой. За каждой пропастью.

— И вы должны найти всех?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не единственная, кто этим занимается.

Тарен вспомнил о птице и поднял голову. Доритур чистила перья так, словно только что не наблюдала за дракой.

— А она?

— Наблюдает.

— За вами.

— Да.

— Чтобы вы не сбежали?

Сильвана посмотрела на сову.

— В том числе.

Доритур подняла голову. Тарену показалось, что птица услышала.

— Кто её послал?

Сильвана некоторое время молчала.

— Тиранда.

Имя ничего ему не сказало.

— Она главная?

— Здесь всё сложнее.

— Конечно.

Тарен сел на камень. Плечо всё ещё болело. Теперь, когда опасность закончилась, ноги снова налились ватной тяжестью. Сильвана сразу увидела, как он ослабел.

— Устал?

— Нет.

Сильвана выразительно приподняла бровь.

— Немного.

— Мы вернёмся.

— Куда?

— Туда, где ты спал.

Тарен нахмурился.

— Зачем?

— Чтобы ты отдохнул.

— Я могу идти.

— В этом я не сомневаюсь.

— Тогда…

— Тарен.

Он замолчал. Сильвана дождалась, пока он выслушает.

— Ты живой.

— Вы уже говорили.

— И ты всё ещё не понимаешь, что это означает.

Тарен хотел возразить. Но она продолжила:

— Здесь тебе нужны вода. Еда. Сон. Твоё тело устаёт. Твоё тело можно ранить.

— И если ты умрёшь здесь… — Она осеклась. Тарен ждал.

— Что?

Сильвана отвела глаза.

— Я не знаю, что произойдёт.

Это прозвучало хуже любого ответа. Тарен медленно поднялся.

— Тогда надо уходить.

Сильвана повернулась к нему.

— Из Утробы.

— Я поняла.

— Значит, выбраться можно?

— Можно.

— Тогда почему мы ещё здесь?

— Потому что «можно» и «просто» — разные слова.

Тарен раздражённо выдохнул.

— У вас на всё такой ответ?

— Обычно.

Сильвана повернула назад, и Тарен пошёл следом. Несколько шагов они молчали. Потом он спросил:

— Сколько способов?

Сильвана не обернулась.

— Что?

— Выбраться.

Она чуть замедлила шаг.

— Больше одного.

Тарен оживился.

— Тогда в чём проблема?

— В том, что не каждый способ подходит тебе.

— Почему?

— Потому что ты живой.

— Опять.

— Эта проблема будет повторяться.

Тарен догнал её.

— А вам какой подходит?

— Несколько.

— Тогда возьмите меня с собой.

— Именно это я пытаюсь решить.

— Долго?

Сильвана остановилась вполоборота.

— Хочешь попробовать первый попавшийся?

Тарен вспомнил хищников и невольно поднял голову к серому небу.

— Нет.

— Тогда дай мне подумать.

Он неохотно кивнул, и они пошли дальше. Доритур летела над ними. Тарен смотрел под ноги. Камень. Трещина. Ещё камень. Он снова вспомнил движение. Ногу назад. Поворот. Удар. Почему это казалось таким естественным? Он попробовал мысленно повторить. И опять был уверен, что знает. Только теперь уже не доверял этой уверенности. Тарен посмотрел на свои руки. Маленькие. Да. Обычные. Так почему они казались неправильными? Он не заметил, что снова отстал.

— Тарен.

— Иду.

Он ускорился. И вдруг ему почудился чужой взгляд.

Тарен остановился. Ощущение казалось несомненным. Не Сильвана. Она впереди. Не Доритур. Сова была над ними. Не души. Ощущение пришло откуда-то ещё. Издалека. Очень издалека. Но одновременно будто прямо из-за спины. Тарен резко обернулся. Пусто. Серые скалы. Туман. Тела хищников уже почти скрылись вдали. Никого.

— Что?

Сильвана остановилась. Тарен продолжал смотреть назад.

— Не знаю.

Она мгновенно стала внимательнее.

— Что ты почувствовал?

— Будто кто-то смотрит.

Сильвана взялась за лук. Доритур поднялась выше. Один круг. Второй. Тарен всматривался в туман. Ощущение оставалось. Не сильнее. Не слабее. Просто было.

— Где? — спросила Сильвана.

Он поднял руку. Остановился. Опустил.

— Не знаю.

— Ты обернулся туда.

— Потому что показалось, что оттуда.

— Показалось?

Тарен раздражённо нахмурился.

— Я не умею объяснить.

Сильвана осмотрела скалы.

