Между пеплом и звёздами — Пока сердце помнит (джен)

Следующие две недели изменили их отношения сильнее, чем Гермиона могла предположить.

Они работали допоздна, спорили о юридических формулировках, делили холодный кофе и иногда настолько увлекались расследованием, что забывали пообедать.

Драко оказался невыносимым собеседником.

Он спорил даже тогда, когда соглашался, придирался к мелочам и обладал раздражающей способностью замечать ошибки в её рассуждениях.

Но он никогда не пытался унизить её.

И никогда не использовал её прошлые ошибки против неё.

Постепенно Гермиона начала замечать детали, которых раньше не видела.

Как Драко задерживался в архиве, чтобы помочь младшим сотрудникам.

Как он осторожно обращался с документами, принадлежавшими погибшим семьям.

Как каждый раз замолкал, когда разговор заходил о людях, которых он потерял.

Однажды вечером Гермиона нашла его в пустом коридоре Министерства.

Он стоял у окна и смотрел на дождь.

— Ты собираешься провести здесь всю ночь? — спросила она.

— Рассматриваю возможность стать частью архитектуры.

— Не думаю, что Министерство готово к такому уровню бюрократического абсурда.

Он усмехнулся.

Гермиона встала рядом.

Некоторое время они молчали.

— Ты когда-нибудь жалел, что вернулся? — спросила она.

— В Министерство?

— К обычной жизни.

Драко задумался.

— Каждый день.

Она повернулась к нему.

— Почему?

— Потому что иногда кажется, что все вокруг получили право начать сначала, кроме меня.

Он произнёс это спокойно, почти равнодушно.

Именно поэтому слова ударили сильнее.

— Ты не можешь изменить то, что сделал, — сказала Гермиона.

— Я знаю.

— Но можешь решить, что будешь делать дальше.

— Ты всегда говоришь так, словно это просто.

— Нет. Я говорю так, потому что иначе мы оба сойдём с ума.

Драко посмотрел на неё.

— А ты сама? Ты начала сначала?

Гермиона не ответила.

Она вспомнила войну, разрушенный Хогвартс, лица друзей, которых могла потерять. Вспомнила, как долго убеждала себя, что если будет работать достаточно усердно, то однажды перестанет чувствовать боль.

Но боль не исчезла.

Она просто научилась жить рядом с ней.

— Я не знаю, — призналась Гермиона.

Драко кивнул.

— Тогда, наверное, мы оба ещё учимся.

В этот момент Гермиона поняла, что больше не видит в нём школьного врага.

Это не означало, что она забыла всё, что он сделал.

И не означало, что он заслужил её доверие автоматически.

Но теперь она хотела узнать его настоящего.

Не мальчика, который когда-то бросал жестокие слова.

И не мужчину, который пытался исправить прошлое.

А человека, который находился перед ней прямо сейчас.

Через несколько дней они нашли главную улику.

В одном из архивных журналов сохранилась запись о выдаче магического устройства, способного копировать подписи. Устройство передали Теодору Нотту незадолго до его увольнения.

Гермиона прочитала запись дважды.

— Ты знал, что Тео работал с такими артефактами?

— Нет.

— Вы были друзьями.

— Когда-то.

Драко взял документ.

Его лицо стало непроницаемым.

— Я поговорю с ним.

— Нет. Мы пойдём вместе.

— Грейнджер…

— Если он замешан в этом деле, ты не будешь разбираться с ним один.

Он посмотрел на неё долгим взглядом.

— Ты мне доверяешь?

Гермиона задумалась.

— Я доверяю тому, что ты не позволишь прошлому решить за тебя.

Драко медленно улыбнулся.

И впервые она сама захотела взять его за руку.