Дочь Принца (гет)

Глава 21. Дочь

Сидней встретил их влажным солёным ветром и небом, которое упиралось в бирюзовую гладь залива.

Гермиона вышла из самолёта первой — на неё пахнуло жарой, такой густой, что у неё закружилась голова. Драко подхватил её под локоть.

— Ты бледная, — сказал он.

— Просто устала, — ответила она.

Гарри и Рон тащили сумки, Панси поправляла шляпу.

— Куда теперь? — спросил Рон.

Гермиона вытащила карту. Место, которое засветилось на зелье, находилось в районе Сурри-Хиллз — тихий пригород, далеко от шумных магических улиц.

— Снимем дом, — сказала она. — Надолго.

--

Поиски начались на следующий день.

Они обыскали всё. Магическую часть — маленькую, неприметную, пару лавок с пыльными витринами. Потом — маггловскую. Гарри предлагал стучаться в каждый дом, но Рон уговорил его не пугать местных.

Гермиона не сдавалась. Она обходила больницы, приюты, дешёвые гостиницы. Показывала старое фото Снейпа, которое сохранилось в её сумке.

— Вы не видели этого человека?

Никто не видел.

Текли недели.

--

На пятнадцатый день ей стало плохо.

Они были в центре, на Джордж-стрит, когда Гермиона резко побледнела. Ноги подкосились, она схватилась за стену.

— В больницу, — сказал Драко.

— Не надо, — слабо отмахнулась она.

— Это не обсуждается.

Гарри подхватил её с другой стороны. Больница была рядом — обычная маггловская.

--

Ей сделали УЗИ.

Драко стоял рядом, вцепившись в спинку её койки. Рон заглядывал через плечо, Панси замерла у двери.

Врач водил датчиком по животу, потом поднял глаза и улыбнулся.

— Поздравляю, — сказал он. — У вас близнецы. Мальчик и девочка.

Гермиона смотрела на экран, не веря своим глазам. Две маленькие фигурки. Два сердцебиения.

— Близнецы, — прошептала она. — Мальчик и девочка.

Драко молчал.

— Драко? — позвала она.

Он стоял белый, как простыня.

— Малфои не могут иметь двоих детей, — сказал он. — Никогда. Всю историю рода — только один наследник. Всегда один. Всегда мальчик. А тут… двое.

— Значит, будет новое начало, — ответила Гермиона.

Он смотрел на неё секунду, потом сел на край койки, взял её лицо в ладони и поцеловал.

— Двое, — сказал он, улыбаясь. — Мальчик и девочка.

Рон хлопнул Драко по плечу. Панси плакала, вытирая слёзы. Гарри улыбнулся.

--

Они вышли из кабинета и побрели по длинному больничному коридору.

Гермиона смотрела по сторонам. Врачи в белых халатах, пациенты в пижамах, запах лекарств.

И вдруг — одна палата. Стеклянная дверь. Человек на койке.

Тёмные волосы, запавшие щёки, бледная, почти серая кожа. Горло перевязано толстым слоем бинтов — старых, в желтоватых пятнах.

Гермиона замерла. Подошла ближе. Прижалась лицом к стеклу.

— Гарри, — позвала она тихо. — Посмотри.

Он вгляделся в лицо, в шрам на горле, в знакомые черты, которые он видел в день битвы.

— Это он, — сказал Гарри. Голос дрогнул.

— Я думал, он умер, — прошептал он.

— Он не умер, — ответила Гермиона.

Драко прижался лбом к стеклу.

— Северус… — прошептал он.

--

Медсестра за стойкой устало подняла голову.

— Вы к нему? — спросила она.

— Кто он? — спросила Гермиона.

— Никто не знает. Лежит у нас уже очень давно. Скорую вызвали — подобрали на улице. Без документов, без вещей.

— Мы его забираем, — сказал Драко.

— Вы родственники?

Гермиона посмотрела на дверь палаты.

— Я его дочь.

Медсестра покачала головой.

— Так просто не получится. Нужны документы. Без них мы не можем отдать пациента.

--

Гарри не стал ждать. Он вышел на улицу, достал палочку и вызвал патронуса. Серебряный олень вырвался из палочки и застыл в ожидании.

— Кингсли Бруствер, — сказал Гарри. — Министр магии Великобритании. Срочное дело.

Олень сорвался с места и исчез.

Через час камин в съёмном доме вспыхнул зелёным пламенем, и в гостиную шагнула высокая темнокожая женщина в строгой мантии.

— Мисс Грейнджер? — спросила она. — Меня прислал министр Бруствер. Я глава отдела международного сотрудничества. Меня зовут Айрис Торн.

— Вы здесь, чтобы помочь? — спросила Гермиона.

— Министр Бруствер объяснил ситуацию. Северус Снейп — герой войны. Если он жив, мы обязаны вернуть его в Англию. Но нужны доказательства.

