Noblesse. Павшая во Тьму (джен)

Забившись в тихую и уютную нор… родную комнату, занялась вербовкой союзников. Помимо помощи Лукедонии следовало заручиться поддержкой КСА.

“Союз направил в Сеул еще четырех старейшин. Мстить”, — отправила сообщение Ан Сан Ину. — “Аджосси, на месте твоего работодателя я бы занялась эвакуацией населения. Под каким-нибудь благовидным предлогом. Разрушения будут значительными”.

Пусть бдит и отрабатывает зарплату.

Ответ не заставил себя долго ждать: “Может, предскажешь уже что-то хорошее, а, Кассандра?”

“Еще трое старейшин скоро умрут 😊”, — добавила в конец фразы милый смайлик. Он же просил “хорошее”.

“Звучит обнадеживающе”.

Я прямо-таки услышала его тяжелый вздох. Ах-ах, бедняга! С начальством теперь объясняться. Отчеты писать. Людей спасать.

Свалила проблемы… э-э-э… вернее, делегировала. Да, делегировала.

“Мы будем очень благодарны, если дадите знать, когда к вам заглянут старейшины. Мы разрабатываем меры, чтобы свести разрушения в городе к минимуму. Но важна каждая секунда, если хотим сработать на опережение и заманить старейшин в ловушку”.

“Ты не оставляешь мне выбора”.

Вот злюка. Огрызается.

“Я хотел сказать: да, конечно. Будем счастливы продолжить сотрудничество”.

Фыркнула, представив всю гамму чувств собеседника. Как он сидит за столом в рабочем кабинете, в идеально выглаженном костюме, с неизменной сигаретой в зубах и с ненавистью смотрит на экран телефона. А на заднем фоне На Ен Су гневно, но справедливо обливает грязью Союз.

“Спасибо! Тао свяжется с вами для согласования деталей”.

Ани. Молодец. Молодец.

Откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Вспомнила наши пикировки на уроках социологии и не смогла сдержать смеха. Что посеешь, то и пожнешь, аджосси. Теперь мы защищаем жителей Сеула вместе, пусть и немного не так, как тебе бы хотелось. Хе-хе!

В приподнятом настроении вернулась к обдумыванию самого сложного момента авантюры по вызволению Музаки: реабилитации спасенного после плена. Где найти мозгоправа, который бы проработал с Лордом оборотней его травмы, избавил от ПТСР и при этом остался в живых? Эх, еще б на курсы управления гневом болезного записать. Плюс найти хорошего антикризисного менеджера: надо вытаскивать оборотней из той ямы, в которую их загнал Мадук.

Эх-х-х! Что же делать?

Мрачно уставилась в потолок. Покачалась на стуле. Похлопала себя по щекам.

Музаке нужен мозгоправ. Где его взять? Вряд ли Гугл или Нейвер выдадут подборку сайтов для работы с проблемными оборотнями. Если бы Франки или Рейзел могли справиться с этой задачей… Но нет. В голове одна за другой проносились бесполезные идеи, сменяя друг друга с калейдоскопической быстротой. Обратиться к психологу из КСА? Исключено: у них сил не хватит удержать Музаку. Да и подкидывать Сан Ину новых проблем не хотелось. Найти частного специалиста, которому можно заплатить и который не задаст лишних вопросов? Смешно. С таким пациентом любой нормальный человек сбежит сразу, даже не взяв денег. В каноне решение придумал Кромбел: вывел Музаку из состояния берсерка, завалив трупами солдат Организации. Буквально. Однако нам такой рецепт не подходит.

Пу-пу-пу. Что делать, что делать? Постучала костяшками пальцев по столу, отбивая дробь. Решение должно быть. Должно же.

А что если…

“Уважаемая сила, мне нужен кто-то, кто сможет вылечить Музаку. Укажи путь. Пожалуйста.”

Раз. Два. Три. Четыре. Пять… Десять… Двадцать… Тридцать…

Затаила дыхание.

Минута.

И у левого виска зажегся огонек.