— Кто-нибудь?

Доритур ответила коротким криком. Сильвана подняла голову к сове, затем повернулась к Тарену.

— Она никого не видит.

— Я тоже.

— Но?

Тарен медленно обернулся, попытался определить направление. Ощущение не имело направления. Вот что было неправильно.

— Всё равно смотрят.

Сильвана молчала.

— Вы мне не верите?

— Я не сказала этого.

— Тогда что?

— Пытаюсь понять.

— Получается?

— Нет.

Тарен невесело усмехнулся.

— Теперь вы знаете, каково мне.

Сильвана нахмурилась.

— Идём.

— А если…

— Если что-то появится, Доритур увидит.

Доритур продолжала кружить над ними.

— А если не увидит?

— Тогда увидим мы.

Это было не особенно успокаивающе. Но лучше ничего Тарен не придумал. Он пошёл за Сильваной. Через несколько минут ощущение пропало — так же внезапно, как появилось. Тарен ещё несколько раз оборачивался. Никого. Сильвана замечала каждый раз. Ничего не говорила.

Наконец впереди показалось знакомое место. Камни. Плащ. Сумка. Тарен никогда не думал, что будет рад увидеть кусок ткани, лежащий на земле. Он сел. Потом решил, что сидеть необязательно, и лёг. Сильвана сняла лук.

— Я не устал.

— Конечно.

— Просто плечо болит.

— Разумеется.

Тарен закрыл глаза.

— Вы очень неприятная.

— Мне говорили.

Он открыл один глаз.

— Часто?

Сильвана едва заметно приподняла бровь.

— Достаточно.

Тарен снова закрыл глаза. Несколько минут никто не говорил. Потом:

— Сильвана.

— Что?

— Вы придумали?

— Что?

— Как выбраться.

Тишина затянулась. Тарен открыл глаза.

Она сидела неподалёку. Доритур устроилась выше на камне. Сильвана смотрела куда-то вдаль.

— Да, — сказала она наконец.

Тарен приподнялся на локтях.

— И?

— Есть способы, которыми я могла бы воспользоваться сама.

— Но?

— Но я не знаю, что они сделают с тобой.

Он сел.

— А есть тот, который знаете?

Сильвана не ответила сразу. Этого хватило.

— Есть.

— Тогда используем его.

— Нет.

Тарен моргнул.

— Почему?

— Потому что у него есть цена.

Он нахмурился.

— Какая?

Сильвана задержала ответ.

— Не знаю.

— Что значит «не знаете»?

— Именно то и значит.

— Вы сказали, что знаете этот способ.

— Знаю.

— Но не знаете цену?

— Знаю, что она будет.

Тарен уставился на неё.

— Это ужасный способ.

— Да.

— И он самый надёжный?

— Да.

— Конечно.

Он потёр лицо.

— А другие?

— Менее надёжны.

— Насколько?

— Достаточно.

Тарен уже начинал ненавидеть это слово.

— И что теперь?

Сильвана долго смотрела на него, затем поднялась, взяла лук и проверила сосуды на поясе.

— Теперь мы уходим.

Тарен тоже встал.

— Тем способом?

— Да.

— Но цена…

— Будет заплачена.

Он замер.

— Кем?

Сильвана встретила его взгляд. Тарену показалось, что он уже знает ответ, прежде чем она произнесла:

— Мной.

— Почему вами?

— Потому что я открываю путь.

— А если цена…

— Тарен.

— Что?

— Тебе не нужно знать.

— Это вы всё время говорите!

— Потому что ты всё время спрашиваешь.

— Конечно спрашиваю! Вы только что сказали, что собираетесь заплатить чем-то неизвестным, чтобы вытащить меня отсюда!

— Да.

— И вас это вообще не беспокоит?

Сильвана ответила не сразу.

— Беспокоит, — признала Сильвана.

Он не ожидал. Злость немного отступила.

— Тогда зачем?

Сильвана окинула взглядом серую пустошь.

— Потому что ты не должен быть здесь.

Ответ был простым. Без пафоса. Без обещаний. Тарен не нашёл, что сказать.

— Отдохни ещё немного.

— Я не усну.

— Я не просила спать.

Она отошла. Тарен остался стоять, потом сел обратно. Посмотрел на собственные ладони, на Доритур, на Сильвану — и снова в серую пустоту. Ощущение чужого взгляда исчезло. По крайней мере, сейчас он ничего не чувствовал.

Но далеко за пределами Утробы, под снегами Нордскола, мёртвые продолжали искать. И ни один из них не знал, что именно.