Пепел и серебро. Там, где умирают клятвы (гет)

Гермиона очнулась в больничном крыле.

За окном занимался рассвет.

Она попыталась подняться, но резкая боль в груди заставила её снова опуститься на подушку.

— Не двигайтесь, мисс Грейнджер.

Мадам Помфри поспешила к ней.

— Где Драко? — спросила Гермиона.

Целительница замолчала.

И этого оказалось достаточно.

— Где он?

— Его нашли в Запретном отделе. Он жив, но магическое истощение слишком серьёзное. Профессор Макгонагалл распорядилась перевести его в отдельную палату.

Гермиона отбросила одеяло.

— Мне нужно к нему.

— Вы не можете…

— Пожалуйста.

Мадам Помфри посмотрела на неё долгим взглядом.

В конце концов она тяжело вздохнула.

— Десять минут. И никаких попыток использовать магию.

Гермиона кивнула.

Она уже знала, что не выполнит ни одного из этих условий.

Драко лежал на кровати у дальнего окна.

Его лицо было почти бесцветным, а на правой руке виднелись тёмные следы магического ожога. Возле кровати стояла пустая колба из-под зелья.

Он выглядел так, словно за одну ночь постарел на десять лет.

Гермиона остановилась у порога.

— Ты идиот.

Драко открыл глаза.

Несколько секунд он смотрел на неё, словно не мог поверить, что она действительно здесь.

Затем слабо усмехнулся.

— Доброе утро и тебе.

— Ты идиот, Малфой.

— Это уже звучало.

— Ты чуть не умер!

— Но не умер.

— Какое потрясающее достижение!

Она подошла к кровати.

Гнев стремительно уступал место чему-то гораздо более страшному.

Страху.

Гермиона боялась, что он снова исчезнет, что в следующий раз она не успеет остановить его, что однажды он действительно решит, будто его жизнь ничего не стоит.

— Почему ты не сказал мне? — спросила она.

Драко отвернулся к окну.

— Потому что ты попыталась бы меня остановить.

— Конечно, попыталась бы!

— Именно поэтому.

— Ты не можешь решать за меня!

Он резко повернулся.

— А ты не можешь требовать от меня, чтобы я спокойно смотрел, как тебя убивают!

Гермиона замолчала.

Драко тяжело дышал.

— Я видел это, — сказал он тише. — В библиотеке. Когда клятва пробудилась, я увидел, что случится, если ритуал завершится. Ты стоишь в центре круга, а я не могу до тебя дотянуться. Я слышу, как ты зовёшь меня, но не могу пошевелиться.

Он закрыл глаза.

— Я не хочу, чтобы это произошло.

Гермиона медленно села на край кровати.

— Ты не знаешь, что произойдёт.

— Я знаю достаточно.

— Нет. Ты знаешь только то, что клятва позволила тебе увидеть.

Он посмотрел на неё.

Гермиона взяла лежавший на столике пергамент.

— Я всю ночь изучала записи. И нашла кое-что интересное.

— Разумеется, нашла.

— Не перебивай.

Она развернула лист.

— Древняя клятва действительно требует исполнения. Но в ней есть исключение. Если обе стороны добровольно отказываются от своей роли, магический договор теряет силу.

Драко нахмурился.

— Это невозможно.

— Почему?

— Потому что подобные клятвы не расторгаются.

— Обычные — нет. Но эта была заключена не ради власти или богатства. Она была заключена ради спасения жизни. Её магическая основа — не подчинение, а добровольный выбор.

Гермиона указала на последнюю строчку.

— «Лишь добровольная жертва сможет разорвать круг». Все считают, что речь идёт о смерти. Но жертвой может быть не жизнь.

Драко долго молчал.

— Что тогда?

— То, ради чего человек готов отдать всё остальное.

Он посмотрел на неё с недоверием.

— Ты предлагаешь нам отказаться от того, что делает нас нами?

— Я предлагаю перестать позволять мёртвым решать, как нам жить.

Впервые за всё время Драко не нашёлся, что ответить.

Гермиона взяла его руку.

Его пальцы были холодными.

— Я не собираюсь умирать ради твоего искупления, Малфой. И не позволю тебе умереть ради моего спасения.

Он смотрел на их соединённые руки.

— А если мы ошибаемся?

— Тогда будем искать другой способ.

— Ты всегда так уверена в себе?

— Нет. Но я достаточно упряма, чтобы не сдаваться.

На его лице появилась едва заметная улыбка.

— Это я помню.

К полудню они вернулись в библиотеку основателей.

Макгонагалл пыталась их отговорить. Гарри прямо заявил, что они оба сошли с ума. Теодор Нотт, которого вызвали для расшифровки последнего фрагмента рукописи, молча протянул им переведённый свиток.

— Там есть ещё кое-что, — сказал он. — Оригинал договора хранится в самой глубокой части библиотеки. Но чтобы добраться до него, вам придётся пройти через защитный круг.

— Что он делает? — спросила Гермиона.

— Показывает человеку его величайший страх.

Гарри скрестил руки на груди.

— Отлично. Просто замечательно. Почему бы нам сразу не прыгнуть в озеро с головой?

— Гарри, — сказала Гермиона.

— Что? Я пытаюсь внести конструктивное предложение.

Драко, несмотря на слабость, усмехнулся.

— У Поттера всегда были проблемы с конструктивными предложениями.

— А у тебя всегда были проблемы с выживанием, — огрызнулся Гарри.

— Господа, — вмешалась Макгонагалл. — Если вы закончили, возможно, мы позволим мистеру Малфою и мисс Грейнджер заняться тем, ради чего они сюда пришли.

Гермиона благодарно кивнула.

Затем повернулась к Драко.

— Готов?