Вот так просто? Обожаю магию.

Подскочила и помчалась нести благую весть опекуну.

Рейзел обнаружился в гостиной. Внезапно с выключенным телевизором. Что могло оказаться важнее жизни животных?

А, риторический вопрос.

— Франкенштейн подготовил для тебя новый доклад? — с любопытством уставилась на распечатки. — Какая тема?

— Посттравматический синдром, — не отрываясь от чтения, ответил Кадис.

— Интересно?

Получила кивок.

— Кхм-кхм… А я хотела позвать тебя на прогулку. Сила открыла мне путь к тому, кто сможет вернуть Музаке разум. Н-ну-у, после того, как мы его похитим.

Листки аккуратной стопкой легли на край журнального столика. Рей поднялся.

— Идем.

— Идем, — согласилась. — Раджак-ним, — задрала голову к потолку, — вы с нами?

Знаю, что услышит. Правда, не понимаю, как его суперспособность работает. Активируется при произнесении имени?

— У меня приказ Лорда, — веско обронила соткавшаяся из тьмы фигура.

Мы неспешно шагали по утренним улочкам, следуя указаниям силы Ноблесс. Огонек у левого виска мягко пульсировал. Правда, меня смущало, что он делал это не как обычно. Прерывисто, нечетко, неуверенно. Прислушиваясь к внутренним ощущениям, я настолько в них погрузилась, что ноги переставляла автоматически. Пару раз Рейзел удерживал меня, чтобы предотвратить столкновения с другими прохожими, а после третьего случая и вовсе взял за руку. Я не возражала. Зная, как щепетильно Мастер относился к чужим прикосновениям, лишь тихо радовалась тому, как близко он подпустил меня. Да, у нас не было сотен лет совместного прошлого, как у них с Франкенштейном, но хотелось надеяться на "и жили они долго и счастливо". Осталось лишь разобраться с Союзом и спасти мир. Пф-ф-ф, экие мелочи. Они не могли испортить моего прекрасного настроения. В груди разгоралось предвкушение от встречи с чем-то новым, волнующим, интересным. Это сложно поддавалось объяснению, но сила словно тихонько пела, наполняя изнутри.

— Рейзел, ты чувствуешь это? — пожала его пальцы, привлекая внимание. — Сила поет. Ее песня не такая громкая и мощная, как у твоего пространства крови. Она словно напевает себе под нос, — хихикнула от пришедшей на ум аналогии.

Кадис кивнул, ничего не ответив, но его глаза улыбались.

— Что это значит? — не отставала. — У тебя бывают такие моменты?

— Ты вошла в резонанс с силой, — после недолгого раздумья пояснил опекун. — Это подсказка. Благословение. Знак, что ты идешь верным путем, дитя, и сила поддерживает тебя.

— Удивительно.

— Запомни ощущения. Когда ты делаешь что-то с поддержкой силы, твои собственные возможности возрастают.

— О-о-о, кру-у-уто. Резонанс дает временный баф, — новости чудесные. — А как долго может длиться такое состояние?

Рей пожал плечами.

— Пока идешь к цели.

— Даже целый день?

— Несколько дней. Лет. Столетий.

— О-о-о, постоянный расовый баф. Мегакруто!

— Однако будь терпелива, дитя. Ты еще слишком юна. Твое тело может не выдержать столь мощного потока силы.

Оставалось лишь подчиниться. Насколько разрушительным может быть упомянутый поток, я знала. Меня держал за руку “личный” пример.

Встроенный навигатор привел нас в старый парк. Табличка над полукруглым входом гласила “Сад бонсаев”.

Только я собиралась сделать шаг внутрь, но Рейзел удержал. И в ту же секунду из арки вышли двое монахов. Их красно-синие одежды развевались при ходьбе. Я вздрогнула от неожиданности: мужчины ступали совершенно бесшумно. Не останови меня опекун, мы бы столкнулись.

