Отпечаток Редл (гет)

Восемь вечера. Подземелья Снейпа пахли формалином, гниющими водорослями и холодным камнем. Лизи стояла у каменной раковины, сжимая в онемевших пальцах кривой нож для чистки ингредиентов. Её руки были красными и саднили от едкого сока луковиц-бундимунов, но настоящая боль пульсировала под манжетой.

Снейп сидел за своим столом, методично перелистывая пергаменты. Он не смотрел на неё. Тишина давила на уши, становясь густой и вязкой, как смола. Лизи чувствовала себя экспонатом в банке. Прошло уже двадцать минут, а он не сказал ни слова с тех пор, как назначил ей эту пытку.

— Вы собираетесь стоять там до следующего семестра, или всё-таки начнете работать? — наконец произнес он, не поднимая глаз.

Лизи вздрогнула. Звук его голоса в этой мертвой тишине прозвучал как выстрел. — Я работаю, — огрызнулась она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Просто эти... когти... они сопротивляются.

Перед ней на серебряном подносе лежала гора длинных, черных, изогнутых когтей грифона. Их нужно было очистить от остатков плоти и отполировать до зеркального блеска. Обычная отработка. Но Снейп настоял: «Голыми руками».

— Грифон — гордая тварь, — Снейп отложил перо. — Даже мертвый, он не терпит неуважения. Вы давите слишком сильно. Вы пытаетесь его убить, Редл. А нужно... договориться.

Лизи фыркнула, но послушно ослабила хватку. Она взяла новый коготь. Метка на руке вспыхнула болью, протестуя против прикосновения к темной магии. Лизи зашипела сквозь зубы.

Снейп поднял голову. Его движение было резким, как у хищной птицы. — Что это? — он отложил пергамент. — Опять?

— Ничего, — Лизи спрятала руку за спину. — Палец порезала.

— Покажите.

— Профессор, я просто хочу закончить и уйти, — её голос стал тихим, почти просящим. Это было так непохоже на обычную Редл, что Снейп замер.

Он медленно встал, обошел стол и остановился перед ней. Лизи инстинктивно вжалась в раковину. — Рукав, — приказал он. Не громко. Тихо.

Лизи смотрела на него, пытаясь найти в его лице привычную брезгливость. Но там было что-то другое. Напряженное внимание. — Это не ваше дело, — прошептала она.

— Это магия, которая горит ярче, чем адское пламя, на руке моей студентки, — его голос стал еще тише. — Это мое дело, Редл. Особенно когда эта студентка... гриффиндорка. Покажите мне руку. Сейчас же.

Его властность сломала её. Не было смысла врать. Дрожащими пальцами Лизи закатала рукав. Красные нити на черном фоне пульсировали в тусклом свете подземелья, как угли.

Снейп наклонился. Он не касался её. Он просто смотрел, и его лицо становилось всё мрачнее. — Это не проклятие, — наконец сказал он. — Это связь. Активная. Я чувствую резонанс. Что-то... или кто-то... зовет вас.

Лизи облизнула пересохшие губы. — Я не знаю, что это, — голос сорвался. — Оно появилось, когда... когда сегодня днем... был этот гул. Оно болит, когда мне страшно.

Снейп выпрямился. Он выглядел так, будто постарел на десять лет. — Вы сирота, — это был не вопрос. — Да, — Лизи опустила голову, пряча глаза. — Из приюта Святого... не важно. Я не знаю своих родителей. Это просто... шрам. С детства.

— Шрамы от кипятка не пульсируют в такт темной магии, — отрезал Снейп. Он вернулся к столу, выдвинул ящик. — Я не могу это вылечить, Редл. Я даже не могу прикоснуться к этому, не рискуя сжечь свою руку. Но я могу... приглушить.

Он достал маленький флакон из матового стекла. — Выпейте. Это блокатор. Он не уберет метку, но он закроет её от внешних сигналов. Тот, кто зовет вас... он вас не услышит. Пока.

Лизи взяла флакон. Жидкость внутри была густой и черной, как нефть. — Кто это? — спросила она, глядя на зелье. — Тот, кто зовет?

Снейп замер с пером в руке. Он долго молчал, глядя куда-то сквозь стену. — Я не знаю, — наконец ответил он, и в его голосе впервые не было яда. Было что-то похожее на усталость. — Но это магия уровня Основателей. Или Темного Лорда. Если вы почувствуете зов... настоящий зов, голос в голове... бегите. Бегите в кабинет Дамблдора. Не сопротивляйтесь. Просто бегите.

Он опустил перо. — А теперь вон отсюда. И чтобы к полуночи я не видел вас в коридорах. Это приказ.

Лизи не стала спорить. Она залпом выпила черную жижу. Горло обожгло холодом, и боль в руке мгновенно утихла, словно её накрыли толстым ватным одеялом. Она почувствовала себя... глухой. Онемевшей.

Она молча кивнула, схватила свою сумку и почти выбежала из кабинета.

В коридоре было пусто. Лизи прислонилась к холодной стене, пытаясь отдышаться. Блокатор работал. Рука была просто рукой. Холодной, обычной рукой.

— Испугалась, Редл?

Лизи резко обернулась. В тени арки стоял Драко Малфой. Он не ухмылялся. Он выглядел так, будто только что пробежал марафон.

— Какого черта ты здесь делаешь? — выдохнула она. — У меня отработка, — он кивнул в сторону кабинета зелий. — За то, что облил грязью первокурсника. Я видел, как ты вылетела оттуда. Снейп смотрел на тебя так, будто ты принесла ему в подарок голову его отца.

— Он просто псих, — Лизи попыталась пройти мимо, но Драко шагнул наперерез. — Не ври мне, — его голос стал жестким. — Я видел свет. Из-под твоего рукава. Багровый свет. Когда он схватил тебя за руку, ты чуть не упала в обморок.

Лизи замерла. Она смотрела в его серые глаза и видела там не привычную насмешку. Там был холодный, расчетливый страх. — Ты ничего не видел, Малфой.

— Видел, — он подошел вплотную. — И я знаю, что это. Мой отец... он упоминал такие метки. Древние. Кровные. Они ставятся только самым близким. Самым верным.

— Я не верна никому, — прошипела Лизи, отталкивая его. — Особенно таким, как ты.

Она развернулась и пошла прочь, стуча каблуками по камню. Она не видела, как Драко остался стоять в тени, глядя ей вслед, и как его собственное предплечье под мантией начало слабо покалывать в ответ на её страх.