Он посмотрел на неё.

— Нет.

Она улыбнулась.

— Я тоже.

И они вошли в круг.

Страх Гермионы оказался неожиданно простым.

Она снова была в поместье Малфоев.

На полу лежала её палочка.

Перед ней стоял Драко — совсем молодой, с бледным лицом и дрожащими руками.

В его глазах отражалась зелёная вспышка проклятия.

Гермиона знала, что произойдёт дальше.

Она видела это раньше.

Снова и снова.

Только теперь Драко не отводил взгляда.

— Уходи, — сказал он.

Гермиона не двигалась.

— Пожалуйста.

Она протянула руку.

— Драко…

Он вздрогнул, словно её голос причинил ему боль.

Затем его лицо исказилось.

— Ты не понимаешь! Я не могу спасти всех!

— Я знаю.

— Я не хороший человек!

— Я не просила тебя быть хорошим.

Он замолчал.

Гермиона сделала шаг вперёд.

— Я прошу тебя быть живым.

Мир вокруг них затрещал.

Поместье начало рассыпаться, словно было сделано из пепла.

Драко протянул к ней руку.

Но прежде, чем их пальцы соприкоснулись, видение исчезло.

Гермиона оказалась в библиотеке.

Перед ней стоял Драко.

Он тоже прошёл через свой страх.

На его лице было написано потрясение.

— Что ты видел? — спросила она.

Он покачал головой.

— Тебя.

Гермиона не стала задавать следующий вопрос.

Потому что в глубине библиотеки открылась дверь.

За ней находился небольшой зал с каменным алтарём.

На нём лежал древний пергамент, запечатанный серебряной нитью.

Гермиона подошла к нему.

Когда она коснулась печати, воздух наполнился шёпотом.

Перед ними возникла женщина с длинными светлыми волосами.

Нарцисса Малфой.

Не настоящая — лишь магическое воспоминание, сохранённое древним заклинанием.

Она выглядела моложе, чем Гермиона помнила её по суду.

В её глазах читалась усталость.

— Если вы видите это воспоминание, значит, клятва пробудилась, — произнесла Нарцисса. — И значит, я не смогла уничтожить её вовремя.

Драко застыл.

— Мама…

Воспоминание продолжало говорить.

— Я заключила этот договор, чтобы спасти невинную женщину. Но я не знала, что его создатели использовали древнюю магию, связанную с самой жизнью. Они утверждали, что клятва защитит наших потомков. На самом деле она должна была связать их навечно.

Гермиона почувствовала, как сжимается сердце.

— Кто её создал? — прошептала она.

— Моя семья, — ответил Драко. — Вернее, один из её предков.

Нарцисса посмотрела прямо перед собой, словно могла видеть сына сквозь время.

— Драко, если ты здесь, значит, ты уже решил пожертвовать собой. Но я прошу тебя об одном: не повторяй мою ошибку. Любовь не должна становиться долгом. Защита не должна превращаться в клетку.

Голос женщины дрогнул.

— Если хочешь спасти её, позволь ей самой выбрать свою судьбу.

Воспоминание начало исчезать.

— И ещё, мой мальчик… Ты не обязан расплачиваться за все грехи нашей семьи.

Последние слова прозвучали почти шёпотом.

Затем женщина растворилась в серебряном свете.

Драко стоял неподвижно.

Гермиона не знала, что сказать.

Она просто взяла его за руку.

На этот раз он не отстранился.

Пергамент раскрылся сам собой.

На его первой странице были записаны условия клятвы.

На последней — способ её расторжения.

Гермиона прочитала текст дважды.

Потом ещё раз.

— Нам нужно отказаться от наследия, — сказала она.

— Какого именно?

— От всего, что связывает нас с этим договором. Твоя семья должна отказаться от права распоряжаться чужой жизнью. А я — от права требовать защиты только потому, что когда-то кто-то дал такое обещание.

Драко нахмурился.

— Это означает, что Малфои лишатся доступа к части семейной магии.

— Да.

— А ты потеряешь защиту, которую клятва создавала для тебя.

— Да.

Он посмотрел на неё.

— Ты понимаешь, что это может быть опасно?

— Разумеется.

— И всё равно готова?

Гермиона сжала его руку.

— Я хочу жить собственной жизнью.

Драко молчал несколько секунд.

Затем кивнул.

— Тогда давай покончим с этим.

Они встали по обе стороны алтаря.

Гермиона произнесла первую часть заклинания.

Драко повторил вторую.

Серебряная нить вспыхнула.

По полу побежали тонкие линии света, складываясь в огромный круг. На стенах проступили древние символы. Кольцо, лежавшее на алтаре, начало вращаться.

Гермиона почувствовала, как магия тянет её вперёд.

Перед глазами замелькали воспоминания.

Детство.

Хогвартс.

Война.

Крик.

Огонь.

Кровь.

А затем — Драко.

Не тот мальчик, которого она ненавидела.

Не тот юноша, которого считала врагом.

Человек, который стоял перед ней сейчас, испуганный, измученный, но всё ещё пытающийся поступить правильно.

— Гермиона! — крикнул он.

Она протянула руку.

— Я здесь!

Их пальцы соприкоснулись.

Кольцо раскололось.

Свет поглотил зал.

На мгновение Гермиона перестала чувствовать собственное тело. Ей показалось, что она падает в бесконечную пустоту, где нет ни времени, ни пространства, ни звуков.

А затем всё закончилось.

Она лежала на холодном каменном полу.

Рядом кто-то тяжело дышал.

— Драко?

— Здесь.

Гермиона закрыла глаза.

Он был жив.

Клятва исчезла.

И впервые за сотни лет ни одна древняя магия не могла диктовать им, что делать дальше.