Монахи заметили нас и замедлили шаг. Рассмотрели, заулыбались и, синхронно подняв правую руку тыльной стороной ладони к груди, неглубоко поклонились. Молча, легко, радостно. В их глазах не было ни капли любопытства, только благожелательность. Один из них в дополнение совершил несколько круговых движений указательным пальцем, продолжая улыбаться.

— Что они делают? — шепотом спросила у Кадиса.

— Они заверили в отсутствии злых намерений, — неожиданно ответил Кертье. — И благословили.

Услышав разъяснения, вежливо поклонилась монахам в ответ. А когда те ушли достаточно далеко, засыпала каджу вопросами.

— Раджак-ним, вам доводилось встречаться с ними? А кто они?

— Они из ордена воинов-аскетов. Отец был знаком с настоятелем одного из храмов. Как-то раз он взял нас с братом на встречу. Это был познавательный урок. Послушники дисциплинированы и трудолюбивы. Многократными тренировками они раздвигают пределы человеческого тела: чтобы из слабой стали родился острейший клинок.

Обсуждая монахов, мы двинулись внутрь сада. Воздух здесь был другим — густым, влажным, пропитанным терпким ароматом хвои и прелой листвы. Городской шум звучал приглушенно, отсеченный каменными стенами.

Кадис заинтересованно застыл напротив одного из бонсаев.

— Это древнее искусство выращивания деревьев, — пустилась в объяснение. — Люди специально изгибают ветви и обрезают ростки, чтобы растение оставалось маленьким. Тратят много усилий для создания гармоничного образа. Зато получается красиво. Считается, что любование бонсаем успокаивает душу.

— Красиво, — согласился спутник.

— Люди растят их поколениями. Этим карликовым деревцам сотни лет. Ты мог бы тоже заняться выращиванием бонсая, — улыбнулась. — У тебя достаточно времени. И терпения.

Рей задумчиво наклонился чуть ближе к скрученному стволу, разглядывая причудливый изгиб ветки, державшей на себе густую шапку изумрудной хвои. Его пальцы дрогнули, словно он хотел прикоснуться к коре, но сдержался. По внутренней связи разливалось тепло и радость. У Рейзела появится новое увлечение?

— Кажется, Франкенштейну предстоит готовить очередной доклад, — хихикнула. — А ты пока можешь приглядеться к формам и размерам, чтобы понять какого именно маленького зеленого друга хочешь завести.

— Мгм.

Волна предвкушения захлестнула внутренности небольшим цунами. Рей действительно воодушевился.

Я же сосредоточилась на цели нашего похода. Огонек горел по центру лба, призывая углубиться в лабиринт тропинок. Пританцовывая от нетерпения, чуть ускорилась, оторвавшись от наоборот замедлившего шаг опекуна. Тот погрузился в созерцание и временно оказался потерян для общества. И ладно. У Рейзела не так много радостей в жизни, чтобы эгоистично лишать его счастья обретения еще одного хобби. Так что меня сопровождал лишь невозмутимый Раджак.

Потратив несколько минут на блуждания по саду, мы наконец достигли центральной части — небольшого пруда. Атмосфера здесь совершенно отличалась от городской суеты, оставшейся за оградой парка. Тишина нарушалась лишь журчанием воды и шелестом листьев. Поверхность пруда сплошным зелено-коричневым ковром затянули листья лотосов. Тот тут, то там торчали высохшие коробочки с семенами. Они покачивались от легкого ветерка, и в этом движении было что-то гипнотическое, убаюкивающее.

Справа на краю притулилась миниатюрная беседка. Издалека она казалась ажурной и невесомой, но по мере приближения я поняла, что постройка на самом деле каменная. Мастерство резчика превратило массивный кусок скалы в воздушную конструкцию. Беседка отлично вписывалась в уютную заброшенность парка, усиливая впечатление древности и таинственности. Не хватало лирической музыки, ах-ах. Гуциня и сяо.

Сила Ноблесс сигнализировала: моя цель там, впереди, внутри. Затаила дыхание. Кого найду и как озвучу свой запрос? “Привет, у меня есть для вас пациент — Лорд оборотней с ПТСР...” Однако, кто бы ни скрывался в беседке, он не представлял угрозы. Красного поля не возникало. Свечения, предупреждающего об опасности, — тоже.