Гарри протянул ей свиток.

— Проверка крови из Гринготтса, — сказал он. — Подтверждает, что Гермиона — дочь Северуса Снейпа.

Айрис Торн взяла свиток, пробежала глазами, кивнула.

— Этого достаточно. Я поговорю с австралийским Министерством. Ждите.

Через два дня все документы были оформлены.

Снейпа перевезли в Лондон. В Малфой-мэнор.

--

Нарцисса встретила их на крыльце.

— Кого вы привезли? — спросила она, но, когда носилки внесли в холл, она узнала его. Прижала ладонь ко рту.

— Северус, — прошептала она.

— Он жив, — сказал Драко. — Мы нашли.

Она приказала приготовить комнату и провела их в лабораторию — лучшую в поместье, оборудованную старинными котлами и алхимическими приборами.

— Здесь самая лучшая лаборатория в Англии, — сказала она. — Я сама училась зельеварению у матери, а Драко — у Северуса. Мы справимся.

--

Снейп не приходил в себя.

Он метался, бредил, иногда открывал глаза и никого не узнавал. Рана на горле постоянно открывалась, сочилась.

— Это яд, — сказала Нарцисса. — Яд Нагайны. Он не умер, потому что уже был отравлен.

— Что? — не поняла Гермиона.

— Северус специально травил себя ядом нагини после… после того случая. С Артуром Уизли. — Нарцисса говорила тихо. — Он искал противоядие. Со временем у него выработался иммунитет. Но полного антидота не было.

— И теперь?

— Теперь яд держит его на грани. Нужна кровь змеи, похожей на Нагайну. Та же порода.

— Где её взять?

Все замолчали.

--

Гарри не сказал ни слова. Он повернулся и вышел.

Он аппарировал в старый лес. Долго бродил среди деревьев, пока не нашёл то, что искал: большую серую гадюку. Она лежала на тёплом камне.

— Мне нужна твоя помощь, — сказал Гарри на змеином языке.

Она подняла голову.

— Человек, которого укусила Нагайна. Я должен спасти его.

Змея смотрела долго. Потом медленно кивнула.

Гарри протянул пустой флакон. Змея укусила край стекла — капля тёмной крови скатилась внутрь.

— Спасибо, — сказал Гарри.

Она уползла в траву, не оборачиваясь. Он вернулся в Мэнор с флаконом в руке.

— Вот. Кровь.

Никто не спросил, чего ему это стоило.

--

Зелье варили три дня.

Мадам Помфри, узнав о состоянии Снейпа, прислала с совой подробные рекомендации по укрепляющим зельям и график их применения. Она не могла приехать сама — у неё были другие обязанности в школе, — но её инструкции были точными и строгими.

— Она пишет, что нужно добавлять корень мандрагоры в три этапа, — сказала Нарцисса, читая пергамент. — И менять концентрацию каждые восемь часов.

— Я понял, — ответил Драко.

Он стоял у котла, помешивал, следил за температурой. Нарцисса добавляла травы, отмеряла капли. Гермиона сидела рядом, положив руку на живот, и молча ждала.

— Как продвигается восстановление? — спросила Гермиона.

— Медленно, — ответила Нарцисса. — Но если соблюдать рекомендации, через неделю он сможет открыть глаза.

— А говорить?

— Не раньше чем через две.

Драко помешивал молча. Его лицо было напряжённым, бледным. Но пальцы не дрожали.

— Готово, — сказал он.

Зелье было прозрачным, мерцало золотом.

Снейпу влили его в рот.

Они ждали.

Час. Два. Вся ночь.

--

Наутро он открыл глаза.

Сознание было чистым. Он смотрел в потолок, потом медленно повернул голову.

Увидел Гермиону.

Она сидела на стуле рядом с его кроватью, поджав ноги, уронив голову на сложенные руки. Спала.

Он смотрел на неё долго. На её тёмные волосы, на бледное лицо, на руку, которая лежала на животе.

Потом поднёс пальцы к горлу. Бинтов не было. Рана затянулась — розовая, но чистая.

Он попробовал говорить.

— Г… — вырвался хрип.

Гермиона вздрогнула, открыла глаза.

— Вы очнулись! — она подалась вперёд, глаза блестели от слёз.

Он смотрел на неё.

— Гермиона, — сказал он. Голос был слабым, хриплым, но отчётливым.

Она замерла.

— Доченька, — добавил он.

В комнате повисла тишина.

Драко, стоявший в дверях, замер. Гарри, заглядывавший через плечо, перестал дышать. Нарцисса прижала ладонь ко рту. Рон позади неё вытаращил глаза.

Никто не объяснял ему. Никто не говорил, кто она. Он просто знал.

Гермиона разрыдалась.

— Папа, — прошептала она.

Впервые за всю жизнь.