Глубоко вдохнув и внутренне подбадривая себя, я проделала оставшиеся шаги по выщербленным плитам. Внутри царил странный полумрак: очертания фигуры сидевшего человека лишь угадывались. Даже со зрением благородной.

Глазам понадобилось несколько секунд, чтобы адаптироваться…

— Мэтт?

А он как тут оказался? Вот уж кого не ожидала встретить, так это менеджера из компьютерного магазина. Хотя, если подумать… в день нашего знакомства я просила силу помочь с решением загадки тамплиеров и ассасинов. И сила привела меня именно в тот торговый центр, где работал Мэтт. Совпадение?

— А-ани? — наморщил лоб парень. — Эт-то правда т-ты?

Секунда. Другая. Воздух в беседке словно застыл, став тяжелым и вязким. Огонек силы опалил центр лба горячей вспышкой. И окружение пришло в норму.

— Ага, — улыбнулась. — Неожиданно, да? Мы снова встретились.

— Д-да. Я не д-думал, что это будешь т-ты. Не увидел, — Мердок отложил книгу, которую читал, и неловко поднялся.

Стоп. Читал? Разве у него нет проблем со зрением? Здесь же довольно темно. Даже зрение ноблесс не позволяло видеть ясно и четко, человеку же точно не хватило бы света. Особенно для чтения.

Присмотрелась повнимательнее. Парень нервничал. Отводил взгляд. Его пальцы безостановочно теребили край рубашки.

— Мэтт, как твои дела? — деланно расслабленным тоном завела светскую беседу. — У тебя сегодня выходной? А мы вот пришли посмотреть на бонсаи. Тебе нравятся бонсаи?

Собеседник не удержал вздох облегчения. Он наконец посмотрел на меня, и я чуть не вскрикнула. Глаза-лазеры! Был бы тут Шинву, он бы уже тыкал пальцем и орал: “Вы видели, видели? У этого парня глаза-лазеры!”

Но… правда. Глазницы Мердока горели ярко-голубыми огнем, всполохи которого вырывались наружу и оставляли остаточное изображение, когда их обладатель двигал головой. Как в аниме.

Я застыла. Не могла подобрать слова: во рту пересохло. Слишком много мыслей роилось одновременно.

Мэтт тоже молчал. Осознал, что я заметила странную особенность его зрения? Неужели не должна была? Может, этот его огонь из глаз схож с моим красным куполом? И обычные люди не могли его заметить? А я только что спалила свою нечеловеческую природу?

Паника скрывалась за повисшим неловким молчанием. Мы оба выжидали. Я ждала того, что скажет Мэтт. От его реплик зависело, как повернется разговор, как озвучить просьбу. Ничего умного в голову не приходило. Только восклицания.

Мердок же уставился на меня горящим взором и тоже чего-то ждал. Не знал, как выкрутиться? Надеялся, что я развернусь и уйду, сделав вид, что ничего не произошло? Ну уж нет. Извини. Мне нужен мозгоправ для Музаки. А ты внезапно оказался ключом к решению этой задачи.

Так и мы и стояли. В тишине. В странном полумраке каменной беседки.

Надо ляпнуть какую-нибудь глупость, сломать лед. Что там советуют для поддержания беседы? Про погоду говорить уже поздно. Что-то спросить? Но ранее мои вопросы были проигнорированы…

Неожиданно размышления прервала серия звуков. Хм… Я уже слышала ее раньше. Судя по тому, как вздрогнул и заполошно принялся проверять карманы Мердок, звонил его телефон.

— Ст-тарший? — голос парня излучал одновременно страх, недоверие, надежду и облегчение.

Какой яркий коктейль.

Мэтт подержал трубку у уха, видимо, выслушав какие-то инструкции, а после сделал шаг мне навстречу и протянул телефон двумя руками в вежливом поклоне.

А?